Отчаявшийся

1 Встретиться нужно было как бы «невзначай». Дэдпул ведь не хочет, чтобы парнишка что-то заподозрил? Нет естественно! Поэтому действовать нужно осторожно и с гигантскую задницу терпеливо. — Ждем. — С радостным предчувствием сообщил воздуху Пул, усаживаясь на шею каменной горгульи. Паучку нравится это место, наемник прочухал это еще давно, когда Паркер настойчиво прогонял его самого отсюда. Будто он голубь или стая мошкары какая. «…» *…* «может скажем, что его продинамили?* «вот же тупая задница, он даже не пригласил его» *тогда почему мы до сих пор яйца морозим? Это блять камень, а не мягкая перина* — Пер... че? — Дэдпул перестал жевать огромный кусок сырной пиццы. — В любом случае, мы ждем удобного момента. «чтобы сброситься?» *чтобы сказать «привет, абрикосик, рад, что ты не сдох»* — Второй вариант, определенно второй. — Утвердительно закивал убийца, пуская пустую коробку в свободный полет. У кого-то будет помеха на лобовом стекле. Но не у Дэдпула, так что насрать. — Итак. — Мужчина сполз со статуи и отряхнул об себя руки. — Ну и где он? «а ты думал в сказку попал?» *хуязку. я замерз* — Ребята-ребята, вы такие пессимисты, нужно смотреть на мир проще. «как ты?» — Как я. — Ответил Уэйд, почесывая копчик дулом пистолета. *ради дьявола, только сраку себе не прострели, заживет, конечно, но ощущения явно не из приятных* Уилсон только весело фыркнул, возвращая оружие в кобуру. Где-то внутри было неспокойно. Глупо было ожидать, что Паркер примчится к нему на радужном единороге, раздаривая воздушные поцелуи, но Дэдпул как минимум хотел этого. Все, что ему нужно — это удовлетворить похотливого пауколюбивого демона, на этом все. «ну да, ну да, спи крепче» *тупая задница* Наемник засвистел, покачиваясь с пятки на носок. Время, наверно — да по-любому — шло, но скоротать бы его за чем-нибудь не помешало. Уилсон балансировал на краю, жонглируя катанами до тех пор, пока одна из них не отсекла ему кисть. Потом он пытался удержать пистолет на макушке, стоя одной ногой на голове горгульи. Затем пришла очередь прыгать. Кратковременная смерть и нудный подъем развеяли атмосферу, к тому же, после кончины мозга и его незамедлительного воскресения голоса умолкали как минимум на час, и эта сладкая пустота и тишина в голове была эйфоричнее морфия. — С другой стороны, — Пул оглядел ночной город, отвратительный в своем непрекращающемся сиянии, — оно мне надо? И ушел. На следующую ночь он снова пришел к холодной и неразговорчивой горгулье. 2 Паркер не выходил в «люди» уже месяц. Как герой он не появлялся уже три. Тетя Мэй оставила ему дом — интересно, когда именно ей пришло в голову написать завещание — но Питер не был бесчувственным мудаком, он попросту был не в состоянии даже дышать на его облицовку, не говоря уже о том, чтобы жить. Естественно, он его продал. И, о, какая радость, ему хватило на то, чтобы купить, наверное, самую дешевую двухкомнатную квартиру где-то в трущобах Нью-Йорка. «Этому месту нужен ремонт» — Лениво размышлял Питер, а потом вспоминал, что и ему, в принципе, тоже не помешает. И квартира, и человек в ней простаивались, точно плесень и кочки в болоте. Парень не следил за вереницей дней. Не ел, но и не пил. Только если воду. Паук считал, что свои кошмары заслужил, и бежать от них равносильно еще большему предательству. Он и так облажался по-крупному. Хоть наказание стойко примет. Ну, как, стойко. По-крайней мере, он еще не бьется головой о стену, хотя, о, этот момент недалеко, он знает. Счета поднакопились, определенно. Но у него еще есть в запасе пара месяцев, прежде чем злые люди отключат подачу газа и воды. Пока что он может, как и раньше, ни тем и ни этим не пользоваться. Газом уж точно. Питер сидел на кровати и глядел в окно. Когда его чертов организм уже сдастся и позволит сойти с ума? Ни умереть, ни жить. Ни вперед, ни назад. Он застрял в этой блядской стоячей болотной воде. Движение равносильно самоубийству, но неподвижность его только оттягивает. День за днем. День за днем… 3 Когда Дэдпулу надоело без дела отмораживать колокольчики, он решил перейти к активным действиям, раз пассивные результата не приносят. Он начал добывать информацию. Сначала — ненавязчивые вопросы. После — тонкие намеки. А уж потом — прямые угрозы. В итоге «добровольного» опроса граждан, наемник понял три вещи. Первое: ресторанчик того бразильца накрылся медным тазом, когда копы все-таки нашли подпольное казино. Второе: какой-то розовый громила покорил шоу-бизнес своим танцем щелкающих пальцев. И третье: лапша быстрого приготовления подорожала на два доллара. — Да уж, все так изменилось, — грустно вздохнул наемник, пиная мусорку, — ничего уже не будет как прежде. «может теперь, тупица морщинистая, про Паучишку узнаешь?» *че за танец такой, где только пальцами щелкают?* «говорят, что когда он закончил своей недо-канкан, половина зрителей настолько расчувствовалась, что БУКВАЛЬНО испарилась» *ПОДАТЬ МНЕ ЭТОГО ТАНЦОРА!* — Все, харе, парни, люди не так нас поймут и начнут обижаться. — Пул прислонился к кирпичной стене, переводя дух. «лично я плакал, когда Хиддлстона душили» *видел я одну порнуху, которая начиналась также* «да-а, кончилось все таким смачным щелчком» — Если бы я мог, мы были бы уже на Гавайях, там грустить веселее. — Мужчина поднял голову, в призрачной надежде выискивая глазами человеческих паукообразных. И, когда все рамки сопливой драмы были соблюдены, Уэйд решил, что пора бы взяться за Паркера серьезней, если он действительно хочет добиться от него того, что задумал.

Дальнейшие действия наемника не поддаются никакой логике, поэтому мы перейдем сразу к сути де…

«какая к херам логика?! мы же просто поговорили с людьми» *ужасный стресс. я думал, ничего страшнее, чем наше отражение после принятия холодного душа, быть не может* — ИТАК, — громко огласил Уилсон, быстрым шагом рассекая пешеходный переход, — Человека-сладкие-штанишки-Паука никто не видел уже три месяца. Досадно, искать становится труднее. «дадим объявление в газету?» *что напишем? помогите, мы просрали местного героя, примечательная черта: лупит воров и подвешивает их к фонарным столбам?* «а еще у него красивые глаза» *обязательно добавим про глаза* Пул мысленно согласился, зная, что его прекрасно слышно. На самом деле, дальше дело пошло быстрее. Достаточно было узнать, что после похорон тети Питер Паркер продал дом и свалил куда-то к хуям, как все стало сиятельно ярче. Хорошо, что Дэдпул знал, где можно раздобыть необходимую информацию, а то так пришлось бы шарить ночью по квартиркам и надеяться на счастливый плевок фортуны. 4 В доме точно кто-то был. Ночные призраки? Ожившие кошмары? Паранойя? В прихожей через коридор пролетел посторонний сапог. Нет, точно не паранойя. Она вымышленная, а человек в проходе явно реальный. Возможно. Питер не стал бы сейчас яростно отстаивать свою точку зрения. Человек в дверном проеме не двигался. Создавалось впечатление, что он просто притаился в своей уютной тени, и теперь в наглую изучает свою жертву. Питер определенно жертва, он сам это признал. Неизвестный гость выглядел внушительно, значит мужчина. Или очень-очень крупная женщина, что, в общем-то, радостней обстановку не делало. Почему незнакомец ничего не делал, а только пялился на него, Паркер не понимал, и особо вникать не хотел. Зачем бы этот тип не явился, пусть берет и проваливает. В конце концов, это не так уж и важно. И вот, фигура двинулась. На самом деле, Паук удивился. Меньше всего из всех возможных и невозможных вариантов он никак не ожидал увидеть его. — Уилсон? — Паркер. Снова молчание. В этот раз герой насторожился. Наемники не приходят посреди ночи просто так. — Я здесь не за твоей головой. — Уверил Пул. Здорово, он теперь даже не различает, когда открывает рот, а когда перерабатывает мысли. — Зачем пришел? — Все же спросил Питер, и удивился во второй раз. Это его голос? Какой-то озябший и рассыпчатый. Отвратительный, одним словом. — В приставку порубиться, но из техники у тебя только микроволновка. И, кажется, там кто-то сдох. Не уверен, что мышь, но раньше этот кто-то точно дышал и у него была шерсть, я надеюсь, что была, потому что иначе нам надо срочно валить. — Только микроволновка? А куда пропали холодильник и плита? — Да, там, где пятна на линолеуме, они определенно были, но сейчас там только пятна на линолеуме. Вообще это забавно, ведь кто-то не поленился вынести даже плиту, но микроволновку не тронул. — Думаю, это из-за того, кто там сдох, как ты выразился. — Да-а, начинаю тоже так думать. Этот разговор длился ровно две минуты и две секунды. За столь короткое время один успел испытать целую палитру из эмоций и гормонов, тогда как второй не заимел даже цельной мысли в голове. Паук не идиот. Когда Уэйд приблизился достаточно, чтобы присесть рядом на кровать, он все увидел. В позе, в интонации, в словах, в жестах, в глазах. Наемник пришел как был, в джинсах и толстовке. Смело. Питер ведь мог притвориться, что напуган до усрачки, и обидчивый Уилсон прострелил бы его кричащую голову, и все бы закончилось. Но нет. Он промолчал. Наблюдал, как тот приближается. И молчал. Смотрел, как он сел рядом. И по-прежнему молчал. Вглядывался в трещинки на коже, рубцы, розовые шрамы и шероховатости. Ничего не ощущал. И молчал. Паук не идиот. Поэтому, когда возбужденный наемник приблизился до опасно интимного расстояния, Питер все также молчал. И не отодвинулся. 5 Уэйд старался быть везде. На бедрах. Руках. Ногах. Шее. Пальцах. Ключицах. Плечах. Ребрах. Животе. Спине. Лопатках. Главное, на заднице. О, Уилсон тщательно отпечатывал в решетчатом сознании этот момент упоения близостью. Наемник целовал глубоко, до полного прекращения дыхания. Жадно, до невозможности это дыхание восстановить. И жарко, до удушья. Пальцы, привыкшие к весу холодного оружия, крепко впились в бледную кожу, чуть ли не сдирая ее с костей. Левым коленом он втиснулся между податливых ног парня, прижавшись плотнее к паху. Язык переключился с губ на шею, до, тут же алеющих багряных следов, впиваясь зубами в бьющиеся жилки. Еще ниже — ключицы, казалось, приложи мужчина немного больше усилий, и одним укусом сможет переломить кость надвое. Да, все было так, как представлял Уэйд, тугие мышцы, почти что высеченные из мрамора. А вот сам Дэдпул всего лишь кусок мяса, от человека имеющий лишь жалкое подобие формы. Тут иначе. Тут идеальность во плоти. Уилсон повел рукой от низа живота к резинке спортивных штанов. Он задержался всего на секунду, когда решил заглянуть в желанные глаза, чьего взора хватило, чтобы разбудить в нем первобытное вожделение. Питер не смотрел ни на него, ни куда-либо еще. Парень отвернулся от мира, желая только одного — раствориться в ощущениях, не больше. Забыть скверну. Забыть боль. Забыть отчаяние. Забыть одиночество. Забыть себя. Уэйд не воспринял это, как отказ, напротив, как высшую похвалу своим ласкам. Дэдпул тоже не идиот. Питер хочет забыть. А он хочет Питера. Они явно в силах помочь друг другу. Уилсон незамедлительно продолжил изучение чужого тела, уткнувшись носом Паркеру в живот. Наконец, рука дотянулась до наполовину вставшего члена. Быстрые движения ладонью порой творят чудеса. Добавьте к этому горячий рот и влажный язык — помутнение чьего-то рассудка обеспечено. Паук изогнулся до хруста в районе поясницы. Немой стон так и не сорвался с тяжело хватающего воздух рта, затерялся где-то на красных губах. Терпения становилось все меньше и меньше. Но Дэдпул и не планировал себя испытывать. Окончательно избавив Питера от штанов, он понял, что перед ним возникло препятствие. И ничего волшебным образом не материализовалось в прикроватной тумбочке. У Паркера даже тумбочки не было. «в фанфиках все проще» *у нас сейчас еще проще секс обломится, думай быстрее, тупая задница* «эй, «тупая задница» уже была» *ДА МНЕ КАК БЫ НАСРАТЬ* Прежде чем паникующий Уэйд нашел решение, Питер сделал все за него. Постаравшись как можно обильнее смочить пальцы слюной — важная поправка, не свои пальцы. бедняга Уэйд этого даже не заметил — Паркер направил их к нервно сжатому входу. Сам он чувствовал себя не лучше. Принять тот факт, что он сознательно пихает чужие пальцы себе в зад, весьма непросто. К счастью, ему не пришлось и дальше руководить действиями, когда до Дэдпуло дошло, что происходит вне его разделенного на куски сознания. Когда в дело пошло нечто крупнее, чем три пальца, у Питера снова стоял. Уилсон не собирался нежничать еще больше, чем сейчас. Закинув чужие ноги себе на плечи, он приподнял таз Паркера над кроватью и полностью вошел. Даже не стараясь скрыть скулящий «ах», наемник за пару мгновений старался осознать охерительную тесноту вокруг собственного члена. Питер по-прежнему не смотрел на него, растворившись в ощущениях. Сначала в дискомфортных, потом лишь слегка неприятных. Странное чувство. Уже немногим позже, когда в серии однообразных для Паука толчков произошло что-то до спертого дыхания невероятное, он почти удивленно вскрикнул. Для Дэдпула лучшего сигнала и не надо. Паркер на полном серьезе думал, что ничего приятнее до этого не испытывал. И, подходя к финалу, Уэйд ускорил темп, в два раза чаще надавливая на волшебную точку. Питер почти поверил, что сходит с ума. Он чувствовал момент оргазма все ближе и ближе, но он так томительно сладко подступил к самому краю, что конца всему этому действительно не хотелось. Вместе с упавшим рядом наемником, Питер вспомнил вторую причину, по которой не хотел получать послевкусие секса.