Без вариантов

Салли перебирал струны дорогой сердцу гитары, наигрывая нехитрый мотив, и поглядывал на развалившегося в своих ногах Ларри. С блокнотом и карандашом в руках, тот неторопливо и как будто лениво черкал очередной набросок. Салли догадывался, что, а точнее, кого там увидел, но предусмотрительно не лез раньше времени: Джонсон показывал только тогда, когда сам считал нужным, и Салли, как хороший друг, уважал это желание. — Эш в последнее время ведёт себя странно, не думаешь? — завёл разговор Ларри, придирчиво осматривая набросок и что-то исправляя. — Не замечал, — ложь слетела с языка легко и непринуждённо, но внутренне Салли весь сжался: как же стыдно врать лучшему другу, а по совместительству ещё и любимому человеку. Благо, Ларри в глаза не смотрел, а то совсем жопа. — Гонишь? — нахмурился тот, отбрасывая блокнот. — Только слепой не заметит, что она нас избегает. Вздохнув, Салли отложил гитару и перебрался к насупленному другу поближе. — У неё сложный период, — пояснил Салли, кладя ладонь на чужое острое колено и сжимая его. — Надо просто это пережить. Смотря на его ладонь долгим взглядом, Ларри сгорбился, словно желая сделаться в разы меньше, и неожиданно положил свою руку поверх, сжимая прохладные пальцы. Салли улыбнулся и легонько боднул друга в плечо, привлекая его внимание, а когда Ларри повернулся, подло ткнулся лбом в его подбородок. Ойкнув от встречи с далеко не мягким протезом, Ларри, вместо того, чтобы отстраниться, вдруг поцеловал место, об которое ударился. Шокированный подобной инициативой, которую так и хотелось окрестить именитым выражением «ударили левую щёку, подставь правую», Салли прыснул. — Ты чего ржёшь? — удивился Ларри, а когда не получил ответа, разозлился, и ещё разок, для профилактики, клюнул друга поцелуем. Правда, теперь в макушку. Салли поперхнулся смехом и небольно ущипнул друга через ткань футболки. — Я буду мстить! — пригрозил Ларри и тоже рассмеялся, падая на кровать и утягивая Фишера за собой. Разместившись у друга под боком, Салли расслабленно прикрыл глаза. — Через пару дней тупой рождественский бал, ненавижу его, надо будет всем прийти и… — Ларри неловко прокашлялся, — не то чтобы меня это волнует, конечно, но одному идти как-то стрёмно. — Ты никого не позвал? — удивился Салли, приподнимаясь на локтях. Буквально на днях Джонсон неловко беседовал с их общей одноклассницей, и Салли, сжираемый ревностью, был уверен, что друг наконец-то озаботился поиском себе праздничной пары. — Я хотел, но как-то не срослось, — смущённо пояснил друг, потирая затылок. Салли, не будь дураком, сразу понял: это его шанс. — Я тоже никого не позвал, — плюхнувшись на прежнее место, вздохнул он, подкладывая руки под голову, — но мы могли бы… э-э-э… пойти вместе?.. — Вместе? — переспросил Ларри, подпирая голову рукой и удивлённо смотря снизу вверх. — Это будет нечто, чел! Я думал, что самой вызывающей парой будут Тодд с Нилом. — Не в этот раз, — рассмеялся Фишер, приоткрывая функционирующий глаз. Они уставились друг на друга, а у Салли предсказуемо перехватило дыхание и пересохло в горле. Он давно разучился спокойно смотреть в любимое лицо. — Так… ты не против? — осторожно уточнил Салли, всеми силами стараясь звучать сдержанно и непринуждённо. — Нет, конечно нет, чувак. Да это почти грёбаная мечта, — Ларри улыбнулся как ни в чём не бывало, а Салли для себя решил, что если бал пройдёт успешно, он обязательно признается в своих чувствах.