Ты мой маяк

      — Гермиона, он ведь солгал, да? — Снова спросил он. Девушка не могла сказать ни слова. — Или… Нет — Рон встал со скамьи. — Почему ты молчишь? — Гермиона смотрела в пол и пыталась сдержать слезы, которые уже медленно стекали вниз. — Я хотела рассказать, — Грейнджер не хватало смелости взглянуть на своего парня. — Правда хотела. — Я не понимаю, — Уизли сделал несколько шагов, посмотрел на сидящую девушку, затем снова сел рядом. — Так ты и он..? — Нет, нет, все было не так, — Грейнджер наконец взглянула на него. Ее щеки слегка покраснели из-за слез, которые остались на длинных ресницах. Она смехнула их ладонями. — Послушай, он и правда сказал, что влюблен в меня, пытался поцеловать, но это все, — Гермиона видела, как сжимаются кулаки Рона, он смотрел прямо и его скулы сводило от злости. — Я сказала, что хочу быть с тобой и мы больше не общались.       Несколько минут они сидели в тишине. Ни голосов, ни шагов, только тихий плач Гермионы и дыхание Уизли. — Ты сказала тогда правду? О том, что любишь меня. — Этот вопрос звучал с особой печалью. Конечно, теперь парень сомневался во всем. Гермиона не успела произнести даже слово, как в комнату кто-то вошел. Это был Драко. Девушка поняла, что это худшее, что могло произойти, учитывая ситуацию. Уизли не долго сидел молча. Через несколько секунд он оказался рядом с Малфоем и уже собирался ударить, как Гермиона схватила его руку, не давая сделать задуманное. — Так ты теперь все знаешь. — Голос блондина звучал уверенно, без капли язвительности. Рон был в бешенстве и Грейнджер это знала. Она изо всех сил пыталась прижимать правую руку Уизли к себе. — Закрой свой рот! — Прорычал парень. — Ты должен знать, что она не виновата. И она не сделала ничего плохого. — В глазах Драко Гермиона увидела что-то, что вселяло уверенность в том, что слова, которые сейчас прозвучали, были больше для нее, чем для ее парня. Малфой направил свой взгляд на нее. — Не смей больше подходить к ней! — Хочешь совет? Тебе следует стараться лучше, а не то кто знает, — блондин широко улыбнулся. — Однажды Гермиона может выбрать меня. — После этих слов последовал толчок в грудь. Рука Рона вырвалась из хватки Грейнджер и нанесла удар по левой стороне лица Драко. — Прекрати! Рон! — Девушка хотела остановить обезумевшего Уизли, который уже сбил с ног Малфоя. — Я прошу тебя! — Урод. — Парень ударил блондина. Гермиона бросилась к ним, крича, чтобы Рон остановился. Внутрь забежали люди. Затем был еще один удар, и еще один, прежде чем Уизли услышал, кав Гермиона громко вскрикнула. Драко взглянул на нее. Грейнджер сидела на полу рядом с ними, а ее щека покраснела. Рон не заметил, как локтем задел ее, когда та пыталась остановить его. Малфой резко оттолкнул Уизли и оказался рядом с ней. К Гермионе также подбежали Джинни и Гарри. — Уведите его отсюда. — Сказал Поттер. Его друг не пытался сопротивляться, когда Невилл и Дин взяли рыжеволосого под руки и буквально вывели его. — Гермиона, как ты? — Гарри велел позвать мадам Помфри. Драко помог девушке подняться и усадил ее на одну из кроватей, стоящих рядом с ними.       Когда девушке осмотрели место, куда пришелся удар, оказалось, что все не так плохо. Мадам Помфри обработала кожу лица, намазала ее специальным кремом и сказала, что после предстоящих выходных от синяка не останется и следа. Малфою тоже обработали все ушибы, он сказал, что это результат еще той драки в туалете. Гермиона не стала рассказывать настоящую причину своей травмы, чтобы не усложнять ситуацию еще сильнее и мадам Помфри, конечно же, не уведомила декана факультета. Грейнджер отправили отдыхать и посоветовали впредь аккуратнее спускаться по лестницам.       Джинни отвела подругу в комнату и помогла привести себя в порядок. Уизли была возмущена поступком брата и очень злилась на него. Гермиона так и не смогла рассказать ей все, но поблагодарила за помощь и попросила оставить ее одну. Ей необходимо было подумать о сегодняшнем. Джинни тихо вышла из комнаты.       Идеальный мир рухнул буквально за несколько часов. Что теперь делать с Роном? Грейнджер вспомнила те серые глаза, что продолжали смотреть на нее. В них она увидела тревогу, страх и печаль. Почему Драко не защитил себя? Он просто лежал и принимал удары, но как только увидел, что Гермионе больно, то сразу же смог подняться. Все стало очень сложным, а ведь еще недавно казалось, что впереди только радость.       Когда за окном стало темно, девушка наконец вышла из своей спальни и спустилась в общую гостинную. Комната была пустая, только камин продолжал гореть. Грейнджер пропустила ужин, а когда сокурсницы вернулись в их общую спальню, стало слишком шумно и девушка решила поискать более тихий уголок. Гермиона села на диван и уткнулась лицом в колене. Мягкое сиденье провалилось под чужим весом, Грейнджер повернула голову. Поттер протянул подруге шоколад, она взяла ломтик и через миг почувствовала сладость во рту. — Рон мне все рассказал, — начал разговор Гарри. — Ты как? — Он, как и Уизли, всегда поддерживал Гермиону, утешал ее и был готов помочь. — Не знаю. Все сложно и мне плохо, Гарри. — Вздохнула девушка. Друг приобнял ее и висок Грейнджер коснулся его плеча. — Он не специально. — Знаю. Меня больше беспокоит другое. — Девушка сильно корила себя за то, что не рассказала правду Рону сама и все в итоге обернулось худшим сценарием. — Гермиона, что у вас с Малфоем?       Они сидели около часа, пока Грейнджер рассказывала Гарри в их историю с Драко. Она рассказала все с самого начала, с того общего проекта и поведала ему о том, что блондин когда-то в детстве проявил к ней интерес. Это случилось до начала дружбы с Уизли и Поттером, до того, как Малфой назвал ее грязнокровкой. Гермиона знала, что все не должно было быть так, что ей не следовало общаться с ним в то время, когда ее друзья праздновали рождество. Черт, теперь она начала жалеть, что тогда не поехала с ними. — Что ты думаешь? — Спросила Грейнджер. Ее друг помолчав, ответил: — Я не считаю, что Драко так легко изменился. Да, может, это все влияние Люциуса, но Гермиона, он внимал эти ценности большую часть своей жизни. По-моему, ты совершишь ошибку, если не прекратишь это все. — Грейнджер обняла Гарри. — Ты сильная, ты справишься. Вам с Роном надо все разрешить. Он очень любит тебя. — Гермиона чмокнула Поттера в щеку. Но дружеский совет от того, кто знает ее, кто знает Рона, не прибавил ей уверенности. В одном Гарри прав — ей необходимо объясниться со своим парнем, если Уизли еще им является.       Эти мысли не давали девушке уснуть. Лаванда громко сопела, когда Гермиона встала с пастели. В замке стало намного теплее, поэтому натянув мантию на пижаму, Грейнджер тихо вышла из комнаты. Ей не хотелось бесцельно блуждать по коридорам и слышать недовольное ворчание со стен, поэтому Гермиона направилась туда, где в такой час никого не должно было быть. Но она ошиблась и почти сразу это поняла. Приоткрыв двери на кухню, она никак не ожидала сегодня увидеть там его. Да, ей следовало предусмотреть это, но Грейнджер думала, что после сегодняшних событий, Драко будет отсыпаться. — Тебе сказали отдыхать. — Тихо произнес Малфой. Она бы выглядела трусихой, если бы прямо сейчас сбежала. — Тебе тоже. — Сейчас и на его лице появились синяки, заметно, что ему хорошо досталось. Блондин улыбнулся. — Прости за это. — Драко рукой показал на ее лицо. Ее ладонь инстинктивно потянулась к щеке. — Ты не виноват. Это случайность. — Если бы я не заикнулся о нас, то этого бы ни случилось. — Не было никаких «нас», Драко. — Блондин поднял глаза на Гермиону. Ему все также было больно от ее слов. — Да, это же ты отказалась. — Грейнджер устало вздохнула. Сейчас она была не готова к подобным разговорам. — Ладно, не важно. Я ведь решил разлюбить тебя. — Теперь больно стало ей. Оба тянулись к этому чувству, что было между ними, но Гермиона не могла бросить все во имя этих отношений, а Драко ничего не оставалось, как принять это и пытаться жить дальше. — Кстати, когда ты мне дала ту пощечину, я вспомнил свой разбирый нос, хах. — Когда Гермиона, Гарри и Рон пользовались маховиком времени, Малфой так сильно разозлил Грейнджер, что та врезала ему. На лицах обоих появилась добрая улыбка. — Ты заслужил. — Драко усмехнулся и кивнул. Он знает, что был придурком в прошлом, да и сейчас частенько. Парень игнорировал Грейнджер и вел себя так, будто она — пустое место. Он не мешал своим друзьям издеваться на Уизли, потому что это, на самом деле, доставляло ему удовольствие. Драко было неприятно видеть, как он пархает рядом с Гермионой. — Так вы помирились? — Поинтересовался блондин. По молчанию девушки он понял, что нет. — Я не хотел говорить ему. За это тоже прошу прощения. — И в этом нет твоей вины.

***

      Гермиона сидела и переглядывалась с Гарри. Утром Грейнджер не знала будить ли ей друзей, но все же сделала это. С Уизли они так и не поговорили, хоть и не похоже, что он обижается или злиться на нее. На завтрак они пошли все вместе. Джинни попыталась разрядить обстановку: — Рон, у вас есть сегодня тренировка? — Да, совместно с командой Когтеврана. — Видимо, сегодня никому кусок в горло не лез, потому что к тарелке притронулась только Уизли и то, чтобы не чувствовать эту неловкость. — Гарри, в прошлый раз они были хорошими противниками. — Старалась развивать диалог Джинни. — Да, поэтому на матче необходимо будет выложиться по полной. — К их столу подошел Колин. — Привет всем! — С годами, кажется, что этот парниша не меняется. Да, сменилась прическа, он стал выше и голос звучит взрослее, на его груди виднеется новая камера, но эта улыбка и яркие глаза все такие же, как и раньше. Ребята поприветствовали сокурсника. — Нужна газета? — В руках Колин держал почту. — Да, давай, — ответила Джинни и парниша передал ей закрученную в трубочку газету. — Спасибо. — Они еще обменялись несколькими фразами и гриффиндорец весело зашагал к другому столу. Уизли принялась читать разные статьи вслух. В конце зала появилась фигура Малфоя. Позади него, как всегда, шли Крэбб, Гойл, а теперь и Пэнси. Рон заметно напрягся при виде блондина. — Успокойся, — произнес Поттер. Гермионе стало неспокойно, она переводила глаза с Малфоя на Уизли. — Рон? — Гарри положил ему ладонь на плечо. Рыжеволосый отвел взгляд от миомо проходящего Драко. — Поговорим? — Обратился Уизли к напротив него сядящей Грейнджер.       После завтрака парень с Гермионой оставили друзей в большом зале, а сами направились в библиотеку. Как обычно, на выходных там никого не было и они решили уйти в самую глубь книжных стеллажов, подальше ото всех. — Мне жаль, что... — Уизли не успел извиниться, как Грейнджер обняла его. — Мне тоже. — руки парня легли на плечи Гермионы и заставили сделать шаг назад, отпуская его из объятий. Девушка взглянула на него. Вокруг была тишина, пыльные книги и грязный ковер под ногами. Рон собирался с мыслями. — Я люблю тебя, очень люблю, виню себя за то, что сделал больно, но Гермиона, скажи правду, — его глаза были наполнены грустью и отчаянием, а голос был тише обычного. — Ты чувствуешь к нему что-то? Потому что если нет, то я закрою тему и забуду вчерашнее, не стану сомневаться в тебе и твоих чувствах, честно... Но если между вами что-то есть, если он тебе нравится и ты не любишь меня, то. — Он замолчал и она знала, что это значит. На этот раз ни одна слезинка не упала с ее лица. Гермиона понимала, что сейчас она просто не сможет соврать, даже если захочет. Она не сможет с ним так поступить и легче от этого ей не становилось. Грейнджер чувствовала ладони Рона на своих хрупких плечах, сделалав глубокий вздох, и прикрыв глаза, надломленным голосом Гермиона сказала: — Я люблю тебя, Рон, это правда, — Девушка сделала паузу, заминку, потому что в горле встал ком и следующая фраза разбивала сердце девушки. — Но насчет Драко... я не уверена. Не знаю, что чувствую к нему. — Уизли отошел от нее, оперся на полки и опустил голову. — Хочешь сказать, что ты влюблена в Малфоя? — Гермиона не сдвинулась с места, ее руки ослабли, а внутри все сжалось. — Я не знаю. — Девушка могла покляться, что не хотела такого исхода: искалеченных чувств Драко и Рона, собственного терзания души и боли троих. Нет, это не любовный треугольник, это настоящие муки.