Не совсем Яга, или чем дальше в сказку..

Проснулся я нехотя из-за заглядывающих в лицо солнечных лучей, сколько бы я не отворачивался и не закрывался одеялом настырные солнечные зайчики так и лезли в глаза. Где-то внизу раздавалась незатейливая песенка, которую напевал кот, а до носа долетали ароматные запахи выпечки. Потянувшись и улыбнувшись от прекрасного самочувствия, я скинул одеяло. Будем вставать! – Проснулся уже! – махнул деревянной ложкой Васька – А у меня тут уже булочки готовы! Вставай, да чай попьем. Как себя чувствуешь? Спрыгнув с печи, я ещё раз потянулся. Ощущения были отличными, будто отоспался за все дни. – Отлично! Вроде что-то снилось, но я почему-то уже не помню что. – Ну и ладно! Хорошо, главное, что усё закончилось. Садись за стол. И кот поставил две кружки, от которых исходил запах малины и пар. Булочки посыпанные белой пудрой так и притягивали. Поэтому уговаривать меня и не пришлось! Запихав в рот первую, я зажмурился от удовольствия. Кайф-то какой! Как здорово, что Васька кулинар от бога. А то мы бы уже давно сдохли на каком-нибудь дошираке местном. От пристального взгляда кота, я чуть не поперхнулся. – Что-то не так? – Гулять надобно на воздухе почаще! Вон уже смотри и глаза потемнели и точки какие-то чёрные появились! Ох уж эти поучительные интонации кота! Поднявшись, я подошёл к зеркалу. – Ну, и чего ты ворчишь? Это просто родинки появились! А глаза… хм… ну может от света так кажется. Кот был прав, только это были не просто точки, а небольшие родинки. Одна появилась на виске, а вторая на левой щеке, недалеко от губ. – Фигня, Вась, родинки на протяжении всей жизни могу появляться. – Ну, ладно, раз так, – успокоился кот. – Ты, кстать, заметил, что волосы снова быстро отрастают? Кот ехидно посмеивался, отхлебывая чая: – Скоро снова будешь аки Рапунцель. – Р - разнообразие, Вась. К странным вопросам мы вернулись спустя два дня за обычным завтраком. Я медленно и с наслаждением смаковал чудесный Васькин чай, что он туда добавил фиг знает, но пахнет обалденно. А ещё любовался как за окном прыгали по веткам маленькие птички, чем-то напоминавшие мне снегирей. Васька, помешивая чая серебряной ложечкой со всей свойственной ему подозрительностью, внимательно разглядывал меня так, что под конец я уже не вытерпел. – Вась, ну, что такое? Чего ты меня гипнотизируешь? Если ты всё ещё дуешься, что я не хочу идти к Водяному за новой порцией живой водицы, то вообще-то, напомню, сейчас твоя очередь! – Ты где был? – наконец-таки выдал кот, причём так серьезно, словно жена заподозрившая мужа в измене. – Когда? – отпив чай, я попытался разрядить обстановку. – Вась, я - маг, а не экстрасенс и не телепат, так что уточняй. – Ночью, Дима, ночью. Я проснулся, а тебя нет. Ты только утром пришёл. – Вася, скока раз говорить? Ты, когда просыпаешься, очки надевай и сразу меня увидишь. Что за бред? Никуда я не ходил! – Дима, я до утра караулил. Да и прошлой ночью ты также встал, молча оделся, буркнул, что тебе не спится, и вышел! От слов Васьки стало как-то не по себе. Может я лунатил? – Дима, ты тока не волнуйся, но мне что-то не нравится это. Я-то думал, ты максимум на свиданки бегаешь, а тут, раз так… На словах про свиданки отпитый не вовремя чай чуть не вышел через нос. – Зима, Васюнь, какие свиданки? Да и ещё было б с кем! – А то будто нету, – хитро усмехнулся кот, и тут вдруг как в сказке скрипнула дверь (это я уже в голове пропел, когда в избу ввалил холодный воздух)… – Всем доброго утра! – Кощей был явно в прекрасном расположении духа, что странно, учитывая, что Горыныч всё ещё в отпуске. – И тебе не хворать, добрый молодец, за каким делом вы у нас? – Дима, не паясничай, – повесив плащ на крючок, Рад подошёл к нам и тут же сунул свои ледяные руки мне за ворот рубашки. – Да чтоб тебя, Ра-а-ад! – дернувшись, я попытался отпихнуть его, но, если вы знаете Кощея, то явно поняли, что неудачно. Сев поперёк лавки, он развернул меня спиной и прижал к себе. – Тш, посиди так, я погреюсь, – и задышал куда-то мне в шею. – Я, конечно, рад, что тебе там хорошо, но, блин, у нас вообще-то камин вон есть. – А я, конечно, рад, что вам обоим это нравится, но, Радогор, я тебя по важному делу позвал! – нарушил идиллию Васька. – Это по какому такому важному, Вась? – Это я про твой лунатизм, Дима, – сказал как отрезал Васька. – М-м-м-м правда что ли? – дыхание Кощея приятно щекотало шею, поэтому мне становилось всё сложнее соображать. – Ничего подобного! Это Ваську уже под старость лет зрение подводит, – признавать, что со мной опять что-то не так ну совсем не хотелось. – И куда же ты лунатишь? – голос Кощея раздался у меня над ухом, и он слегка провел языком по нему. От его действий всё моё тело буквально пробило током, поэтому, не выдержав таких издевательств, я слабо дёрнулся из крепкого захвата. – Вот, если отпустишь, расскажу! – Так ты ж не помнишь ничего! – удивился кот. Блин, всю контору спалил. – М… Обмануть меня, значит, хотел. Так не пойдет, – ладонь Кощея скользнула под мою рубашку и стала поглаживать живот. Я старался не обращать на это внимание, но постоянно сбивающееся дыхание сигналило о том, что выходит очень фигово! Черт, вот что на него нашло с утра пораньше? Васьки бы постеснялся… Хотя кот продолжал пить чай как ни в чем ни бывало. Стоило мне вернуться из храма, как наши отношения с Бессмертным стали выходить на новый уровень и все это приняло резкий оборот из-за моего долгого отсутствия. Я был не против, но это до сих пор меня очень смущало. Дальше вот таких объятий пока не заходило, но Кощей с каждым новым днём немного удивлял. Вот же ж настойчивый тип, вторая рука легла мне бедро. – А ещё говорил на свиданки ходить не с кем, – задумчиво выдал кот. Это меня отрезвило, поэтому я спихнул руки Кощея и немного отодвинулся. Вздохнув, Кощей развернулся к коту. – Ладно, что тут у вас, выкладывайте. – Гм, вот как? – спустя целых пять минут, в течение которых кот выкладывал суть дела, Радогор задумчиво постукивал пальцами по столу. Я же перешёл к камину и теперь, усевшись на мягкий пушистый ковёр, гипнотизировал потрескивающие поленья. Язычки оранжевого пламени завораживали, поэтому просьбу Кощея я не сразу расслышал. – Дима! – А? Что? Мягко улыбнувшись, Кощей подошёл ко мне. – Я говорю, встань к стене, проверим кое что. – Кхм… может не здесь? – вставать я совершенно не торопился из-за появившихся неловких мыслей. Склонившись ко мне, Рад заправил прядь моих волос за ухо и прошептал, не отводя взгляда: – Мне нравится ход твоих мыслей и, если ты этого хочешь, то после могу забрать тебя с собой. У меня есть целый час на обед, а еще очень… очень удобный стол в кабинете. Дошло до меня не сразу, но потом я покраснел буквально до кончиков ушей и уже хотел возмутиться, но Рад продолжил: – А сейчас встань, пожалуйста, к этой стене, я проверю Васькины подозрения. Подчинившись, я замер у стены, наблюдая за его действиями. Щёлкнув по разным сторонам от меня, он принялся что-то разглядывать. – Третий глаз тип? – не выдержал я, а Кощей лишь шикнул на пару с Васькой. Закончив, декан подытожил: – Действительно, что-то странное выходит. – Что? Ты что-то увидел Рад? – встревоженный голос кота вогнал меня в ступор. – Ребят, ей богу, уже не смешно! Про что вы все говорите? – Дим, замри ещё на секунду. Закатав рукава рубахи, Кощей приблизился ко мне вплотную, заставляя прижаться спиной к стене. Он был выше меня, поэтому задирать голову было не очень удобно, чтобы увидеть его сосредоточенное лицо. В следующую секунду он мягко прижал мои руки к стене и начал произносить непонятное заклинание. Напротив стены, к которой я был прижат, висело зеркало почти в полный рост, поэтому я легко мог наблюдать всё происходящее в него. Закончив заклинание, бывший декан какой-то там кафедры, уставился на меня в ожидании. Я уже хотел было высказать всё, что думаю о них с Васькой, но тут случилось странное. Мне захотелось спать, это ощущение накатывало волнами, погружая разум в некое оцепенение. Я понял, что шутки закончились, когда перестал ощущать и контролировать своё тело. Я даже не мог открыть рта, чтобы сказать, что происходит какая-то хрень. – Дим, ты как? – напряженный голос Кощея доносился будто через вакуум. Ответить я никак не мог, так как последние силы словно растворились. Всё, что оставалось, это смотреть в зеркало. Словно со стороны я видел, как моё тело выгнулось и обмякло, а губы расползлись в хищной улыбке. Склонив голову набок, я приоткрыл рот, чтобы облизнуть губы. Наверное, наблюдая всё это, моё подсознание билось в панике, так как делал всё это не я! Об этом свидетельствовал и глаза принявшие тёмно-красный оттенок. Через зеркало я видел лишь спину Кощея, но, уверен, он ни в меньшем шоке пребывает. – Кто ты? – тряхнул моё тело мужчина. Со стороны это выглядело жутко, тем ни менее тот, кто в данный момент контролировал моё тело, ответил: – Давно не виделись, Малик, – всё с той же неестественной улыбкой мой двойник откинул голову назад, он пытался избавиться от рук Кощея, но слава всем местным богам декан явно был сильнее. – Что? Откуда ты знаешь моего отца? Выражение моего лица стало удивленным, будто занявший моё тело явно не ожидал такое услышать. – Ты хто такой, поганец, ты почём явился? – вмешался воинственно настроенный кот, в руках он держал деревянную поварешку. Раздавшийся хриплый смех нагнал жути: – А вот тебя я не знаю! Доса-а-адно… – Повторюсь, кто ты? – для большей активности, декан опять тряхнул мою тушу. – Ох, зачем так делать? – слабо возмутилось моё тело. – Я ведь и так весь в твоей власти. Кощей походу был готов рвать и метать, так как опять пару раз тряхнул меня. – Отвечай! – Рад, да что ты с ним дипломатию разводишь? Изгнать гада! – потряс поварёшкой кот. – Не выйдет, – безразлично выдал «я». – С какой радости? – хмыкнул Кощей. – Он мой, сам меня принял, поэтому совсем скоро я займу это место. – Размечтался! – прорычал взбешённый Бессмертный, схватив меня за горло. – Откуда ты взялся? – Любо-овь, – словно издеваясь, протянул моим голосом незваный гость. Последнее, что он сказал, перед тем как исчезнуть было: «Я – Ариэлль». – Тридцать три, тридцать четыре, тридцать пять… тридцать… тридцать… тьфу ты! Сбился! – Васькина лапа дрогнула, отставив стакан с водой, кот выдохнул и отхлебнул прямо из пузырька. – Валерьянка? – ожил до этого молчавший Кощей, кивнув на одиноко стоящий стакан. – Она самая, – оторвался от пузырька с лекарством Василий. Кощей Бессмертный подтянул к себе стакан и залпом опустошил его. Я же наблюдал эту картину, сидя на печи, и чувствовал себя как нашкодивший кот. До этого мы где-то час сидели в полной тишине, только слышно было ход стрелок старых часов с кукушкой. Начинать разбор полётов никто из присутствующих не торопился. Кощей гипнотизировал своими синими глазами дальнюю даль в окне и при этом выглядел так, словно кол проглотил. На меня он почему-то избегал смотреть. От этого становилось неприятно, а в мыслях то и дело проплывало что-то про «завяли помидоры». Первым нарушил тишину, не выдержав, кот: – Дим, ты ничего не хочешь сказать? – от надрывного голоса Васьки я невольно вздрогнул. – Да, как-то не особо. – Мда, ситу-уа-ация. Радогор, а ты? – следующая жертва кота никак не отреагировала, всё также задумчиво разглядывая лесные пейзажи. Горестно вздохнув, фамильяр подпёр лапой подбородок. Нет, ну а что я по их мнению должен был сказать? Простите, виноват? Так откуда мне было знать про «соседушку»? Я же не специально его пустил в свою тушу, зато теперь все сидят с видом «ну скока можна?». – И чего ты молчишь? – теперь уже злиться начинал я. – Думаю. – Мм, круто. И как? Выходит? – Будь добр, помолчи, – нахмурившись, он мимолётом посмотрел мне в глаза, и вот увиденное мне совершенно не понравилось. – То есть, я тебе теперь мешаю?! – на мою гневную реплику Кощей лишь закатил глаза, что совсем меня взбесило. – Что уже разонравился? Конечно, с таким-то сюрпризом! Васька попытался вмешаться, усиленно кашляя. Кощей никак не отреагировал. – Правильно, зачем я тебе? Сестрица Горыныча ведь куда лучше! А я что? Так – на один раз! Как ты там говорил? На твоём отличном удобном столе! – Да закрой ты рот уже! – взбешенный Кощей подскочил с лавки как ужаленный, нервно сжимая ладони в кулаки. – Так-так-так, а ну успокоились! Тихо, я сказал! А то ишь че устроили. Ты – сядь обратно, а ты там – прекратить истерики! Щас всем сделаю чаю успокоительного, и поговорим… От командирского тона кота все успокоились. Васенька спрыгнул с лавки и ловко принялся за дело. Спустя пять минут, все сидели за столом. Мы с Бессмертным делали вид что пьём чай и вообще друг друга не знаем. Васька, держа в руках увесистую поварёшку, попеременно поглядывал на нас. – Успокоились, припадочные? Молчите… это правильно, пей-пей чай, Дима! – Да пью я и так. – Вот и пей, шоб я видел! И ты там, Кощей, не кривись так, нормальный чай. – Что ты туда добавил? – Це производственный секрет, – важно поднял палец кот. – Что ж, раз все пришли в себя, надобно бы обсудить сложившуюся ситуацию… Грибов я вроде сегодня не варил, значица, то были не глюки и теперь наш юный маг вкупе с каким-то подозрительным гражданином делит одно тело. Всё так? – Ага. – Предлагаем, значица, план действий или хоть какие-то разумные мысли. Говорить спокойным тоном или особо ретивые получат вот этою поварёшкой по своему лбу! Бить обещаю больно… – обвёл нас взглядом кот. Поварешка внушала уважение, поэтому, переглянувшись с Радогором, мы единогласно решили закончить наш конфликт или продолжить где-нибудь подальше от Васьки и его железной подруги. – Первое, что нам необходимо, так это выяснить как такое вообще произошло и где. Дима, вспоминай, может ты видел или трогал что-то необычное в храме или здесь, у Яги? Вопрос Кощея был вполне логичным, поэтому я крепко задумался. Однако в голову ничего не шло, кроме как… – Мои кошмары… они, выходит, связаны с этим? – Ты говорил про человека и странное место, да? – Да, – кивнув, я отпил из кружки. – Выходит, его преследовала душа? – Бессмертный, помедлив, кивнул, и Васька выругался. – Можешь вспомнить, когда приснился первый кошмар и, желательно, что было до этого днем. – Хм… сложновато… Мозг продолжал сопротивляться моим попыткам хоть что-то вспомнить. Васька прав, пора от склероза начинать пить травки да корешки. – А ты попробуй. Кощей протянул через стол руку и накрыл своей ладонью мою, нежно сжав. Это он так извиняется или что? – Это было в храме. Вроде, как обычно полдня я провел в тренировках… Да-да, точно, как я мог забыть свисания вниз головой с древа мудрости, ныряния в ледяном озере… – по походу моих перечислений Бессмертный мрачнел, плотно сжимая губы. – Хотя, порой было весело… – Ты не отвлекайся, Дим, – поторопил кот, он-то в курсе моих тренировок. – Да. Потом вроде как мы с Даорэном вместе пообедали, он свалил, а я уже не помню что делал до вечера. – До вечера? – напрягся декан. – Ага, мы потом валялись у камина… кхм… Ну, то есть я валялся, а Горыныч сидел в кресле. Я ещё хотел пожаловаться Ваське, что Даорэн пристрастился к вину… Мы говорили что-то про богов и после пошли на экскурсию. – Какую ещё экскурсию? – прищурившись, Кощей сжал мою руку. – На экскурсию колюще-режущего! Ничего такого… В общем он мне показывал свои мечи, сабли. Да, блин, Рад, не смотри на меня так! Настоящие мечи и сабли! – А то как же! Конечно, настоящие… – процедил недовольный декан, Васька же усмехнулся, накручивая ус. – Он подарил мне меч и хлыст… – тихо закончил я. – Что?! Ты почему мне ничего не сказал? – подскочил Бессмертный. – Да я как-то забыл… – пристыжено замолчав, я уткнулся взглядом в кружку. И вправду, тут я виноват, но из головы действительно вылетело и каждый раз, как Кощей заходил в гости, я забывал про это. – Погоди, Рад, не ругай его… – задумчиво выдал кот. – Что-то подсказывает мне тут не просто склероз. – Неси своё добро, – потребовал декан, сев обратно. Вытащив свою прелесть с верхней полки, я благоговейно выдохнул, любуясь сталью, и аккуратно положил её перед замершим Кощеем. Сначала он побледнел, затем покраснел, затем снова стался белым как мертвец. Мы с Васькой с интересом смотрели за резко сменяющейся палитрой цветов. Наконец декан справился с собой, приняв обычный вид. – Это очень старое оружие… даже не могу предположить, когда оно было выковано. Судя по цвету стали и изображению, здесь есть доля магии… И боюсь, в нём и застрял осколок души владельца, что объясняет твои кошмары. – Шо б меня леший… тьфу ты… в общем, плохо всё, – лапа Васьки снова потянулась в сторону валерьянки. – А вот теперь вопрос, – нехорошо улыбнулся Кощей, – с какой целью мой лучший друг дал тебе эту вещь? – Может он не знал? – понадеялся я. – Сейчас и узнаю, – поднявшись из-за стола, Радогор молниеносно достиг двери, сорвал с крючка свой плащ и исчез за дверью. – Походу в Академии его сегодня не дождутся… – Походу, да, Вась, – я всё ещё шокировано смотрел на дверь, да-а на подъем он лёгок. Не прошло и часа, как наша дверь снова встретилась со стеной, а комнату заполнил ледяной воздух. Кощей Бессмертный декан какой-то там кафедры чинно снял плащ, повесил и молча вернулся за стол, где мы с Васькой перебирали старые заготовки целебных трав для успокоения. Сел он рядом со мной, правда, на этот раз без попыток притянуть к себе. – Ну, как? – не отрываясь от процесса, осведомился кот. – Нет его ни в храме, ни в замке. На связь не выходит и не отвечает, – коротко отчитался декан. – Зато теперь у нас есть подозреваемый, – позитивно подытожил я общую мысль, продолжая толочь пестиком цветы ромашки в старой серой ступке. – Рад, так может, старым добрым способом…? Яблочко наливное да зеркало за место блюдца серебряного… – Как вариант. – У нас есть яблоки? – что-то я не припомню… – Если хорошо поискать, здесь можно найти всё что нужно, – хитро улыбнулся кот, спрыгивая с лавки. – Идите к зеркалу, щас будет тебе, Дима, практикум колдовской, раньше мы так с Ягушенькой магичили. Достав откуда-то красное яблоко, Васька подошёл к нам. Зеркало мы выбрали то, что почти в полный рост. Шепнув пару слов, кот прислонил яблоко к поверхности и убрал лапы. – Катись, яблочко, катись, вокруг зеркала обернись, покажи морду наглую, покажи тварь зубастую, зелёную и опасную. Имечко ей Даорэн Змей Горыныч! Еле сдерживая смешки, мы с Кощеем наблюдали за сосредоточенным котом. Закончив заклинание, кот отошёл к нам, а яблоко тем временем покатилось по поверхности и, сделав три круга, замерло. Зеркало заполнила дымка, а затем на нём появилось изображение той самой наглой морды. Горыныч стоял перед нами в тёмно-зелёных брюках и белоснежной рубахе, которую он не торопясь застёгивал на маленькие круглые пуговицы. Увидев нашу честную компанию, он совершенно не удивился. – Чем обязан? – Слышь ты, морда зелёная, – начал недовольный кот, однако его перебил Кощей. – Почему ты не ответил мне? – голос Бессмертного был ровным, но я откуда-то знал, что он нервничает и не хочет отпускать надежду о непричастности Горыныча к этому делу. Дракон не сразу ответил, он смотрел будто сквозь нас, думая о чём-то своем. – Что я мог тебе сказать? Ты и так догадался. – Значит, это ты, – выдохнул декан, а его ладони снова непроизвольно сжались в кулаки. – Я так полагаю, Ариэлль появлялся? – взгляд янтарных глаз обратился ко мне, и внутри появилось какое-то непонятное чувство, которое точно мне не принадлежало. – Зачем ты это сделал? – Кощей приблизился к зеркалу, загораживая почти весь обзор. – Тебе не понять, – заложив руки за спину, дракон склонил голову и задал вопрос, обращаясь к моей скромной персоне. – Радость моя, ты не представляешь, как я был счастлив видеть тебя рядом эти две ночи. Васька поперхнулся воздухом, а спина Кощея закаменела. Медленно развернувшись ко мне, он произнес: – Что? – Я не знаю о чём он! – поспешно открестился я от подозрений, отступив на пару шагов назад. – Что ты имеешь ввиду, морда бесстыжая? – возмутился кот. Кощей же всё не отрывал взгляда от меня. Срочно захотелось к Михалычу… – А что здесь непонятного? Ваш подопечный провёл эти ночи со мной, – оскалился в улыбке дракон. А я резко покраснел от осознания, что меня ведь, действительно, по словам Васьки, не было. – Мы прекрасно провели время, – протянул Змей Горыныч, добивая меня окончательно. В следующую секунду кулак Кощея впечатался в стекло, по поверхности побежали трещины и на пол посыпались звонкие осколки. Опираясь на зеркало, он тяжело дышал, а мне стало жутко и Ваське, я так полагаю, тоже… В голове пронеслась картинка, от которой у меня выскочил истерический смешок. Лежу, значит, я в чепце и длинной розовой ночной рубахе с рюшами на широченной кровати в куче подушек. Слабо колышется прозрачный балдахин. Вот в комнату входит Кощей в барском халате и, приближаясь к кровати, грозно вопрошает: «Молилась ли ты на ночь, Дездемона?».