3 глава
10 апреля 2019 г., 01:00
Мои слова, насчет безумия, охватившего базу, оказались пророческими. Не прошло и трех дней, как сцепились Гнышев с Давыдовым, притом так, что в ход пошли не только кулаки, но и ножи. Если бы Вадим меня вовремя не вызвал, то мы имели бы на руках труп.
– Блядь, ну что вам не хватает? – орал я, восстанавливая жизненные процессы Юрия, пытаясь не напоив его своим ядом, срастить печень. – Совсем охренели?! Давыдов! Ну, ты-то, умудренный жизнью мужик, который показался мне вполне адекватным! Хули, ты полез на командира отряда?!
Закрывать Давыдова я не стал. Когда его скрутили, отрезвив знатной плюхой, он сам ошалел от того, что натворил, и сейчас, пристыженный, сидел рядом с Гнышевым, и бубнил свои извинения.
– Да я сам виноват, – Юрий морщился, потому что я не использовал обезболивающее. Перетерпит. – Наехал на него насчет Сергея, решив, что он его под себя подложить собирается.
– Сдурел?.. – я даже на миг прекратил лечение. – Крыша потекла?
– Ну... – Юрий Евгеньевич виновато отворачивался, не желая смотреть мне в глаза. – Просто Давыдов везде за собой Седого таскает, не дает ему нормально учиться. Практически не отпускает от себя... Вот я и подумал, что он Сергея подавляет, склоняя к отношениям.
– Юрий Евгеньевич, – Сергей, что стоял тут же, даже вспыхнул от такой интерпретации его отношений. – Мы и раньше с Семеном Марковичем были довольно близки, а сейчас еще ближе стали, потому, что с телом он скинул свои стариковские замашки, более не поучая, а объясняя. И мне интересно с ним. Интересно слушать, чего он добился. Я, наконец, понял, что у меня есть очень близкий мне человек. Друг, или теперь даже почти брат. И я сам за ним таскаюсь, и в рот ему смотрю. Но спать с ним... Знаете, это просто невероятный бред!
– Да вот теперь и сам осознаю, – вздохнул Арес. – А тогда – перемкнуло просто. Словно пелена на глаза упала, и я взбесился.
– То же самое, – буркнул Семен. – Словно отключило. Я перестал видеть человека, только врага, которого надо уничтожить, во что бы то ни стало.
– Старые идиоты, вот вы кто! – буркнул я. – Миритесь, давайте!
– Не можем, – облегченно выдохнул Юрий. – Вот когда он так, далеко сидит, то я его еще терпеть могу, а если подойдет, хоть на шаг – та же ярость просыпается.
– Ну, тогда не подходите, друг к другу! – вызверился я. – Что за напасть такая?..
– Именно, что напасть, – кивнул Сергей. – Недавно сцепились ребята из второго отделения, притом все против всех пошли. Благо без оружия. Да и мы их урезонить успели, пока не довели до беды.
– А я, почему не знаю?
– Ты валялся в разобранном виде тогда, – пожал плечами Сергей. – Родиону мы сообщили, но он, видимо, тебе это не передал.
– Заебись, – вздохнул я. – У нас какая-то эпидемия насилия началась. Джэйл чуть Рэя не прикончила, Гэсс Виктора заживо зажарил, вы, тут, помахались знатно... Что нам дальше ждать-то?
– Надо срочно отсюда уезжать! – твердо сказал Давыдов. – А то мы здесь устроим себе братскую могилу.
– Вот-вот, – согласился я. – Но ты уверен, что переездом это все можно исправить?
– Здесь фон дерьмовый. Раздражение и непонятные эмоции, требующие, во что бы то ни стало, отстоять свои права – зашкаливают. Ощущение, что ты не на учебной базе, а в тюрьме, где надо защищать свои права, отстаивая их кровью.
– В тюрьме? – я удивился. – Вам что, выходить запрещено, что ли?.. Да все склоны этих гор в вашем распоряжении! А если склонов мало, то в город пиздуйте, развейтесь. Кому бабло нужно – просто попросите карточку.
– Да не помогает ничего, – Давыдов поморщился. – Если еще в город выехать можно, чтобы немного попустило, то сюда возвращаешься как в клоаку. Прости, Андрей, мне кажется, больше я не выдержу. На мозги давит так, что хоть вешайся.
– Подожди еще два дня, – попросил я. – Если все так хреново, то я попытаюсь сам разобраться. Думаю, найду выход.
– Хорошо, – согласился тот. – Два дня.
Покачав головой напоследок, я покинул комнату ребят, задумавшись над тем, что происходит. А происходило явно что-то неладное. Притом – очень неладное. И, что самое главное, с момента, как прошвырнулся на Урею, я Мриса больше не видел. Нет, повода его подозревать пока еще не было, но поговорить очень хотелось. Тем более что тот, как мне кажется, даже мысленно перестал меня мониторить.
«Мрис? – позвал я учителя. – Ты не хочешь поговорить?»
«Нет! – раздраженно, на грани злости, отозвался тот. – И не связывайся со мной пока! Я занят! Предельно!»
«У нас здесь кровавые разборки начались, – пожаловался я. – Не знаю, что делать...»
«Значит, выметайтесь отсюда! – так же зло ментально прорычал Мрис. – Всем коллективом потенциальных магов! Когда будет результат – сам свяжусь. Все, не маячь в моем сознании! Рушишь связи!»
Я озадаченно замер. А после пошел к Родиону, что, по моему ментальному отклику, находились в нашей комнате отдыха.
– Что с тобой? – удивился Родион, увидев мое озадаченное лицо. – Все так плохо с парнями?
Я пересказал ему разговор с Мрисом, а после добавил слова Давыдова.
– Да меня здесь тоже кошмарит по-страшному, – согласился Родион. Притом, началось это недавно. С приходом Давыдова.
– А причем здесь Давыдов? – не понял я. – вроде мужик нормальный, в подстрекательстве не замечен, с головой у него тоже полный порядок...
– Знаешь... – Родион, задумавшись, налил себе морса. – У меня такое ощущение, что когда он появился, наше хрупкое равновесие нарушилось. Есть такой термин «предельная масса». Так вот, с его появлением, мы вышли за этот предел. К тому же как-то очень резко. И сейчас вся система, выстроенная Мрисом, рушится как карточный домик.
– Тогда, получается, нам разбегаться надо?
– Разбегаться – вряд ли, но если он попросил выметаться, то так и надо сделать. Мы же в замкнутом помещении, защищенном со всех сторон магическими конструктами Мриса. И если без Давыдова и тех ребят, что ты притащил, наши биополя еще как-то резонировали, то с их появлением пошел диссонанс.
– Хочешь сказать, что они лишние?
– Ну... можно и так сказать. Примерно, как появление в разгар игры симфонического оркестра включить «техно», или «рок»... Или тот же «шансон». То есть, сами по себе мотивы не хреновые, но уже в устоявшемся ритме внесли хаос.
– Блин, точно! – я шлепнул себя по лбу. – Мрис же нас всех учит по-своему, и даже мы, обладающие другими знаниями и умениями, привнесенными с Уреи, тоже являемся его учениками, и преподаем под его началом, а у Давыдова его собственная школа, и строил он ее на воздействии, или на противодействии конторы, из которой те двое бойцов!.. Вот уж действительно, никогда подумать не мог. Но какого хрена пошел ТАКОЙ разлад?
– А это нам Мрис скажет. А нам действительно нужно мотать, пока целы.
– Это-то понятно... – я пожал плечами. – Вот только куда?
– Пол передал, что наша собственная база уже на завершающем этапе постройки. Полигон еще не готов, и бункер не обработан, но жилые помещения в полном порядке.
– Ты представляешь, что предлагаешь? – я скептично взглянул на него. – Или нанимать самолет для перевозки практически тридцати людей, или переться туда поездом.
– Поездом, – заметил Родион. – Документы на некоторых личностей у нас будут не совсем легальные, а в аэропортах проверки серьезнее.
– А загранпаспорта? – нажал я.
– А что, предлагаешь выехать в город и заселиться в гостиницу? С этими недомагами, которые искрят своими потенциальными возможностями?! И что делать там? Бухать и телевизор смотреть? А на своей базе мы уже развернемся в полной мере. А может, потом, Мрис, когда разберется, он сделает портал с нашей базы – сюда.
– Ну... Резонно... – согласился я с последним. – А если там будет то же самое происходить, что и здесь?
– Попросим Пола предоставить нам охрану из его боевиков. Они кстати, в отличие от нас, людей, агрессии не проявляют, и не чувствуют этого фона.
– Но как они все поместятся в доме? – язвительно переспросил я.
– Сейчас там построен барак для строителей. Позже его можно будет переделать в казарму. Тем более что ребята построили себе основательное жилье, а не просто вагончики прикатили. Выкупим всю начинку, и никаких проблем. И не забывай, что ты маг. Сделаешь все, как надо.
– Да ты что?! – широко улыбнулся я. – Родион, – я добавил лишка пафоса в голос. – Передаю под твое начало всю нашу команду! Ты будешь ею руководить и создавать им быт. А силовыми линиями, насколько знаю, оперируешь не хуже меня. Вот и построишь все так, как сам пожелаешь.
Родион впал в ступор на пару секунд, а после, прошипел что-то злобное и отвернулся.
«Спасибо...» – услышал я едва ощутимое ментальное вторжение от Мриса, и понял, что загадку нашего поведения разгадали.
– Пол, – спустя пару минут, переварив все сказанное и выясненное, позвонил я куратору. – У меня к тебе просьба.
– Исполнимая? – с издевкой произнес тот.
– Ну... Это мы уже решим в процессе разговора, – неуверенно произнес я. – Короче, надо устроить транс из Сибири на нашу строящуюся базу. Кстати, где ты ее расположил?
– Там, где ты и хотел. Недалеко, за городом, в котором ты жил раньше, есть пустырь с выходом гранита на поверхность. Очень неудобный участок для застройки обычными способами. Но для вас, точнее для бункера, который ты хотел – самое оно.
– Нам надо туда перебраться количеством в тридцать пять человек. Документы, годные для пересечения границы, есть не у всех, а у троих так и вовсе таковых не имеется. И надо с этим как-то поднажать, чтобы справиться дней за пять.
– За пять не успею, даже если буду жилы рвать, – вздохнул Пол. – Что еще?
– Еще... – я задумался, – надо купить билеты на поезд, или поезда, на всю эту когорту, притом везти их не рядом с обычными людьми, а отдельно.
– Какой тип вагона?
– Хм... – за всю свою жизнь я на поездах ездил совсем немного, но отлично знаю, что такое плацкарт, или те же купейные. – А есть на примете что-то вроде СВ? Только получше. Чтобы с отдельным санблоком?
– Есть, – согласился Пол. – Мягкие вагоны. Это ВИП. В каждом вагоне четыре двухместных купе. На тридцать пять человек надо заказывать четыре вагона.
– Зачем четыре? – не понял я.
– А куда ты собираешься трех человек деть?
– Ну... Гнышев с семьей может занять одно купе, – начал перечислять я. – Это уже минус одно место. Гэсса можно поселить с Джэйл и Родионом, еще минус одно... Ну, и меня можно как всунуть в багажное отделение, так и оставить здесь. Так что – три.
– И все равно, это тебе обойдется не меньше чем в пятнадцать тысяч долларов.
– Ха! – разоржался я. – Тоже мне, сумма. Короче, если такие вагоны здесь имеются – нанимай три.
– Принято. Есть еще условия?
– Никаких посторонних людей, – резко произнес я. – Даже проводников. Вагоны будут закрыты до приезда на место дислокации. Это мое непременное условие.
– Без проводников никак, – озадачился Пол. – Это бармена можно убрать с глаз долой, а вот проводника...
– Тогда этих, троих проводников выберу лично я.
– Принято. Но, чтобы ты знал, выполнение всех твоих условий, займет у меня примерно дней десять.
– А это принято мной, – я улыбнулся в трубку. – Когда все будет готово – звони. Ну вот, видишь, как проблемы решаются? – обратился я к Родиону. – Один звонок, и нет проблем.
– Ты реально здесь собрался остаться?
– Пока еще не решил. Да и если здесь буду, то только в виде окаменевшего тела. Мне на Урею смотаться надо. А когда освобожусь, то свяжусь с тобой ментально, и ты откроешь одноразовый портал, по которому переберусь к вам. Видишь, как все просто?
– Вижу, – согласился эннэшше. – Но до твоего уровня мне далеко.
– Родной... – я едва не начал шипеть, вовремя остановив свою ярость, и вместо того, чтобы оскалиться, когда приблизился к нему, легко чмокнул в губы, сам ошалев от собственного желания принизить, вбить в грязь, показать, где ему место. Рвануть за поводок, так сказать. Только вовремя вспомнившиеся слова Олега не дали мне совершить этот, по сути, опасный поступок. – Учись, – коротко завершил я, еще раз коснувшись губ эннэшше, и отстранился, понимая, что меня тоже начало шторить. – Так как мы сейчас не вполне адекватны, – я заметил острое напряжение Родиона, – то давай, пока не уедем, я все же еще ненадолго останусь командиром данного сообщества, и введу несколько собственных решений. Прошу. Пожалуйста. Нам сейчас ну никак не надо ссориться.
– Хорошшшо... – выдохнул Родион, не сдержав шипения.
– А для того, чтобы мы не действовали на мозги друг друга – будем в дальнейшем общаться с тобой по телефону. Или орать друг другу, находясь на расстоянии метров ста. Так будет лучше, поверь.
– Лучше по телефону, – чем дальше я отступал, тем спокойнее становился Родион. – Прости. Накатило.
– Увы, знаю, – меня самого отпустило только тогда, когда отдалился метров на пять. – Так вот, мои решения: сейчас, собирая все манатки, которые нам нужны, мы срочно выбираемся с базы. Всем составом. И спускаемся в предгорье. Ты, я, Джэйл – полностью закрываемся друг от друга ментально. Общение только по связи, и расстояние между нами – не менее пяти метров. То же и с остальными... если не попустит, когда окажемся вне базы. Там разбиваем лагерь, и ждем ответа от Пола. Ему, на все про все, нужно дней десять. После – уезжаем. И я надеюсь, очень надеюсь, что все дело именно в конструктах Мриса, который окружил свою базу неким полем. Если же нет... – я развел руками. – тогда даже не знаю. Придется, наверное, на все это время, пока он разбирается со своими узлами нитей силы – распустить коллектив по домам.
– Действуй, – согласился Родион, и меня снова ударило волной гнева, словно он мне предоставил возможность, показывая, где он, и где я, и что место мне только у его ног.
– Все, я пошел! – крикнул я, и буквально вывалился из нашей комнаты отдыха, понимая, что чуть не вступил в спор, что мог закончиться дракой, или еще чем-то похуже.
– Общее сообщение, касающееся «черного» отряда! – оповестил я всех по громкой связи. – Закрыться ментально на максимально возможном уровне, стараться не взаимодействовать ни словом, ни делом! Собираем манатки, и ждем открытия портала. Повторяю! Никакого взаимодействия! Мы все находимся под сильнейшим ментальным давлением, которое вызывает неосознанную ярость. При возможности – отдалиться друг от друга метра на три. От выполнения приказа зависит ваша жизнь. Повторяю. От выполнения данного приказа – зависит ваша жизнь. Ярость, испытываемая при сближении – неконтролируемая, – и уже от себя, уже просьбой, добавил. – Ребята, мы все сейчас – ментальные «зомби». Порвать, уничтожить, развоплотить – это все, что рвется наружу. Если мы сдержим этот порыв, пробьемся к выходу, никого не убив, и сами не став чьей-то жертвой, то это будет победа. Держимся. Берем себя в руки и сжимаем зубы. Кто находится на грани – оповестите нажатием красной кнопки на рации.
Три сигнала появились тут же, а после и еще шесть. А потом, вгоняя меня в ступор – постепенно отозвались все... Все потенциальные операторы... и только двое, несостоявшиеся убийцы Давыдова, не подали сигнала. К ним-то я и поспешил первым делом, понимая, что они могут быть в плачевном состоянии.
Но ребята просто сидели в своей комнате, за столом, оборвав смех при моем появлении.
– Командир? – Викинг озабоченно взглянул на меня. – Какие-то проблемы?..
– Вы как? На мозги не давит? – я увидел включенные рации, что лежали на столе, понимая, что мое сообщение ребята услышали. – Не чувствуете друг к другу ярости, ненависти?
– Чувствуем, – согласился Степочкин. – Но нас учили преодолевать личностные переживания. Сейчас мы друг на друга смотрим как сквозь прицел. Осознаем это, но пока не поступило приказа убить – сдерживаемся. Просто знаем, что едва поступит приказ – уничтожим друг друга.
– Молодцы, – с облегчением кивнул я. – Так держать. Выходите в коридор, там красные стрелки на стенах, что приведут вас к будущему порталу. А я пошел приводить всех остальных в чувство.
По комнатам прошелся быстро. Подавить, угнетая ЦНС – не так и сложно. Можно сказать, я просто создал послушное стадо, которое готово было повиноваться приказам, а не мыслить самостоятельно, но в этой ситуации не было лучшего варианта. Пусть лучше будут тупым скотом, чем покрошат друг друга в капусту. Вот только меня насторожила единственная странность. Ребята не испытывали ко мне никакой ненависти и ярости, послушно делая то, что я приказал. Да и я их воспринимал как мелких и неразумных. Родиона прибить хотелось, то да. Джэйл... Не знаю, еще не столкнулся. Мрис... Перед ним у меня было какое-то чувство подчинения, чего раньше не ощущал. Но оставил эти мысли на потом. Сейчас, главное, вывести за периметр, и посмотреть, что дальше будет.
Мужики потянулись на выход, даже не совсем соображая, что делают. Все, что было в их разуме – забрать свои рюкзаки из вскрытых ячеек хранения, и следовать по проложенному маршруту. Напоследок, я связался со своими.
– Рэй? Ты готов выходить?
– Вполне. Скажешь, когда можно.
– Да с ребятами – вполне. Они в нас агрессии не будят. Джэйл выведу, когда вы удалитесь на достаточное расстояние. Кстати, бери на себя ведущую роль. Надо найти место, где будет выход родника, или протекает речка. По карте посмотри.
– Сделаю, – отозвался Рэй и отключился.
После я связался с Анжелой.
– Девочка моя, ты как?
– Я тебе не девочка! – взвизгнула Джэйл, окатив такой яростью, что я еще плотнее вынужден был закрыться. – Оставь меня в покое, ублюдок ебаный!
– Джэйл, – пришлось применить к ней ту же схему, что и к остальным ребятам, старательно подавив все эмоции. На эннэшше подобное не работает с той же силой, но хоть привести в чувство... – Сейчас я дам тебе маяк на наше место встречи, и ты туда подойдешь спустя полчаса. Портал откроешь сама?
– Да, – буркнула она, подавив истерику.
– Вот и отлично. Жду.
– Прости... – когда я собирался сбросить вызов, выдохнула она.
Прощу. А как иначе? Меня самого от ярости рвет так, что готов ей поддаться, и только воспоминание о разговоре с Олегом, остужает.
– Гэсс... – набрал я третий номер.
– Да, Андрей? – чуть напряженно отозвался он. – Как у вас там? Я чувствую, напряжение все возрастает.
– Притом в геометрической прогрессии, – согласился я. – Тебе меня тоже убить хочется?
– Как ни странно, но нет. К тебе я полностью расположен.
– А Родиона пришибить? Или Джэйл?
– Нет. Совершенно. Единственный раздражающий меня фактор, исчез из этой жизни. К остальным я полностью лоялен.
– И к Итану?
– Да, – согласился тот. – Мы сейчас вместе собираемся, и я не чувствую к нему никакой агрессии.
–Лады, но если что – держи себя в руках, зная, что это наведенное.
– Учту. Ты поосторожнее там, ладно?
Улыбнувшись, я набрал последний номер.
– Лёва? Ты готов выдвигаться?
– Да куда от тебя денешься, – ворчливо вздохнул он. – Тащишь, непонятно куда... Лучше бы назад, на Урею отправил.
– Ну, прости, пока не могу, – извинился я. – Твое тело пока здесь без поддержки нежизнеспособно, а у меня нет возможности создать тебе «полный пансион», так что, идешь с нами.
За передвижением группы я следил по данным теплового сканера, усовершенствованного Мрисом. Сам не выходил, понимая, что не сдержусь, если увижу Джэйл или Родиона. А вот три точки, проследовавших вместе, меня удивили. Пришлось подключать ментальное зрение, чтобы понять, кто идет. Это были Лев, Гэсс и Итан. И это тоже было мне непонятно.
Когда все, магически одаренные, покинули базу, я задумался. А что делать мне? Идти с ними, или оставаться здесь? Нет, присутствовать надо, все же еще связь с Полом и так далее... Но дальше. С ними, или здесь остаться? Все равно хотел сходить на Урею, потому что много вопросов накопилось, и не остался я там, в прошлый раз, только потому, что Олег погнал меня перед Родионом извиняться. А так...
Решено. Отправляю всех в свободное плавание, предварительно убедившись, что бесячество закончилось, и на Урею.
Забрав с собой переносную модель теплового сканера, кстати, спасибо Гнышеву, он посоветовал создать такой, а Мрис его идею воплотил в жизнь, так что теперь на сканере отсвечивали только те, кто был предварительно внесен в базу данных, я пошел за ребятами. За тех, кто не обладал магическими способностями, и не входил в наш круг – не волновался. Шерстяные передавали, что в рядах обычных бойцов никаких проявления агрессии нет. Ну что ж, пусть учатся. Тем более, что учительский состав остался. Все те же меховые. А те, шерстяные крокодилы, кто тоже мог стать оператором в дальнейшем, просто перешли к ним под крылышко. Их не задело, да и Мрис ничего не говорил насчет их присутствия. Я даже забыл об этих йети, потому что они, последнее время, практически не появлялись на виду.
Через два часа путешествия за группой, выведенной Родионом, я спустился в лагерь, который они основали. Честно? Ждал немного другого. То есть, заранее готовил себя к серьезной работе, но, когда пришел в распадок, где решили обосноваться ребята – был шокирован. Да, одиночные палатки были раскиданы примерно в трех метрах друг от друга, и общего костровища как бы, не намечалось, но была создана походная столовая с синтезатором пищи, душевая, и вроде как не одна, и несколько биотуалетов.
– Родион, ты просто прелесть, – позвонил я ему по телефону. – сумел организовать все, как надо.
– Дрюх, – Родион стоял на другом берегу небольшой речки, метра в три шириной, смотря на меня. – Давай попробуем сойтись? Я проверить хочу, берет нас здесь, или нет.
– А Джэйл где? – я попытался дотянуться до нее, но услышал ментальную отмашку. Спокойную ментальную отмашку, а не ту истерику, что она мне устроила на базе.
– Ушла километра три в сторону, сказала, что там обоснуется, пока не перебесится. Но здесь я не чувствую давления. Такого давления, что было на базе. Надо проверить. Мы же сохраним адекватность при взаимодействии?
– Давай попробуем, – согласился я, и Родион, коротким порталом, перебросил себя на эту сторону реки, настороженно приближаясь ко мне. Эмоции спали. Точнее, я ощущал эннэшше как и раньше, без бешенства и ярости. – Ты как? – когда он подошел ко мне на расстоянии три метра, переспросил я его.
– Остаточное давление все еще есть, но я уже в норме, – шумно выдохнул он, а после в пять шагов преодолел расстояние, сжав меня в объятиях. – Прости... Прости за то, что творил. Действительно, мозги поехали. Я не осознавал. Не понимал, что делаю, – шептал он, прижимая к себе, утопив в объятиях.
– Это ты о чем? – я, чтобы не задохнуться, утыкаясь ему в грудь, выкарабкался, повернувшись спиной, позволяя обнимать себя.
– Насчет самостоятельности, – выдохнул Родион. – Ты начал решать проблему сразу, как ее осознал. Взял в оборот Пола, хотя я мог это сделать и сам. Нашел выход, который я не видел. Сорвал всех с места, осознавая, что надо сделать... А я... Я протупил. И сейчас осознал, что ты нашел решение проблемы буквально на ходу. На коленке, так сказать. Я могу вдумчиво продумать какую-то ситуацию, могу найти решение проблемы, которую вижу, подводя итоги действий... Но вот так... Спонтанно... Прости, что рвался в руководители. Я не гожусь на эту роль.
– Ты вполне годишься на роль заместителя, равного мне, притом. Ты же видел, как Стас действует?
– Я и до него еще не дорос, – вздохнул Родион. – Он решения клепает так же, как и ты, «на коленке», просто принимает во внимание твои требования. А я... Я долго и упорно разбираюсь с одной проблемой, вдумчиво подводя итоги воздействия, не умея распыляться на все и сразу.
– Рэй, – я потерся макушкой о его плечо. – Ты – тактик. Я – стратег. Я даю общую картину, а ты – доводишь мои картины до ума. У меня есть общий план взаимодействия с этим и тем миром, а у тебя – конкретные задачи, которые надо выполнить для достижения этих целей. Я же сказал: путеводная звезда, и деятель. Я даю цель, а у тебя в руках – ее исполнение. Скажи, разве ты плохо справился, оборудовав лагерь?
– Вроде нет, но...
– Но «что»?
– Я все равно твой ведомый, – Родион как-то поник.
– Вот дурак-человек, – я рассмеялся, уронив Родиона на слой лежалой хвои, думая, как ответить на его слова. – Ну, хорошо, вот, допустим, ты был бы ведущим, с твоим складом ума. Что бы ты делал?
– Ограниченно думал, – вздохнул Родион.
– Но ты, если бы потребовалось самостоятельно ставить цели, шел бы от одной к другой, продумывая, решая, поддаваясь обстоятельствам. Тактики выигрывают у стратегов, не забывай этого никогда. Тактические решения куда как смертоноснее, чем стратегические. Мы, стратеги, видим картину, в общем. А вы, тактики, как те жуки, роетесь в каждом «зачем» и «почему», находя нужный объем информации и, в конце концов, находите лазейку в нашей обороне. А если двое мыслят в одном ключе, то они дополняют друг друга. Или я не прав?
– Прав, – взгляд эннэшше прояснился.
– Вот и не накручивай себя, – перебил я его попытку вставить еще хоть слово. – Тебе хорошо в той роли, что ты играешь, так зачем примерять на себя другую? А если появятся советы и желания, как можно улучшить, или изменить расклад, то будь уверен: я всегда тебя выслушаю и пойму. Потому что я веду, отряд, а ты ведешь людей. Понял? – выдохнул я ему в губы, прижавшись коротким неглубоким поцелуем. – А вести людей, иногда, куда как более сложная задача, чем вести отряд. И здесь нет ведущих, ведомых... Здесь есть две точки зрения на единое целое. Ну, ты-то должен это понимать, а?
– А Джэйл тогда кто?
– Джэйл у нас вроде судьи. Не между нами, – тут же поспешил добавить я, – а между нами и ребятами. Буфер.
– Прокладка, так сказать, – скабрезно хохотнул Родион, за что и получил раскрытой ладонью по лбу.
– Запомни, иногда даже прокладка спасает мир. Так что не нужно этих смехуечков. Хрящ в суставах – прокладка. Рессора – тоже. Теплоизолятор в жилище – та же самая, мать его, прокладка! Куда ты без этих, млять, прокладок, денешься? Так что, не нужно, понятно?
– Понятно, – Родион кивнул уже без смеха.
– Как думаешь, с ребят можно снимать ментальный подавитель?
– Скорее всего – да, – согласился Родион.
– Идем тогда. Надо привести команду в нормальное состояние.
– Я все сделал, как ты просил, – Пол встречал нас на вокзале. – Документы... – протянул он мне стопочку загранпаспортов на тех, кто их не имел. – Билеты... – стопка была по размеру такой же, только листиков бумаги больше. – Когда узнали, что некто собирается нанять три ВИП-вагона, то мне даже удалось скидку получить. В общем, с тебя двенадцать тысяч.
– Проводники?
– Идем, – согласился Пол. – Собрали всех, даже тех, кто на выходные пошел. Сам выберешь.
– Рэй, Джэйл, идемте, – пригласил я эннэшше. – Вам надо посмотреть всех, и определить, для кого будет наиболее безопасно путешествовать с нами.
Общую агрессию снять удалось, не спорю, но состояние напряжения, в котором люди пребывали более полутора недель – вскрыли их как магов. На данный момент, чтобы не провоцировать их возможности, нужны были наиболее лояльные люди, если без них не обойтись.
– Насчет бара... – чуть помялся Пол. – Есть два выхода. Или оставить только те напитки, которые будут точно выпиты, и внести это в счет, или же оставить бар на разграбление, а после прибытия посчитать расходы.
– Убрать всю выпивку, – приказал я. – В пути ни капли алкоголя. Кто будет замечен – сядет на губу.
– А как с питанием? Повара тоже волнуются.
– Сколько ехать?
– Два с половиной дня, – отчитался Пол. – Я договорился, что в определенный момент вагоны просто перецепят к другому составу, не пересаживая пассажиров.
– Ладно, – согласился я. – Создам в каждом вагоне синтезатор пищи. Его только загрузить надо будет. Сейчас пошлю ребят на закупки, – я связался с Гэссером, попросив сходить в ближайший продмаг и купить все по списку, который вбил в его разум. – Идем к проводникам.
– Вот, – перед нами, строем, застыли сорок человек.
Ну что ж, я их понимаю, работа в элитном вагоне оплачивается втрое большей суммой, чем в обычном. И всем охота копеечку. А мне – выбирать, кто не вызовет агрессии у стаи ошалевших недомагов.
Я прошелся по строю взглядом, сразу отметив пожилую женщину с усталым взглядом. Спокойную, мирную, без гони за наживой. В смысле, деньги ей были нужны, очень, но она даже не надеялась на то, чтобы их получить. Обреченная покорность, так бы я назвал это состояние. Да и стояла она даже не во втором, а в третьем ряду, как наиболее непретенциозный кандидат. Вперед выставили молодых и бравых. Алчных, готовых услужить и лебезить.
– Пол, – обратился я к йети. – Скажи, а может быть одна проводница на три закрытых вагона?
– Сейчас, – Пол пальцем подманил к себе начальника состава, которому наш кортеж добавлял энную сумму в карман. – Скажите, может ли три вагона обслуживать одна проводница?
– Да как же!.. – всплеснул тот руками. – Это же престиж! Надо будет и подтереть, и пол помыть, и проследить...
– Следящие у нас есть, гадить не будем, бары опечатаем, – колко взглянул я на него. – Но нужна только одна проводница.
– Но у нас нет девочек, способных...
Осознав, о чем он думает, я хотел у виска покрутить. Нет, ну понимаю, куча бравых парней едет, да еще и ВИП, но чтобы ставить проводников как возможных блядей... Да еще и думать, как бы других просунуть...
– А нам и не девочка нужна, – отмахнулся я, раздвинув ряды, подойдя к женщине, что привлекла меня как-то сразу. – Вы на три вагона смирных пассажиров справитесь?
– Постараюсь, – душевно улыбнулась та. – Не привыкать.
– Тогда, вы нам подходите. Тройной тариф вам будет обеспечен, – жестко глянул я на начальника состава, даже вложив в его разум это требование. – И, если нам все понравится, а нам понравится, то и гонорар.
– Боюсь, я не успею исполнить все ваши требования, – с сомнением произнесла женщина, когда я ее вывел из рядов, решив поговорить с глазу на глаз.
– Нам и не нужно, чтобы вы что-то исполняли, – испуская радушие, улыбнулся я. – Ребята – военные. И едут они с начальством. Чудить не будут. Просто делайте свою работу, как будто едете в пустом вагоне, разве что в купе не заходите.
– Тогда, уверена, что справлюсь, – воспряла она.
– Вот и ладушки, – согласился я. – Только у меня к вам одна, очень большая просьба, – женщина вопросительно взглянула на меня. – Вагоны должны быть отделены. Мой помощник уже сказал, что они будут в конце состава, так вот, я хочу, чтобы вы закрыли на ключ дверь, ведущую к основному составу, и не открывали бы ее никому. Это – приказ! – добавил я толику ментальной силы в слова.
– Закрою, конечно, в чем вопрос? – пробормотала она.
– Хорошо, – перестал я давить, и внедрился в ее разум, желая понять, для чего нужны деньги. И... епсель мопсель! Наркоманящий сын при хозяйке-невестке!.. – Я помогу, – тепло произнес я, стараясь обволочь женщину своим сознанием, и та окончательно расслабилась.
Вышел с вокзала с двояким мнением. Но постарался его загнать куда подальше. Не время. Лишь улыбнулся галдящей компании ребят с рюкзаками, что готовилась к посадке на поезд.
– Седой! – поманил я Сергея, заставив его оторваться от Давыдова.
– Слушаю? – произнес тот, дернувшись и замерев, когда я тепло положил ему руку на плечи.
– Расслабься, Серёг. Разговор есть. Парня того видишь? – указал я на Гэсса, что, улыбаясь, болтал с Джэйл.
– Вижу, – еще сильнее напрягся Седой. – Если ты подумал, что я его...
– Слушай сюда, – попросил я. – Мальчик сейчас один. И, если ты будешь достаточно настойчив, то он согласится быть с тобой. Только учти, парень – тактильный. Как тот кошак.
– Кинестетик, что ли?.. – пробормотал Сергей, смотря на Гэсса, и буквально обволакивая его своим взглядом.
– Да, кинестетик. Ему нужно ощущать тепло, прикосновения, осознание, что нужен. Именно так он будет гореть. А ему гореть необходимо. Ты же помнишь, как он зябко ежился на этой решетке очага? Ему не хватало пламени. Семья предала его.
– И ты думаешь, что душевного тепла ему хватит? – задумчиво произнес Сергей.
– Как раз это ему нужно сильнее всего. Душевное тепло греет его сильнее огня, – улыбнулся я, толкнув Сергея в спину, ментально передав Гэссу, чтобы он отвлекся. – Счастья вам, ребята, – улыбнулся я, заметив, как электрической дугой изогнулись их линии осознания, ворвавшись друг в друга. Не пропадут.
– Дрюх! – вырвал меня из созерцания Родион. – Ты как? С нами?
– Нет, – покачал я головой. – Здесь. Ты справишься. Точно.
– Ощущаю себя первоклассником, оторванным от мамаши, – склонившись к моему плечу, обнимая, хохотнул Родион.
– Ничего, ребенок, справишься, – хохотнул я, слыша в динамиках готовку к отправлению. – Люблю тебя. И верю... – шепнул я ему в губы, получив кусачий поцелуй.
Родион вскочил в вагон, когда поезд уже начал двигаться, махнув мне на прощание. А я смотрел, как состав с моими ребятами улетает прочь. И чувствовал разлуку более сильную, чем тогда, когда в другой мир уходил.
– Да ну нахуй! – буркнув себе под нос, я отвернулся.
Никогда не любил провожать.
