История одного призрака

      Вторник и среда прошли своим обычным, непримечательным чередом. Было утро, была школа, был вечер и было выполнение домашних заданий. Давший себе обет стать примерным учеником Гуаньшань и впрямь вгрызся в гранит науки, словно бульдог в ухо медведя. Правда, дня на два, на больший срок запалу не хватило. Мо читал учебник, смотрел телевизор, ужинал в компании матери, и не мог перестать думать о чёртовом Хэ Тяне. Дошло даже до того, что вчера после уроков он до глубокой ночи гуглил информацию о семье призрака, но толком ничего не нашел конкретно о самом усопшем. Было лишь несколько упоминаний семьи Хэ, довольно богатой по меркам 19-ого века, и небольшое предложение на одном из сайтов, где говорилось о гибели одного из сыновей на озере. Больше ничего, хоть тресни.       Недостаток знаний мучал, буквально жёг изнутри. Но больше всего волновало даже не это. С Хэ Тянем происходило что-то крайне нехорошее. Мо знал это. Он чувствовал это. Видел и слышал. Даже зная, что призрак сам по себе безвредный, его не покидало ощущение опасности, исходящей от нового знакомого. Сам Тянь явно не захочет это обсуждать, даже если в лоб спросить. И ведь не загуглишь, интеренет будет выдавать всё что угодно, кроме нужных ответов. Тут нужен живой разум, чтобы до него дошло, что Гуаньшань хочет узнать...       Парень сжал мыло, оно выскользнуло из его рук, ударилось об стенку раковины и сползло вниз, к сливному отверстию. Мо несколько секунд пялился в никуда, выключил воду и вытер мыльные руки об полотенце. Он вспомнил про одну девку из параллельного класса, говорят, она потомственный медиум или кто-то вроде этой хрени. Если осторожно её поспрашивать, может быть, она сообразит, что творится с Хэ Тянем?       Если она не тупая шарлатанка, конечно.       У себя в комнате Гуаньшань завалился животом вниз на постель, хватая телефон. Он нашел в списке контактов Лиу Вея и послал вызов раньше, чем понял, что сейчас блондин начнёт задавать кучу всяких неудобных вопросов типа «А зачем тебе девка, которая в потусторонних делах сечет? Что, призрак вернулся?» или типа того. А и хрен с ним, Мо найдёт, чем отбрехаться.       — Мдаааа? – вальяжно отозвался Вей через некоторое время.       — Слууушай... – Гуаньшань быстренько обдумал свои следующие слова и продолжил выуживать информацию. – Ты помнишь девчонку из 3-2, у неё ещё... эээ... – Мо прижал телефон к груди, чтобы друг не слышал, как он выматерился. Девку он видел в последний раз еще в прошлом году, не смотря на то, что они вообще-то из одной школы, но вот не помнил Гуаньшань о ней ничего, хоть убей. – У неё... девчонки... гадают? – чёрт ее знает, правда ли это, но наверняка подобным она занималась.       — Луан? – естественно, Лиу Вей знал всех, ему даже фоторобот не нужен, чтобы понять, о ком говорит собеседник. – Луан Фан? Конечно я её помню, мы с ней познакомились, когда я учился рисовать маньхуа, и с тех пор вполне мило общаемся. А что? – голос друга стал елейным или даже ехидным. – Она тебе понравилась?~       Слава Ситису, блондин сам ему отмазку подкинул, да такую, что лучше не придумаешь. У Мо, конечно, была в запасе другая, та, где он покупает у Луан обереги от злых духов для себя и Вея, но так даже лучше, пусть думает, что Гуаньшань втюрился в неё.       — Да, она... красивая, – честно говоря, Мо вообще не помнил, как Луан выглядит, и стоит ли считать её красивой. Всё, что он выудить из своей памяти – нечто тощее, с дурацкой копной чёрных вьющихся волос, на этом всё. За целый год она могла и бока наесть и стрижке подвергнуться, если бы ни Лиу Вей, он бы даже имя не вспомнил, ходил бы и тыкался во все стороны, как слепой щенок.       — Не в моём вкусе, но в ней определённо что-то есть, – сдержанно похвалил Вей выбор своего товарища. – Только грудь бы побольше.       — Да плевать я хотел, что там с её грудью, – раздраженно ответил Мо. – Ты можешь представить завтра нас друг другу?       — А то нет! – воодушевился Лиу Вей.– Знаешь, русские в таком случае говорят...       Мо отключился, не желая узнавать, что в таких случаях говорят русские. Этот язык был чужд его слуху и неприятен.       Совсем как то эхо, которое сквозило в голосе Хэ Тяня, вырываясь из него, как нечто тёмное и опасное. ***       Следующим утром Мо не пошёл в школу. Он побежал в неё, рьяно, как ученик из аниме, у которого из-за опаздывания горел пердак. Гуаньшань по времени вполне себе успевал к пункту назначения, но все равно ничего не мог поделать со своими ногами, которые со спортивного шага переходили на образцовую рысь. Ему страшно нетерпелось узнать у Луан, что за херня происходит с Хэ Тянем, а уж потом, исходя из полученной реакции, соображать, как ему поступать. Просто общаться с усопшим хотелось, раз он не кусается и ведет себя условно-прилично, но если с ним что-то неладное, то это уже другой разговор, и держаться от этого типа стоит как можно дальше.       — Вон она, – Лиу Вей ткнул пальцем в дверной проём класса 3-2, чем мало помог опознаванию девки. В том месте, куда он показывал, столпилась куча разнообразных фемин, ни в одной Луан никак не узнавалась, даже если бы за правильный выбор полагался миллиард юаней. К «своей избраннице» Мо решил пойти на большой перемене, как раз времени должно хватить на разъяснение ситуации и получение вердикта. Осталось только избавиться в процессе от Лиу Вея, чтобы уши не сушил. И это было самое сложное в данной ситуации, проще самому найти Фан среди сотен обучающихся в школе.       — Пошли, не стесняйся, – блондин ухватил застывшего Мо за рукав рубашки и потащил внутрь класса. Веселый щебет группы девиц возле кадок с монстерами стих, они заинтересованно изучали непрошенных гостей, откровенно глазея по большей части на Вея, что было немудрено, с его-то смазливой морденью. Гуаньшань, чье лицо было лишено каких-либо изысков, как поверхность кирпича, растерянно переводил взгляд с одной девахи на другую, гадая, кто именно ему нужен.       — Куда ты смотришь? – шикнул недовольно его друг и склонился над одной из парт. – Привет, Луан! Давно не виделись!       Мо выглянул из-за его тушки и с удивлением констатировал, что слона-то он и не заметил. Оно и понятно. Луан Фан, выпрямив свои дурацкие кудри, стала обычной и невзрачной, мимо такой можно случайно пройти мимо и не заметить, приняв за манекен, очень натуралистичный. Взгляд вот был неприятным, единственная примета во всей внешности. Тяжелый, цепкий, от такого взора хотелось укрыться и больше никогда не попадаться в поле зрения. Но, что можно было сказать очень точно, характер у нее был наверняка приятный или по крайней мере спокойный. Иначе Лиу Вей не стал бы с ней приятельские отношения поддерживать. Единственный человек в его истории болезни, который не был ни приятным, ни спокойным, был Гуаньшань, исключение из всех правил.       Луан чуть растянула губы в некоем подобии улыбки и ответила, закрывая блокнот:       — Здрассте-здрассте, и впрямь уже давненько. Как ты, забросил рисовать маньхуа?       — Ну, так, – невнятно ответил блондин, что можно было понять как «да, забросил» и как «нет, всё ещё рисую», и если последний вариант был верным, учитывая непостоянство Вея, то Гуаньшань тогда царица Савская. – Это, кстати, мой лучший друг, Мо Гуаньшань, – когда вводные расшоркивания закончились, Лиу Вей, наконец, решил их представить. — У вас с ним... очень много общего!       — Это чего же? – спросила Луан Фан раньше, чем Мо удивленно вытаращился на «второго пилота». Честное слово, если Мо в самом деле вздумает однажды познакомиться с понравившейся девчонкой, то он это сделает точно без содействия Лиу Вея, от него больше неловкости, чем реальной помощи. Продуктивнее только просить немого зачитать стихотворение.       — Да... много чего, на самом деле, – типа выкрутился парень, хотя на самом деле нихрена. – Вы пока познакомьтесь поближе, а я... а я сбегаю и вытру доску в нашем классе, я же забыл, я дежурный!       Гуаньшаня так и подмывало крикнуть вслед, что Вей даже в душе не ебет, где вообще тряпку доски моют, так как он ни разу не дежурил, опять же, вследствие своей милашности, но Мо было только кстати, что блондин оставил их тет-а-тет.       Луан смотрела на него своими глазищами, а Мо пытался в рекордное время сообразить, че б такого сказать. Радовал тот факт, что Фан не была хихикающей тупой пиздой, и не пыталась кокетничать с нежданным кавалером. Это бы только осложнило всё. Надо помягче донести до девки, что от неё хотят и закончить с этой неловкой ситуацией.       — Короче, – Мо позаимствовал стул у соседней парты и придвинул его поближе к Луан, чтобы их разговор не слушали посторонние. – Прости, если он ввёл тебя в заблуждение. Я здесь не потому, что ты мне нравишься или типа такого. В смысле, ты не страшная, и будь у...       — Забей, – Луан ухмыльнулась. – Я здраво оцениваю свои данные и прекрасно понимаю, что на меня мало кто позарится, разве что извращенец какой. Так что случилось-то?       — Ну... Я слышал, что твоя семья занимается спиритическими сеансами и прочими подобными вещами, так что, мне нужна некоторая консультация, если ты не против... – Мо огляделся по сторонам, понизил голос и произнёс:       — Я столкнулся с призраком.       Луан не стала удивленно вздыхать, восклицать или как-то иначе проявлять эмоции от услышанного. Она лишь слегка кивнула, продолжая буравить его взглядом:       — Продолжай, пожалуйста.       Гуаньшань заметил краем глаза одну тупорылую башку, откровенно глазеющую на них через окно в коридоре, вздохнул и выдавил из себя максимум улыбки, на которую были способны его лицевые мышцы.       — Лиу Вей смотрит на нас. Пожалуйста, сделай вид, что я флиртую с тобой или что-то в этом духе. Я не хочу его пугать.       Девушка скривилась, пытаясь изобразить что-то вроде радости. Сразу видно, тоже не часто улыбается, свой человек.       — Спасибо. Он... тоже его видел, мы вместе наткнулись на призрака, когда залезли в один заброшенный дом. Призрак не был злым и не сделал нам ничего плохого, более того, он довольно общительный, судя по всему, но... Его голос, он пугает. Странно звучит. И я слышу... эхо.       Луан Фан забылась, что ей нужно излучать счастье от общения с Мо и нахмурилась. Гуаньшань молча смотрел на неё, ожидая её ответа, от нетерпения притоптывая ногой. Он смотрел, как деваха потянулась за своей сумкой, извлекая из нее телефон, втащила в него наушники и начала что-то искать, щелкая кнопками. И почему у неё такой допотопный телефон? Давно же изобрели сенсорные панели. Странная она.       — Вот, – через минуту она протянула наушники Гуаньшаню. – У него такой голос?       Мо, брезгуя вставлять чужие наушники, просто прислонил их к ушным раковинам. Из динамиков раздавались тяжкие хрипы, звенящие, как разбивающееся стекло, протяжные и вибрирующие. «Отпустите... отпустите...» – голос прерывался, надламывался и снова звенел.       Рыжий повёл лопатками, стряхивая с них мурашки, и вернул наушники Фан.       — Да. Похоже на такой, но этот прям уже совсем запущенный, у моего знакомого он не на постоянной основе. Минуту-две разговаривает нормально, как ты или я, а потом раз! – и сорвался на эхо. Потом откашлялся и снова нормальный голос. Говорит, воды наглотался при смерти, вот и пошаливает горло.       — Это не из-за воды, – Луан фыркнула, убирая телефон. – Видишь ли, твой призрак начинает потихоньку обращаться в злого духа.       — Ээээ... – на самом деле, Мо не был удивлён, он что-то такое и предполагал, едва услышав это эхо, но совершенно другое дело, когда тебе это другой человек говорит, хорошо разбирающийся в таких вещах. – И что мне делать?       — Ну, если ты говоришь, что у него по большей части нормальный голос, то можно попробовать остановить распространение скверны, – видя недоумевающее лицо Мо, Луан стала объяснять. – Видишь ли, если призрак живет поблизости от людей, он начинает смотреть на их жизнь и завидовать. Вспоминать все, что упустил, что не смог вовремя реализовать. Он вспоминает все обиды, всю горечь и сожаления, все свои лишения и винит во всем других, особенно, если он ушёл из жизни не по своей воле. Тьма постепенно овладевает им, и он не замечает перехода между своим обычным состоянием и сгустком чистой злобы, разрушающей все, что видит перед собой. Есть только один способ остановить этот процесс распространения скверны – положительные эмоции, и они должны быть сильнее боли. Деды, бабки и прочие пожилые призраки видят рождение внуков и правнуков, и их счастье отторгает скверну. Невинно убиенные видят гибель их мучителей и чувство отомщения их успокаивает. Тебе нужно сделать нечто такое, что буквально накроет призрака бесконечным счастьем. Что это? Этого я не знаю, у каждого усопшего свои предпочтения. Но помни, – Луан надвинулась на Мо, откровенно подсыкающего в течение всего разговора. – У тебя не будет слишком много времени на эту терапию. Судя по твоим описаниям, призрак только начал закрываться в себе, но чем дольше тянуть, тем меньше шансов, что у тебя хоть что-то выйдет. Завтра я передам тебе одну вещь. Она поможет твоему призраку покинуть этот мир раз и навсегда, если ты поймешь, что не справляешься, и что призрака уже не вытащить из тьмы. Тогда от него надо будет избавиться. Оставлять его среди нас неразумно, он может причинить кучу вреда в своей злобе. Ты всё понял?       Мо понял, что хочет проснуться и осознать, что поход в заброшенный дом ему только приснился, как и все с этим связанное. Он не хотел ни принимать участие в спасении призрака, ни уж тем более в избавлении от него. Было бы куда лучше, если бы он никогда не знал Хэ Тяня.       «А ещё лучше – Лиу Вея!» – раздраженно подумалось Гуаньшаню, когда он заметил, как белобрысая скотина все ещё стоит в коридоре и через окно корчит ему тупые рожи.