When bloom wild lavender

-Эй, Ларри, ты чего? Эй? — Эшли вот уже минут пять, как пыталась достучаться до друга, который стоял, глядя в одну лишь точку. -Ларс? — глядя на безуспешные попытки Эш, Фишер решился присоединиться к подруге. — Джонсон! — в ту же минуту, шатен пошатнулся, после чего словно отойдя от гипноза, часто заморгал, став потирать виски. — Эмм… Ларс? Ты чего? — пускай из-за протеза и не было видно, но Фишшер искренне стал переживать за друга, чем вместо мимики лица, (как обычно, часто бывает у людей) его выдала чуть заметно дрогнувшая интонация голоса. -Я? Ну, я… — Джонсон тем временем, все еще пытался переварить то, что произошло с ним несколько минут назад, однако, не заметить озабоченности во взглядах и голосах друзей, просто не смог.- Забейте, ребят… Я… Я в норме…- чуть улыбнувшись, металлист задумчиво потер затылок, после чего продолжил.- Я, пожалуй, пойду… Увидимся позже! — после, шатен быстрым шагом побрел в обратном направлении, по которому совсем не давно, пришел к друзьям, а сей час же шел прочь, оставив их недоумевать, думая о причине такого поведения… *** -Что б тебя… Что это вообще могло быть? — тихо ругнувшись, Джонсон стал искать посреди рюкзака пачку старых добрых «Winston». Ларри хоть и знал, что Лиза, его мать, не одобряет подобных привычек, всякий раз стараясь как можно более красочно описать, что может с ним быть, если он не бросит эту, как она говорит «дрянь», но, тем не менее, бросить, как и ожидалось — не мог. — «Она… Призрак? Дух? — продолжал мыслить металлист, ожидая, пока край сигареты прикурится как следует. — Почему остальные её не видели? Если она жива и новенькая в школе, а мы просто не заметили её в начале… Нет, это бредово! Я ведь сам видел её, причем всего пару минут, и с определенного момента! Как будто бы она сама этого захотела… И лишь тогда Джонсон сумел ее, как следует рассмотреть: худощавое телосложение, волосы в цвет жемчуга, кожа бледная, словно первый снег, выпавший в начале декабря… Но самым необычным, и слегка притяжательным в образе предполагаемого призрака, шатен находил именно глаза. Глаза бледной чужачки имели цвет нежной лаванды, цветущей в самом разгаре лета на полях Прованса. -Лаванда… — металлист, наконец, сделал затяжку, после чего шумно выдохнул. Разум стал понемногу туманить, в след, за чем появилась дикая тяга ко сну.- Черт! — тряхнув головой, подросток убрал с лица выбившиеся, успевшие вновь отрасти, волосы.- Окей… Она призрак. В этом я могу быть полностью уверен. Но, почему я, а не… Сал, например? Он ведь куда больше меня предрасположен к общению с данным видом существ в этом мире, так ведь? Странно это все… До чертиков странно…- сплюнув, парень затушил бычок об стену, заранее оглядевшись перед этим, после чего выкинул его в урну неподалеку. — «Кажется… Мне всё ещё нужен отдых… — в подтверждение этому, парень непроизвольно зевнул. — Странно… Вроде выспался, а тут опять такое… Ладно, к черту…» — выглянув за угол, Джонсон быстро накинул на голову капюшон, после чего всё тем же быстрым шагом направился по давно знакомой ему тропинке, с каждой минутой всё больше и больше отдаляясь от школы, но приближаясь к… нет уж, в апартаменты он как раз таки не пойдет, ведь там Лиза, и могут начаться вопросы… Именно поэтому, металлист решил укрыться и вздремнуть в более надёжном месте, о котором знает лишь небольшой круг людей. В его «обители одиночества», или же иными словами, в домике на дереве… *** -Как думаешь, с Ларри всё будет в порядке? — чуть слышно подала голос Эш, ковыряясь ложкой в очередной бурде, что выдали в столовой. — Просто… Сегодня утром. … Это было странно. Да, он ещё и дал деру так быстро… Не успел прийти, а тут уже… -Да. Я знаю, Эш… — Фишер, наконец, оторвал свой взгляд от пола, переведя на подругу. — Я тоже волнуюсь о нём, как и ты…- парень быстро достал мобильник из кармана джинсов, взглянув на время. — Уже совсем скоро… Обещаю, я поговорю с ним после школы о том, что произошло, и расскажу тебе… -Обещаешь? — девушка чуть прищурилась. — Уж я-то вас знаю… -Обещаю. Ну-у-у-у, только если это не будет касаться смертельной опасности для нас всех… — Сал хохотнул, после чего, переведя взгляд на часы, констатировал. — Мне пора… Вот-вот начнется физика, а мне ещё рюкзак забрать из кабинета географии нужно… -Ну-ну…- Кэмпбелл усмехнулась. — Окей, удачи тебе с этим… И помни, я жду правду! *** Темное пространство. Бескрайнее. Руки крепко связаны и раздвинуты в стороны, как и ноги. Губы пересохли, от неиссякаемого жара, который царил вокруг. -Где я? — увы, даже будь кто рядом с Ларри в этот момент, вряд ли бы услышал его, так как по не объяснимым причинам, голос сам собой перешёл на шепот. — Эй? Есть кто?! — облизнув пересохшие губы, Джонсон попытался перейти на крик, и на сей раз ему это удалось, но ответ его не сильно-то устроил. По кругу, на месте, где лежал сам Ларри, зажглось яркое пламя, от чего жар усилился как минимум вдвое, а по контуру огненной окружности возникли фигуры в темных плащах, глаза которых горели различными оттенками цветов: Алые, кислотно-зеленые, ярко-оранжевые, голубые и синие… — Что-за черт?! Эй, вы, мудаки! Кем бы вы ни были… Отпустите меня! — Джонсон что было мочи, дёргал руками, но тут его внимание, наконец, привлекли так называемые «веревки», которые сковывали движение его, как верхних, так и нижних конечностей. Ими оказалось подобие щупалец, перемазанное отвратительной на вид, темной, склизкой жидкостью, которая при всем при этом нагло пятнала кожу парня, причиняя немалый дискомфорт. Через пару мгновений, среди фигур в плащах появилась новая, — Главарь, по видимому, облаченный в мантию, все того же, темного, непроницаемого цвета, но вот лицо его, было скрыто не так, как у остальных… В отличие от «шестерок», глава Культа предпочитал скрывать свою личность за огромной маской собаки, которая полностью скрывала его лицо, не давая ни малейшей возможности на то, что бы его смогли рассмотреть. -Эй? Отпустите МЕНЯ! НЕМЕДЛЕННО! — пламя стремительно разрасталось, с каждой минутой становясь все ближе и ближе плоти парня, намереваясь сжечь его к чертовой матери… И вот, когда пламя было уже совсем близко, опаляя приближающимся жаром, по необъяснимым причинами, вопли металлиста внезапно сработали. Главарь перевел на него взгляд, после чего, выставив руку вперед, став бормотать нечто невнятное, тяжело воспринимаемое человеческим разумом. Как только «колдовские перешептывания» закончились, пламя резко затухло, а щупальца, что до сих пор насильно удерживали Джонсона, исчезли, как-то, что можно было бы назвать полом, из-за чего парень с бешеной скоростью полетел в бескрайнюю, на первый взгляд, пустоту…