Индульгенция жертвы

      Работать в паре с Даби оказалось на редкость легко: он всегда собран, внимателен и главное не путается под ногами. Нервы у него и впрямь оказались крепкими. Он всегда страхует меня. Стоит сзади, когда я целую «спящую красавицу», аккуратно придерживая за плечи, поворачивает, направляя руки куда надо. Я и сам могу, но иногда бывает трудно. Усаживает меня на стул и быстро уносит ведро.       Он сказал однажды, что видел пару моих «работ» с полицейским. И его всегда бесило, что тот даже на стул мне не помогал сесть. Видно же было, как мне плохо. Говорил, хотел найти его и морду набить — бесчувственная скотина этот коп. Тогда он решил: отыщет меня и станет напарником, поскольку видел, что, помогая другим, я сам никому не нужен. Он хотел быть рядом, быть опорой. В его глазах я не психопат-убийца, а лекарь. Он знал статистику. Процент людей, переживших страшное насилие и сумевших вернуться к жизни, ничтожен. Штатные психологи и платные «мозгоправы» не любят таких пациентов. Уходят годы, годы работы. Рецидивы, срывы, суицид. Если пациент сводил счеты с жизнью, психиатру не легче — его давит груз вины. Не смог помочь! А у меня стопроцентный результат. Живы, здоровы и счастливы. Он отыщет меня, чтобы помогать, убирать тела и чтоб я мог плакать на его плече, а не выть, сжимая окровавленный кулак в подворотне.       Да уж, мой новый напарник — ангел.       И я не иронизирую.       Даби находит заказ, готовит всё, просчитывая до мелочей. Проработав некоторое время, он всё делает быстро, четко и без шума. Хотя убийства ему также как и мне не по душе. Его отец обладая огненным квирком очень несдержан. Даби же спокойный и я бы сказал меланхоличный. Если работы нет, он проводит время, читая книги, лежа на диване. Он полностью сменил мой гардероб, выбрав неброскую, но фирменную и качественную одежду. Порядок в квартире наводит сам. Я пытался помочь, но меня мягко оттерли от домашней рутины. Готовим мы по очереди. У меня выходит лучше, чем у Даби. Он хвалит мою стряпню, ну хоть на это я ему пригодился.       Сравнить мою жизнь «до» и «после»? Да у меня сейчас не жизнь, а курорт на Мальдивах. Спасибо Даби. Я улыбаться научился, не хожу с вечно хмурой рожей.       Как-то раз я рассказал ему один случай. Единственный в моей практике. Тогда я никого не убил. Зато мучал три дня подряд. Я поступком не горжусь, но событие и впрямь было нетривиальным. Моим клиентом был бизнесмен. Его похитили и держали в заложниках. Когда за его спасение выложили большую сумму, то отпустили, не свернув шею. Но он не смог жить как раньше. Появилась агорафобия. Он боялся выйти из дома, постоянно было чувство, что за ним кто-то следит, а с его работой сидеть дома было невозможно.       Мне тогда много заплатили. Я естественно помог, но вот в итоге выяснил, что мой клиент не «белый и пушистый». Расчётливый и изворотливый гад, как оказалось. Алчная скотина без совести. Его похитили не без причины. Это сделал его бывший партнёр по бизнесу. Гадёныш подставил его настолько, что тот потерял всё. Бизнес, положение, а потом и семью. В итоге похищение было актом мести. Бывший партнёр, дойдя до края, всего-навсего хотел справедливости. И перегнул. Я нашел тогда незадачливого похитителя. Убивать не стал, проделал с ним то же, что и он со своим бывшим партнёром. Было до одурения мерзко. Хвала небесам, тот не опустился до сексуального насилия, я такое под страхом смерти не сделаю. Мне вырванных ногтей и паяльной лампы хватило.       Я считаю изнасилование самым извращенным поступком. Сколько пересмотрел подобного дерьма, не могу понять, как человек доходит до такого. Чудовищная жестокость. Совершая такое, насильник ранит не тело, он разрушает душу. Рвёт её в клочья. Можно залечить тело, но вернуть рассудок и душу потом практически невозможно. Я ненавижу свой квирк, но уважаю его как лютого зверя. Он живёт, питаясь кровью и смертью. Однако я вижу, как сломленная личность вновь становится целой. Пусть со шрамами, но способная жить дальше. Жить и радоваться этой жизни. И я тогда готов его терпеть. Терпеть ненасытную жадную тварь.       Промучив бедолагу, я выяснил один факт — меня не мучили кошмары после того, как я отпустил парня. Он раскаялся всей душой и сердцем, хотя его партнер и заслуживал наказания.       Даби выслушал тогда меня внимательно, делал какие-то записи. Он, кстати, когда со мной работал, потом тоже что-то постоянно писал. Жизнь с Даби меня определённо изменила. Удивляюсь его терпению, со мной сложно. Не в бытовом плане, а морально. Ему, по сути, пришлось учить меня взаимодействовать с людьми, а конкретно с ним самим. Годы, проведённые в бесконечных убийствах, сделали меня социофобом. Я не люблю людей, большие скопления. Ездить на метро для меня испытание. Пока я не убивал, такого не было. Квирк сильно меня прогнул под свои нужды. Мне хотелось общения, чтобы кто-то был рад меня видеть, но то, чем я занимался, не давало и шанса жить как-то иначе. До встречи с Даби я серьёзно сомневался, а доживу ли до тридцати лет? Но видимо у судьбы есть что-то в подарок даже для такого как я.       Он терпеливо приучал меня к своей персоне. К заботе, к поцелуям. У него есть врожденное чувство такта. Даже сварив для меня утром кофе, он не говорил: «Милый твой кофе готов», или что-то в этом роде. Кружка просто оказывалась у меня в руках. Он обнимал всегда, когда мне этого отчаянно хотелось, а просить я так и не научился. Даби изучил все мои жесты и мимику. Ему достаточно одного взгляда, чтобы понять моё настроение. Он учил меня целоваться. Хоть и сказал, что я умею. Я умею неподвижные тела целовать! Как извращенец, ей-богу. Даже не целую — касаюсь. А Даби целует. Нежно, чувственно, лаская мои губы. Вот за что и ему надо премию выдать, так за поцелуи. Я «таял» в его объятьях, когда он нежно целовал меня, исследуя мой рот своим языком. Дразнил, мягко покусывая губы. Я едва сдерживал стоны, но дальше поцелуев он почему-то не заходил.       Такого дуболома, как я, поискать. Но он возился и не жаловался. Когда я спросил, с чего мне такая честь, вместо коронного «хочу» я услышал немного иную фразу.       Потому что любит он меня, идиота.       Я завис тогда минут на пять. Стоял и таращился на него, как баран.       Я, пожалуй, и правда баран. Просто я не понимаю, за что меня любить…