Хроники Шэпра. Второй Акт: Истинный снайпер отвественен за каждый выстрел

      С каждым ударом сильнее долбила ногой по голове этого ублюдка. Я отчетливо слышала, как хрустела его черепная коробка с каждым ударом и как костные осколки впивались в его мозг. — НРАВИТСЯ, ДА?! УЖЕ НЕ ТАКОЙ КРУТОЙ, ТЫ, КУСОК ГОВНА?       Выхаркав кровь, что наполняла рот и гортань, он сплюнул её прямо через маску. Я не видела его лица, но, когда ублюдок поднял голову и посмотрел на меня, маска в области рта была грязной, но без бордовых подтеков.       Раздался смешок, а затем мужчина произнёс: — Да ты прям вся в папочку по уровню садизма.       Приставив оружие к его голове, я взвела курок и уже приготовилась выстрелить.       …Ita inimicos Cadent a látere tuo voluntatis…       Невнятный шепот оглушил меня. Слова жирным комом застряли в горле, перекрыв дыхание. Чувство ярости вернулась в колоссальном количестве, накрывая с головой. Ослепляя и не позволяя трезво мыслить. Глаза застилала красная пелена. Если до этого мир существовал в замедленной съемке, то сейчас я не могла уследить ни за одной деталью. Всё было как на хреновой пленке, кадры не успевали фокусироваться и лишь следовали друг за другом в хаотичном танце, чередуясь и повторяясь. Оружие выпало из моих рук, а тонкие пальцы вцепились в волосы, раздирая кожу головы до крови. Невыносимая боль охватила все тело. Слишком много силы, все совсем не так, как в первый раз, да что за херня…       Успев среагировать, он дернул за кольцо, что скрывалось в глубинах черной толстовки. Из его рюкзака вылетел огромный фултон. Длинная веревка устремилась вверх с большой скоростью, догоняя и обгоняя небоскребы. — Я… — сказал мужчина, но затем его грудь сдавило из-за сильного кашля, и он был вынужден прерваться, — всегда буду крутым, сука!       Показав средний палец, ублюдок в маске ухватился за конец веревки. Пролетавший сверху самолет зацепил фунтон и тот стремительно взлетел вверх, исчезая с пределов видимости. Сцена могла быть куда эпичней, если бы в полете он не ударился пару раз об стены зданий из-за нехватки высоты.       Переборов боль, я вскинула голову. Я не могла позволить ему сбежать. Выставив протез перед собой, я прицелилась и выстрелила в край крыши. Руку растянуло гармошкой, а в следующее мгновение я уже летела вверх. Если бы не эта функция, мою конечность давно бы оторвало к чертям собачьим.       Достигнув максимальной скорости, рука стала сжиматься, все быстрее подтягивая мое тело к себе. Перелетев крышу, я значительно приблизилась к самолету. Еще один выстрел… смогла! Крюк пробил хвост. Механизму похоже сильно досталось. Самолет двигался с большой скоростью, из-за чего лебедка стаскивалась. Он уже вывел нас из города и пролетал над открытым морем. Черт, искупаться в холодной воде — это последнее, чего мне сейчас хочется. Ублюдок в маске не отставал, голыми руками взбирался, а силенок у него хоть отбавляй.       Добравшись до хвоста самолета, он тут же оказался на его корпусе. Что за… самолет летит со скоростью больше 900 км в час, а он спокойно стоит, выпрямившись в полный рост, и смотрит на меня?! Приглядевшись, я заметила, что его ботинки пробили верхний слой самолета примерно по щиколотки. Эта тварь пугает меня все больше и больше. Выстрел из протеза в корпус, и я оказалась напротив него. С трудом удерживая равновесие, я почти оседлала корпус самолета.       Ублюдок в маске приближался ко мне, пробивая каждым шагом поверхность летательной машины. Его тяжелые уверенные шаги глухими ударами отдавались в моей голове. Сильные потоки ветра сталкивались с его телом, но он твердо стоял на ногах и не думал останавливаться. Выхватив своё второе оружие, я прицелилась. Последовал залп. Каждый снаряд попадал по нему, но он будто игнорировал их, одежда рвалась, как и его плоть, но ублюдок продолжал двигаться. Выстрел, выстрел, выстрел, пули пробивали его, не причиняя никакого урона. Обычного человека они бы давно в фарш превратили, а этот из чего сделан?!       Добравшись до кошки, он вырвал её с мясом и поднял над собой. Я потеряла равновесие и меня занесло в ветряной поток. Меня с бешеной скоростью мотало во все стороны, не позволяя сосредоточиться, а тот даже рукой не дернул. Неужто он задумал меня сбросить? Да черта с два! Собравшись духом, я решила пойти в ва-банк. Выиграю этот спор, чего бы мне это не стоило! Из ботинка выскочило скрытое лезвие и, подлетев на достаточно близкое расстояние, вонзилась клинком в район сонной артерии. Это должно было стать победой, моим триумфом над ним, но он схватил мою ногу в момент, когда клинок застрял в его глотке, и пробил мною самолет.       Мы оказались внутри. Произошла разгерметизация, самолет потерял управление и начал терять высоту. Нас обоих занесло, я ударилась головой и потеряла сознание…. — Отец, почему я не могу увидеться с мамой? — Она слаба, если будешь проводить с ней время, будешь такой же слабой. — Но она ведь часть семьи, почему ты проводишь время со всеми сыновьями и дочерями, но никому не разрешаешь к ней приближаться, почему? — Джаконда, я запрещаю тебе к ней приближаться, ты меня поняла? — Да, отец…       Дерьмовый сон… Стоп, где я? Что происходит? Точно, я ведь сражалась с той тварью, но самолет разбился, а дальше я отрубилась. Берег? Оглянувшись, я увидела, что вокруг был песок, а впереди плескалась синева моря. Рядом валялся он, весь мокрый и покрытый склизким илом. Сил не было, практически сломанный протез висел тяжелым грузом. Челюсть, кроме речевых функций, других не могла выполнить. Пока я разминала тело, мой взгляд зацепился о булыжник около головы ублюдка в маске. Оперевшись на здоровую руку, я поползла к нему. Добравшись села сверху и, взяв камень, замахнулась над его головой. Он не подавал признаков сознания. — Эй, угадай где мы, — прохрипел он. — Протез мне в зад… — Все верно, Джа, ты дома. — Это невозможно! Самолет не мог нас довезти за такой малый срок! — Все верно, мы упали примерно в половине пути до Италии, дальше уже моя заслуга.       Оглянувшись, я увидела, что на берегу лежал спасательный плот, обвитый веревками. — Ты ведь не хочешь сказать, что плыл со скоростью 950 км в час? — Не совсем, если бы плавал с такой скоростью, мы бы добрались за четыре часа, а так ушло почти десять. Я что, действительно должна верить в подобный бред? — Даже если хотя бы половина из того, что ты сказал — правда, у меня еще как минимум час остался, чтобы выйграть наш спор. — Не сработает, я уже выиграл его наполовину. — Чего?! Как это вообще работает? Как можно выиграть спор наполовину? — Речь шла о том, чтобы притащить тебя в Италию по «моей» воле, так оно и произошло, но срок еще не закончился, так что чем закончился спор решать тебе. — Маска, мои руки затекают, если не закончишь с этой гребаной философией, твоя башка быстро познакомится с камнем в моих руках.       Замешкавшись, он выставил руки перед собой в слабой попытке защититься. — Да погоди ты! Мы можем пойти на альтернативу. Ты уже проиграла, но у тебя есть лишнее время. Убив меня, ты все равно не получишь желанную победу. Мы можем заключить сделку, мы пойдем на моё задание. Но тебе не придется мне подчиняться, как и убивать меня, что скажешь? Заодно и решим пару проблем, что мучают тебя много лет.       В его словах был смысл. В обычной ситуации я уже бы размозжила его черепушку, но странное чувство, которое не покидало меня с момента встречи, подсказывало, что я должна его послушать. — О каких таких проблемах? — Скажу, как опустишь камень.       Недолго думая, я откинула камень назад и метко попала на его мошонку. Каким бы он крепким не был, но его орехи самые, что есть обычные. Сжавшись от боли, тот свернулся калачиком и тихо заскулил. Глаза на маске выпучились и мгновенно сжались, кажется, такого сюрприза он явно не ожидал.  — Это тебе за то, что пробил мной самолет, ублюдок. — Я так понял, это значит да, — сквозь зубы прошипел он. — Дам тебе шанс, потом еще успею тебя застрелить. Так, куда идем, маска?       Он медленно поднялся с песка, придерживая пах руками и шепотом ругаясь. Выпрямившись, маска устремил взгляд в горизонт, где солнце уже коснулось морской глади.       Выждав минуту, он произнес: — В приют…