Не совсем Яга - не совсем вы в Тридевятом!

Говорят, счастлив тот, кто просыпается под песни петуха. То ли у нас петух бракованный, то ли все нагло врут. Сколько бы я ни затыкал уши, ни накрывался подушкой, бессовестный певец не хотел прекращать выводить свои рулады. Где-то внизу гремел посудой Василий, судя по ароматам, витавшим в воздухе, на завтрак у нас блины, будто действительно у бабушки в деревне. Лет до тринадцати я точно ездил в деревню к матери отца, а точнее, к моей обожаемой бабуле. После четырнадцати подъезды, двор и пацаны стали заманчивей, чем тихая деревушка бог знает где. Тусовки, клубы, музыка и интернет в семнадцать с концами прогнали мысли о спокойном деревенском отдыхе. Похоже, доспать мне никто не даст, вставать так вставать. Еще раз потянувшись, я спустился вниз. Мой нюх меня не подвел, и Васька действительно пек блины, мурлыча себе под нос какую-то затейливую мелодию. - Проснулась, девица-красавица, - отвлекся кот от созерцания блинов на чугунной сковороде. - Да ну тебя,- я лишь беззлобно отмахнулся и пошел умываться на улицу. Стоило выглянуть за дверь, как сразу же появилось желание закрыть ее к чертям и больше не выходить. Яркое солнце и чистое вчерашнее небо сменились на мелко моросящий дождик, серые тучи и тихие раскаты грома. Умываться на улице расхотелось. Из плюсов был только запах свежести и дождя. Даже лес выглядел как-то грустно, вся живность попряталась, включая нашу козу Машку. Где-то снизу раздалось причитание и цокание Васьки, и когда только успел высунуться. - Закрывай скорей, а то всю избу зальет. - Я послушно притворил дверь, унылый денек. - Да не печалься ты, щас вот чаю попьем с блинами, я картошечку поставлю тушиться с мясом в печи, там, глядишь, и распогодится к вечеру и можно до деревни прогуляться. - Угу, хлюпать по лужам, размазывая грязюку - та еще забава, да и с местными я не спешил знакомиться Закончив с умыванием, мы расселись за столом. Неплохо, однако, сидеть в тепле, пить чай и смотреть в окно на отвратную погоду. - Слышь, Вась, - кот оторвал свой взгляд от сочного блина с клубничным вареньем и вопросительно глянул на меня. - А у вас тут оборотни есть?- ну а что, интересно ведь. Васька резко закашлялся. - Ну есть, а что? - А ты их видел? - Конечно же, видел. - И какие они? - Большие, волосатые, вечно голодные, вонючие туши под два метра. - Ну а вампиры? - Вампиры?- Я бодренько закивал. - Есть обычные упыри, это те, кто шарится ночью в поисках пожрать. Ходячие умертвия, одним словом. - Васька просто бог объяснений. - Ну а вампиры, как отдельный вид, могут и днем ходить, кровь да, тоже попивают, ну а так раса как раса. - М-да, ну вот и где сказки и ужасы? - Ну а на внешность? - Тощие и бледные. - М-да. Когда с завтраком было покончено, каждый занялся своим делом. Васька, как и обещал, поставил тушиться в горшочке картошку с мясом и грибами и уселся на подоконник с пыльной книгой. Мне же было откровенно скучно. Вот где, спрашивается, все эти попаданские приключения? Опасности? Войны? Меня это все, походу, обошло стороной. Шел третий час ничего неделания, ходить из угла в угол наскучило, талмуды по непонятной магии лишь нагоняли скуку. Полистав из интереса сборник магических существ и отметив для себя существование всякой разной невиданной хрени, я уж думал залезть на печь и не слазить до вечера, пока не раздался тихий, неуверенный стук в дверь. Я уж думал, мне кажется, и, зевнув улегся на лавку, как раздался повторный стук и уже настойчивей. Принесла ж кого-то нелегкая. Васька, увлеченный чтением, лишь махнул лапой, дескать, иди узнай. Второй посетитель также мало отличался вежливостью, ни тебе страха, ни должного заикания, вот будто не изба тут Бабы-Яги. Чес-слово, проходной двор какой-то. - Чего тебе, мачо деревенский? - на пороге действительно стоял мачо в лице то ли кузнеца, то ли опять же богатыря из "обожаемой" деревни, все девицы, видно, его. Мужик впялил глаза в район декольте, который у меня отсутствовал по причине принадлежности к мужскому полу, горестно вздохнул и поднял свои очи, протягивая мокрые, поникшие цветочки, и все это со здоровенной лыбой, и выдал: - Красна девица! А ты, видать, внучка Бабы-Яги, - проявил свой интеллект богатырь. - Ага, внучка, внучка. - Ну тык это, внучка... позови Ягу. - Я за нее. - А-а-а-а, - амбал задумчиво почесал макушку, собрав в кучу глаза, видимо, мыслительный процесс для него дело нечастое. - Так че хотел, уважаемый? - признаюсь, вчерашняя настойка лешего действовала до сих пор, чувствую себя та-аким спокойным, вот чес-слово, сейчас, наверное, никто не сможет вывести меня из себя, даже упоминая новый облик - Мне бы это... снадобье надо бы... это... ну как его... это-о, - и все это с невинными глазами и прихлопывающими ресницами, именно так прихлопывающими... хлоп... хлоп... как жалюзи. Зыркнув по сторонам и убедившись в отсутствии сторонних наблюдателей, я наклонился и проникновенно зашипел мужику в ухо: - Да ты не бои-ись, нет тут никого, все свои, говори, че за настойка такая. - Кхм-кхм, девица-краса, мне... ну... си-илы б надо богатырской. - А-а-а-а, понятно, - скучно как с вами со всеми. - На подвиг, поди, собрался? - пока я копался в ящиках среди запасов бабули, богатырь покраснел и закивал как китайский болванчик. - Угу... на подвиг. - Такс, это не это, тож не то... че у нас тут ?зловоние смердящее, плесень трехсотлетняя, перо из жопы полярной совы, настойка от блох... змей горыныч... Тож не то. - То, то! - с удвоенной силой закивал мужик. - В смысле? Ты хочешь сказать, Змей-Горыныч - зелье, увеличивающее силушку богатырскую? - покрутив пузырек в руках, я рассмотрел корявую надпись "применять перед процессом по три капли". Богатырь только еще пуще покраснел, угукнул и вырвал пузырек у меня из рук, всучив приятно позвякивающий платочек. Ну вот, первая плата. - Кхм... Ну ладно... бери, - совсем в недоумении я смотрел вслед удаляющемуся кузнецу-богатырю. - Ва-ась, а ва-ась... - М-м? - кот лениво поднял на мою недоумевающую моську глаза - Какой-то странный он... богатырь местный - Да вродь нормальный. - Ну-у он же богатырь, зачем ему силушки еще? Горыныча бить, запивая горынычем? С татарами там воевать? С нежитью? Кот зевнул. - Та не-е-е... Марья говорит соседкам, что уже не тот он после свадьбы - В смысле - не тот? Не сильный? - Угу... тип того, - засыпал над книгой кот. - Ва-а-ась, - потряс я его, - так зачем ему горыныч? - Какой горыныч? - Ну он купил змея-горыныча, чтобы выпить, и того на бой смертный вызывать, да? - поинтересовался я. Кот, дико выпучив глаза, закашлялся и... заржал так, что свалился. - Ой... ой, не могу... ух... - от смеха несчастный кот даже не мог подняться, не то что выговорить слова. - Ну Ва-а-ась, ну так что-о? - Ф-фух, где ж вас таких берут, - успокаивался кот - да для силы оно, для этой... мужской! - Ну... так я понял, что для силы, - Васька закатил глаза, а до меня начало доходить. - Постойте-ка... так оно... Васька бодро закивал, видимо, узрев в моих глазах правильную мысль. Следующие пять минут мы искренне ухохатывались. Остаток вечера прошел тихо и незаметно, дождь так и барабанил по крыше, а мы с котом только и вздыхали в унисон. Новый день порадовал выползшим солнцем, пахло свежестью, носились от цветка к цветку пчелы. Лениво общипывая кусты, по двору бродила Машка. День обещал быть обычным, по крайней мере, мне так казалось. Я наслаждался лежанием на траве, разглядывая голубое небо. Васька умотал в деревню за свежим молоком и выпечкой. Однако долго скучать мне не пришлось, заметив появившегося кота на тропинке, я слегка приподнялся, опираясь на локти. Кот выглядел донельзя довольным, размахивая авоськой, Васька на ходу мне крикнул. - Си-иди-и-ишь, ничего не делаешь, а тебя, между прочим, сжигать идут, - непонятно чему радовался кот - Че-его? В каком смысле - сжигать? Кто? - Как это кто? Святой отец и братва местная, - вдоволь насмотревшись на мои выпученные глаза и отвалившуюся челюсть, кот плюхнулся рядом и продолжил: - Да ты не боись, они каждый месяц так ходят аутодафе устраивать, проповедь бодренько зачитают и будут поджигать. Ну, чего расселся, пошли скорее чай готовить, та-акое представление, хоть скуку разгонят. Почему-то я такого оптимизма и веселья кота не разделял. Если притащится вся деревня вкупе с попом, вилами, топорами, то как-то совсем не улыбается наблюдать собственную смерть. А если реально сожгут? И я ведь до сих пор как-то не интересовался, что у них здесь с верой, богами и прочим, а то вдруг Средневековье какое, где колдунов и ведьм жгут на каждом углу за милую душу. Покосившись на веселого кота, я, потягиваясь, поднялся. Ладно, посмотрим, свалить всегда успеем. Мы, дети двадцать первого века, принцип "дают - бери, бьют - беги" отлично знаем! Не успели мы с Васькой расположиться перед окном с разной снедью, как притащились местные. Всего я насчитал пятнадцать человек, несколько баб необъятных размеров в аляпистых платьях, нечесаные, бородатые мужики (как я и думал, с вилами) в заляпанных рубахах некогда белого цвета, все подпоясанные, и еще очень повеселили меня мужицкие портки с обвисшими коленями. В середине не спеша волочился дородный мужик с тремя подбородками, маленькими глазками и гладкой лысиной, в серой хламиде, на шее болтался здоровенный крест (интересно золотой?), походу, это и есть святой отец. В руках отче тащил, видимо, местный вариант библии, нежно прижимая к груди. Чинно проследовав до калитки, братия замерла. Судя по обрывкам разговоров, думают, заходить ли дальше в логово супостатово или ну его и лучше за калиткой потусоваться. Я бы предпочел на их месте второй вариант. Самые храбрые рискнули перелезть во двор через изгородь, но не тут-то было. По мнению святого отца, наверное, это выглядело как атака самого дьявола со здоровенными рогами, жаждущими насадить на себя очередную жертву. С нашей же с Васькой стороны была вполне обычная, с довольно мерзким характером коза, бодавшая особо резвых. Сунувшиеся было мужики получили рогами под зад и с воплями ринулись за спину попа, выпихивая его вперед как крайнего. В это время мы с котом хохотали, ухватившись за грозящиеся лопнуть животы. Протерев лысину от пота белоснежным платком, сплюнув и перекрестившись, отче начал толкать речь. Кратко выходило так: покажись сила супостатская, зло нечистое, дьявольское отродье, ща убивать тебя будем за грехи твои. На нечистое мы с Васькой обиделись и хором заявили, что мы почаще них моемся, а сами пусть как вычешут блох да отмоются пусть и приходят, тогда, может, и поговорим. Почему-то такой вариант попа не устроил, брызжа слюной аки святой водой, отче продолжал нас клясть, обвиняя во всех смертных грехах: и скот-то мы травим (у какой-то там матроны давеча корова изволила издохнуть), и болезни нагоняем, да и сами ночами с дьяволом по дворам местным шляемся, добрым людям спать не даем завывая о жратве (тут мы с Васькой, покосившись друг на друга, гаденько захихикали, видимо, послушала та нежить наш совет), а ко всему прочему устраиваем с шайтанами разные обряды в ночи на кладбище, приплясывая на костях уважаемых почивших (якобы какой-то сторож Петрович нас видел, мы с Васькой дружно решили - алкаш местный) и еще энное количество злостных деяний, от которых нет покоя народу честному. - А вы, уважаемый, слюной-то зазря не брызгайте, вдруг ядовитая, а то у нас там грядочки с зеленью, - выкрикнул довольный кот, закусывая бубликом. Поп поднапрягся, вытягивая шею, чтобы рассмотреть эти самые грядки (ну а вдруг конопля), бабы тихо охали да вздыхали, мужики, почесывая затылки, предложили расходиться (какая здравая мысль). Один отче стоял на своем - Вы нас жечь то сегодня будете али нет?- не утерпел я. - А ты выйди сюда, а то ишь, какая смелая, в избе-то сидеть, - потрясла своим добром(пятого размера)бабень, размахивая кулаком. На тетку шикнули все, включая попа, видимо, испугались, что обижусь и точно выйду. Васька рассказал, что в остальное время деревенские спокойные, только раз в месяц настигает попа белая горячка, и идет он нечисть мерзкую жечь, сам будто чисть. А чтоб не скучно было, тащит братву, местные уже попривыкли. - Ща выйду! - я было уже поднялся, собираясь выйти и объяснить, как это невежливо обращаться ко мне в женском роде. Заметив это, отче побледнел и попятился. Кривенько усмехнувшись, я плюхнулся обратно. - Ладно, сегодня я добрый, отпускаю. Отче почему-то обиделся и, сплюнув, пошагал обратно. - Тьфу на тебя, Яга, в следующем месяце точно сожгу. - На Ягу я обиделся. И этот туда же... Может, мне на лбу написать уже, жирно так, крупно: "МУЖИК". Постояв пару минут, деревенские вздохнули и потянулись вслед за попом, видать, ожидали большего веселья. Ну и фиг с ними. Заметив мою погрустневшую моську, Васька предложил самим раз в месяц устраивать охоту на попа. Отсмеявшись, мы продолжили пить чай, перемывая косточки святоше. Ближе к обеду порешили выползти в лес, грибы да ягоды пособирать, а то так и от скуки издохнуть самим можно. Ну вот где они, эти приключения местные? Еще одним неприятным событием стала одежда в виде моих кед, рваных джинсов и футболки с курящим черепом. Всякие сучки, ветки, увы, влияли неблагоприятно, цепляясь за футболку. Если так и дальше пойдет, то ходить мне голым. Васька предложил покопаться в сундуке Яги, как вернемся. Насвистывая бодрый мотивчик, мы тащились по лесу уже примерно час. Моя б воля, шел бы я лесом прямиком домой. Кот довольно размахивал корзинкой с тремя грибами, в моей же корзине пока было пусто, тут бы вредный кот добавил "как и в голове", но я с этим в корне был не согласен. - Вась, а Вась?.. - Чиво?- заинтересованно повернулся кот. - Может, домой, а? - Да ладно тебе, смотри, как хорошо: воздух свежий, птички поют, кр-р-расотища, - мурлыкнув себе под нос, кошак склонился перед очередным кустом, заприметив толстый бок гриба. На мою радость, поблизости пахла малина, ух-х, единственная моя радость в этом лесу. За обдиранием малины я прослушал момент, когда Васька стал с кем-то трепаться, с фразами (привет, Михалыч, ну как ты тут, да ты че, а вот у на-ас, ага-ага, ой-ё, фигасе). Сомневаюсь, что это он грибу, хотя... Васька и не то может. Отвернувшись от колючих кустов малины, моя челюсть встретилась с землицей русской. А посмотреть было на что, как ни в чем не бывало кот вел беседу с пнем! Пень, машу вать, такой раскоряченный, с кота ростом, с маленькими глазенками и ртом, веточки-ручки. Чтоб меня так уносило. Заприметив мою офигевающую морду, кот бодро махнул. - О, а это внук наш, иди сюда, че как неродной, поздоровайся. Дотащившись, по пути запинаясь обо все сучки, я уставился на пень. - З-здрасте. - Ух ты, а я думал, внучка, - прошелестел пень, вылупив на меня свои глазенки. - Знакомься, эт Михалыч, леший местный. Михалыч, эт Димыч. Мысленно я смеялся, стараясь сохранять невозмутимое лицо. Михалыч - это Леший. Леший с именем Михалыч. Почему-то на этом моменте мне вспомнилась "Нашараша" с тем самым Миха-а-алычем, не ржать становилось все труднее. - Ух ты, - все удивлялся пень, - имя-то какое неместное, надо бы придумать на наш вариант, - почесал себя ветками Михалыч. Васька азартно блеснул глазами. Я лишь закатил глаза, зная, к чему это приведет. Натрепавшись и закорефанившись с Михалычем, мы потащились домой. Нормальный такой пень, также мы позвали лешего заходить почаще к нам чай пить. День клонился к закату, уставшие, но довольные мы вывалились из леса. Уже позже в старом сундуке Яги я копался с остервенением бабки, добравшейся до рассады со скидками. Из разваливающейся достопримечательности летело все, что только можно, но нужного не находилось. Увы, бабуля явно не рассчитывала на внука, поэтому платья, труселя энного размера, блузки - все летело к чертям. Васька, оторвавшись от перебирания грибов, с удовольствием закопался в кучу малу и с наслаждением причмокивал да вздыхал над каждой тряпкой, вспоминая в каком году и на какое мероприятие Яга сие носить изволила. А я все не терял надежду откопать хоть что-нибудь. - Ты там в низу поройся, моя как-то эльфа в молодости притаскивала, жил тут красавчик пару недель точно, должна была одежа остаться-то. - А ессли он забрал? - закряхтел я, ныряя глубже: какой-то бездонный сундук. - Та не-е, - отмахнулся кот, - Ягуся специально на память оставила. - Нормальное такое увлечение, - захихикал мозг. С победным воплем я вылез из душного сундука с объемным кулем. Вроде оно, осталось надеяться, что размер с тем неизвестным у нас сойдется. К нашему с котом везенью и запасливости бабули в свертке оказались: пара сапог выше колен, несколько пар удобных брюк - зеленые и черные, запас атласных рубашек, пара обычных, в тех же зеленых, голубых и чисто-белых цветах, на некоторых Васька высмотрел красивые узоры. Да, у эльфов точно есть вкус, так же мы нарыли один непонятный костюм, Васька разъяснил, что это для конных прогулок (угу, было б еще на ком тут рассекать). М-да, а бабуля-то нехило раздела эльфа, ну ничего! Все на пользу, все! Еще счастливей я стал, когда это все село на мне идеально, даже размер сапог не подвел. Тут же переодевшись в черные брюки и свободную темно-зеленую рубаху, я подальше убрал свой земной вариант, целее будет. Остаток вечера мы провозились с грибами, где я и выспросил Ваську на предмет местной географии и богов. Стыдно признать, но меня это как-то вначале совсем не волновало, а как оказалось, с этим можно нехило так влипнуть! Кот был рассказчиком от бога с, видимо, пожизненным девизом "краткость - сестра таланта". Выходило так, что на этой планете пять крупных материков и россыпь мелких островов. Первый, самый крупный материк, официально делили эльфы со своим государством Лирайя, оборотни (их земли были поделены на двенадцать частей и в каждой отдельный князь, однако и они подчинялись единому для всего государства правителю, Васька сказал, что он живет в столице Зарии), дальше два государства занимали люди (Тридевятое государство и Тарийское). Конечно, на нашем материке не только перечисленные расы обитали, встречались и демоны, и гномы, и вампиры. В нашем государстве, как объяснил кот, главный торговый город, а в Тарийском находится самая крупная межрасовая академия магия. Ну, что-то я увлекся, так, дальше. Ближний материк делят два государства демонов и вампиров. Самый дальний материк заняли драконы, чуть дальше от нас еще один материк с государством людей и граничащим с ним гномьим Тарркрутффт (честно, когда Васька произнес название, я думал, он чихнул). Ну и ко всему прочему, есть материк самый дальний и маленький, правда, те земли считаются проклятыми. Кто их проклял, почему и когда, Васька не сказал. С пантеоном богов вышло сложнее, у каждой расы он был свой, как и теории о возникновении мира, магии, всего живого. Человеческих богов было много, и честно запомнил я от силы парочку, к примеру, в каждом крупном городе были храмы, посвященные богам Отцу и Матери, создателям мира, дальше шли их дети и другие мелкие божки. К примеру, Лея - богиня судьбы, Вейнервейс - бог удачи и, как ни странно, погоды, Ирида - богиня любви и покровительница женщин, Лира - богиня искусств, талантов, Виридий - бог магии и знаний, Рангор - бог войны и другие. Из мелких божков (не детей Отца и Матери) меня больше повеселили Мирос - покровитель купцов и -внимание! - воров! И наверное, любимчик студентов бог выпивки - Киросс.