8 глава
16 июня 2019 г., 06:36
Шагнув на густой ковер травы цвета бирюзы, я удивленно выдохнул. С момента, как смотрел эту долину для поселения, та сильно изменилась. Сейчас предгорье напоминало гладкую, почти по уровню выверенную равнину, на которой не было ни единого камушка. Почва под ногами была мягкой, и какой-то не обычной для Ваарры. Видимо, Эрран выполнил свое обещание, сделав землю в долине плодородной. Но это было еще не все. У выхода их предгорья, где раньше была пустынная местность – высился вековой лес. А еще я ощущал множество искр жизни, осознавая, что это ни что иное, как зверье, приведенное в эту долину.
– Ну, Эрран, ну ты и мастер... – шепнул я, ощутив на грани сознания, что меня услышали. – Спасибо тебе большое, за проделанную работу.
– Я бы здесь пожила... – мечтательно пробормотала Джэйл. – Ощущение, будто это и есть наш дом. Настолько уютно я себя еще нигде не ощущала.
– Ну, как бы под нас все и строилось, – хмыкнул я, после чего обернулся к нхину. – Мрис, будь добр, начинай разбивку на участки, чтобы места хватило всем. Размер долины...
– Примерно пять квадратных километров, – подсчитал Мрис. – Есть где развернуться.
– Ты шутишь? – удивленно переспросил я. – У нас больше шести тысяч человек.
– Андрей, это не я шучу, это ты лентяй и неуч. – Забыл, что я обладаю пространственной магией?
– Мрис, – я вздохнул. – Одно дело, увеличить жилые помещения, а другое – вот это, – указал я на долину.
– А что, копипаст уже не годится? – хмыкнул тот. – И не надо мне говорить, что оно будет неживое и лишенное энергетики. Да-да, я все слышал, – хмыкнул Мрис. – Но с землей это совсем иное. Есть у меня задумка, как сделать финт ушами... – он задумался. – Например, увеличить именно земельное пространство и некоторое количество нижних слоев атмосферы... Конечно, в этом случае, поверху будут идти довольно сильные воздушные завихрения, и уррам будет нелегко подниматься в небо... Хм...
– Ты не хмыкай, а думай! – буркнул я.
– Знаешь?.. – Мрис взглянул на меня. – А иди-ка ты туда, куда тебе Стас посоветовал. А я пока посоветуюсь с хранителем и смотрителем. Идет?
– Ладно, – нехотя согласился я. – Покорми тут всех, расположи пока, а я...
– Да-да, иди, – почти открыто послал меня Мрис, и тут же повернулся к моим эннэшше. – А вы чего бездействуете? Фарр, Гэрр! Стоять! – рыкнул он на урров, когда те намерились идти за нами. – Нечего вам там делать.
– Да, так конкретно на хуй меня еще никто не посылал, – буркнул я, когда мы с Олегом и Родионом слегка углубились в лес. – И самое хреновое то, что мне совсем не хочется.
– Поверь, та же ситуация, – буркнул Олег. – Словно у нас какой запрет на отношения встал.
– Стас сказал, что меня немного прибило после той бойни, что мы устроили. Вроде как вместо позитива и адреналина – негатива хапанул, – разоткровенничался я. – Вроде как мою матрицу отношений с вами слегка поломало.
– М-мм... – Олег на пару минут впал в транс, ухватив Родиона за руку, чтобы не упасть. – Да. Теперь вижу. Странно, что это не на виду.
– Мохнатый, если я сейчас раскроюсь, то всем беда будет. Ты в курсе? – ядовито произнес я.
– Разберемся, – кивнул Олег. – Ну что, здесь устроимся? – указал он на удобную полянку.
– Да хоть где, – буркнул я, понимая, что придется пройти через «нехочу».
– Ну, если «хоть где», то совсем неплохое место.
Оглядевшись вокруг еще раз, Олег изменил ипостась и огромным белым ягом, устроился в середине полянки, полностью открывшись миру Ваарры. Стоило ему только сделать это, как пространство над поляной накрыл купол. Притом такой силы и плотности, что я перестал ощущать все нити, связующие меня с моими ребятами, что остались на поляне. Даже Янку, что постоянно держала со мной связь – отсекло. Даже свет как-то потускнел, словно нас матовым стеклом закрыло.
– Все, – улыбнувшись уже в человеческой ипостаси, Олег подошел к нам. – А теперь, Андэр, твоя работа. Сделай нам уютный уголок. Думаю, здесь мы проведем не меньше суток.
Я хмыкнул, вернувшись в родной, человеческий облик, отметив, что Родион это сделал чуть ранее. И пожал плечами, кинув конструкт обычной комнаты, из тех, что Мрис делал для проживания ребят. Разве что заменил две койки, стоящие раздельно, на одну большую кровать. Стены не ставил, просто закрыл санитарный блок, установленный в уголке. Ну и бар с синтезатором в воздухе крепить не стал, Но в остальном поляна осталась открытой. Подумав, я еще бросил конструкт стола и трех кресел, понимая, что не только полежать, но и посидеть захочется.
– Прекрасно, – оценил Олег мою работу. – А сейчас...
– Олег... – простонал я, понимая, что вот сейчас, именно в сию минуту, мне хочется все что угодно, только не секса.
– Андрей, – Олег подошел, и чуть приобнял меня за плечи. – Ты совсем сдурел? – взгляд его был внимательным, и немного сочувствующим. – Неужели ты думаешь, что эннэшше способны на насилие по отношению друг к другу? Сам подумай. Ты смог бы взять кого-то из нас насильно? Нет, я не говорю именно за игры, когда грубость и жесткость являются привлекательными. Я имею в виду настоящее насилие. Тебе хоть раз приходило в голову такое?
– Нет. И не придет, – я отрицательно замотал головой. – Это неправильно. Это против нашей связи!
– И что ты мне сейчас пытаешься навязать? – Олег склонил голову на бок. – Насилие?
– Прости, сглупил, – я виновато вздохнул. – Так что ты хотел предложить?
– Напиться, – спокойно произнес он. – Втроем. Потому что я вас потерял... – Олег перевел взгляд с меня на Родиона. – А алкоголь снимает внутренние барьеры. Ведь так? – я угрюмо кивнул. – Только Андрюх, постарайся действительно напиться, а не просто наглотаться алкоголя.
– Попробую.
Я сглупил, сделав стол квадратным, поэтому переправил форму на круглую. Так что когда Олег вернулся с бутылками, стаканами и закусками, прилагающимися к алкоголю, мы с Родионом уже сидели, угрюмо смотря друг на друга.
– Давайте, ребята. Нам давно уже пора нажраться и выговориться, – предложил Олег, разливая виски. Притом мне, как самому непробиваемому, налил не треть, а полный стакан.
– Это точно. Пора, – пробормотал Родион, впервые подав голос с момента, как мы ступили в долину.
Выпили, не чокаясь. Да и не за праздник пили, а чтобы расслабиться.
– Андрей, постарайся открыться. Даже если по нам ударит, то не сильно. А купол я поставил такой...
– Я уже понял. Рэй, ты как? Выдержишь?
– Я все выдержу, не переживай, – хмыкнул тот. – Не только ментальные удары.
– А ты тоже давай, открывайся, – посоветовал Олег. – Я понимаю, что вы где-то друг друга недопоняли, что-то между вами случилось...
– Нет, – Родион налил себе сам, тоже полный стакан, выхлебав его как воду. – Это не между нами. Это моя проблема. Я сам виноват.
– Да, конечно, – не стал сопротивляться Олег, снова наполнив емкости. – Андрей тоже сам виноват, что не изменил матрицу восприятия. И я сам виноват, что упустил вас. Но давайте как-то разберемся со своей виной, чтобы не гнобить друг друга. Мы не просто любовники, ребята. Наша связь, как бы вы не противились, куда как глубже. Но, по какой-то причине, вы рвете все ментальные и духовные связи, что были между нами.
– Между нами? – Родион кривовато улыбнулся. – Между нами, Олег, связи никогда не было. И не будет. Я тебе всего лишь позволяю трахать Андрея. Точнее – позволял. Сейчас мне однохуйственно, как вы относитесь друг к другу. Сигареты сотвори, будь другом, – обратился он ко мне, тут же потянувшись к пачке, когда та легла на стол. – Андрей меня поправил немного, но у меня, как ни странно, все равно не стоит. И не знаю, встанет ли. Так что, Олежа, будь другом, создай Андрею нормальные интимные отношения, чтобы его не колбасило.
– Откровенно, – Олег хмыкнул. Его стакан был еще полон, а мы уже опустошили бутылку. Бегать за алкоголем к бару было лениво, так что я просто кинул конструкт, наполнив тару. – Только знаешь, Рэй, ты не прав. Все, что ты отвергаешь – есть. Ты хочешь меня. В смысле – хотел. Сейчас как я понимаю, никто из вас ничего не хочет. Но ладно, справимся.
– Я? Тебя? – Рэй насмешливо хмыкнул. – Ты еще скажи, что подтекал как сучка, когда смотрел на ваши игры.
– Подтекал, – Олег хмыкнул. – Притом конкретно. Только у тебя какой-то блок, который ты не можешь переступить. Не хочешь, точнее. Маешься, давишь в себе себя, словно мы не часть друг друга, а сошлись на день или два. Только ты ошибаешься.
– Ну-ну... – Родион уткнулся в собственный стакан, а после резко поднял взгляд на меня. - Ты тоже так думаешь?
Я пожал плечами.
– У нас была всего одна совместная ночь, Рэй, так что я ничего не могу сказать. Точнее, могу, но не буду.
– Почему? – Родион завелся. Видимо, алкоголь уже ударил ему в голову.
– Потому что ты меня пошлешь куда подальше. Вот и все.
– То есть, ты тоже думаешь, что...
– Рэй, родной мой, я сейчас думаю, как избавиться от того дерьма, которого нахватался недавно! – сцепился я с ним. – Мне сейчас хреново! Примерно так же, когда мы с Олегом чистили Урею, убивая малышей. И я не знаю, как это в себе перебороть, понимаешь?!
Мои слова, как ни странно, отрезвили Родиона.
– Дрюх, – он потянулся, взяв мою руку в свою. – Помнишь, как ты тогда себя лечил?
– Помню. Ужирался, – буркнул я, уйдя в свои мысли, но руку не убрал.
Мне было приятно прикосновение Родиона. Притом, он впервые с момента, когда я его забрал с Земли, если не считать того момента, когда он в меня вжимался в своем бреду, прикасался ко мне сам.
– Нет, ты выговаривался. Открывался. Давай сейчас попробуем так же?
Олег кивнул, давая понять, что на данный момент Родион готов принять то, что я ощущаю, и его не прибьет и не ранит.
Ну, раз готов, точнее готовы оба, то мне-то что? Открыть душу и вывалить все дерьмо, которого нахватался. Притом, если честно, по недоразумению.
– Нихрена тебя прихватило... – Рэй даже отшатнулся, ощутив поток эмоций, что я на него вывалил. – С какого?
– Мрис, с Гнышевым и Глобиным, нашли идеальный вариант ментальных матриц, – начал объяснять Олег. – Тебе этот блок пока не скидывали, ты не готов к работе с ним. Оказалось, что Андрей тоже не готов. Не умеет менять матрицы.
– А ты умеешь? – обратился я к Олегу.
– Я – да. Ты просто настраиваешься на какую-то эмоцию, и матрицу, соответствующую твоему настроению, притягивает как магнитом. Это как со сменой ипостасей. Сначала идет медленно, в течение нескольких минут, а потом – перестаешь замечать. У тебя на данный момент, произошла накладка. Ты как бы застыл на моменте смены матриц. Одна не успела уйти, вторая – встала частично. Ты оказался как бы в терминальном состоянии. И ментальный удар, который бы с пользой пришелся на вторую матрицу – первую буквально вплавил в тебя, впаял. Я со Стасом связывался, – объяснил мне свою осведомленность Олег. – А потом и с Мрисом. Исправить эту ситуацию можно... – он кинул взгляд на Родиона. – Но только общими усилиями.
Рэй повернул голову, и долго, с минуту, наверное, смотрел на Олега, после чего виновато развел руками.
– Я – пас.
– Думаю, надо еще выпить, – хмыкнул Олег, направившись к стойке. – Как насчет рома?
– Давай абсент, – предложил я. – Давно уже не пил. Только остуди его нормально.
– Нормально? – Олег хохотнул, принеся бутылку, полностью закованную в лед. – Думаю, этого достаточно. Только бы сейчас чего-нибудь солененького к нему...
– Сейчас придумаю, – я попытался вспомнить вкус сыра дор-блю, единственного, с плесенью, и достаточно вкусного, который пробовал.
На вид сыр соответствовал, а когда я попробовал кусочек, то и на вкус был похожим. Так же сыпанул в отдельную тарелку маслин и оливок. Лимон стоял еще раньше.
– Соответствует, – согласился Олег.
– Разливай, – подставил я стакан, наслаждаясь уже самим видом напитка, что тягучей изумрудной струйкой полился в емкость. – О, черт, сахар забыл, – буркнул я, поставив на стол тарелку со жженным сахаром. – Ну, приятного.
Положив на язык кусочек сахара, я медленно выцедил невероятно горький, обжигающий полость рта напиток, который взорвался сладостью, когда я раскусил сахар.
– Нет, спасибо, – чуть глотнув, Рэй отставил стакан. – Я такое пить не буду.
– Мне больше достанется, – согласился я, наконец, чувствуя приятное опьянение. – А тебе – вот, – я бросил на стол конструкт бочонка с пивом. Скопировал однажды, отметив, как Рэй присосался к бокалу именно этого пива.
– Спасибо, – Родион улыбнулся, но как-то грустно, болезненно.
– Что-то у нас совсем не так, как должно быть в связи эннэшше, – я закурил, за сигаретным дымом скрывая свое разочарование.
Мы больше не были единым целым, и Олег пытался вернуть то... Да не, создать пытался то, чего у нас никогда не было. Мы, хоть Олег и пытался доказать обратное, но были просто любовниками. Потому и не могли открыться друг другу. Потому и держали каждый в себе свои проблемы, не делясь, не сливаясь...
– Ну, осознание, есть первый шаг к единению, – подмигнул Олег. – На самом деле, мы действительно эннэшше. И не спорь, – пресек он мои возражения. – Мы – едины. Просто стараемся по какой-то причине быть самостоятельными личностями. Точнее – вы стараетесь. Держитесь за свою индивидуальность, думая, что потеряете ее в единении. Это страх, – он пожал плечами. – Страх быть зависимым. От чего, Андрей? Рэй? От чего вы боитесь быть зависимыми, рядом друг с другом или со мной? От привязанности?
– Не знаю, – я поднял глаза на Олега. – Мне кажется, что если я откроюсь, если приму эту связь полностью, то что-то изменится. Перевернется. И больше не будет того, что сейчас.
– Ты прав. Не будет, – Олег опер голову на руку, с какой-то мудрой, таинственной улыбкой смотря на меня. – Не будет боли в одиночестве, Андрей. Не будет самого одиночества. Прости, я просканировал ваши отношения с Руарой. И вот что я могу сказать. Ваша связь похожа на то, что я чувствую к вам. Бесконечная и преданная любовь. Бескорыстная. Чистая и спокойная. Когда тебе плохо – ты приходишь к ней под бок, и она слизывает с тебя твою боль. Ты зарываешься в ее шерсть, и все беды, все проблемы исчезают... Так почему бы тебе не получить еще одну ниточку связи с реальностью?
Я удивленно уставился на Олега, и он мне кивнул, подтверждая то, что сказал.
– Для того, чтобы получить такую связь – надо отпустить себя, – Родион цедил пиво.
– А что мешает? Или ты думаешь, что я, или Андрей тебя не поймем? – удивился Олег. – Так ты ошибаешься. Я и так знаю все ваши ментальные и духовные проблемы. Они у вас на лицах написаны. Просто вместо того, чтобы позволить себе осознание, что каждый из нас друг про друга все знает, и перестать закрываться, вы стараетесь закуклиться.
– Все друг про друга? – насмешливо произнес Родион. – Что-то о тебе мы ничего не знаем.
– О, боги... Как же это тяжело... – простонал Олег. – Да просто потянись, дай знать, что тебе интересно, и получишь все, что хочешь! Но ты не тянешься. Тебя интересует только твой мир. И у Андрея та же проблема. Вы как... – разведя руки, он хлопнул себя по бедрам. – Как две улитки в своих панцирях!
– И в определенный момент тебе это надоест, – снова закурив, хмыкнул я.
– Да, надоест, – кивнул Олег, окинув меня острым, пронзительным взглядом. – Я хоть и ведомый, рядом с ведущим, но не подчиненный. И когда мне надоест, я возьму все в свои руки, если вы раньше не угомонитесь, и не начнете доверять друг другу. И мне. Не забывай, кто я, Андрей.
– Это угроза?
– Это – констатация факта, – Олег был предельно честен, открываясь и показывая себя. – Если вы не найдете общий язык, то его буду искать я. И поверь, так или иначе, но мы сольемся в правильную структуру эннэшше. Вот только все зависит от вас. Войдете ли вы в нее сами, или мне придется вас в нее втаскивать.
– Заебись, – пробормотал Родион. – Поводок и ошейник... Кнут тоже будет?
– Получается, что мы слиты на веки вечные? – со смешком, но смотря в глаза Олегу, произнес я.
– Да, – подтвердил тот. – Слиты. Считай, что на нас стоит печать. На троих. И разделить нас может только смерть. Да и то не факт.
– Да мы же всего лишь спим вместе, да и то не часто, – пробормотал Родион.
– Проблема не в этом, – Олег мотнул головой. – Ситуация куда как сложнее. Мрис говорил тебе, Андрей, что мы твои якоря? – Я кивнул. – Так вот. Проблема в том, что потеря якоря, несет за собой очень серьезные последствия. Учти это.
– Да я все понимаю!.. – простонав, уперся я лицом в ладони. – И хочу слиться... Но...
– Да как вы мне надоели! Оба! – прошипел Олег, стремительно поднявшись из-за стола уже ягом. – Мне вас что, своей силой пригреть?!
– Это было бы кстати, – буркнул я, положив на язык кусок сахара, и чуть не подавился им, когда Олег прикоснулся ко мне.
Желание разлилось по телу жаркой, удушливой волной, и все, что я хотел теперь – это секса. Так что, когда Олег кивнул на кровать, я тут же встал из-за стола, потянув за собой и Родиона.
– Дрюх, да ты от меня ничего не получишь, кроме поцелуев... – попытался сопротивляться он, но меня это уже не волновало.
Я просто впился в его губы, опрокинув на себя, и кивнул, когда Олег протянул руку, готовый прикоснуться к телу Рэя. Надо. Надо ломать блоки. И пусть так, если другой возможности нет.
Родион дернулся под рукой Олега и остро, тонко выдохнув, почти со всхлипом, впился мне в губы, подаваясь назад, на ласки, когтистых и чешуйчатых пальцев, что прошлись по его спине. А после и выгнулся, мало что соображая, с глубоким, гортанным криком, приняв в себя член Олега. Меня даже скрутило от зависти к его наслаждению, настолько ярко то отобразилось на лице Рэя. Можно сказать, что он поплыл. Притом сразу, с первого же проникновения. И сам задвигался на члене, что таранил его зад, капая на мое тело смазкой, что сочилась с его члена.
– Ну и садист же ты, – буркнул я, понимая, что нахожусь в незавидной ситуации. Как активный партнер, Рэй сейчас не котировался. Его член не стоял, а поцелуи лишь раззадоривали меня. И хотелось получить если не то же удовольствие, что сейчас получал он, то хотя бы примерное.
Но Рэй мало что соображал. Скорее всего, даже не осознавал, что я под ним лежу, напряженно выгибая спину, подаваясь назад, на член Олега, и продолжая заливать мой живот своей смегмой. Но недолго. Минуты через три его скрутило, остро и отчаянно, и взвыв, Рэй задвигался быстрее, изменившись в лице еще сильнее, выдав такую гамму эмоций, что я чуть не кончил от одного взгляда на то, как ему хорошо. И получил такую струю спермы, что даже на губы брызнуло.
– Не, ну ахуеть, – слизал я остро-пряные, чуть горьковатые капли. – А я?..
– И ты сейчас получишь, – прошипел Олег, еще пару раз двинувшись, чтобы закрепить результат, после чего уложил Родиона, впавшего в какую-то прострацию, на кровать. – Тебя как?
– Так же, можно? – голос сорвался от похоти и желания, и я встал на колени, максимально раздвинув ноги, всем своим видом давая понять, что готов и хочу.
Олег вошел аккуратно, медленно, но его член был так... хорош... что я едва на ногах удержался, когда свело спазмом внутренности. И, не сдерживая себя, приподнялся, чтобы прижаться спиной к его груди. Олег и в виде человека мог похвастаться размерами, но в виде яга, он был неподражаем. Колени подкашивались от движений его члена внутри. Большого, толстого, желанного... Но как Родиона Олег меня решил не доводить. Вместо этого подхватил под бедра, начав дразнить, лаская головкой члена второй сфинктер, самое чувствительное место. Даже ласки простаты не давали мне такого кайфа, как эти, сладостно болезненные движения. Я уже не стонал, всхлипывал, ощущая, как по вискам текут слезы неги, даже не сразу сообразив, как меня опустили на кровать, продолжив это мучительное наслаждение. И, буквально за пару секунд, как я ощутил, что хочу большего, Олег вошел во всю длину, едва не лишив сознания от невероятного удовольствия.
Кажется, я все-таки отключился, потому что как кончил – не запомнил. Вообще ничего не запомнил, и очнулся от того, что меня снова имеют. Открыв глаза, я увидел над собой Родиона.
– Прости, ты так сладко пах желанием и негой, что я не сдержался, – шепнул он мне в губы, впившись глубоким и жадным поцелуем. – Не думал, что меня так поведет, – он закинул мою правую ногу себе на плечо, двинувшись чуть глубже и жестче, ввергнув меня в острый кайф наслаждения. Олег Олегом, но Рэй... Моя душа, и мое наслаждение. И это ощущение я передал ему.
– Откройся ему, Андрей, – услышал я Олега. – Дай понять, что он для тебя значит.
– Вот только пиздежа со стороны мне не хватало, – пробурчал я, охнув, когда Родион вошел чуть жестче. – Да, родной, да... – тело под ним пело, как идеально настроенный инструмент. Каждое движение, прикосновение... Я впитывал их, наслаждался, понимая, что это мой самый идеальный вариант любовника...
– Да-да... – хмыкнул Олег.
– Ладно, хорошо... – едва продышался я после серии движений, что жестко вбили меня в кровать. – Вы оба хороши. Каждый по-своему. Но Рэй... О, боги! – его проход по простате, с жестким ударом в глубину моего тела, был так хорош, что бедра свело судорогой, а в душе взорвалась сверхновая. – Еще! Еще хочу!.. – буквально проскулил я, получив требуемое, и оказался лежащим лицом в кровать.
– А теперь я хочу, – шепнул Родион мне на ухо, приподняв мои бедра, чтобы подложить подушку.
– Я так кончу, и быстро, – простонал я, зная, что сейчас будет. И не ошибся.
Родион начал с медленных движений, постепенно наращивая темп, пока не сорвался в жесткий ритм, от которого мне крышу сносило, сковывая дыхание и заставляя дергаться навстречу, чтобы получить еще большее наслаждение. И когда он начал вбиваться жестко и беспощадно, я не выдержал, и поднялся на колени, чтобы получить еще больше этого сладкого и болезненного довольства.
Родион порыкивал, вбиваясь, я – скулил, выгибаясь под ним, стараясь прогнуться так, чтобы получить все, мне причитающееся, а Олег, лежа рядом уже в ипостаси человека, ласкал свой член, подумывая, кому бы подарить себя в этот раз.
– Давай! – хрипло прошептал Родион, обернувшись к Олегу, чуть шире расставив ноги. – Хочу!
– Не могу отказать, – тихо рассмеялся Олег, пристроившись сзади к Родиону, заодно прикоснувшись и ко мне, через тела посылая и волну полного единения, в котором мы должны были слиться.
Я ошибался, думая, что тону в удовольствии. Я только на его поверхности плавал. Кайф, что получал от секса Рэй – швырнул меня на такую глубину двойственного, или даже тройственного наслаждения, что я безвольно упал на кровать, впитывая в себя это бесконечное довольство единением. Было так хорошо, и так правильно, что я не понимал, как мы раньше друг без друга были. А потом ощутил, что это даже не сексуальное удовольствие, а нечто большее. Мы, втроем, оказались словно прошиты какими-то нитями, что связали нас, как-то одномоментно открыв друг другу, сделав единой структурой. Но мне было так хорошо от этого единения, что я отбросил все мысли, отдаваясь сладкой и безудержной неге, что сплела наши тела.
Родион кончил первым, и я его понимал. С таким-то орудием, как у Олега, сложно не довести. Можно даже сказать, что с ним кончаешь от боли, но такой сладкой и желанной, что хочется повторять раз за разом. И, когда Рэй повернул меня на спину, я ожидал, что он предложит Олегу закончить этот марафон. Но нет. Он впился губами в мой член, буквально за считанные секунды выдоив его до полной пустоты.
После, тяжело дыша, мы лежали на кровати, мокрые от пота, спермы, и невероятно довольные.
– Рэй, – шепнул я на ухо эннэшше. – Олегу тоже надо расслабиться...
– Ответом мне был удивленный взгляд, и пришлось прикрыть веки, подтверждая.
– Дай пару минут восстановиться, – шепнул Родион. – Вот что-что, а его... – и расплылся в улыбке.
– Я все слышу! – хохотнул Олег.
– И что? – Родион приподнялся на локтях.
– Я – за.
Олег рассмеялся как-то спокойно и душевно. И я понял, что он давно наш, а вот мы... Я и Рэй... Два идиота, которые как бы и вместе, и все равно порознь.
– Я люблю тебя, Родион, – шепнул я своему эннэшше в губы, перед тем, как поцеловать. – И не оставлю никому и никогда. И тебя люблю, – повернулся я к Олегу, смотря в его глаза. А после и потянулся, чтобы поцеловать, и тот приподнялся навстречу, взглядом спрашивая, не лгу ли я, получив ментальный ответ. А после и поцелуй.
– Слава яйцам, наконец-то хоть один из вас осознал, – Олег улыбнулся, после чего провел рукой по волосам Родиона. – Ты поймешь чуть позже, как мы тебе дороги. Не ломай себя. Просто живи и наслаждайся тем, что есть, хорошо?
– Если я кого и люблю, то Андрея, – глухо отозвался Рэй. – А ты...
– И меня полюбишь, – хмыкнул Олег. – Когда-нибудь.
