Серебряный клинок

В пяти километрах от границы Вейла… Ночь постепенно заканчивалась, вскоре должен был наступить рассвет. И в одном из лагерей Белого клыка, что недавно был отстроен в довольно густом лесу, как раз заканчивалась смена караула. Лагерь был довольно большим, он располагался среди множества деревьев, которые имели толстые стволы и густую листву, поэтому был весьма хорошо скрыт. Четверо охранников, находившиеся снаружи, прогуливались в вдоль деревянного забора неспешным шагом. Им было, что обсудить. – Слышал, кто-то устроил резню и убил наших братьев прямо в Вейле? – Ага, жаль их. Помнишь того фавна оленя, Бильбо? Который ещё до одури свое кольцо любил. Я лично знал его. Какой-то ублюдок охотник убил его мать, когда он был ещё ребёнком, и наши приняли его. Он собирался найти подонка и отомстить. Но теперь не судьба. – Да уж… – Подожди, ты слышал? – Хм… нет…ничего? – Да ладно, давай лучше проверим, а то не дай Оум что-то случиться с паладином, которого нам доверили охранять. Выйдя из лагеря, охранники стали осматриваться и услышали очередной шорох, но как только они развернулись, рукоятка от трости, прикреплённая к леске, выстрелила одному в подбородок, а затем зацепила другого, вырубив обоих. Остальные двое открыли огонь, но нападавший ловко увернулся и, используя рукоять трости с леской в качестве хлыста, вырубил остальных двоих и продолжил направляться вглубь лагеря. Несмотря на то, что Роман Торчвик любил яркий стиль, нося белое пальто с чёрными перчатками, штанами и сапогами, а также со шляпой котелком, это не значит, что он не умел скрываться. Навыки его подопечной Нео взялись не с потолка. Используя деревья как укрытия, он быстро пробирался у самой границы лагеря до самого скрытого места. За построенной деревянной оградой находилось то, что нужно было вору, паладин, которого Белый клык украл во время одного из своих рейдов. Это будет очень непросто, вокруг места, где держат этого массивного робота, сосредоточилось больше всего охраны. Но он не был бы лучшим вором, если бы не смог провернуть это дело. Главное было добраться до паладина, а дальше, можно было воспользоваться машиной смерти, чтобы убраться из этого лагеря фанатиков. Остановившись, Роман крепко задумался, о своих дальнейших действиях. Охранников рядом с паладином было слишком много, он не успеет ликвидировать всех, до того, как поднимется тревога. Однако, то, что лагерь располагался в густом лесу было только ему на руку. Из-за того, что лагерь был возведён совсем недавно, он не был защищён сверху, ограничившись только высоким забором, чем вор и решил воспользоваться. Легко взобравшись по высокому дереву и скрывшись за его густой листвой, Роман стал выжидать, когда охранники уйдут на очередной патруль и оставят ту область, которая была ближе всего к нему открытой. Ждать пришлось довольно долго, но это того стоило. Вновь применив свою незаменимую трость, вор выстрелил рукояткой и после того, как она зацепилась за забор, он быстро подтянул себя к нему. Аккуратно спрыгнув за ближайшую палатку, он стал пробираться к следующему забору, за которым и находился паладин, используя палатки и деревья в качестве укрытия. Наконец, добравшись и дождавшись ухода патруля, он преодолел и его. Теперь Роману нужно было действовать максимально быстро, пока патруль не захотел проверить само помещение. Он быстро побежал к роботу и, вскарабкавшись по нему, залез в его кабину. На созданный им шум уже прибежали охранники, но в это время Роман уже активировал машину. – Торчвик?! Здесь?! – Проклятье! Не дайте ему уйти, идиоты! Террористы открыли огонь, целясь в кабину, надеясь пробить прочное стекло, но Роман включил мощность на полную и, просто отбросив ближайших противников, пробил ворота и побежал прямо через лагерь к выходу. Поднялась тревога, каждый из членов Белого клыка стал поспешно готовиться к бою, а кто уже был готов, старались либо пробить кабину, либо сбить паладина с ног, но куда им было угнаться за механической машиной. Используя свои могучие руки, паладин проломил забор и устремился в лес, ломая встречные деревья на своём пути. Его всё ещё пытались сбить, но быстро поняв, что любые действия уже бесполезны, разочарованные фавны вернулись в свой лагерь. – Вот дерьмо… нам придётся сообщить об этом Адаму… Только удалившись от лагеря на значительное расстояние он позволил себе победно ухмыльнуться. Вполне возможно, что другие группы этих животных тоже сумели украсть паладинов, но добыть хотя бы одного для себя было уже чертовски хорошо. И нет, он вовсе не был расистом, нет. Он называл Белый клык животными, потому что, по его мнению, они вели себя словно дикие животные. Самое что ни на есть сборище безумных фанатиков. Иногда это даже могло нагнать жути. Ну да ладно, ему ещё нужно было привести паладина к своему укрытию и связаться с Нео. С тех пор, как он велел ей прекратить слежку за Красной шапочкой, его маленькая помощница прибыла в Вейл и отслеживала продвижение Белого клыка там. Тут на его свиток поступил сигнал о сообщении, взглянув на которое Роман хмыкнул в любопытстве. – Во время своей работы я встретила занятного парня. У нас с ним общие цели, так что он мог бы нам подсобить. Если что, ты узнаешь его по ауре в виде бабочек. Ты сможешь прибыть в Вейл? – Я уже рядом с Вейлом, Нео. И с подарком. Я буду в заброшенной деревне Тюльпан, там и поговорим. Они всегда старались обмениваться только короткими сообщениями, когда находились на расстоянии, предпочитая не тратить на них времени. Если им нужно было разговориться, то они могут сделать это и при личной встрече. Открыв кабину и закурив, без всяких сомнений величайшему вору всего Ремнанта ещё нужно было надёжно спрятать теперь уже своего паладина в заброшенной деревне Тюльпан, где ему удалось обосноваться. Она находилась в двух километрах от границы Вейла, что для него было довольно удобно. А потом можно будет встретиться с Нео и узнать, что у неё там происходит, и что это за парень, который сумел её заинтересовать. Вечер следующего дня в академии Бикон… Буллхед уже приблизился к академии охотников, так что её можно было хорошо разглядеть из окна, и Гинтоки солгал бы, если бы сказал, что он не был впечатлён. Бикон тонко сочетал в себе викторианский стиль и современность, центральная башня возвышалась над всеми остальными зданиями, был так же виден парк, по которому расхаживали студенты, два здания, которые, судя по всему, были общежитиями и остальные постройки, которые видимо были учебными корпусами. Транспорт слегка тряхнуло, когда он, наконец-то, достиг впечатляющего размера посадочной площадки, и самурай, не теряя времени направился к центральной башне, где находился офис директора. Его разговор с Озпином на самом деле вышел довольно коротким. Он, как уже и говорила ему Руби, предложил самураю жильё в академии и работу, но всё ещё не уточнил какую. Вдобавок директор хотел поговорить с ним уже в стенах своего кабинета. Прогуливаясь Гин заметил, что студентов было не так уж и много. Может быть они на занятиях? Или на миссиях? Сейчас самураю на это было уж точно всё равно. Ему хотелось покончить с этим разговором. Тем более, что Озпин уже сам подходил к нему с уже привычной для Гина улыбкой на лице, разве что, теперь, его сопровождала весьма строгая на вид женщина среднего возраста, как и сам директор. Белая складчатая блузка с чёрной юбкой карандаш на бронзовых пуговицах и чёрные сапоги на бронзовых шпильках поддерживали этот самый строгий имидж. Её можно было назвать красивой, действительно красивой, из-за ярко-золотистых волос, что были собраны в пучок, за исключением одной завитой пряди, которая свисала с правой стороны, а также пронзительных зелёных глаз. Но слишком строгое и хмурое выражение её лица, и такой же взгляд из-под овальных очков сильно портил впечатление. Зато чёрная накидка с фиолетовой отделкой и срезами в виде языков пламени придавала ей мистицизма. – Ах, мистер Гинтоки, рад, что вы пришли. Позвольте представить вам моего заместителя, профессора Глинду Гудвич. Если у вас будут какие-либо вопросы, то вы можете обращаться к ней, – на это заявление женщина кивнула, хотя и вздохнула мысленно. Её работа была и без того загружена, ещё одних обязанностей она уж точно не хотела. Но, тем не менее, бросать на произвол судьбы своего будущего коллегу она то же не собиралась. Вот так они и направились в башню, под раздражённые мысли Глинды, нетерпение Гинтоки, перешёптывание студентов и забавляющегося от всего этого Озпина. Наконец-то, добравшись до кабинета директора на лифте, Самурай был впечатлён им так же, как и всей академией, но показал он это лишь любопытным взглядом и слегка поднятой бровью. – Кофе, чаю, а может какао? – Озпин всегда стремился быть максимально гостеприимным. – Нет, спасибо, мне ничего не нужно. – Как хотите. Я полагаю, в таком случае, нам следует приступить к самой сути? – Верно, – Гинтоки кивнул, усевшись за стол напротив Озпина, с любопытством глядя на шахматный набор перед ними. – Может быть, вы хотя бы не против, сыграть одну партию в шахматы за разговором? – Хм, так и быть, – Улыбка Озпина стала чуть шире на согласие самурая, показывая, что он доволен, и так как его фигуры были белые, директор начал ход первым. – Вы следили за мной? – А почему вы так решили? – Слишком быстро вы меня нашли. И я практически уверен, что именно вы вызвали полицию, тогда на склад, чтобы организовать нашу встречу. – Хм, весьма проницательно, мистер Гинтоки. – Можно просто Гин. – Хорошо, мистер Гин, тогда ответьте, пожалуйста, почему вы так легко согласились? – Потому что наши интересы совпадают… должны совпадать. Я уже давно выслеживаю и расправляюсь с Белым клыком. За всё это время им не удалось меня раскрыть, но это не будет продолжаться всегда. В данный момент они явно нацелились на Вейл, поэтому я и прибыл сюда. Вы ведь тоже всё это видите верно, директор Озпин? Белый клык стремительно становиться всё сильнее. Они совершают рейды и тем самым крадут оружие и технику, наращивая свою мощь. Благодаря активной пропаганде они быстро приводят в свои ряды новых рекрутов. Это уже не маленькая группка миролюбивых протестантов, какими они были, когда то, теперь это чуть ли не полноценная армия, рассеянная по всему Ремнанту. Боюсь постепенно ситуация движется к войне... вы ведь именно поэтому меня и позвали директор Озпин? – глава академии слушал, сосредоточено хмурясь и, согласно кивая, сделал ход конём. – Абсолютно верно, именно за этим я вас сюда и позвал. Буду откровенен, нам не хватает способных бойцов, мистер Гин, нам нужны союзники, и я надеюсь, что вы не против стать одним из них. – Хм, полагаю это покажет время. – Полагаю, что так, и я надеюсь, что всё сложиться удачно. А что насчёт работы мистер Гин? – С ней всё просто. Раз Белый клык стремительно обосновывается рядом с Вейлом, то я так же решил остановиться тут. Место для ночлега я могу найти довольно легко, а вот работу нет. До этого я был охотником, хоть и не официально, и зарабатывал этим, но если я остановлюсь здесь, то мне нужна будет другая, хотя бы, временная работа, – Гинтоки в это время сделал ход ладьёй. – Да это имеет смысл, если вы хотите сосредоточиться на Белом клыке. – Так… что за работу вы хотите мне предложить? Учитель? Библиотекарь? – Уборщик. – Уборщик? – Впервые маска спокойствия Гинтоки дала трещину, разумеется, к внутренней усмешке Озпина. – Именно, мистер Гин, уборщик. – Без обид директор Озпин, я, конечно, понимаю, что каждая профессия важна… но почему… именно уборщик? – Это единственная свободная должность, что у нас есть. – На самом деле мне бы не помешал помощник, – Как бы промеж прочим проговорила, хмурясь Глинда. – И ты прекрасно справляешься со своей работой, Глинда. А вот уборщика у нас нет, – в своих фантазиях женщина пытала и казнила своего начальника различными способами под собственный зловещий хохот. В реальности же она могла лишь только дать Гину извиняющийся взгляд. – Ну что же… уборщик так уборщик, – Гинтоки вздохнул, но с готовностью кивнул. – Взгляните на это с другой стороны, мистер Гин, вы будете, вероятнее всего, сильнейшим уборщиком в мире за всю историю Ремнанта. – А ну раз так, то тогда, разумеется, – самурай на это заявление лишь закатил глаза. – Меня очень радует ваш энтузиазм, – усмехнулся Озпин, – но, полагаю, наша партия подошла к концу. Вы можете спуститься и подождать Глинду. Она покажет вам вашу комнату. Распрощавшись с директором Бикона, Гинтоки не спеша побрёл к лифту, уже мысленно ворча, сколько всего ему предстоит работы из-за гиперактивных и сверхсильных подростков. – Хм, признаться, он лучше, чем я ожидала, – пробормотала Глинда, после того как самурай скрылся за дверью. – Верно, Глинда. У него весьма острый ум и скорее всего он эмпат, уж очень хорошо мистер Гин чувствует эмоции, видишь? – Озпин улыбнувшись указал на шахматную доску. Когда Глинда всё же обратила на неё внимание, её глаза непроизвольно расширились, и не без причины. Дело в том, что Озпин был известен на весь мир не только как сильнейший охотник, но и как лучший шахматный игрок на всём Ремнанте. Ещё никому не удавалось не то, что победить директора Бикона в шахматах, но даже свести игру к ничьей. Сказывался его опыт, очень много опыта. Но так было до этого момента… потому что прошедший матч показывал твёрдую ничью, более половины фигур с обоих сторон были выбиты, и оба короля были загнаны в угол. – Я действительно рад, что встретил его Глинда, – теперь улыбка Озпина была скорее предвкушающая, можно даже сказать дьявольская, это, если честно, испугало Глинду, на что она сглотнула и заранее посочувствовала своему новому товарищу по несчастью. – Мы будем посвящать его… в наши планы Озпин? – Скорее всего да. Как ни крути, но нам нужны новые союзники, ты сама это прекрасно понимаешь Глинда. Но для этого ещё пока рано. Нужно узнать о нём больше… как о личности, а потому, не заставляй нашего сильнейшего уборщика ждать. – Да-да директор Озпин, – слегка язвительно проговорила "добрая ведьма" под смешок директора, направившись к лифту. Ей Оум, её друг и начальник, когда ни будь, точно вгонит её в могилу... если она сама не убьёт его... Озпин же тем временем собирался проверить всю информацию, которую он сможет найти касаемо самурая по имени Гинтоки. Ему нужно было узнать о нём как можно больше, что бы решить, насколько он мог ему доверять. Но в это время на его личный свиток пришло сообщение от его товарища и близкого друга Кроу, которое его вовсе не обрадовало, а наоборот, заставило его нахмуриться в беспокойстве и страхе. – На Амбер напали. Она жива, но ей нужна помощь. Готовь оборудование. Это было очень плохо... – Директор Озпин... всегда такой мисс Гудвич? – К сожалению да, вы привыкните... по крайне мере, я надеюсь на это. И нет нужды звать меня по фамилии, всё же мы теперь в каком-то смысле коллеги, – Глинда устало массировала свою переносицу. Они как раз добрались до комнаты Гина, которая, хоть и оказалась весьма маленькой, но зато уютной. А в углу висела специальная униформа и тележка с инвентарём. – Вам нужно что-нибудь ещё? – Нет, благодарю, всё уже при мне, – Гинтоки показал свой походный мешок, который он всегда носил с собой, под скептический взгляд Глинды. – Я смотрю вы весьма... аскетичны. – Привычка. Но я полагаю, что мне уже можно приступать? – Вы уже хотите начать? Ваше желание скорее приступить к обязанностям весьма похвально, но территория академии весьма внушительна, поэтому, полагаю, что мне следует сопроводить вас, на первый раз. – Что же, раз так... – Гинтоки взял швабру, и прокрутив её, вонзил в пол словно копьё. – Тогда ведите. Впервые за весь день на лице Глинды появилось подобие улыбки.