История одного призрака

      Ночью Гуаньшань толком не спал, до первых петухов вглядываясь в пустоту, ожидая в любой момент атаку призрака. Он собрал по квартире весь лут, который ему только мог помочь, как то ведро воды, которую он самолично освятил, упоминая всех богов, которые только пришли на его воспаленый ум, включая Зевса и Ра, распечатал изображения католических святых, прикрепляя их к своей одежде, после чего из двух карандашей и скотча смастерил канцелярское распятие, прикрываясь им от возможных напастей. В такой глухой обороне, возле ведра воды, с розово-зеленым «крестом» он просидел до зари, после чего, убедившись, что он в полной безопасности под защитой солнца, Гуаньшань завалился без сил в кровать, шелестя бумагой.       Проснулся Мо ближе к полудню, еле ворочая глазами. Он был в своей комнате. Был нормальный, обычный день, один из тех, когда Гуаньшань нагло просыпал начало занятий. Слава яйцам! Блять, приснится же такая хуйня! Заброшенный дом в парке, жуткий призрак, истошные крики павлина, издаваемые Лиу Веем. Кажется, надо прекращать играть допоздна, потом снится всякая чушь.       Мо зевнул, нехотя поднимаясь, сел в кровати и свесил ноги вниз, нащупывая пальцами тапки. Оные он не нашёл, зато наткнулся на что-то тяжелое и холодное на ощупь. Пришлось проморгаться, чтобы вернуть четкость зрения и наконец понять, что из себя представляет его неожиданная находка. Может быть, ножка стула?       Нет. Это оказалось ведро, полное воды.       Гуаньшань некоторое время пялился на ёмкость, соображая, на кой хрен оно здесь. Идей не было ни одной, хоть убей. Подобную картину он видел у деда в деревне, где было стрёмно выходить по нужде на удицу, так как сортир был в огороде за домом, поэтому вся семья ходила в ведро в прихожей. Но в городской квартире зачем такие лайфхаки? Санузел в конце коридора, по пути к нему тебя точно никакой демон не поглотит. Чё за херня вообще?..       Размышления о довлении унитазов над дыркой в полу прервал телефон, бзыкнувший уведомлением о новом сообщении в чате. Отправителем оказался Лиу Вей, которого Мо обозначил в контактах как «Пожиратель Мира» после того, как блондин запихнул в пасть целый бургер, торопясь на урок.       «Ты там живой?» – поинтересовался товарищ, своим вопросом сначала изрядно удивляя Гуаньшаня, потом до того дошло, Вей имеет в виду отсутствие Мо в школе.       «Да, сорян, проспал чутка. Учитель сильно орал?»       «Удивительно, что ты вообще смог заснуть после вчерашнего. Я вот до сих пор глаз не сомкнул, в школу не пошёл, отсиживаюсь в местном храме, думаю о вечном. Держу пари, сюда-то призрак точно не доберётся, на святую-то землю!»       Рыжий уставился на экран смартфона, вглядываясь в только что полученное сообщение.       В смысле?..       Какой... призрак?..       Гуаньшань вскочил с ногами на постель, безумно оглядываясь по сторонам. Так, блять. Это был не сон? Серьёзно? Призрак был на самом деле? Они действительно вчера заперлись в тот жуткий дом поздно вечером? И что теперь? Тоже в храм бежать и жить там до конца своих дней?       Дрожь в ногах постепенно прошла. Накатившая паника отхлынула, позволяя здраво раскинуть мозгами. Спокойно. При свете дня силы тьмы не могут что-либо предпринять. А что касается темного времени суток, если бы тот дух хотел причинить им вред, парни даже из спальни не успели бы выскочить, если уж на то пошло. Что из этого следует? Этот мертвец либо не заинтересован в их убийстве, либо просто хороший, и у него даже в мыслях не было чинить им вред. Правильно?       — Правильно, – ответил ему спокойный голос.       Мо такими темпами, наверное, поседеет. Это просто невозможная жизнь. Ёбанный Лиу Вей со своим желанием лицезреть призрака, чтоб им обоим пусто было!       — А вот это было довольно грубо, я-то тут каким боком хуле подвергаюсь, вы сами ко мне пришли без приглашения.       Гуаньшань тяжко сглотнул и чуть повернул голову. На компьютерном стуле, передом к спинке, восседал вчерашний новый знакомый, которого в свете дня было трудновато различить. Рыжий чувствовал, что у него сейчас по ляжкам потечет, но он не отвел взгляда от призрака. Все, что он мог сказать определённо, это не та самая бубуйня, которую он увидел в детстве. У вот этой бубуйни не было ни дырявой щеки, ни вытекшего глаза, да и вообще, выглядела она совершенно иначе. У них там общежитие, что ли?       — Я не бубуйня, – произнёс призрак, явно забавляясь. – А того, о ком ты сейчас вспоминал, я давно прогнал из своего дома. Я лично видел, как он угодил в туман Мурдана, так что, не переживай, тот парень больше никогда тебя не напугает.       Гуаньшань молчал, припоминая правило, гласящее, что с мертвецом нельзя разговаривать, иначе утянет вслед за собой.       — Бред. Если призрак захочет, он и немого за собой утянет, можешь мне поверить. Не бойся меня. Я хороший парень. Пришёл сказать, что ты и твой друг забыли у меня велосипеды. Я спрятал их в пристройке за домом, чтобы никто не уволок.       — Я думал, призраки не могут касаться предметов! – брякнул Гуаньшань и испуганно закрыл рот. Всё, ему конец...       Его полупрозрачный собеседник ухмыльнулся, простёр вперёд левую руку, ведро с водой поднялось в воздух, слегка покачиваясь.       — Не можем, – подтвердил призрак, опуская ведро на место. – Но те, у кого достаточно времени, могут приобрести некоторые навыки, как то телекинез и чтение мыслей. Так как для этого нужно не одну сотню лет находиться между двумя мирами, что мало кто осилит, не каждый может похвастаться такими умениями. Я, вот, могу, – довольно заявил дух. – Давай знакомиться? Меня зовут Хэ Тянь, при жизни был купцом, погиб здесь, на озере Сиху, упав со своей лодки и утонув.       — М... Мо Гуаньшань, – рыжий решил, что всё же будет лучше не перечить условно опасному собеседнику. – Простой школьник. Правда, ничего особенного.       — С этим не могу согласиться, ты меня видишь. И Гурэя Безглазого тоже видел. А это дано очень немногим, знаешь ли.       — Но Лиу Вей тоже вчера тебя видел, – возразил Мо. – Он что, тоже неординарный?       — Нет, – Хэ Тянь сменил позу, будто у него затекла спина, что, конечно, произойти не могло. – Видишь ли... Опытный призрак может регулировать свою «видимость». Захочет – его никто не увидит, как бы человек ни был одарен. Или, наоборот, его смогут видеть все подряд, без исключений. Ну и золотая середина – «видимость» только для тех, кто способен ПРОНИКАТЬ ЗА ЧЕРТУ.       — Не хочу я никуда проникать, – поспешил откреститься Мо, слабо понимая, что привидение только что сказало, но на всякий случай, с таким двусмысленным глаголом лучше быть полегче.       — Ну, в общем, я сказал, что хотел, – Хэ Тянь встал со стула, прошёл сквозь него и направился к балкону. – Не забудь забрать велосипеды. Мне-то они без надобности, – и исчез, едва он дошёл до двери.       Гуаньшань ещё некоторое время стоял смирно, ожидая подляны, а когда ноги стали ныть от простаивания, парень осторожно сел на кровать, подползая на ягодицах к её краю. Кажется, пронесло. В такое сказочное везение слабо верилось, но, как говорится, Фортуна улыбается тем, у кого в голове пусто.       Кстати про пустую голову.       Рыжий взял смартфон, начал беседу с пользователем «Пожиратель Мира» и задумался, глядя на своё набранное сообщение «Он приходил ко», думая, а стоит ли извещать Лиу Вея о том, что Тянь приходил сюда. Кажется, хренов искатель приключений до одури напугался, пожалуй, волновать его еще больше будет хреновым решением. Ещё неизвестно, сможет ли кто-то уговорить его покинуть храм и вернуться к своей повседневной жизни.       Озарившись идеей, Мо стёр сообщение и послал вызов товарищу. Тот взял трубку быстро, будто все это время чах над ней, в ожидании звонка.       — Будущий монах слушает.       Понимая, что над сизыми и убогими смеяться грешно, Мо всё равно хрюкнул со смеху, зажимая динамик смартфона. Эк Лиу Вея накрыло, раз собрался на ПМЖ остаться на святой земле. Хотя, его понять можно, у Гуаньшаня хоть какой-то опыт в общении с потусторонним миром имеется, а блондин вот совсем новичок в этом деле. Сразу вот так вот взять и увидеть призрака в паре шагов от себя, не зная, добрый он или злой, тут любой бы на месте Вея собрался на следующий день стать служителем храма, желая себя обезопасить от подобных напастей впредь.       Парень немного подумал, соображая враньё на скорую руку. Да, вот это, вроде, сгодится.       — Можешь успокоиться. Я рассказал всё матери, она быстро организовала экзорцистов к тому дому, духа больше нет, он ушёл туда, куда ему следовало отправиться много лет назад, – сообщил Гуаньшань, скрестив для надежности пальцы на правой руке. То ли скрючивание перстов помогло, то ли ложь получилась на удивление правдоподобной, но Лиу Вей, которого обычно хрен проведешь, радостно купился:       — Правда? Божечки, я так люблю твою маму!       — Полегче, мне не нужен ещё один папочка. Так или иначе, можешь идти домой, никто нас не сожрёт, если, конечно, МЫ СНОВА НЕ ПОПРЁМСЯ ИСКАТЬ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НА СВОИ ЖОПЫ, – Мо как можно жирнее выделил то, что хотел особо донести до Лиу Вея, тот понял-принял:       — Ясен хрен, урок усвоен, я теперь даже в шуточную комнату страха в парке развлечений ни ногой!       — Признаться честно, меня до сих пор волнует одно. Почему ты ТАК СИЛЬНО испугался того духа? Да, лицезрение было не из приятных, но все равно, твои эмоции были слишком зашкаливающими для человека, который так рвался встретиться с призраком, на что и меня подбил. Так хрена ли ты побежал, вредитель?       На том конце немного помолчали, сопя в трубку.       — Я просто внезапно вспомнил, что после того, как увидел свою усопшую прабабку в гробу, я очень дико боюсь мертвецов, во всех их агрегатных состояниях, – признался смущенно Вей после того, как вдоволь насопелся.       А храбрости-то сколько было до призрачного рандеву! Черт бы побрал этого ушлепка, с его дебильными идеями! Хрена с два теперь Мо будет выслушать предложения Лиу Вея, даже если они будут казаться очень безобидными. У него и простое вырезание фигурок из бумаги может закончиться ножницами в глазнице.       — Кретин, блять, – Гуаньшань оценил по пятибалльной шкале затею друга и отключился, желая разобрать весь «противопризрачный» бардак в комнате. ***       Выслушав от матери нотацию о вреде прогуливания школы, Гуаньшань направился пехом к парку Юнцзинь. Стоило ли доверять словам призрака? Ну, вроде как. Как Мо уже обдумывал свои предположения, хотел бы – убил бы там, в доме, не позволил бы своим жертвам скрыться из виду. Был ещё возможный раунд в комнате Гуаньшаня, и тоже никаких признаков агрессии со стороны Хэ Тяня. Значит, и впрямь не буйный. Его просто надо оставить в покое, а там глядишь, и он отойдет сам туда, куда ему надо было отойти ещё в день своей смерти.       А интересно, почему он остался?..       Мо остановился, взирая на водную гладь озера Сиху, виднеющегося между деревьями. Здесь утонул Тянь, верно? Но почему он не ушёл в загробный мир? Насколько Мо понимал причины и следствия таких вещей, у парня здесь осталось какое-то важное дело, которое он не довёл до конца и в момент гибели дико сожалел, что не успел завершить свою миссию. Или же, здесь, в мире живых, осталось кто-то или что-то, к кому или чему Хэ очень сильно привязан, и с кем-чем не захотел расставаться.       Рыжий возобновил движение, пытаясь между делом сложить паззл у себя в голове. Это не живой человек. Почему? На Хэ Тяне, насколько Мо смог разглядеть, были очень древние тряпки, судя по фасону, что-то европейское, от двадцатого века и ранее. Похожую одежду Гуаньшань видел на страницах учебника всемирной истории. Во Франции такое носили в старину, в Англии и ещё много где. Это понятно, Хэ Тянь упоминал, что был купцом, видимо, за бугром и прикупил свой лук. Так вот, одежда. Его эфирная память хранила его собственный образ на момент смерти, создавая бесплотную оболочку духа. Очень сомнительно, что Тянь утонул в современности, напялив такое старьё на костюмированную историческую вечеринку, плюс он именовал себя купцом, а не торговцем, значит, умер он очень и очень давно, в прошлом или позапрошлом веке. Из этого вытекает, что будь объектом привязанности Тяня человек или иное живое существо, типа собаки или кошки, оно бы за такой срок уже умерло, лишая Тяня повода оставаться по эту сторону. Выходит, призрак здесь из-за какого-то неодушевленного предмета, или, опять же, незаконченное дело. Эх, спросить бы, как и почему, да что-то говорило Мо Гуаньшаню, что это не его дело, да и вряд ли Тянь станет рассказывать что-то подобное, личное.       А может, он просто не захотел уходить, страшась того, что по ту сторону. Такое тоже может быть, но для этого нужна огромная сила воли, которую и нарочно едва ли натренируешь.       Что самое противное, чем дольше думаешь, почему Хэ Тянь всё ещё здесь, тем больше хочется получить ответы на свои вопросы. К сожалению, Мо был из тех людей, что подолгу мучались, терзали себя построением различных догадок, когда пытались найти ответ на что-то, или не спали ночами, желая вспомнить что-то, что они очень некстати забыли.       За такими размышлениями Гуаньшань и не заметил, как уже приблизился к Китайской Академии Искусств. Весь путь как-то незаметно пролетел мимо, за обдумыванием ситуации Хэ Тяня. И чем ближе он подходил к его дому, тем сильнее рыжего снедало любопытство.       «Спросить? Не спросить?» – гадал Мо на воображаемой ромашке, пытаясь таким образом решить реальную дилемму. Он обрывал лепестки вплоть до калитки, которую парни вчера чудом не выломали в обратную сторону,в спешке покидая обитель Тяня, но так ничего и не решил. Ладно. Если увидит Хэ Тяня снаружи – спросит, МОЖНО ЛИ СПРОСИТЬ. А если его не окажется на улице, то это знак, что лучше не узнавать столь интимных подробностей нежизни парня. Обидится ещё и поглотит душу.       — Нужна мне твоя душа, как собаке пятая нога.       Мо чуть подпрыгнул, услышав за спиной знакомый голос. Он хотел было повернуться, но Хэ Тянь сам нарисовался перед ним, неслышно подлетая.       — Спрашивай, что ты там хотел узнать, – спокойно произнёс парень, чуть улыбаясь.       Гуаньшань чуть поморщился. При ярком солнце на Хэ было неприятно смотреть, отсвечивал сильно, аж глаза немного резало. Но не смотреть на него Мо счёл невежливым, поэтому не отводил взгляда.       — Ну, это... Возможно немного личный вопрос... Или очень личный...       Смех у Хэ Тяня интересный. Немного механический, с небольшим эхом. Странно, когда он разговаривает, такого не слышно. Или Гуаньшань не замечал этого?..       — Мелкий, я умер сотни лет назад, чего мне стесняться? Мёртвые, знаешь ли, стыда не имут, как мне сказал один из друзей в купеческой гильдии. Так что, спрашивай и не бойся, я не кусаюсь. Разве что лизнуть могу, немного.       Мо хотел было подумать о том, что и лизнуть Хэ не в состоянии, так как сам признался, что предмктов касаться не может, но не довел мысль до конца, чтобы его собеседник не разозлился.       — Ну... Почему вы... вы ещё здесь? Вы же давно умерли, разве нет?       Хэ отвел взгляд и немного нахмурился. Было видно, что он думал о том, стоит ли называть причину своего присутствия. Хотя, в любом случае он мог бы и соврать, если это что-то такое, о чём он не хочет говорить с первым встречным.       — Нет, – призрак вновь подслушал мысли Мо. – Врать я не люблю, поэтому скажу как есть. Вот как ты думаешь, сколько мне лет? Ну, – Тянь закатил глаза. – Я имею в виду, СКОЛЬКО МНЕ БЫЛО на момент смерти.       Гуаньшань немного растерялся, не ожидая такого вопроса. Он не был готов к такой игре в угадайку. Тем более, Хэ Тянь мог быть как подростком, выглядевшим старше своих лет, так и очень молодо выглядящим мужчиной. Есть такая категория людей, чей возраст трудно определить. Они либо до сорока лет предъявляют паспорт при покупке спиртного и сигарет, либо без труда проходят в кинотеатры на фильмы «18+», будучи младшеклассниками.       — Предположу, что... двадцать лет? – попытал счастья Гуаньшань, решив, что эта отметка будет как раз, чтобы не обидеть духа.       — Почти, двадцать три, – поправил его Тянь, его голос на секунду снова сбился на тот, механически-потусторонний, с эхом. – Не находишь, что этот возраст слишком юн для смерти?       — Думаю, да, вы могли бы пожить намного дольше, – Мо не знал, к чему вообще была вся эта разговорная прелюдия, но ему было очень интересно.       — Вот и я так подумал, когда понял, что произошло. Это было глупо. По сути дела, я сам залез в лодку, отплыл подальше от берега, чтобы отец и старший брат оставили меня в покое со своими нравоучениями. Я просто хотел немного побыть в одиночестве и тишине. И, как видишь,я получил свою тишину и одиночество, – Хэ Тянь криво усмехнулся.       — А... – хотел было задать ещё один вопрос Гуаньшань, но запнулся, решив, что это точно будет лишним.       — Как так произошло, что я утонул? – опередил его призрак. – Чёрт его знает. Мою лодку что-то толкнуло в тот момент, когда я встал, чтобы перебраться поближе к корме. Я не удержался на ногах и упал в воду, а при падении случайно оттолкнул лодку от себя. Вообще она довольно тяжелая, но в тот момент поплыла прочь от меня, как пушинка. Это случилось в мае, 1843-его года. С тех пор, я здесь. За мной пришли через некоторое время, как я умер, но я отказался уходить. Мне было горько от того, что я умер так рано, не осуществив всего, что задумал, так что, назло всем решил стать призраком. Меня предупредили, что если за три дня я не уйду добровольно, придёт Мурдан и тогда мне не поздоровится.       — Мурдан? – переспросил Мо, припоминая, что уже слышал это слово ранее.       — Мурдан, он... – Хэ снова закатил глаза к небу, немного помолчав. – Мне трудно подобрать современное слово, чтобы ты понял, кто это... В общем, это существо, которое поглощает тех, кто задержался здесь дольше положенного срока. Кто-то вроде уборщика, собирающего весь мусор. Если попадешь в его туман – всё. Для тебя уже не будет ничего. Просто пустота и тьма. Хотя нет, ты не увидишь даже этого. Просто перестанешь существовать.       — И ты всё это время его избегал? Звучит как что-то практически невозможное.       Хэ Тянь издал смешок, отдавший эхом. Чем чаще срывалось в его голосе это эхо, тем больше Гуаньшаню становилось не по себе. Он не жнал точно, почему, но его ЭТО ПУГАЛО.       — На самом деле, лично мне не так уж сложно водить Мурдана за нос. Видишь ли, он не особо разумен, привык выполнять только свою работу по инструкции, заучил свои действия до того, что отупел, разучившись действовать как-то иначе. Новенькие ребята, только что умершие, завидев его чёрный туман, просто замирают, как вкопанные, не в силах противостоять Мурдану. Я тебе раскрою небольшой секрет, – Хэ Тянь склонился над слегка напуганным Мо. – На случай, если ты вдруг умрёшь в относительно скорое время и тоже не захочешь покидать этот мир. Самое главное в избегании Мурдана – не смотреть на него. И всегда держать ухо востро. Услышишь странные звуки, будто кто-то шелестит листьями и натужно сопит – закрывай глаза и взметайся ввысь. Тогда паралич Мурдана тебя не одолеет. Вверх этот парень лезть не станет, ему приказано собирать души НА ЗЕМЛЕ, про НЕБО же инструкций он не получал, соображаешь?       — Соображаю, – растерянно ответил Мо. – Я учту на будущее, спасибо.       — Да было бы за что, – и снова это эхо. Кажется, и сам Хэ наконец заметил его, так как погладил себя по горлу, будто его мучала ангина.       — Ох, опять это...       — Что «это»? – Мо приготовился слушать очередную охуительную историю, но призрак, видимо, исчерпал лимит рассказов на сегодня:       — Да так, ничего страшного. Просто воды наглотался, до сих пор выплёвываю. Ладно, ваши велосипеды вон там, – парень указал на небольшую пристройку, так обильно увитую плющом, что Мо ранее и не заметил её. – Дверь не закрыта, просто накинешь потом на неё засов и всё. Можешь идти, – Хэ Тянь исчез, перестав мучать слезящиеся глаза рыжего. Гуаньшань ещё некоторое время смотрел на окна дома, надеясь увидеть внутри призрака, но тот, видимо, «включил» невидимый режим. Парень понимал, что последняя его фраза, про воду в горле, была ложью. С Тянем определённо происходило что-то нехорошее, но вот что?..       — Да кого это ебёт? – возмущенно ответил сам себе Мо, отправляясь за велосипедами.       Меньше знаешь – крепче спишь. И живёшь дольше.