Снова ты, снова в этом классе.

Тело как будто перестало меня слушаться. Да, моя занесённая уже нога неплохо приложила Шинсо по шее, но толку в этом очень мало, потому что он уже овладел моим разумом и теперь я под его полным контролем. Всё, что я видела, было как бы в своеобразной виньетке, и смотреть получалось только перед собой в силу того, что глаза были мне так же неподвластны, как все остальные части тела. Голоса зрителей и комментаторов были неразборчивыми и далёкими, протяжным эхом гуляли по моей голове, отлетали от стенок черепа и по-настоящему в одно ухо влетали, а из другого вылетали. Шинсо, потирающий шею, куда ему прилетело подошвой кроссовка, был единственным не размытым силуэтом. - Отлично, - сказал в голове его голос, чуть не взорвавший мне череп своей непривычной ясностью и чёткостью произношения, казавшейся разрушительной на фоне остальных звуков. - А теперь выйди за черту. Проиграй мне, девчонка! Но вот тут- Хитоши и провалился. Он не учёл, что моей твёрдой атакой был загнан в угол поля, чтобы лишить его пути к отступлению. Почему-то он был очень удивлён, когда я на слабых ногах пошла в его сторону, то есть по кратчайшей траектории к границам. Сначала, признаться, я тоже была в шоке из-за самопроизвольного движения моего тела, но как только увидела явно взволнованное лицо противника, порадовалась собственной невнимательности, которая привела к таким последствиям. Шинсо отступал, больше ему ничего не оставалось. Даже если он сейчас освободит меня от гипноза, будет вынужден принять бой, а драться со мной никто и никогда не любил, особенно после того, как на одной из тренировок в свои пятнадцать я чуть не выбила челюсть своему партнёру по спаррингу, причём пяткой, и то в перерыве между драками, когда он лежал на татами и наслаждался покоем, пока мог. А точнее, пока не решил подняться, когда я шла спиной в опасной, как оказалось, близости от него. С тех пор все, кто знает меня больше двух лет, избегают конфликтов, которые могут довести до драк. Хитоши покане в курсе, но если он вернёт мне контроль над моим законным телом, непременно поведаю ему об этом. И если НЕ вернёт, тоже поведаю. Только вот Шинсо предпочёл, похоже, отступление. - А ну стоять! - крикнул он, и моя голова едва не раскололась. От этого болевого шока я смогла частично прийти в себя, хотя и не могла управлять всем телом целиком и полностью. Ноги как будто приросли к земле, но мне показалось, что я могу пошевелить одной рукой. Хитоши этого не замечал. Он отошёл из угла, глядя на меня рассерженным взглядом потемневших сиреневых глаз. Отдышавшись, он с улыбкой сказал: - А теперь проиграй, паршивая выскочка! И тогда как-то само собой пришло сумасшедшее решение, от которого зависел мой выход во второй раунд. Я сжала руку, которой могла управлять, в кулак и резко шевельнула кистью руки вниз. Руку от большого пальца до запястья дёрнуло сильной болью от растянутых, если не порванных, связок, и этой боли хватило, чтобы вернуть себе полноценное управление над своим телом. Я резко остановилась и, потирая руку, с гаденькой улыбкой обернулась к изумлённому Шинсо. Его замешательство стало моим шансом. Он стоял шагах в десяти и из-за своего удивления вряд ли мог сейчас среагировать, как среагировал бы в другой ситуации. Расстояние я сократила не слишком быстро, достаточно, чтобы как минимум прийти в себя, но Хитоши продолжал стоять, не верящими глазами глядя на меня. Получив сначала апперкот в челюсть, а затем боковой по скуле, парень был отправлен в нокаут. На его лице по-прежнему осталось выражение непонимания ситуации, выражение, какое бывает, когда просто заваливаешь экзамен, ответы на который ты знал в абсолютном совершенстве. Конечно, мне было жаль поверженного внушителя, но увы, изворачиваемся как можем, не до жалости. - Шинсо в нокауте. Рейко проходит в следующий раунд! - объявила Миднайт. Вслед за носилками с бессознательным Хитоши я направилась в медпункт. Исцеляющая девочка без труда вылечила всё-таки порванные связки и пообещала, что до второго раунда они полностью восстановятся. Конечно, лечение и долгие нагрузки вызвали сильное физическое истощение, поэтому, как только я пришла на трибуны на негнущихся ногах и села на мягкое сидение между Тсу и Кёкой, почти сразу уснула на плече последней, так и не увидев в бою своих одноклассников. * * * Знакомый уже коридор с огромной дверью. Я чётко видела перед собой цель: заговорить с человеком в классе, даже если это будет стоить мне моей непутёвой головы. Даже если звук голоса взорвёт меня изнутри. А то, что это очень возможно, я знаю и ясно понимаю. Но я не хочу беречь себя, я хочу лишь услышать его слова. Он стоял у того же окна и на стук моих шагов обернулся. Снова глаза человека сверкнули из-за тёмных волос, как и в прошлый раз. Я смотрела на него и не заметила, как дверь плавно закрылась, даже не стукнув. Человек у окна закрыл глаза и улыбнулся, повернув голову к окну. - Я ждал тебя, Нари. - сказал он. Я приготовилась к адской боли, но просто не почувствовала её. Наоборот, голос разогнал убийственный стук моего сердца. В помещении воцарилась благодатная тишина, так свойственная вечеру в Юэй. - Почему... - начала я, но мой собственный голос вдруг пропал, и сказать я ничего не могла при всём своём желании. Человек подошёл ко мне и положил длиннопалую ладонь на мою щеку. С полминуты он просто смотрел мне в глаза, продолжая улыбаться, но потом вздохнул и снова, который раз отвернулся. - Тебе нужно проснуться. * * * - Ю! Ю! Вставай! - меня очень сильно трясли за плечи. Открыв нехотя глаза, я увидела Кёку и Урараку, которые всеми силами пытались разбудить меня. Увы, плодотворно. Оказалось, пока я спала, окончился первый раунд. Мой бой был вторым, но одноклассники решили, что мне не помешало бы, наверно, подготовиться к сражению, поэтому и разбудили меня несколько раньше, не предполагая, чем окончится поединок Киришимы и Катсуки. Зная последнего, точно ничего не скажешь, только предположишь, и то уверен не будешь. - Как Тсую? - спросила я у Джиро и Очако, растягивая руки и приходя в себя после сна. Девочки переглянулись и покачали головами. - Бакуго неплохо побил её, - Урарака посмотрела на арену, где присутствие объекта её ненависти угадывалось по громкому бомбилову на Эйджиро, злым взглядом. - Тсу сейчас, должно быть, в лазарете, лечит свои ожоги, если она его нашла... - И вы сидите здесь в это время? - возмущённо спросила я и твёрдой походкой ушла с трибун под недоумевающие взгляды одноклассниц. Асуи я нашла в одной из комнат для подготовки. Она сидела на подоконнике, поставив на него ноги и уперевшись лбом в стекло. Маленькие хрупкие плечи изредка вздрагивали, как будто от беззвучных рыданий. - Тсу! - воскликнула я и быстро подошла к подруге. - Тсу, как ты? Ты была у Исцеляющей девочки? Тсую повернула голову ко мне. Это было страшное зрелище: милое лицо девушки было изуродовано ужасными тёмными ожогами и вздувшимися зеленоватыми волдырями, царапинами и кровоподтёками. Было видно, что Асуи едва сдерживает слёзы, но уже вот-вот заплачет. - Тсую... Немедленно идём за мной! - твёрдо сказала я и потащила девушку в медпункт. Та тихо квакнула, но сопротивляться не стала. Исцеляющая девочка пришла в ужас от многочисленных ранений Асуи. Сделав ей жестокий выговор, Целительница наложила много повязок и компрессов, чтобы ожоги прошли быстрее и меньше тревожили. Когда мы с Тсую вышли из медсанчасти и шли в молчании к трибунам, Асуи тихо сказала, остановившись на середине коридора. - Ю... Спасибо тебе. Я повернула голову к подруге и встретилась с её большими глазами, которые быстро наполнялись слезами, стекавшими по щекам и терявшимся где-то в складках куртки спортивного костюма. - Ты... Ты единственная, кто побеспокоился обо мне. - всхлипнула Асуи. - Да, конечно, Джиро и Урарака тоже были взволнованны, но только отправили меня в медпункт. Они думали, я дойду сама, думали, обойдусь без моральной поддержки... - Ну, я тебя тоже ещё не поддержала, - сказала я и обняла подругу. - Психолог из меня так себе, но обнимашки обычно всегда... Тсу? Эй, хватит плакать, Тсую! - Прости, - шмыгнула носом девушка, - тебе нужно готовиться, а я тут... - Ты серьёзно думаешь, что я брошу тебя, когда тебе так плохо? - выгнув бровь, спросила я. - Мне всё равно на свою подготовку. Я доведу тебя до трибун и узнаю своего противника, а если будет время, подготовлюсь как-нибудь быстренько. Пошли. Когда мы вошли на трибуны, Катсуки на арене уже добивал несчастного Киришиму. Девочки бросились было со свойственной им говорливостью к Тсу, но она проигнорировала их и села к Изуку. Со своего места поднялся Иида и широкими, размашистыми шагами подошёл ко мне. - Идём, сейчас наша схватка, - сказал он, и мы вместе ушли с трибун. Я вышла на арену под громкие крики и улюлюканье зрителей, так же, впрочем, как и Тэнья. Его очки азартно сверкали на солнце, лицо выражало полную решимость, а кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. Только сейчас я осознала всю прелесть своего положения. Иида очень быстр и почти так же силён. У него преимущество в росте и телосложении. Значит, чтобы закончить бой поскорее, он с разбегу схватит меня и просто вынесет за пределы поля. Отцепиться от него я вряд ли смогу, и тот же шанс на то, чтобы увернуться. В любом случае, действовать надо быстро и со всей решимостью, даже с риском. Нельзя показывать Тэнье, что у меня нет чёткого плана. - Сейчас перед вами выступят новые замечательные ученики! Оба с геройского курса и оба превосходно показали себя в прошлых своих сражениях! Первый А класс, Тэнья Иида! - провозгласил Хизаши. Когда умолкли приветствия, Ямада продолжил. - И его противница, ученица того же класса, освободившаяся от контроля над собой, порвав связки, Юкинари Рейко! Под шум зрителей Мик начал обратный отсчёт от трёх, и над ареной пронеслось громогласное "СТАРТ!". Иида сорвался с места и сократил расстояние между нами почти наполовину. Пока было время, я рванула к границе. Публика поняла это как мой побег, но вот Иида так, к счастью, не думал. Он продолжал стремительно приближаться и загнал меня в угол, как я Шинсо. Повернувшись к сопернику лицом, я сделала вид, что уже просто не знаю, что делать. Тэнья повёлся на это и выставил руки, чтобы схватить и выкинуть меня, но я мало того, что уклонилась от него, так прошмыгнула прямо между его широко расставленными в беге ногами. Очутившись за одноклассником, который едва удержался, чтобы не упасть, я развернулась и от всей души пнула его под зад. Тэнья пошатнулся и упал, руками и головой очутившись за чертой. При этом он не вполне тихо чертыхался, что стало интересным зрелищем, поскольку раньше Тэнья считал себя выше того уровня, на котором положено громко проклинать свою неудачу. - Иида за чертой. Рейко выходит в полуфинал! - радостно объявила Миднайт. Я облегчённо улыбнулась и помахала камерам. Подойдя к Ииде, я протянула ему руку, как опору. - Ты изначально это придумала? - спросил, поднявшись, Тэнья. - Не совсем. Такая задумка появилась, когда я уже стояла в углу. - ответила я, в компании старосты возвращаясь к классу. - Кто из наших ещё в этом раунде? - Остались Тодороки, Токоями и Ашидо. Тодороки сражается с Ашидо, Токоями с девушкой из первого Б, Ибарой. - ответил Тэнья, - В полуфинале будут пока только ты и Бакуго. Лично я ставлю ещё на Токоями и Тодороки, они по-любому пробьются. - Может, ты и прав, - пожала плечами я, - Знаешь, я уже всё чаще вспоминаю, что мне сказал Шинсо. "Задумывалась ли ты, что ждёт тебя в случае твоей победы?", например, - процитировала я. - Как же он прав, - сочувственно покачал головой Тэнья. Да, Хитоши прав. Я не думала, что ждёт меня в следующих раундах. Но если в полуфинале окажется Тодороки, он точно припомнит мне все падения, которые я ему обеспечила. А если моим противником окажется Бакуго, то он несомненно вынесет мне мозг, если не словами, то причудой. Замечательный день сегодня, особенно чтобы умирать под поддержку зрителей.