Гений.

Я - ужасный раздолбай. Я настолько раздолбай, что не понял, что умер! Порой смерть приходит быстро и почти безболезненно. Каждый раз, как я приходил в себя, я видел одну и ту же картину: потолок машины скорой помощи. Я даже не разобрался, когда именно я умер?! Просто в какой-то момент потолок машины сменился на больничный коридор. Когда я пришёл в себя, я был, мягко говоря, в замешательстве. Больницу, куда меня должны были отвезти, я знал вдоль и поперёк и что-то не припоминал таких хороших палат и такого оборудования. Я водил глазами по потолку, стенам, окнам… Да, окна. Это была вторая причина моего замешательства. Дело в том, что на момент нападения у нас в Орле, как и во всем мире, была зима. А за окном прекрасно видно зелёные листочки и яркое солнышко. Слишком странно и неправильно. Зелень в январе? Солнечный день в Орле? Это так редко бывает… Особенно зимой. - Сэр, как Вы себя чувствуете? Я резко обернулся на голос и тут же пожалел об этом. Голова закружилась, меня замутило и я едва не потерял сознание снова. - Э-м… Слабость, тошнота, головокруже…ние. Я резко замолчал. И вы бы замолчали, услышав чужой, слишком высокий, в сравнении с вашим, голос. И чужой язык играет также большую роль! Пусть я и понимал, что говорил и что говорили мне, но чувствовал неправильность и непривычность речи. - Я доктор Лэйни, - сказал мужчина лет пятидесяти с ужасными залысинами. - Сэр, Вы помните, как попали сюда? - С…смутно. По мере рассказа мне несколько раз захотелось убиться об стену, но увы. Даже легкое движение, даже дыхание вызывали жуткую боль. Что ж. Переживал я, что не узнаю, чем кончится сериал. Все, можно не переживать. Узнаю на собственной шкуре. Я, доктор Спенсер Рид, был ранен при задержании преступника. Три пулевых в живот. Посетителей ко мне пока не пустят, но вот мой коллега уж очень рвётся меня навестить. - Ну так что? Вы в состоянии принимать гостей или мне отправить агента Моргана восвояси? - Сегодня я…я пожалуй ещё посплю. Да. Доктор, кивнув, ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я всегда верил в то, что возможно все, пока не доказано обратное. В переселение душ я тоже верил и не раз фантазировал о том, что мог бы быть кем-то когда-то. Королём, рыцарем, гениальным учёным… Что ж, я стал юным агентом ФБР. Безусловным гением и бесконечно одиноким человеком со множеством комплексов и потаенных страхов. Частенько при просмотре сериала я смотрел на Спенсера и думал, что мне безумно жаль его. Чисто по-человечески я ему сочувствую. Не иметь достаточно близких друзей, а только коллег, которые все равно не воспринимают его всерьёз. Милая мордашка мешает. - Эй, красавчик… Ты не заснул ещё? Так, а эту гору мышц и самомнения кто пустил? Морган, ну, а кто это ещё может быть, плюхнулся на стул у койки. - Доктор Лэйни не хотел меня пускать, но я настоял. Я же ненадолго, всего на минуту. Не мог же я уйти и не проведать нашего маленького гения. Чёрт… Нет, Морган - крутой персонаж и потусить с ним я был бы не прочь, но вот сейчас я не в том состоянии! Ох, как же все болит… - Морган, я тебя прошу. В меня стреляли, мне плохо и я хочу спать. Зайди… - хм, а сколько мне понадобиться времени? - завтра. Да, завтра. А сейчас дай мне поспать, я тебя прошу. - О'кей, малыш. Может, тебе что из дома привезти? Почитать что-нибудь? Почитать? Хм, а это мысль. Только вот я не знаю, что есть у Спенсера. Головокружение усилилось. Было такое чувство, что сейчас все органы выйдут через рот. К счастью, именно в этот момент вернулся доктор. - Извините, агент, но ваша минута истекла. Прошу вас покинуть палату. - Конечно… Морган тяжело поднялся, на мгновение зажмурившись, а его рука рефлекторно дернулась к рёбрам. Что ж. По крайней мере, я не один пострадал. Мне вкалывают дозу обезболивающего. Чёрт, а ведь у Спенсера, то есть у МЕНЯ, была зависимость именно от обезболивающих! Видимо, весь ужас отразился на моём лице, так как доктор сразу меня успокоил. - Не беспокойтесь. Агент Хочнер меня предупредил, так что вам нечего опасаться. Лучше поспите. Обезболивающее сделало своё дело и я отключился. Я провёл в этой больнице около трёх месяцев, что было удивительно, учитывая серьезность ранений. Но я думаю, что некая высшая сила, что забросила меня сюда, решила хоть немного помочь. Почти все время, что я лежал в больнице, я был один. Пару раз заглянул Морган, пару раз зашла Гарсия, принесла предметы первой необходимости, рассказала последние новости. С этими двумя было так просто. Лежи себе, улыбайся и кивай. Они не особо приглядывались к поведению, особенно Гарсия. Но вот, спустя две недели моего «отпуска» пришёл тот, чьего прихода я так боялся. Росси. Он был собран и спокоен, как будто нет ничего страшного, что я лежу тут на койке. Он спрашивал о моём самочувствии, предлагал привезти книги и… наблюдал. Он как коршун следил за каждым моим движением, за каждым морганием, каждым вздохом. И спустя уже десять минут такого разговора я не выдержал: - Росси, у меня что, кожа позеленела? Или рога выросли? Так я же, вроде, не женат. - Извини, Спенсер. Я просто беспокоюсь за тебя. С нашей работой… - Выйду с больничного, пройду все тесты и ты убедишься, что с моей психикой все в порядке. Даже лучше, чем раньше. Дейв, ну в конце концов! Мне уже тридцать четыре! Я, конечно, понимаю: самый молодой член команды, милая мордашка, вы все считаете, что у меня синдром Аспергера, но давай проясним один момент: я - взрослый мужчина. Мне уже почти сорок лет. И несмотря на возраст, я уже не раз и не два доказывал, что не стоит меня недооценивать, но нет. Вам бы лишь бы поопекать. Ух… Нет, теперь точно решат, что я поехал крышей. Хотя все можно спихнуть на клиническую смерть. Росси ушёл. За все время, что я лежал в больнице, он ни разу больше меня не навестил. Спустя почти месяц мне позволили встать. Теперь я мог спокойно передвигаться по палате и, что было очень важно для меня, я смог увидеть себя в зеркало. Я зашёл в уборную, закрыл дверь и, скинув больничную рубашку, посмотрел в зеркало. Нда… От красавчика Габлера осталось мало. Длинные руки были такими тонкими, что я легко обхватил запястье пальцами и ещё осталось! Хотя, может, это из-за длинных пальцев, напоминающих паучьи лапки. Ноги были такими же тощими, с выпирающими острыми коленями и длинными узкими ступнями. Ребра торчат. Обернувшись и глянув через плечо в зеркало, я увидел череду позвонков. Нет, это не тело! Это просто скелет с небольшим количеством мышц и обтянутый кожей! А лицо! Кожа - пергамент, скулы как бритвы, губы - тонкая бледная полоска. И длинные кудрявые, как у барана, русые волосы. Хм… Прическу я, пожалуй, оставлю. При работе в психушке длинные волосы нежелательны, а я больше не врач. Для меня, человека с широкими плечами и медвежьими лапами вместо рук, было странно и непривычно быть настолько худым и лёгким. А потом я увидел шрамы. Множество шрамов. Больших и маленьких. Три свежих шрама образовали треугольник прямо посреди живота, на шее, почти на сгибе, виднелась маленькая, давно зажившая точка. Точно, Спенсера ведь ранили в шею когда-то. На левом плече был след от ожога. И множество, просто неисчислимое множество мелких шрамов по всему телу! Они так явно выделялись на бледной коже, что их все можно было пересчитать. Нет, с этой худобой нужно что-то делать. В больнице кормят, как не в себя, а такое чувство создаётся, что это тело только что вытащили из концлагеря! Нет, мы это исправим. И побриться. Да, побриться в первую очередь! Наконец меня выписали. Лейни все причитал, что меня стоит задержать чуть дольше. Клиническая смерть - вещь серьёзная. Будто я сам этого не понимаю! Фух! Свежий воздух! О, а вот и Морган. - Ну что, красавчик? Домой? И опять один. Что, не подцепил никакую симпатичную медсестричку? Морган… Кто о чем, а этот о бабах. - Сейчас я хочу домой. Но я взял телефончик одной милой дамы… Ммм, Джессика! Красотка ещё та. Действительно, несколько раз меня перевязывала очаровательная медсестра. Она так мило краснела, когда я делал ей комплименты… А хвалить было что! Ух! Если бы не мои планы… Сейчас мне не до красоток. - Кто ты и что сделал с нашим доктором Ридом? Дерек рассмеялся и, хлопнув меня по плечу, нырнул в машину. Вот же кусок…очень хорошего человека! У меня теперь синяк.

***

В доме чисто, книги стоят на полках, холодильник полон еды, а на столике у дивана стоит карзинка с лекарствами. «С возвращением домой, Спенс! Не смей появляться на работе раньше, чем через месяц. Приедем, как сможем. J.J.» Ну конечно, Джей Джей. Кто же ещё мог назвать меня «Спенс»? Очень заботливо. Ух, постелька! Чистое бельё, мягкая подушка. Переодеться? Нет. СПАТЬ!