Не совсем Яга, или чем дальше в сказку..

Как и ожидалось, Кощей был против и весьма зол, что мы его не позвали, а еще ему не нравилось, что целых две недели в этом храме будем только я и его непосредственное начальство. Это он переживает за меня или за душевное равновесие дракона? В итоге они с Васькой решили нас проводить. Для начала Горыныч перекинет всех нас на драконьи земли как можно ближе к границе, откуда начинались владения Храма. И вот до самой этой границы уже пешком и никак иначе. Оказывается, будь ты хоть император, все равно изволь дойти до этих земель своими ножками, не пользуясь чьей-либо помощью. Вот, наверное, весело дракону каждый раз туда мотаться… то-то у него ноги такие накачанные. Или все же он крыльями машет? От утренней прохлады не спасал даже теплый свитер. Сцедив зевок в кулак, я оглядел своих спутников, вот надо оно им? Кощей задумчиво разглядывал золотые кроны деревьев, расслабленно подпирая дверь. И опять в черном; он принципиально не носит другой цвет или это под настроение? Васька, сидя на ступеньках, увлеченно копался в нашем рюкзаке, проверяя, не забыл ли чего. И что можно забыть? На войну будто собрались! И где вообще шляется эта чешуйчатая личность? Ненавижу рано вставать, в это время со мной лучше даже не разговаривать. Может, он вообще не прилетит? Тогда можно будет доспать. Какая хорошая мысль! Да-да, надо помолиться какому-нибудь богу, и Горыныч точно не явится. Только я начал перебирать в уме имена местных богов, как на поляне открылся золотистый портал и наполовину высунулся Даорэн. Увидев наши лица, наполненные энтузиазмом, дракон довольно кивнул и махнул заходить. Закинув рюкзак за спину и подхватив Ваську под толстое пузо, я первым нырнул в яркое облако. Перемещение было быстрым и комфортным. Ласковый теплый ветерок пробежался по коже, взметнул длинные пряди и умчался вдаль. – Дим, можешь открывать глаза, – завертелся кот, пытаясь высвободиться из крепкой хватки. – А? Что? Уже можно? – Приоткрыв один глаз, я огляделся вокруг. Ну, пока что лес как лес: деревья, трава, все на месте, все как у людей. Ни лавы, ни гор, ни парящих в небе драконов обнаружено не было. Стояли мы на небольшой круглой поляне, заросшей яркими цветами. Что-то как-то жарковато для осени. Сняв свитер, я остался в легкой светлой рубахе, так-то лучше. Народ на удивление не торопился выдвигаться, Кощей с ректором стояли у старого дерева и что-то бурно обсуждали, при этом Даорэн поглаживал кору. Прислушавшись, я лишь понял, что это что-то про местную флору и фауну. Даорэн, кстати, тоже был налегке: небольшой рюкзак, подвернутые брюки и рубаха. Сказать ему или не сказать, что он забыл про обувь? Или пусть наслаждается дальше единением с природой? Походу, в этом действительно что-то есть, надо как-нибудь самому попробовать… – Эй, исследователи на выезде, может, все же пойдем уже? – не вытерпел кот. И правильно, чего стоять на одном месте? Чем раньше доберемся, тем раньше я свалю оттуда. Ох, с какими лицами эти двое обернулись. Да-да, такие мы, нехорошие, отрываем светила науки от столь интересного процесса изучения окружающей среды. Решив поддержать вздохнувшего кота, я внес и свою лепту. – Я тут вообще-то не молодею! Пока вы закончите свою дискуссию, я уже успею жениться, родить детей, состариться и отправить правнуков в первый класс! – Дим, ты эт, напутал маленько… – Да без разницы, Вась, думаю, смысл они уловили. – На удивление подействовало, правда, я краем уха услышал, как Даорэн шепотом поинтересовался у Кощея, про каких детей идет речь. И в голову пришла интересная мысль. – Как это – про каких? – довольно натурально получилось возмутиться. – Про твоих, драгоценный мой, ты что, уже забыл? – Приняв, как мне казалось, соблазнительную позу, я захлопал ресницами, стараясь не ржать раньше времени. Свой промах я понял позже, все же это не декан, которого легко смутить, в этом деле ректор сам профи. Подлетевший дракон одной рукой ухватил меня за талию, заставляя отклониться назад. – Радость моя, ну как я мог забыть! Так пойдем же сделаем еще одного, я тут видел весьма удобные кусты. – По блестящим глазам и поползшим вверх уголкам губ было видно, как ректору весело. Стоявший сбоку Бессмертный буквально дымился, стараясь не смотреть. Васька же сделал покерфейс и добавил, что все развлечения потом, дескать, у нас еще будет целых две недели. Кощея перекосило, и он, наконец, отлепил от меня дракона, прочитав Даорэну нудную лекцию о правилах поведения, сказал, что он уже взрослый дракон, а потакает моим сомнительным шуткам. В общем, мы покивали с серьезными лицами, обещая декану вести себя хорошо, и отправились в путь. Минутой позже дракон все же пролил свет в массы, пояснив про драконий климат. Оказалось, тут не бывает осени и уж тем более зимы. Ужас какой, как они вообще живут? А как же зимние развлечения в стиле «закопай друга в ближайшем сугробе и откопай только весной» или «примерзни языком к во-о-он той железной качели в свои -дцать лет»? Спустя час нашего путешествия сквозь лесные чащи мне это начало надоедать, и поэтому я донимал Радогора. Ну а что, кому нынче легко? Декан упорно молчал, стараясь смотреть лишь на маячившую впереди спину дракона, Васька был умным котом, поэтому слинял поближе к ректору. Предатель… ну ничего, есть Кощей. – Слушайте, а какое у вас отчество? – скосив глаз на не отреагировавшего декана, я продолжил: – Что, нету? А давайте придумаем… к примеру, Радогор Петрович… Не нравится? Хм, может, Радогор Асадулаевич или во, Радогор Гвидонович! – Дим… – А? – Ну наконец-то отмер. Сравнявшись с деканом, я вопросительно глянул. Однако Кощей, улыбнувшись, протянул руку вперед и, указывая, поинтересовался: – Тебе какие кусты нравятся? Те, что слева, или те, что справа? – Вопрос поставил в тупик. При чем здесь кусты? Это я спросил дальше. – Как это при чем? – Остановившись, Кощей повернулся ко мне и серьезным лицом продолжил: – Мне же нужно знать, под каким кустом тебя прикопать. Чтобы и с комфортом, и с удовольствием! Выбирай, советую вон те с цветочками… – Ладно-ладно, замолкаю… Мне просто скучно. – А ты займись чем-нибудь полезным, – вздохнул декан. – О, а хотите спою что-нибудь модное? – А что, путь скоротаю заодно. – Нет! – Васька с Кощеем отреагировали моментально, в унисон даже. – Жалкие плебеи, ничего не смыслите в современном искусстве! – А что не так? – обернулся ректор. Ах да, он же еще не знаком с песнями из нашего мира, вот он, благодарный новый слушатель! Кощей ускорил шаг, отходя от меня как можно дальше, Васька сразу же к нему присоединился, кинув остановившемуся дракону: «Сам виноват». Тот лишь непонимающе уставился на меня, так-так-так, и что бы спеть? Зна-а-аю. Закатив глаза от удовольствия, я заголосил на весь лес. – Сайона-а-а-ара бо-о-ой, бе-ейби, посмотри-и на не-е-ебо, собери-и меня по-о кусо-о-очкам, как конструктор ле-е-его… кхм… Эй, господин ректор, куда же вы? – Ну вот, и этот убегает! Развернувшись ко мне могучей спиной, ректор ломанулся сквозь заросли, крича тем предателям подождать и его. Э-нет, не уйдешь! – У меня тут еще пара вариантов есть! Стойте же! – Догоняя их, я продолжал перебирать в уме песни. Может, им просто рэп не нравится? – Фу-у-ух! – Все-таки догнал! – Слушайте, господин новый ректор, у меня прямо для вас есть одна песня! – Кощей, не сбиваясь с шага, состроил скептическую мину. Ну-ну, вот эта точно ему понравится! – Мой цвет настроения черный! Цвет настроения че-ерный! Я, вы-ыходя из дома, выбрал черный цвет, все мои су*ки любя-ят черный цвет… – Достаточно! – Ты любишь этот ды-ым, дым, ды-ы-ым… – Еще звук, и я тебе шею сверну. – Страшно-то как, ага, придушит. Даорэн с Васькой глянули на меня, как на самоубийцу, а Васька, еще притормозив, шепнул прекращать концерт, так как завещание-то я еще не писал. – А-айм крэ-эзи лайк э фу-у-ул, во-от эбаут ит Дэ-э-эд-ди ку-у-ул… . – В следующую секунду, рука, затянутая в черную кожаную перчатку, сжалась на моей шее, а в темно-синих глазах загорелся зеленый огонь. – К-к-кх… п-понял, принял. – Однако Кощей сжал лишь сильнее, не обращая внимания на попытки отцепить его руку. – Эй, Рад, уже перебор! – вмешался кот. – Мне песни тоже не зашли, но это не повод убить его. – Подошедший дракон положил ладонь на плечо декану, и только после этого тот разжал пальцы. Маньяк фигов! Закашлявшись, я опустился на колени, а настроение скрылось в морских глубинах. Шея ужасно болела, вот по-любому останутся синяки. Фамильяр утешающе похлопал по руке, обещая на ближайшем привале добавить в чай негодяю слабительного из бабушкиной коллекции. А этот как ни в чем ни бывало развернулся и пошел дальше. Может, у него точно крыша поехала? Даорэн покачав головой, отправился вслед за Кощеем. В таком мрачном настроении мы шли примерно два часа, рюкзак уже начал неприятно оттягивать плечи, солнце клонилось к закату. Разговаривать больше не хотелось, да и горло болело. Шагавший до этого впереди декан замедлил шаг, ровняясь со мной. И что ему еще нужно? Я вроде молчу и вообще никак не раздражаю его светлость. Кашлянув пару раз, он заговорил: – Извини, я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел сделать тебе больно. – Смерив его подозрительным взглядом, я все же решил товарища временно простить. Тем более нынешние песни действительно кого угодно могут довести, я-то уже привыкший, так сказать, закаленный. Но месть не заставит себя долго ждать! Так что ждите, уважаемый, и бойтесь… – Да ладно, с к-кем не бывает… – Голос слушался плохо, видать, еще пару часов я точно не смогу нормально говорить. Кощей сник еще больше. – Я на привале посмотрю твое горло, хорошо? – Это ни к чему, выпью какой-нибудь настой, и все пройдет. Васька вон сколько их набрал с собой! – Как можно бодрее улыбнувшись, я принялся делать вид, что все у меня отлично. По напряженному взгляду декана стало понятно, что выходило плохо. Ну и ладно. От этой неловкой беседы избавил оклик дракона о привале. – Отдохнем до утра здесь и на рассвете продолжим путь. Распределив обязанности, мы принялись обустраивать ночлег. Полянка была весьма гостеприимна к путникам: никаких камней, веток, лишь мягкая трава, хоть так ложись, уверен, будет мягко и комфортно. Васька умчался наполнять котелок водой, и мне некстати вспомнилась первая встреча с Василисой. Улыбнувшись своим мыслям, я продолжил разбирать вещи. Кощей, склонившись над грудой веток, пытался сообразить костер, а ректор тем временем рыскал вокруг поляны. Что он там искал или проверял, не знаю, но отвлекать не стал. Наверное, он просто делает важный вид, что чем-то занят, дабы лишний раз не напрягали. Разбирая свой рюкзак, я нашел одну очень интересную вещь. Глаза полезли на лоб, а воздух застрял где-то в районе глотки, отказываясь выходить. Прокашлявшись под пристальным взглядом Бессмертного, я, делая вид, что ничего не произошло, смотался к ручейку, вот тут можно и не сдерживаться. – А теперь скажи мне, какого хрена ты тут делаеш-ш-шь? «Ой, гляньте на него! И не надо тут шипеть на меня! Я тут, между прочим, его личную жизнь устраиваю, а он еще и недоволен». Нерв под глазом задергался еще сильнее, может, выкинуть ее в речку и все? Никто не увидит и не узнает… Не, серьезно, вдруг она еще чего похуже устроит. До этого я и не думал, что книги могут сами прыгать в сумку, а завтра, к примеру, узнаю о каких-нибудь магических способностях с уклоном на вечную любофф. Бр-р, нет уж, надо с этим разобраться и как можно быстрее… «Ты чего это там подозрительно притих? Удумал чего? Ты, парень, это брось, выкинешь – я ж все равно вернусь…» – А если я очень-очень далеко выкину? «Не прокатит, ты ж теперь владелец мой, единственный и неповторимый!» – Это еще с чего? «Ты ж меня первый открыл, пылюгу сдул, задачу поставил, вон, глянь-ка, в начале теперь твое имечко значится». – Да какую еще задачу?! – Действительно, пролистав к началу, я мог полюбоваться на хитро выведенную надпись «Владелец: Дмитрий, внук бабы Яги, не женат. Задача: поставлена. Цель: ясна». От увиденного захотелось повыть как Шарик. «Вот, ягода моя, пока не свяжу тебя брачными узами с «ним», нету мне покоя!» – Да с кем, блин, с ним? – Так, вдох-выдох, злиться нельзя, иначе гореть всему. «Это ты мне лучше скажи… а то ж я сама выберу! С нами во-он какие младые люди идут, есть из чего выбирать, а? Как тебе тот чернявенький?» – Да какие, блин, младые? Один Кощей нам обоим в прадеды годится, – на автомате ответил я. – Тьфу ты, о чем я вообще? А, вот оно: только попробуй мне тут что-то сделать, сожгу! «Ой, страшно-то как! Еще и не такими пугана была! Вот молодежь пошла… даже угрожать нормально не могут. Ты иль чего умного говори, иль не мешай!» Психанув, я захлопнул книжную сваху и уже было замахнулся ею в бурлящую реку, как сзади раздался вкрадчивый голос: – Чего читаешь? – Да что вы все пристали ко мне с этим «чего читаешь»?! Вот, замуж выхожу! – За кого? – опешил Кощей, смешно округлив глаза. – Да хотя бы за вас, – махнул я. Уходили мы с книгой с гордым видом, будто все так и надо, оставляя шокированного Бессмертного подумать над жизнью. Ну а что? Вот что хочу, то и читаю, каждый встречный теперь, что ль, будет спрашивать? Вообще где-то глубоко внутри, я понимал, что поступаю нелогично и глупо, однако ничего поделать не мог. Горыныч был прав: нестабильная магия порождает неустойчивую психику. Вернулся Кощей к костру совсем пришибленный и в мою сторону даже не глядел. Кажись, погорячился я и сдуру ляпнул про женитьбу. И чего вот он там теперь думает про меня, а ведь наставнику и так нынче нелегко. Проснувшаяся совесть совсем изгрызла меня, я то порывался встать с нагретого места и идти извиняться за свои психи, то тут же находил отмазку, чтобы этого не делать. Разглядев мои внутренние метания, Васька поинтересовался, чего я ерзаю на ровном месте. Почему-то рассказывать коту о произошедшем не хотелось, поэтому я промолчал. Фамильяр покачал головой и сказал, что всегда готов выслушать и помочь. Поужинав бутербродами и запив горячим сбором из трав, решили ложиться спать. Я было спросил про местных разбойников и лиходеев, но Горыныч посмотрел на меня как на совсем неразвитого. Дескать, какие на землях драконов разбойники. Тихо шумели кроны деревьев, ночные звуки леса ничем не отличались от наших, и это еще больше убаюкивало. Вот вроде бы все способствовало хорошему и крепкому сну, но мне отчего-то не спалось. Я ворочался с одного бока на другой, потом минут пятнадцать, подложив руку под голову, разглядывал звездное небо, вспоминая свою земную жизнь. Сейчас я бы, скорее всего, спал в общаге на самой скрипучей кровати в мире, а завтра с утра к первой паре и до вечера, в обед бы пошел с одногруппником Толиком за черным и крепким, как душа нашего ректора Бронислава Семеновича, кофе без сахара. Возможно, мы, как типичные студенты, свалили бы с последней пары и пошли играть на гитарах в каком-нибудь кафе, захватив с собой подругу Машку, чтобы пела что-то слезливое, а затем, поделив гонорар, завалились в гости к Михе и всю ночь играли на приставке, закусывая пиццей от «Папы Джонса». А сейчас что? Валяюсь где-то на траве, на земле драконов, которых раньше видел только на фэнтезийных картинках. Под боком мирно дрыхнет болтающий по-человечьи кот, по другую сторону от костра еще два магически одаренных типа, один из которых носится со мной как с писаной торбой, а второй просто напрягает. Наверное, у каждого бывало, что именно ночью одолевают всякие сомнения и в голову упорно лезут мысли: «А надо оно мне?» или «Что за жизнь, надо было сделать так или этак». Конечно, завтра я проснусь с чистыми мыслями и готовый идти дальше туда, куда поведет перо рассказчика, но сейчас хотелось домой. И нафиг бы все эти приключения с их злодеями и героями. На границе двух территорий распрощались мы, со слезами и соплями. Естественно, Васькиными. Кот обещал прибыть через две недельки и больше не расставаться с (цитирую) «глупеньким и без него не проживущим дитем». Кощей хлопнул лишь свою пятерню мне на плечо, отчего подкосились ноги. Ему бы гвозди без молотка забивать… Если еще короче, то он просил вести себя хорошо, мол, если узнает, что я спалил ко всем чертям этот весьма ценный храм, то даже поможет Горынычу меня прибить. Вот уж спасибо за наставления. После расставания я даже почувствовал некоторое облегчение. Горыныч довольно хмыкнул, разглядев что-то у меня на лице. Вот так и начались две мои недели в Храме Облачных Глубин Великого Дракона.