somethin' about Kim

Тэхен рад бы сказать, что за эти почти две недели, что он работает в ресторане (включая выходные), ему все-таки удалось наладить дружеские отношения с остальными работниками, но он этого не скажет. Потому что это вовсе не правда. Он пытался поддержать разговор, остроумно пошутить (или хотя бы смешно пошутить), но все на него почему-то косо смотрят. Ким искренне не понимает. Конечно, все не так страшно, как может показаться, или Тэхен просто слишком сильно преувеличивает. Потому что всем все равно каким-то образом приходится с ним контактировать. И при каждом таком разговоре, Тэ обнадеживается тем, что никто на него с презрением не смотрит. Значит дело не в том, что его кто-то недолюбливает. А это уже кое-что. Но он как был здесь призраком, так им и остался. Даже Ким бы себе не позволил относиться так к людям. Он хамло, идиот, немного глупый, ведет себя, как шпана временами, но он никогда не игнорировал бы человека таким наглым и открытым способом, если тот того не заслужил. Смотря на такое отношение, он клянется, что станет для них не только призраком, но и полтергейстом, чтобы все они тут обосрались от страха. Хотя в общем, с какой стороны посмотреть на это все. Та девчонка, Юрэ, оказалась и правда добродушной, а еще заводной. Во время перерывов и отсутствия заказов она все время тусовалась с ним, подсказывала иногда что-либо, если Киму это требовалось. А еще объяснила, что тот черствый бармен на самом деле славный малый, и они с Юрэ вроде как кентуются. Просто… ну бывает у него иногда. Тогда Тэхен решил подобраться к нему еще раз, хлопая ресничками и смотря на него невинным взглядом. К сожалению, бармен не растаял, шикнув на него злобным «Отвали от меня». А вот уже тогда Ким подумал, что а нахер ему это надо. Даже жить стало проще. Однако его все еще бесит постоянное присутствие Чонгука рядом с ним. Пристального такого, противного Чонгука. Каждый день он на пол часика выходит из своего кабинета и пялится на него испытывающе и нагло. Будто бы поджидая момент, когда Тэхен облажается, чтобы его тут же под зад выгнать отсюда. А перед этим позвать к себе и отчитать по полной программе, потому что ему это явно доставило бы удовольствие. Затем он скрывается, затем снова выходит. Иногда вместе с Сокджином садятся за один из столиков, обсуждая что-то. Тэхен готов поклясться своей головой, что Чонгук на него жалуется. А Сокджин все такой же душка, небесный воитель, что снизошел до падкого и гадкого Кима. Почти каждый день подходит к нему и спрашивает всё ли у него получается и есть ли у него какие-либо вопросы, а затем подбадривающе хлопает по плечу прежде чем уйти. У Тэ сразу глаза загораются и хорошего настроения на весь день. Но потом Гук подлетает к менеджеру с расспросами: «Почему ты с ним любезничаешь?» Тэхен сам слышал. После этого улыбка с лица стирается. Тогда он начинает задаваться вопросом: чем он Чонгуку насолил? Да, он повредил его машину; да он нахамил тогда. Но они же уже разобрались с этим, всё разъяснили. Тэхен тихо-мирно отрабатывает долг, Чонгук не лезет с придирками. И второй, видимо, нарушает неписанные условия их неписанного договора. Однако Ким и мяукнуть не собирается. Тэхен решает остановиться на мысли, что он тут уже и не при чем вовсе. Просто характер у этого ишака мерзкий. И это как бы является правдой.

***

Тэхен выходит из раздевалки, уже переодевшись обратно в свою одежду. Сегодня он снова во вторую смену, поэтому его опять встречает приятный полумрак пустого ресторана, в котором где-то там, на кухне, хлопочет уборщица. Тётушка Чхвэ оказалась такой милой женщиной, которая угощает его сосательными конфетами из кармана своей кофты. Ему нравится такой расклад. Попрощавшись с ней и пожелав хорошо добраться домой, сам спешит к выходу, чтобы поскорее уже уйти отсюда. На самом деле, сегодня они с Чимином договорились поехать в любимый бар вместе с Юнги, который эту идею и предложил. Юнги сказал, что заедет за ним после того, как Тэхен закончит. И это было бы очень кстати, потому что обстоятельства сложились так, что Ким ломает не только машины, но и велики. Проколотое колесо на его велосипеде тому доказательство. И его окружили просто отвратительные условия. Утром ему пришлось ехать до работы на автобусе, потому что он живет у черта на куличиках, а обратно ему пришлось бы идти пешком, ибо автобусы уже не ходят, да. Поэтому он был так рад услышать, что его заберут на недешевенькой машине Юнги и ноги у него не отвалятся около 40 минут тащится домой. Зато сейчас он очень огорчен, потому что планы отменились и Чимин сказал: «Юнги просил передать, что у него проблемы на работе. Тэхен не плачь, я тоже хотел бухнуть». И теперь да – ноги у него всё-таки отвалятся. Тэхен выходит из ресторана, внезапно остановившись под небольшим навесом над входом. Это должно было случится? Так и должно быть? Почему его никто не предупредил? Это нормально, что дождь хлещет почти что ему в лицо, сразу создавая мокрую неуютную атмосферу? Единственное, что вырывается из Тэхена, - это тихое и шокированное «Ахуеть, приехали». Сколько счастья-то привалило. Ким самый последний и конченный лузер на этой планете. В голове проносится куча размышлений о том, где он свернул не туда в этой жизни. Но главным вопросом все-таки остается «Как, блять, домой попасть, ну?» Он для чего высовывает руку из-под навеса, проверяя свою глупую гипотезу о том, что может дождь только хочет показаться сильным и устрашающим, а на самом деле он нежный и мягкий. Но как только тяжелая капля коснулась его ладони, он понял, что его гипотеза действует только на людях, на метеорологические условия она не распространяется. Тэхен был готов поклясться, что эта капля могла пройти сквозь его ладонь. Тэхена уже действительно посетила мысль о трех вариантах расклада событий: либо он ждет пока этот похабный излив воды на землю закончится, либо (если он не закончится) шагает до дома под ливнем или втайне остается ночевать в ресторане. Сейчас бы действительно не помешал Юнги на своем чертовом ауди. - Чего стоишь здесь? – издается сбоку. Тэхен узнал Чонгука не по голосу, а по нервному и хамскому тону. Он выходит из ресторана, а затем поправляет воротник на своей белой рубашке. Закрывает дверь на ключ, зная, что уборщица выйдет через задний двор. И Ким мог бы подумать, что в этих своих серых зауженных брюках и этой рубашке с расстегнутой верхней пуговицей он выглядит, как Бог, но не подумает. Козлы должны гореть адским пламенем. - Я .. амм… - Ким немного мнется, - думаю, как добраться домой. - Возможно, как обычно? – предполагает Чон, изгибая бровь и смотря на парня, как на барана. - Остроумно, - Тэ закатывает глаза. - Обычно я на велике гоняю. Но погодные условия явно этому не соответствуют… В любом случае, я бы и на нем не смог, он вроде как канул в небытие на некоторое время. Чонгук снова смотрит на него, как на тупого. Сложив руки на груди, снова добивает его своими глупыми вопросами: - Автобус? Такси? - Как давно ты ездил на автобусе, о боги? – Чонгук прыскает на это. - Слишком поздно, они уже не ходят. А такси дорого, у меня с собой даже денег нет. Тэхен надеется, что эта высокоинтеллектуальная беседа подошла к концу. Потому что он и так в подвешенном состоянии, а еще немного в панике, он устал и хочет в кроватку. А этот индюшара пристает, что-то спрашивает, так еще и за дурачка его держит. Вот за что это все ему? Видимо, в прошлой жизни он был правителем Темного царства и уничтожил целую цивилизацию. - Ясно, ну удачи, - даже не кинув взгляда напоследок, разворачивается и идет к своей машине, параллельно разблокируя ее. Хаха, пиздец. Удачи, епта, говорит он. Вообще никакой эмпатии, сочувствия. Сплошная холодная бессердечная пропасть. Но все же у Тэхена появляется немного неловкая, неудобная и стыдная мысль. Хотя ему на самом деле ни капли не неловко. Хочешь жить – умей вертеться, называется. Поэтому, пока Чонгук еще не вышел из-под навеса, негромко зовет его: - Эй, слушай! – он оборачивается, что Ким принимает за хороший знак. – Может ты это.. ну… подвезешь меня, - и доброжелательная лыба на все тэхеновское лицо. - Еще чего, - сказал, как отрезал. Не то чтобы Тэхен удивлен, но йоу, что так грубо? - Капец ты свинья, - уже не стесняется он. – Я уверен, тебя вырастили в джунглях. Потом не говори мне, что у меня манер нет. Чонгук лишь усмехается, чешет затылок, но ничего не говорит. Снова идет к своей машине под громкое «Ну тебе что, трудно что ли?» и садится в нее под «Окей, уезжай, встретимся в аду, пёс». А Тэхен все так же стоит под этим злосчастным навесом, смотря вслед уезжающему автомобилю. Чувствует себя в каком-то заточении, как аквариумная рыбка. Дверь в ресторан уже закрыта, а отсутствие хотя бы малейшего намека на свет внутри дает понять, что и уборщица уже ушла, закрыв и дверь с заднего двора. Ну, что ж, отлично. Ким садится на корточки, ему на лицо попадают брызги от дождя и смотрит на пустынную улицу, с редко проезжающими машинами и редко проходящими людьми в силу погоды и времени суток. И до Кима немного доходит мысль, что сейчас он выглядит настолько жалко и никчемно, что, наверное, будь тут побольше людей, они бы подумали, что он просит милостыню. Хотя знаете, недалеко и до этого. Конечно, Тэхен разочарован, но ни капли не удивлен. Возможно, когда-нибудь, может быть, ему начнет везти хоть немножечко, или хотя бы просто все будет происходить, как у обычных людей, например, идти с работы домой по сухому асфальту под чистым небом, а не вот это все. Ну хотя бы это. Тэ тяжело вздыхает, опустив голову на согнутые голени, обхватив себя руками. И правда, выглядит жалко. И вообще-то да, Тэхену тоже себя жалко. Он слышит, как к ресторану подъезжает машина и останавливается около него. Решает, даже не поднимать взгляд в ту сторону: наверное, очередной посетитель, который не знает график работы ресторана. Что ж, сегодня не он один будет разочарован. - Мне долго еще ждать, пока ты оторвешь свой зад от земли? – это заставляет Кима всё-таки посмотреть в сторону подъехавшей машины, в которой собственно сидел Чонгук. Тэхен сначала глупо пялится на него, но после чоновского «Ну?» с параллельно закатанным глазами семенит к автомобилю с яркой и счастливой улыбкой на лице, на что Гук странно усмехается. - И что же заставило тебя изменить свое решение? – закрыв за собой дверь, Тэхен задает вопрос и знает, что ответа скорее всего не получит. Ну, или Чонгук просто съязвит что-нибудь типа «Не твое дело». Это прозвучало бы странно в подобной ситуации, но в случае Чонгука, любой заданный Кимом вопрос имеет такой ответ. По сути всё, что происходит, не является его делом. - Просто так, - выдает что-то новенькое, выруливая с обочины и смотря куда угодно, только не на парня. Фраза немного оптимистичнее, но холодный тон убивает оптимизм наповал. - Во всяком случае, я так тебе благодарен, ты представить себе не можешь. Я бы, наверное.. - Давай-ка поедем в тишине, сегодня был трудный день, - перебивает он Тэхена. Вот хотел Ким быть дружелюбным, но раз он сам отказывается от хорошего отношения к себе, то да будет так. - Ты такой негативный, - Тэ показушно дует губы, скрещивая руки и отворачиваясь к окну, уставившись туда, где должно быть боковое зеркало, которое отсутствует собственно благодаря Тэхену. Ездить так совсем не безопасно. Но ему ли судить о безопасности, если на вопрос «Соблюдаешь ли ты ПДД?» он ответил бы «А что это?» - Забей в навигаторе свой адрес, - игнорирует предыдущее заявление с весьма равнодушным видом. Тэхен, будучи буквально самым эмоциональным человеком на этой планете, поражается такому равнодушию. Особенно сейчас. Потому что в основном Гук жопу рвет, когда Тэхен становится более бесячим, чем обычно. - Может музыку включим? А то как в гробу, - бесцеремонно предлагает он, тыкая пальцем по экрану навигатора. - Если я сказал, в тишине, значит я имел в виду полную тишину, - Чонгук уже удосужился посмотреть на Кима, который лишь невинно хлопал ресничками. - И всё-таки ты зло вселенское. - Эй, я тут вообще-то проявляю крайнюю доброту, подбрасывая тебя до дома. Так что помалкивай в тряпочку. Всю оставшуюся дорогу Тэхен был лапочкой, и, как просил Чонгук, они ехали в тишине. Точнее сказать почти в тишине. Навигаторский женский голос время от времени прерывал молчание своим «Через 100 метров поверните направо», на что Тэ в конце концов заявил: «Значит ей базарить можно, а мне нет?» «Офнись», - ответил Чогнгук, и Тэхен, возможно, немного обиделся. Конечно, Гук сегодня довольно грубый. Он как бы всегда грубый, почти всегда. Но Тэхен старается не принимать это на свой счет, решает просто думать, что у него и вправду был трудный день. Но это не оправдывает незаслуженное хамство. Хотя Тэхен и не должен жаловаться, он и так крупно косячит, и Чон действительно проявляет какую-никакую доброту, везя его домой. Поэтому без возмущений. Они наконец подъезжают к дому Тэхена. Дорога казалась такой долгой, что хотелось застрелиться. Чонгук себе под нос задает вопрос: «И как ты только на велике в такую даль доезжаешь?», но Ким его, конечно же, не слышит. Лишь кидает действительно благодарное «спасибо» и собирается выходить из машины, открывая дверь. Но громкое и пронзительное «Тэхен?!» заставляет его сесть в машину обратно, на что Гук вопросительно смотрит не в силах что-либо сказать. К машине подходит женщина лет пятидесяти под зонтом и открывает дверь еще шире. - Вот ты где! Ну что, дорогой, когда будешь за комнату платить? Тэхена охватывает совсем малюсенькая паника. Да, у него проблемы с оплатой жилья. - Тётушка, - старается улыбнуться как можно милее, чтобы на него не так сильно гнали. И да, он все еще в машине Гука, Кима ругают у него на глазах, и он немножечко в шоке. Такой позор. – Я… Мне правда очень жаль, что так получается, но я пока… у меня нет сейчас денег. - А у кого они есть? – задает риторический вопрос, а Тэхену хочется показать на Чонгука пальцем и сказать: «У него есть!» - Я все понимаю, Тэхен, но ты задолжал уже за 3 месяца, а ты меня все еще обещаниями кормишь. Ты же знаешь, что я долго мариновать тебя не стану, вышвырну, как миленького. - Ну тёоотушка, - Тэхен наигранно хнычет, кривя лицо в плаксивой гримасе. - Дайте мне еще немного времени, я правда на мели. А у меня еще куча долгов. - Меня это не касается, - она ставит левую руку в бок, принимая грозный вид. - Я хорошо к тебе отношусь, ты это знаешь, но нужно платить по счетам. Как думаешь? Я даю тебе неделю, в противном случае собирай манатки. Тэхен пучит глаза, и это выглядит настолько анатомически неестественно, что женщина пугается: - Хорошо, полторы недели, - хах, огромная разница. Она хлопает дверью машины и уходит, тяжело шагая по лужам. - Пиздец, - Тэ ерошит волосы на загривке. И его почему-то не особо волнует, что он вроде как должен выйти из машины Чонгука, который, еб твою мать, наблюдал за всем этим представлением. Двойной позор. - Ты... - неловко начинает он, даже как-то непривычно для него. - У тебя действительно все настолько плохо? - Что? - поднимает взгляд Тэ. - Нет, все круто... - слишком неправдоподобно врет, - просто иногда случается такое в жизни, знаешь? Черная полоса, белая полоса... - улыбается, глядя Чонгуку в глаза. И отчего-то в них читается некое беспокойство или сочувствие, не разглядеть. - Не веришь? И правильно: я беден, как церковная мышь, что ж. Чонгук молчит и все также проницательно пялится. Даже страшно как-то становится. - Ох, ты, наверное, считаешь меня жалким? Прости, что тебе пришлось это увидеть, тебе, наверное, неловко, - Ким к большому удивлению звучит как-то не как всегда. Он мог бы сказать: «Ай, да пофиг, не смей осуждать меня, богатенький мальчик», но почему-то ведет себя странно, будто даже оправдывается. И если честно, сейчас Тэхен выглядит более неловким, чем Чонгук. Точнее Чонгук вообще неловким не выглядит. - Нет, вовсе нет,.. ты выглядишь растерянным, - он говорит это так мягко, так непринужденно, так, что это льется Тэхену в уши какой-то музыкой. У него и такой тон может быть? - Эм... Ты будешь в порядке? Тэхен теряется от этого вопроса. Это реально беспокойство или просто вежливость? Для Чонгука в сторону Тэхена таких понятий не существует, как выяснилось. Возможно, это просто выражение сочувствия, как от человека со стороны. - Конечно, - лыбится тот. - Я пойду. Ким под пристальный взгляд Чона выбегает из машины, направляясь к дому, чтобы намокнуть под дождем как можно меньше. Чонгук вздыхает. Как-то странно он себя чувствует. Одно дело, когда этот чудик твердит тебе о том, что у него нет денег ни на такси, ни на выплату компенсации и прочее, а другое дело, когда ты собственными глазами видишь картину, как человека лишают жилья за простецкую неуплату. Возможно, если бы он увидел в такой ситуации другого, совсем незнакомого человека, он бы просто подумал: «Ну бывает, сам виноват». Но тут почему-то все совсем иначе. Все потому, что Тэхен весь такой взвинченный и говорит о своих бедах шутя, что кажется, будто это совсем не так и он всего лишь наглый врунишка. Безусловно, Чонгук о Тэхене все того же мнения: хам, грубиян, маленькая беспардонная бестолочь. Но что-то заставляет чуть-чуть закрыть на это глаза. Но только чуть-чуть.

***

- Итак… что ж… Ты выглядишь немного… дерьмово? – Юрэ смотрит на Тэхена, вошедшего в общее помещение раздевалки, с неким беспокойством, потому что выглядит он и правда дерьмово: синяки под глазами, сонный безразличный вид, опущенные плечи. - Спасибо, Юрэ, очень мило с твоей стороны, - безразлично говорит он, так тихо и спокойно, а это противоположно ему. - Ты такой бледный, почти прозрачный, - замечает она, когда Ким собирается войти в мужскую часть раздевалки. Он замирает, оставляя ладошку на дверной ручке. Секунд 30 потуплено смотрит в дверь. Даже не на дверь, а будто сквозь нее. - Я в жопе, - тихо выдает он. Юрэ не спрашивает банальное «Что случилось?». Это и так читается на ее лице. Поэтому Тэхен присаживается рядом с ней на длинный пуфик, выглядя при этом хуже смерти, если быть откровенными. На нем застиранная серая футболка, черные потертые джинсы и засранные кроссовки – этого достаточно, чтобы выглядеть корейским бомжом. Кстати, кто бы мог подумать, что у этого проблемного парнишки обеспеченные родители, которые просто умоляют его принять у них деньги. Ха-ха. - Я сейчас просто на самом дне. На самом дне самого дна. На самом дне самого дна самого дна. На са.. - Так, я поняла принцип, - останавливает она его. - У меня короче кое-какие проблемы… эмм… с деньгами. У меня всегда проблемы с деньгами, но в этот раз всё зашло слишком далеко. Поэтому у меня не было возможности платить за комнату в общежитии некоторое время. И вчера хозяйка сказала, - он шмыгает носом, - что дает мне полторы недели на то, чтобы я нашел деньги или съехал… - Ох, это отстой, - она чешет щеку, задумчиво глядя в пол. - Да, я знаю. И понимаешь… У меня еще есть некоторые долги. Это уже говорит о том, что за полторы недели денег на оплату комнаты я не найду. Это просто невозможно. Так что вчера ночью я обзванивал всех знакомых в этом городе, чтобы попросить пожить у них какое-то время. - Тэхен, - Юрэ делает немного недовольное лицо, - ты же понимаешь, что звонить людям ночью, да еще и с просьбой пожить у них, это немного… тупо. Очень странно, на самом деле, что она еще не поняла какой Тэхен идиот. При том, что показывает он это всем своим видом буквально 24/7. Он может в 4 утра позвонить на незнакомый номер, чтобы просто прикольнуться и сказать, что у них в доме пожар. Так что названивать людям всю ночь из-за своей личной проблемы не вызывало у него никаких сомнений и неловкостей. Тем более знакомых в Сеуле у него не много, так что он даже не парился. Безусловно. Конечно. Безоговорочно. Первым делом он хотел позвонить Чимину, но в конечном итоге не стал этого делать. Дело в том, что хозяйка, которая сдает комнату Чимину, - та еще ведьма. Она запрещает даже кого-то приводить в гости. На самом деле, они устраивали пару раз ночевку у него в тайне от хозяйки, но им пришлось быть максимально тихими и спокойными, чтобы никто не нажаловался ей на шум, ибо стены картонные, да. В общем, там много всего, но Тэхен точно не будет даже говорить ему обо всем пока что, потому что если Пак узнает, то обязательно заставит жить у него. Но Тэхен так не хочет: Чимин потом проблем не оберется. Это всё сложно и запутанно, но в прочем да какая разница вообще? - Пофиг. В общем, я обзванивал всех даже по второму кругу, но они отказались. А ведь даже поленились придумать какое-нибудь оправдание, чтобы я меньше расстроился. - Что они сказали? - «Тэхен, отъебись, выкручивайся сам», - цитирует он. - Все сказали одно и то же, как под копирку… Потом я думал, что мне делать дальше, и получилось так, что я не спал всю ночь. Поэтому я выгляжу, как ты сказала, дерьмово, - передразнивает ее противным голоском, что заставляет ее закатить глаза. Юрэ не очень понимает, что сказать. Все эти зашкварные «Всё будет в порядке», «Не отчаивайся», «Не переживай, все наладится» будут звучать максимально неискренне, они сделают только хуже. - Я бы могла пустить тебя к себе… - начинает она. Ким немного оживляется и смотрит с некой надеждой, а это заставляет Юрэ чувствовать себя гадиной, - …но у меня есть соседка, так что... - Ничего, все в порядке, - он заметно тухнет и гаснет. За эти дни работы с ним она заметила, как из него так и прут эмоции, в любой момент он не оставался равнодушным и спокойным: злился, смеялся, психовал, плакал, нервничал, был растерянным, да любым был. Просто кладовая эмоций. Поэтому видеть его таким поникшим немного непривычно и пугающе, пусть они и знакомы совсем мало. - В любом случае, иди работать. Я не знаю… Просто, наверное, тебе пока только это и остается делать, - добавляет она и, похлопав его по плечу, выходит из раздевалки. В итоге Тэхен полдня ходил как воду опущенный, был жутко рассеянным и в особой степени отталкивающим. Отталкивающим внешне, потому что его мертвецкий вид – не самое приятное зрелище, и отталкивающим своим холодным безразличным тоном. Обычно он хотя бы натягивает приветливую улыбку, но сейчас у него нет сил, чтобы притворяться, что он не устал, откровенно зевая во время записи заказа в блокнот. И во время перерыва сидит за барной стойкой, трет лицо до покраснения, весь сонный и помятый, замученный всем этим навалившимся на него говном. В голову отчаянно лезут вопросы о том, что же ему делать-то с этим вообще. Вариант где-то искать деньги на эту всратую комнату отпадает сразу же. Вариант переехать в другое место – та же херь. Вариант пожить у кого-нибудь за даром – хаха, его и за порог никто не пустит. Никто не хочет себе проблему под названием «Тэхен». А Чимин… Боже, ну нет. Он и так терпит этого оболтуса. Ким не хочет как-то впутывать его в это, если это коснется его худшей стороной. Тэ, конечно, придурок, но доставлять лучшему другу неудобства, когда Чимина могут выселить из-за него, даже для Тэхена слишком. У него есть чуть больше недели, чтобы что-то придумать, но он уверен, что это время пробежит быстрее, чем он успеет вдохнуть. Вообще, была мысль попросить денег у родителей. Просто наплевать на свои жалкие и ничтожные попытки быть самостоятельным и наиглупейшие принципы и просто попросить. Она копалась у него в голове около двух часов, и Ким даже уже набрал номер отца. Но в какой-то момент ему непроизвольно представилось, как они поднимают шумиху, заставляют вернуться домой, Тэхен не соглашается, они приезжают за ним, и папа врубает свой самый зловещий голос, от которого никто не смеет сказать ему «нет». И в итоге Тэ чилит в своей комнате в родительском доме, без лучшего друга и без доверия своей семьи. Это мелочи на самом деле, но у него не все в порядке с головой. Так что Тэхен сразу же сбросил вызов, так и не дождавшись ответа. Он просто представить сейчас не может, как ему выкручиваться. Этот ебанный долг Чонгуку за его прелюбименькую тачку, эта оплата комнаты, которая, похоже, уже не его, а еще надо на что-то жить. Вау, а без образования тяжело, оказывается. Ким часто ненавидит себя за то, что он такой. Да, он, по сути, без комплексов, не стесняется ничего, никаких своих слов и действий. И тысячу раз повторяет, что никто не смеет его судить, за то, что он такой болван, бестолковый, ничего неумеющий, что все люди разные и «таков уж я». Но при этом разрешает себе осуждать самого себя, в который раз называя себя безнадежным неудачником, и кому он такой нужен вообще, он сам по себе в этой жизни, как чертов отшельник. - Эй, - зовет он того злобного бармена, который даже не посмотрел на него, - как думаешь... Если я ограблю банк, меня на долго посадят? Бармен на такой вопрос все-таки решает взглянуть на парня, но с толикой испуга. Но Тэ выглядит совершенно безжизненно и уныло, подпирая свою пустую голову ладонями. Так что это наталкивает на мысль, что этот непутевый не сможет даже конфетку у ребенка отобрать. Поэтому бармен снова опускает взгляд, так ничего и не ответив. - Ну ты баклажан. Я как со стенкой разговариваю, честное слово, - хмыкает тот. Он закрывает глаза, пытаясь не сойти с ума, но ему мешает «Тебя господин Чон к себе зовет», исходящее от Юрэ. Тэхен тут же оживляется, думая, что ему это показалось. - Что? - смотрит на девушку тупо и бесполезно. - Я проходила по коридору и пересеклась с ним, он сказал мне передать тебе, что он ждет тебя у себя в кабинете... Что ты натворил? - Ни... ничего. Он в очередной раз доебывается до меня, вот и все. Считает, что потешаться над таким простачком, как я, веселее некуда... Ладно, - он слезает со стула, поправляя фартук. Тэхен просто не представляет, какого черта ему снова понадобилось, но он уже готовится к худшему: к увольнению, к требованию компенсации в который раз и прочее. Вообще, увольнять его пока не за что, Ким держится молодцом и всеми силами отторгает свои позывы вырвать глаз какому-нибудь тупому гостю, который листает чертово меню со скоростью минус 80 км/ч, при этом расспрашивая про каждое блюдо. Но сегодня Тэхен настроен негативно. Дзен он, к сожалению, не познал. И в астрал не попал. И уже находясь у самой двери ада, думает, что ограбить банк не кажется плохой идеей. Хотя бы в тюрьме Чонгук его не достанет. - Можно? - он входит в кабинет, даже не постучав перед этим. Но это мелочи, Чонгук не удивляется. - Да, проходи, - он очень подозрительно спокоен, это вводит Тэхена в заблуждение, но бдительность он не теряет. - Слушай, если ты снова хочешь поговорить про машину, то сейчас не самое лучшее время, я... - Что? Нет, я совсем не об этом, - он перебивает, отрицательно мотая головой. - Сокджин сказал... Он заметил, что ты неважно выглядишь. Ммм, - Чонгук немного теряется, не зная, как подобрать слова, - ты плохо себя чувствуешь? - Я... не совсем. Зачем он сказал это тебе? - Ким недоумевает, к чему это все сейчас. - Я не знаю. Видимо, считает, что ты у него под крылышком, - Тэ на это незаметно улыбается. Сокджин просто бесподобен. - Может тебе стоит пойти домой? - Это забота? Ух ты, в честь чего? - Тэхен удивляется такому повороту событий. Думается ему, что все это из-за вчерашнего представления. Так и есть, Чонгуком все равно овладела жалость к бедствующему Тэхену. Неприятно. - Нет, я просто удостоверился, что сегодня ты неработоспособный и пассивный, а еще бледный и опухший, чем пугаешь посетителей. Вот оно что. - Ясно, - он горько усмехается. Ему все же не понятно, что творится в голове у этого человека. Противоречивость - вот его фамилия. - Все-таки пойди отдохни, ты действительно выглядишь нездоровым, - Чон подходит к Тэхену, заглядывая ему в лицо. В его глазах даже можно увидеть беспокойство. Поразительно. - Да все круто, я просто не выспался. Но... ты хочешь, чтобы я отправился домой, чтобы отдохнуть или чтобы не пугать посетителей? - Ким все же задает этот вопрос. Он не совсем корректный, да и Чонгук в принципе отвечать не обязан, да и сострадание проявлять сейчас тоже не обязан. Чонгук на это смеется. - Я руководствуюсь обеими причинами. Несмотря на наши некоторые разногласия, ты всё-таки один из моих сотрудников, и мне не плевать на состояние вашего здоровья, - что ж, исчерпывающий ответ. - Так что я всё же настаиваю на том, чтобы сегодня ты взял отгул. Тэхен смотрит на Чонгука немного странно, глупо, будто неосознанно и по-детски. У него усталый вид, тусклые глаза без той доли шкодливости и наглости, которая всегда присутствовала в его взгляде. Это бессонная нервная ночь выжала из него все, что можно. Ему хочется спать, хочется упасть прямо здесь. Поэтому ноги немножечко подкашиваются, но Ким не подает виду. - Ладно, я... Хорошо, - соглашается он. Если есть такая возможность, то почему бы и нет? Сегодня он слишком тормоз, чтобы хоть что-то отрицать. - Спасибо. Но кто возьмет мои столики? - Сокджин решит это сам, - Тэхен на это кивает и разворачивается к выходу, проходясь ладонями по лицу несколько раз, пытаясь прийти в себя. - Я может... - подает голос Гук, как только Тэхен открывает дверь, останавливая его, - подвезу тебя? Какого хрена? - Хорошо, человек-анекдот, не смешно, - Тэхен лишь цокает на это сомнительное предложение, снова собираясь уходить. - Я не шутил. Я думаю, что буду чувствовать себя некомфортно, зная, что больной человек сейчас идет домой в полуобморочном состоянии в далекую даль. При чем я же его туда и отправил. - Я с тебя хуею, - Тэхен закрывает дверь и подходит к Чонгуку почти вплотную, от чего он немного отскакивает. Чересчур близко, ну уж нет. - Буквально вчера я тебя умолял подвезти меня домой, потому что иначе я бы скорее всего остался ночевать возле ресторана. И ты, вертя носом, так уж и быть согласился. А сейчас это что такое вообще? - слова Тэ могут показаться наглыми сейчас, но его тихий и слабый голос смягчают их в сто раз. Он кажется таким безобидным и уязвимым. - Если хочешь, добирайся сам, я лишь предложил, - Чон с невозмутимым видом поправляет ремень на брюках и идет обратно к своему креслу. - Нет, подвези, - Тэхен довольно быстро меняет решение: халява делает свое дело. Чонгук ухмыляется. - Буду ждать у машины... И не больной я, просто не выспался, - повторяет это еще раз и выходит из кабинета. Чонгук продолжает улыбаться, мотая головой. Тэхен стоит около чонгуковой машины, а точнее задницей облокачивается об нее, шмыгая носом. Он уже успел испортить ей товарный вид, но только сейчас замечает марку машины: черный мерседес. Классика. Тэ без понятия, какая это модель, он не разбирается в этом мужском дерьме. Но логотип сам говорит о достаточной престижности автомобиля. В голове просто невероятных размеров рой мыслей. Помимо вопроса о жилье и своем дальнейшем будущем стоит вопрос: «Какой вид тараканов водится в голове у того парня?» Вся эта внезапная волна доброты с его стороны немного смущает, напрягает и заставляет ждать неизвестного. И почему его вообще отправляют домой? Да, он неважно выглядит, потому что слишком чувствителен к недосыпу: он становится буквально зомби. Но не настолько же, что прямо вот так. Он может поверить в то, что Сокджин попросил дать ему выходной, увидев его засыпающим, слабым и бледным. Но он отказывается верить в то, что Чонгук согласился на это. А тем более отказывается верить в то, что Чон сам, без каких-либо задних мыслей, предложил еще и подвезти до самого дома. Это ли не чудо? Без сомнений, Тэхен, возможно, слегка преувеличивает масштаб сей драмы, и Чонгук просто по доброте душевной и с заботой о своих подчиненных предлагает подобные услуги. Но просто… Ну не такие у них с Кимом отношения. Этот бездарь вообще машину ему раздолбал, так еще и нахамил вместо извинений, а еще глаза на работе мозолит. И Гук тоже особо к нему не проникся, платить заставил и уволить вообще хотел. Так что будем честны: всё сейчас происходящее немного странно выглядит. Ну, неправдоподобно. Хотя может Тэ и ошибается, но жизнь научила просто так не верить. Поэтому прямо сейчас, он сделает вид, что это его не колышет, уж слишком он хочет домой в кроватку. Выходящий из ресторана Чонгук немного проясняет голову Тэхена и заставляет уже больше поверить в его чистые намерения. Сегодня Гук снова отпадно выглядит: черная рубашка с закатанными до середины предплечья рукавами и парочкой расстегнутых сверху пуговиц, черные брюки и ботинки. Укладка могла бы вообще сбить с ног: боковой пробор с открытым лбом. Этот черт бесспорно хорош. Еще и идет какой-то сраной модельной походкой. Тэхен сглатывает. - Убери зад с капота, - немного резко, но этого хватает, чтобы Ким в мгновение забыл о его сексуальной привлекательности и вспомнил, что он мудак. И опять же, почему в нем столько контраста: 5 минут назад был душкой, а сейчас вот снова за свою козлиную сущность принимается. - Умеешь же ты нарушить атмосферу, - причитает Ким, открывая дверь машины к пассажирскому месту. Чонгук смотрит заинтересованно, мол, «О чем ты?», выпучивая оленьи глаза. – Забудь. И вот они снова едут вдвоем, к его дому. Только теперь Гук не талдычит каждую минуту: «Замолкни». Хотя Тэхен пока даже и слова не проронил. Сейчас Чон спокойный, умиротворенный и, к великому удивлению, включает первую попавшуюся радиостанцию. Не то чтобы Ким напрягся, но такая огромная разница между вчерашним и сегодняшним настроем начальника непосредственно по отношению к Тэхену действительно заставляет напрячься, да. - Что ж, кхм… - неловко начинает Чонгук, - так что повиляло на твое состояние сегодня? Что, правда? Ему в самом деле интересно? - Сколько раз мне нужно сказать, что я не выспался, чтобы до тебя дошло? – Тэ смотрит окно, почему-то совсем не имея желания прямо сейчас посмотреть на парня. Да, Тэхен – чертов пмсник. - Грубишь? – усмехается. - А ты удивлен? - Не очень. - Я просто… Я немного выбит из сил, знаешь? – наконец поворачивает голову в его сторону. – Всё это так навалилось: увольнение с подработки, долг тебе, - Чонгук на это снова ухмыльнулся. Зачем он так делает? Выглядит красиво, - выселение… И я не могу с этим ничего поделать, это самое ужасное. Кто-то скажет, что я слишком много жалуюсь и ною, что мне надо взяться за ум. Но ума-то нет. И Гук опять смеется. И вот только непонятно: его забавляет Тэхен, сама ситуация или он хочет показаться горячим со своим этим привлекательным смехом? Да пошел он. - И что, ты не решил вопрос с жильем? - Чувак, и дня не прошло. Что я, по-твоему, мог решить за это время? Я тебе больше скажу: я и через неделю ничего не решу. Опять смеется. Хватит. - Ты какой-то сегодня игривый и кокетливый. Чего ты пытаешься добиться? – Тэхен смотрит возмущенно. – Хочешь втереться в доверие, увезти меня в лес, а там убить? Продать мои органы на черном рынке, а на заработанные деньги присобачить себе новое зеркало? - Что ты несешь? Я просто везу тебя домой. - Прости, ты сегодня слишком добр ко мне, я чувствую себя из-за этого непривычно. - Я совру, если скажу, что ты меня не подбешиваешь. И даже сейчас ты очень щедр на хамские комментарии. Но я… даже не знаю, - Чонгук жует нижнюю губу, поворачивая направо. И тут Ким не может не заметить, что его левая рука с часами на запястье смотрится на руле нереально круто. Может показаться, что Тэхен тут падок на деньги и всё богатенькое, но нет. Просто несмотря на придурковатую натуру, Чонгук в действительности выглядит сногсшибательно. – Знаешь, я не злодей. Просто ты повредил машину, которой я дорожу по некоторым причинам. И извини уж, я не могу просто так оставить это. – Тэхен виновато чешет нос. Ух ты, что за дела? Спокойный тон Чонгука, с которым он что-то сейчас разъясняет, заставляет взглянуть на всё это по-другому. – И сегодня я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, потому что все мы люди. И вчера я увидел, что, каким бы дуралеем ты не был, ты тоже человек со своими трудностями. И только не начинай про жалость и прочее. Мне просто было не по себе. - Ладно, я принимаю твою бескорыстную помощь, рыцарь, - Ким сжимает край своей футболки с трепещущей мечтой лечь в кровать и поспать. И это будет вдвойне приятно, потому что осознание, что ты не откосил от работы, а тебя начальство буквально отправило отдохнуть, при чем еще и подвозит домой, доставляет жуткий кайф. - Так что, ты… Ты собираешься уволиться после того, как возместишь компенсацию? Тэ с выпученными глазами поворачивает голову к Чонгуку, пялясь на него испуганными глазами. - Вообще-то я планировал уйти сразу, как только ты меня по доброте душевной вышвырнешь из ресторана. И я как бы подозреваю, что это случится после того, как я верну тебе деньги. Так что от меня это не зависит. Чонгук снова смеется, задирая голову наверх. - Ты еще больший дуралей, чем я думал, - Тэхен на это хмурится, а Чон продолжает улыбаться. Праздник жизни какой-то. – Я соглашусь, что изначально я не хотел нанимать тебя, но это только потому, что твое беспардонное поведение не пришлось мне по душе. И я рассуждал так, думая о ресторане, так как это всё-таки работа с людьми. Но я увидел, что ты не так уж и плох, и жалоб на тебя пока нет. И увольнять я тебя не собираюсь, пока повод мне для этого не дашь. Так что не думай, что я «вышвырну» тебя только из-за своей неприязни к тебе. Это случится в том случае, если ты накосячишь. Поэтому я в корне не согласен с тем, что это от тебя не зависит, - Чонгук пожал плечами, сжав губы в тонкую полоску. Тэхену даже стыдно немного стало. Надо же. В голову пришла мысль, что должно быть всё не так уж плохо, и Чонгук действительно не изверг, сосущий из него долговые монеты. Просто так сложилось. Но Ким отказывается забывать о том, что что Гук тоже грубиян чистой воды. Так что не один Тэхен нуждается в искуплении своих грехов. Дальше, до самого тэхенова дома, они ехали уже молча. Чонгук перестал, по мнению Тэ, притворяться милым и любезным, а Тэхен не пытался завязать диалог заново. Лишь изредка поглядывал на хмурый профиль парня, внимательно следившего за дорогой. Тэхен всегда искал подвох в доброжелательном чонгуковом поведении. Будь то столкновение в коридоре пустого ресторана, когда Чонгук сказал, что может изменить свое отношение к нему, или когда Чонгук согласился подвезти его домой к черту на рога, а потом спросил, будет ли он в порядке, или сейчас, когда Чонгук говорит так умиротворенно и приятно, делает вид, что беспокоится, снова подвозит домой, разрешив пораньше уйти с работы без ущерба для заработной платы Тэхена. Во всех этих случаях Тэ пытался найти хоть что-то, что выдало бы Гука с его намерениями сделать что-нибудь пакостное. Но, возможно, проблема просто в чрезмерной подозрительности Кима и его умении насолить всему человечеству. Стоит ли теперь и Тэхену пересмотреть свое отношение к Чону? Он еще подумает над этим. Когда Тэхен видит подъезд своего дома, а Чонгук останавливает машину, ему действительно хочется сказать огромное и искреннее «спасибо», а еще чувствует где-то глубоко в себе отголоски желания обнять, потому что, о, боги, сейчас он пойдет спать. Но последнее будет явно лишним. Это всего лишь несчастные позывы. - Спасибо, что подвез, - мурлычет Ким. Чонгук лишь коротко кивает. И только он тянется рукой, чтобы открыть дверь, как в открытом окне появляется до боли знакомая темная макушка. - Твою же... - Тэ от испуга хватается за сердце, а Чонгук смотрит как-то загнанно. Чувство дежавю не покидает его теперь. - Ну, здравствуйте. Ничего не хотите мне рассказать, многоуважаемый? - Чимин принимает саркастически выжидающий вид, скрещивая руки, положив их на окно. - Что ты здесь забыл? - Для начала я бы хотел узнать, что ты делаешь в такой дорогой тачке и кто этот чувак, - Пак кивает на Чонгука, который опять не понимает что происходит и хмурит брови. - Но я спрошу все же совершенно другое: какого черта ты не сказал мне, что тебя вышвырнули из комнаты? Ты издеваешься надо мной, что ли? - Чимин, ради всего святого, не кипятись. - Хватит дрочить мне мозг своими тайнами. Когда ты собирался сказать мне об этом? Или ты хочешь, чтобы я сам позвонил твоим родителям? - Боже... - Тэхен не хочет в это верить. И опять его отчитывают перед Чонгуком. Он даже представить себе не может, что тот теперь думает о нем. - Держи ключи и поднимайся ко мне, - он протягивает ему связку, состоящую из одного ключа и кучи брелоков. - Я через минуту подойду. - Хорошо, я жду тебя, чертов засранец, - Чимин разворачивается и злобно уходит, перед этим кинув на Чона подозрительный взгляд, от которого он не на шутку пугается. Тэхену хочется смеяться и плакать. Жизнь просто решила поугарать над ним, не иначе. Просто уже второй раз подряд его ловят в машине Чонгука и отчитывают, как маленького мальчика. Сплошная ирония, да и только. - Знакомая ситуация, не так ли? - Чонгук ржулькает над всем этим, почесывая свой нос. - Я даже не знаю, что сказать, - Тэхен трет лицо крайне интенсивно, желая стереть его полностью. - Я надеюсь, что ты обо всем этом забудешь. Я просто пойду, а ты ничего не говори, ладно? Гук кивает, забавно улыбаясь. И пока Ким выбирался из машины, причитая излюбленное «хочу сдохнуть», Чон продолжал хохотать втихую. Да что с ним такое? Еще больше раззадорила его картина, как Тэхен стоял у подъезда и крестился. На самом деле нет ничего смешного в этой ситуации, от которой Тэ заметно неловко. Его забавляет то, как к этому относится сам парень. Этот его отказ от уныния и принятие политики «Косячим и Шутим» заставляет чувствовать какой-то странный трепет. И вообще поведение Тэхена в подобных обстоятельствах вызывает детский восторг. Чонгук в какой-то степени восхищен. Но он ему этого не скажет, ни за что. Чонгук уезжает обратно с непонятным интересом, что же его ждет в следующий раз, когда он будет подвозить Тэхена домой.