Нам нужна большая стрижка

      Дом загудел, заволновался и забродил, как молодое вино в бочке, почувствовавшее приближение весны. Стрижка — это вам не пустяк. Тут думать надо!       Ответственнее всех к процессу подошёл Шакал Табаки. Не поленился, съездил в библиотеку, взял подшивку гламурных журналов и выпросил у воспитателя всякий разноцветный дайджест, валяющийся на столах учительской, приступил к изучению последних модных тенденций в мире красоты.       Спокойнее всех был Сфинкс, ему менять и стричь было нечего, хотя, как заметил Рыжий, бровки можно было бы и пощипать. После этого невинного замечания кошак с крысой устроили классическую охоту хищника за грызуном с переворачиванием мебели и битьем посуды. Пока Рыжий, зажатый в углу душевой, не признал, что ошибался и брови у Сфинкса идеальной формы, в меру кустисты и, вообще, предмет постоянной зависти всех девчонок. Легче всех было шестой. Главный Пёс Дома сразу чётко обозначил свою позицию по внешнему облику своей стаи — под машинку на три миллиметра. Единогласно. Вторая вписала в заявку окраску, плетение дред, укладки, лаки, гели и пенки. Не определившимися оставались третья и четвёртая. О чем за завтраком им напомнил Ральф, страдающий от того, что шпильки, которыми он подколол волосы, постоянно вылезают со всех сторон и надо всё время подтыкать их на место. Глядя на мучения воспитателя, Стервятник предложил заплести тому французскую косу. — Обойдусь, — буркнул Чёрный Ральф, отходя от стола. — Очень жаль, — пропел себе под нос Вожак Птиц и, подхватив вилку и нож, приступил к фигурной нарезке омлета.       Табаки возбужденно блестя глазами и гримасничая своей чумазой мордашкой, доносил до состайников свои познания по части парикмахерского искусства. — Чего только там в Наружности не придумали, — заливался Шакал, — колорирование, тонирование, ламинирование, экранирование, мелирование, балаяж. Стригут бритвами и горячими ножницами, опаляют огнём! И прочие невероятные вещи, — он успел ухватить кусочек омлета с тарелки вяло жующего Слепого. — Так вот, касательно тебя, мой прелестный друг, — Шакал наставил вилку на хмурого утреннего Лорда, — мелирование и только оно! — Обоснуй, — потребовал Сфинкс. — Его намажут голубой вонючей пастой, — мечтательно, подперев смуглую щеку, вещал Табаки, — запакуют отдельные прядки в фольгу, вымоют и на выходе мы получим все переливы, выгоревших под южным солнцем волос. Солёные брызги моря, крики чаек и легкий бриз, — завёл песню Шакал. — Хрена с два, — грубо оборвал стайную мечту злой рассветный эльф. — У нас демократия, — промурлыкал большой лысый кот, — а потому ставлю вопрос на голосование, кто за знойные пряди для его сиятельства? Шесть за, Толстый воздержался, двое против. Принято. — Ладно, — шипел злющий Лорд, — а что на счёт Слепого? Я бы вот предложил асимметричное каре. — Угу, — кивнул Табаки с набитым булкой ртом, — асимметрия — то что нужно!  — Или рваные перья сверху, — сказал Горбач, — как у Наннеты. А Лэри выбрить виски, а хохолок на затылке выкрасить в зелёный. — Я тоже хочу мелирование. Для объема, — смущенно уточнил Курильщик на недоуменные взгляды. — Директор же сказал, что всё можно. — Ну да, ну да, сказал, — задумчиво согласился Табаки, — только знаешь, детка, одного осветления будет мало, надо ещё… И заткнулся от метко пущенной Слепым хлебной корки.       Македонский, притулившись на краешке стола, где более менее чисто, и прикрывая лист от шакалиного свинячества, записывал: мелирование — два, стрижка модельная — пять, стрижка машинкой — один. — Добавь ещё оформление бровей, — страстно шепнул не пойми откуда взявшийся Рыжий, — пригодится.  — Убью, — проорал Сфинкс, начиная второй раунд забега плешивого кота и огненной крысы.