Сожги меня дотла

Четыре месяца спустя

      — Анника, тебе осталась руна Эваз, для Эйтри — Гебо. Попробуйте их объединить, только не как в прошлый раз — стену в тренировочном зале до сих пор восстановить не могут. Остальные на сегодня свободны.       Самая младшая и гиперактивная часть учеников с шумом попрощалась, покидая поле, а оставшиеся двое принялись вырисовывать в воздухе сложные рунические символы. Наблюдая за ними краем глаза, Катарина отошла, с наслаждением потягиваясь и разминая затекшие после тренировок руки.       — Думаешь, справятся? — скептично протянула Доротея, скрещивая руки на груди.       — Ну, мы перешли из зала на поле, — Катрин пожала плечами. — По крайней мере стены теперь в безопасности.       — Пойду, прослежу за Эйтри — по-моему, он опять перепутал Гебо и Йер, — выразительно вздохнула Доротея, а Катарина отозвалась благодарным кивком.       — Спасибо.       Ненавязчивую помощь Доротеи, имя которой было публично очищено от клейма предательницы Асгарда, было сложно переоценить. Катарине иногда казалось, что только благодаря матери она не слегла с нервным срывом в первые же дни, а её ученики пока что ни разу не попали в лазарет Эйр с травмами разной степени тяжести. Но вообще-то Катрин была более чем довольна — ей нравились её студенты, а она, кажется, нравилась им. Среди её подопечных значились шестилетняя Сигрид, Ханна и Гретта, которым едва исполнилось по восемь, и было очень непросто заставить их сидеть на одном месте. Девятилетний Инг, мечтающий стать эйнхерием, Анника, всего на несколько лет младше, чем была сама Катарина, когда в ней пробудились силы, и Эйтри Ригсон — единственный взрослый. Он был первым, кто захотел учиться у Катарины, став примером для тех, кто не доверял ей достаточно.       Наблюдая за работой Анники и Эйтри, Катрин вдруг заметила, что их движения рук стали более выверенными и точными, но одновременно и более напряженными. Ученики заметно занервничали, взволнованно перешептываясь и заглядывая куда-то за спину Катарины. Доротея, смотрящая туда же, усмехнулась и показательно закатила глаза, что уже объяснило ситуацию ещё до того, как сама Катрин обернулась. У тренировочного поля стоял Локи, скрестив руки на груди и наблюдая за учениками с притворной строгостью и холодным экзаменаторским вниманием. Встретившись взглядом с Катариной, он жестом подозвал её к себе, но девушка покачала головой:       — Я еще…       — Как раз освободилась, — перебила дочь Доротея. — Иди, я закончу с ними сама.       — Но…       — Иди-иди, — повторила Доротея с понимающей многозначительной улыбкой, заставляя девушку смущенно отвести взгляд.       — Спасибо, мам.       Покинув поле, Катарина подошла к Локи, но тот едва ли удостоил её вниманием, продолжая следить за Анникой и Эйтри.       — Сам принц пришел оценить мою работу, — произнесла Катрин, делая неловкий шутливый реверанс. — Большая честь. Что скажешь?       Локи не ответил, по-прежнему выглядя строгим и недовольным, и Катрин почувствовала, как в очередной раз с тех пор, как она стала работать с детьми (и Эйтри), внутри неё поднимается волна неуверенности и сомнений.       — Слушай, если я что-то делаю не так…       Локи наконец перевел взгляд на девушку, оценивая ее испуганный вид, и вдруг фыркнул от смеха.       — Выдохни, всё у тебя и у них в порядке. Насколько мне известно, никто из детей не закончил обучение под твоим руководством в Хельхейме. Во всяком случае, пока, — с ухмылкой протянул трикстер.       — Ты издеваешься! — возмущенно зашипела Катарина, сдерживаясь от нанесения Локи легких телесных повреждений только потому, что у них всё еще были зрители. — Раз все хорошо, зачем выдернул меня посреди тренировки? Соскучился?       — Разумеется, — ответил Локи, закатывая глаза и не забывая приправить интонации своего голоса изрядной долей сарказма.       Вопреки его ироничному тону Катрин смягчилась, чувствуя, как губы трогает улыбка — она знала Локи достаточно, чтобы увидеть за колючей оболочкой вполне себе честный ответ.       На самом деле это было проблемой, с которой Катарина совсем не ожидала столкнуться, но для людей, которые буквально жили вместе, она и Локи чертовски редко виделись. Таковой была реальность мира, который внезапно столкнулся с одновременным возвращением половины Вселенной. В течение пяти лет после первого Щелчка асгардцы обустроились, как могли, но рыбацкая деревня, дышащая унынием и серостью, была совсем не тем Асгардом, который хотели видеть Тор, Локи и сами асгардцы. Когда мир вернулся на круги своя, люди потратили пару дней на слезы радости и скорби, на бурное и счастливое приветствие тех, кто вернулся, и на прощание с павшими. Но едва эмоции немного улеглись, Одинсоны с большей частью населения буквально утонули в делах Нового Асгарда, начиная от постройки зданий и заканчивая дипломатическими визитами и приемами послов разных стран. В последнее время их загруженность пошла на спад, но в первые недели после возвращения Катарина ощущала присутствие Локи в своей жизни только поздними ночами, когда в полусне чувствовала, как кто-то касается губами её щеки или укрывает сбившимся в ноги одеялом. Да и сама девушка тоже не жаловалась на отсутствие дел. Помимо работы со своими учениками, она училась тому, как делать эту самую работу эффективной и безопасной — изучала те немногие магические трактаты, которые удалось спасти из Асгарда, часто консультировась со Стрэнджем, Доротеей и, когда появлялась возможность, с Локи. В возведении Нового Асгарда Катарина тоже участвовала, правда, по мелочи — Вечное пламя было не той магией, которая помогала строительству, и Катрине доставалась несложная работа руками, вроде покраски стен или высаживания цветов.       Разумеется, с подобным графиком об отдыхе на Альвхеймских озерах никто уже не говорил.       — Ладно, а куда мы идём? — спросила Катарина, когда Локи повел ее по узким улочкам, специально выбирая такие, где не будет шумной толпы. — Ведешь меня на свидание? — лукаво произнесла она, хоть и прекрасно знала, что это не так — после долгого дня сил у них обоих едва хватало на дорогу домой.       — Я потратил три дня на переговоры с Вакандой, а ты примерно столько же пыталась научить Эйтри руне Гебо, — Локи покачал головой. — Мы не идем на свидание. Мы идем домой, ужинать и спать.       — Все еще достаточно романтично при должном настрое, — пожала плечами Катарина.       Локи хотел что-то ответить, но его перебили звон оружия и победный клич Валькирии. Они с Катариной свернули в сторону поля, используемого для спаррингов, где Тор не слишком по-королевски развалился на земле, пока клинок Валькирии упирался ему в шею.       — Вы этого не видели, — буркнул Громовержец, поднимаясь на ноги.       — Конечно, нет, — с серьезным и абсолютно фальшивым выражением лица кивнул Локи.       — Я бы предложила еще один раунд, ангел, но думаю, тебе не до того. Как тебе его сюрприз? — спросила Валькирия, кивая на мага.       — Тихо, — прошипел он, сузив глаза.       — Сюрприз? — переспросила Катарина.       — О. Нет, ничего, — Валькирия покачала головой. — Извини, — одними губами проговорила она Локи, и Катарина заволновалась. Воительница никогда не извинялась перед ним.       — Там, кажется, помощь нужна, — пробормотал Тор, указывая куда-то в пустое пространство. Валькирия энергично кивнула, поддерживая эту неубедительную ложь, и они вместе быстро скрылись за поворотом.       — Объяснишь? — Катрин воспросительно приподняла бровь.       — Чуть позже, хорошо?       «Чуть позже» наступило дома после ужина, когда Локи внезапно спросил:       — Ты не будешь возражать против выходных в Альвхейме?       — Ага, думаю, в перерыве между вакандскими послами и изучением рун можем заскочить минут на двадцать, — фыркнула Катарина, но, увидев внимательный взгляд Локи, осеклась. — Подожди, ты серьезно?       — Вполне. Думаю, я тебе задолжал.       — А как же… — Катрин неопределенно развела руками. — Асгард?       — Не то чтобы я сильно полагался на Тора, но, думаю, за несколько дней даже он не способен всё разрушить, — усмехнулся трикстер.       — Не знаю… Это как-то неправильно, — неуверенно произнесла девушка.       — Ты ведь знаешь, что другие асгардцы точно так же получают выходные. Даже Тор.       Катарина неуверенно кивнула, понимая, что Локи прав. Им нужен был перерыв. Локи — особенно.       — Так ты согласна?       — Ладно, хорошо. Может, на следующей неделе или…       Локи вдруг резко взмахнул рукой, приближаясь к Катарине вплотную и легко толкая ее в плечи. Катрин вскрикнула и закрыла глаза, чувствуя, что летит куда-то вниз, и слыша знакомое шипение портала. Ощущение полета быстро исчезло, и она поняла, что снова твердо стоит на ногах, пока Локи поддерживает её за талию. В голове шумело, и Катрин чувствовала себя дезориентированной, но уже понимала, что они наверняка не в Новом Асгарде.       — Что… — девушка открыла глаза, встречаясь с лукавым взглядом Локи. — Как ты… — Катарина запнулась, замечая на его пальцах двойное кольцо. Её двойное кольцо. — Когда ты научился?!       — Не скажу, что это было сложно, — трикстер скривил губы в самодовольной ухмылке. — Стрэндж не гений.       Катарина моргнула несколько раз, прогоняя неприятное ощущение после резкого перемещения, и наконец огляделась. Локи перенес их на укрытый цветами берег озера — такого чистого, что Катрина могла пересчитать каждую песчинку на дне. Недалеко раскинулся хвойный лес, а горизонте виднелись горы под белыми шапками снега. Катрин присела, осторожно опуская ладонь в прохладную воду, и спросила, пусть и знала ответ:       — Мы в Альвхейме?       — Да.       — Но… — девушка поднялась, оттряхивая руки. — Но нельзя же просто взять и исчезнуть! А как же мои…       — Доротея с радостью согласилась тебя подменить, — перебил Локи, предугадывая ее вопрос.       — Ты говорил с ней? А меня сначала спросить?       — Ты бы придумала миллион причин, по которым мы не можем покинуть Асгард. Прямо, как сейчас, — Локи закатил глаза, демонстрируя одновременно раздражение и веселье.       — Но как мы…       — Я сейчас тебя в воду скину, серьезно.       Катарина резко закрыла рот, потому что знала — он скинет.       — Ну, ладно, — продолжила она более спокойным тоном. — Тор и Валькирия знали, да? Можно было и со мной обсудить.       — Не-а. То, что я люблю тебя, не значит, что у тебя есть привилегии в этом вопросе, — сказал Локи абсолютно будничным тоном, пожимая плечами.       Катрин замерла, думая, что ослышалась. Это… было совсем не тем, что она ожидала. Катарина давно знала, что и она и Локи не были теми людьми, которые легко говорили о чувствах, поэтому слова на «л» между ними до сих пор не звучали. Это не значило, что этого «л» у них не было — Катрин могла чувствовать это во взглядах, в прикосновениях и в «ладно, я не скажу Тору, что это был ты». Катарина чувствовала это. Но сказать… Сказать было тяжело. Слова на «л» как бы подразумевались, но ни разу не произносились вслух. До этого момента.       — Что? — тихо переспросила Катарина, продираясь сквозь внезапный ком в горле.       — Думаю, ты меня услышала.       Катрин замолчала, зная, что если попробует заговорить снова, голос точно ее подведет.       — Катарина? — нерешительно позвал Локи, когда пауза начала затягиваться.       Вместо слов она поднялась на носочки и втянула Локи в поцелуй, порывистый и отчаянный, пытаясь выразить в прикосновении губ всё то, что пока не могла сказать вслух.       Локи быстро отстранился, и Катрин подалась вперед с явным возгласом неудовольствия, заставляя трикстера ухмыльнуться.       — Терпение, дорогая.       Локи отстегнул свой плащ, расстилая его на траве, и толкнул Катарину на мягкую ткань, ловко избавляя её от футболки и джинс.       — Локи… — тяжело выдохнула Катрин, пока его губы неспешно скользили по ее телу. — Можешь повторить?       — Повторить что? — явно издеваясь, спросил он, оставляя поцелуй на её обнаженном бедре.       — Локи, — пытаясь не звучать слишком отчаянно, позвала Катарина, выгибаясь навстречу его рукам. — Скажи еще раз, — снова попросила она. — Пожалуйста.       — Жадная, — хрипло выдохнул Локи, снова прикасаясь к её губам и целуя медленно и сладко.       Отвечая на поцелуй, Катрин начала стягивать рубашку с его плеч, случайно (а может быть и нет) царапая ногтями кожу.       — Мне стоило связать тебе руки.       Катарина не ожидала, что эти слова мгновенно заставят её почувствовать вспышку жара внизу живота и несдержанно застонать.       — Вот как? — Локи выглядел удивленным, но очень довольным, пока Катрин прятала глаза от смущения. — В следующий раз, девочка.       — Ты… Ты должен сказать это еще раз, чтобы я могла ответить.       Локи тихо рассмеялся, целуя ее нежную кожу за ухом и говоря:       — Люблю тебя.       — И я, — еле слышно произнесла Катарина, чувствуя, как у Локи на мгновение сбивается дыхание. — Люблю тебя.

***

Однажды

.       — Локи.       Трикстер на мгновение прикрыл глаза и медленно выдохнул. Подобный тон его брата обычно сулил Большой и Серьёзный разговор.       — Я недавно был в нашей сокровищнице, — продолжил Тор, кажется, не замечая, как Локи начинает медленно двигаться к выходу.       — Поздравляю, — без энтузиазма отозвался маг. Новая сокровищница хранила в себе те немногие реликвии, которые удалось спасти из Асгарда, поглощенного пламенем Рагнарека. Немногое уцелело, и Локи сомневался, что теперь там найдется хоть что-то интересное.       — Посмотри.       Тор положил на стол маленькую шкатулку. Это была довольно простая вещь, без нагромождения золота и камней, свойственных большинству асгардских изделий. Открыв шкатулку, Локи замер. Внутри лежало кольцо — тонкий золотой ободок с россыпью камней, почти невесомый и изящный. Знакомый.       — Это…       — Помолвочное кольцо Фригги, да. Она хотела, чтобы оно досталось той, кто однажды станет принцессой, помнишь?       — И что же? Ты нашел кого-то на эту роль? — с сомнением спросил Локи. Насколько ему было известно, после размолвки с Джейн Фостер брат был одинок.       — Нет. Просто я подумал… Оно должно быть у тебя.       — Брат мой, если это предложение, асгардцы во главе с Катариной могут не понять.       — Локи!       — Что? Оно для наследницы престола, для твоей будущей жены.       — Нет, — уверенно сказал Тор. — Мама говорила, оно достанется избраннице одного из нас.       — Тор, к чему ты клонишь? — с подозрением произнес Локи. Его брат был из тех, кто всегда говорил всё в лоб. Недомолвки и намеки — стезя Локи.       — Я не пытаюсь лезть в вашу жизнь или что-то подобное, но… Мне кажется, Катарине оно подойдет. Ты так не думаешь?       В разговорах с братом Локи редко не мог найти слов, но сейчас у Тора определенно это получилось.       — Я…       Быстрый стук в дверь был единственным предупреждением, которое братья получили перед тем, как Катарина ворвалась в комнату. Тор едва успел убрать шкатулку в карман плаща.       — Насчет этого… — с порога начала девушка, но тут же замолчала, замечая странную атмосферу. — О чем разговор? — спросила она, переводя подозрительный взгляд с Тора на Локи и обратно.       — Ни о чем, — ответил Тор слишком быстро для того, чтобы это казалось хоть немного правдоподобным.       — Ни о чем, — повторил Локи, бросая быстрый взгляд на руку Катарины и мысленно рисуя на её безымянном пальце тонкое золотое кольцо.       Может, Локи и не любил признавать это, но на этот раз Тор был прав.       Оно прекрасно подойдет.