Притон

Три дня Дахён проводит в постоянном напряжении, нетерпеливо ожидая звонка с подтверждением её участия в фотосессии. Девушка не позволяет себе расслабиться ни на минуту. Она практически ничего не ест, боясь не влезть в наряды на фотосессии, пусть у Ли и замечательная фигура. Дахён постоянно дефилирует по своему номеру в отеле перед зеркалом, стремясь довести всё, начиная от позы и заканчивая взглядом, до совершенства. Ли не может разочаровать своего кумира, которого превознесла в ранг божества. Девушку сейчас больше заботит не то, как на её снимки отреагируют директор модельного агентства и сам фотограф, а что скажет Уджин. Пусть в Дахён самоуверенности столько, сколько хватит на десятерых, но если Сон будет ею недовольна, то Ли окончательно и бесповоротно начнёт ощущать себя самым настоящим ничтожеством. Именно поэтому она просто обязана выложиться на все двести процентов, дабы в последствии заполучить ту жизнь, о которой мечтала всё детство. Каждую ночь, прежде чем уснуть Дахён всегда пыталась представить себе повседневную жизнь Сон Уджин. Тогда Ли была убеждена, что жизнь её кумира невероятно увлекательна, уж куда интереснее будней простой школьницы из провинции. Наверняка такая востребованная модель посещает всевозможные закрытые вечеринки, на которых присутствует вся элита столицы. Они там пьют шампанское, слушают приятную музыку и обсуждают последние коллекции известных брендов, а также последние скандалы из светской хроники. Дахён всегда засыпала с одним единственным желанием: однажды стать частью этого привилегированного общества. В воображении девушки эти люди всегда были ангелами, которые сошли с небес на землю, дабы простые смертные могли лицезреть нечто прекрасное. Разумеется, у ангелов нет никаких недостатков. Наверняка они не такие тупые, слабохарактерные и простодушные как одноклассники Ли. И конечно Дахён всегда считала себя выше собственного окружения. Разве может такая красивая и уникальная девушка растрачивать свою жизнь на таких ничтожеств, что окружали её с самого рождения. Ли была рождена для жизни в лучах славы, чтобы её желали миллионы мужчин, и завидовали миллионы женщин. Порой Дахён даже задавалась вопросом: чем её ничем не примечательные родители заслужили рождение столь потрясающей дочери? И вот, когда мечта подошла вплотную нужно было просто ухватиться за неё, и пусть она несёт девушку дальше в удивительный мир грёз, который сияет словно свиток чистого золота. Когда наконец девушке звонят и говорят, что фотограф её выбрал, Дахён не может унять сильную дрожь во всём теле. Девушке кажется, что это самый волнительный момент за всю её жизнь. Хотя это вполне естественно, ведь он решающий. От того дня, а если быть немного точнее вечера (если брать в расчёт концепцию снимков), зависит слишком многое. Наконец настал звёздный час Ли, когда она сможет продемонстрировать, что не зря убивала всё своё время в модельной школе. Этот день просто обязан стать триумфом Ли Дахён, и пусть все те, кто не верил в её успех поперхнуться собственной желчью. Девушка уже на финишной прямой и лишь катастрофа вселенского масштаба сможет её остановить, потому что Дахён сама словно шторм готова снести всё, что будет так или иначе мешать ей на её пути к мечте. Человек, который страстно желает чего-то воистину страшен в своей решимости. Некоторые вовсе перестают замечать что-либо вокруг себя, для них существует лишь их цель, а остальное это просто ненужные безделушки, которые мозолят глаза. Дахён принадлежала к числу таких людей. Она не желала осознавать, что может быть жизнь, о которой она мечтает не столь радужна и привлекательна, может истинное счастье совсем в другом? На подобные ненужные размышления девушка предпочитала не тратить своего времени, которого и так было в обрез. Разве она может ошибаться? Разве могут эти ангелы оказаться отнюдь не святыми? И разве может эта начищенная до блеска жизнь с экранов телевизоров иметь обратную сторону, которая больше напоминает злачный притон? Конечно же нет! Дахён просто не может ошибаться, она выбрала правильную цель и верно расставила приоритеты. Она уж точно ни о чём не пожалеет, в отличие от своих одноклассниц, которые в недалёком будущем станут офисным планктоном, живущим от зарплаты до зарплаты и не видящим другой жизни за исключением своих офисов и домов, где их ждут несколько голодных ртов, которым нужно уделить своё внимание. Примерно за час до начала съёмки Дахён прибыла на место. Фотограф решил провести фотосессию в одном из городских парков, когда уже наступили сумерки. Всё дело было в том, что на некоторых деревьях в этом парке были повешены небольшие фонарики, которые зажигались с наступлением темноты. В итоге создавалась воистину сказочная атмосфера, которая должна была передаться и фотографиям. Задачей Дахён было отыгрывать волшебный образ лесной нимфы, даря возможность людям, что увидят фотографии с ней, немного помечтать. Рядом с местом проведения съёмки уже находилось необходимое оборудование, в том числе и маленький столик с косметикой. На импровизированной площадке находились трое. Фотограф настраивал свою камеру, визажист доставала необходимые кисти, а на раскладном стуле немного в стороне гордо восседала Сон Уджин и пила кофе из пластикового стаканчика. Мало кто подозревает, но за красивой картинкой с обложек зачастую скрывается адский труд, стоящий многим нервов и здоровья. Но все эти люди прекрасно знали, на что идут. Они не строили никаких песочных замков, а напротив прекрасно осознавали, что придётся совсем нелегко. Но каждый из них болел своим делом, в буквальном смысле этого слова. Любой человек, который знает об этом мире лишь понаслышке мог посчитать всех работников этой индустрии просто безумцами, которых нужно срочно отправить на лечение. Они и были в определённом роде безумцами. Каждый отдаётся чему-то без остатка, напрочь забываясь в процессе. Кто-то отдаётся любимому человеку, кто-то детям, кто-то удовольствиям, а кто-то любимому делу. Дахён несомненно льстит осознание того факта, что скоро и она сама станет одной из тех, кто относится к последней категории. Все любят быть частью чего-то огромного и важного, так повышается чувство собственного достоинства. Дахён нашла тот механизм, в котором хотела стать одной из шестерёнок. Конечно долго мириться с ролью простой шестерёнки она не будет, слишком маленький размах для такой натуры, но начинать с чего-то же нужно было. Дахён, как бы она ни желала чувствовать себя словно рыба в воде, но присутствие здесь Уджин несомненно добавляет некоторого дискомфорта. Ли даже боится сделать лишний шаг, дабы не вызвать разочарование у своего кумира. Раньше работа с фотографами всегда давалась девушке легко. Для неё это было весьма тесное, практически интимное взаимодействие. Между моделью и фотографом возникала особая эмоциональная связь на время съёмки. Они прекрасно чувствовали настроение друг друга и могли с лёгкостью предсказать следующее действие своего коллеги. Но сегодня на съёмке присутствует Уджин, и пусть Дахён ещё даже не успели накрасить, а она уже чувствует, что всё идёт не так. Фотограф её сейчас интересует в самую последнюю очередь, она не хочет сближаться с ним. Куда важнее для Ли сейчас её кумир. Сон захватывает всё внимание девушки, не позволяя отвлекаться ни на что. Каждый взгляд, каждый жест профессиональной модели заставляет уроженку Ильсана вновь и вновь буквально влюбляться в эту женщину. Дахён её боготворит. Она хочет стать хоть немного ближе к своему идеалу, завладеть его вниманием, вот только идеал выстроил вокруг себя ледяную стену, пусть и пытается показать заинтересованность. Пока с Дахён работает визажист, фотограф, которого кажется звали Минсок, о чём-то разговаривал с Уджин. Разумеется Ли ничего не могла услышать, даже посмотреть лишний раз в их сторону ей не позволялось, но из тех кратких мгновений, что девушке всё же удалось увидеть, она могла сделать вывод, что Сон будто успокаивала Минсока. Мужчина активно жестикулировал, а Уджин оставалась всё такой же невозмутимой и что-то говорила ему, похоже желая убедить в своей правоте. В итоге Минсок всё же немного успокоился и вернулся к своему импровизированному рабочему месту как раз в тот момент, когда Дахён была полностью готова. Ли выполняла свою работу практически на автомате, лишь иногда принимая к сведению некоторые замечания фотографа. В памяти девушки быстро возникали наиболее привлекательные позы, и она их принимала, но мысли Дахён были полностью посвящены Уджин. Если до этого женщина казалась весьма равнодушной ко всему происходящему, то сейчас она внимательно наблюдала за Ли. Сон словно старалась рассмотреть каждый изгиб тела, и пусть на девушке было надето лёгкое платье из полупрозрачной ткани, Дахён чувствовала себя полностью обнажённой. Столь пристальный взгляд должен был льстить девушке, но в итоге вызывал один лишь дискомфорт. Уджин сейчас похожа на хищника, что выслеживал свою добычу. Оставалось лишь загадкой: поглотит этот лакомый кусочек Уджин одна или же поделится с кем-то добычей? В какой-то момент Дахён осознала, что мыслит в слишком отрицательном ключе и пора бы заканчивать. Постепенно Дахён всё же удалось абстрагироваться и полностью посвятить себя работе. Девушка напомнила себе, что от этой фотосессии зависит чуть ли не вся её жизнь. Если успешно выполнит сегодня свои непосредственные обязанности (а Ли была уверена в себе на все двести процентов), то сможет обеспечить себе будущее, которое она несомненно заслуживала. Наверняка сделанные сегодня снимки попадут в какой-нибудь модный глянец, и Минсок станет для Дахён фактически крёстным отцом. Оставался лишь один вопрос: а доволен ли сам фотограф получившимися кадрами? В целом он дал Ли указания лишь несколько раз, а потом полностью погрузился в процесс, больше не делая никаких замечаний. Вначале девушка подумала, что Минсоку совершенно безразлично то, чем они сейчас занимаются, но потом она пришла к мысли, что просто хорошо выполняет свою работу, и всё идёт как по маслу, а следовательно поводов для замечаний нет. Придя к такому оптимистичному выводу, Ли постаралась сохранить этот настрой до завершения съёмки. Что ей вполне неплохо удалось. Когда наконец был сделан последний кадр, и Минсок, поблагодарив Дахён за проделанную работу, сказал, что она может быть на сегодня свободна, Ли тут же подошла к Уджин с одним лишь желанием: услышать её профессиональный вердикт. Сон к тому времени уже давно допила свой кофе и сейчас посвятила себя полностью курению. Женщина словно погружалась в нирвану, а её разум улетал вместе с никотиновым дымом. Зрелище воистину прекрасное. Так красиво и элегантно курить могла, пожалуй, лишь Сон. Мама Дахён тоже в своё время курила, но потом смогла побороть зависимость. Но образ курящей матери, который Ли собирала из воспоминаний детства, вызывал лишь отвращение. Девушка всегда относилась к курению негативно, но сейчас, смотря на Уджин, она начинала чуть ли не боготворить курение, как и саму женщину. — Что скажете? Как думаете, у меня неплохо получилось? Дахён сейчас была больше похожа на маленького ребёнка, который в любом своём начинании ищет одобрения родителей. Жаль только терпения, свойственного всем родителям по отношению к своему чаду, у Сон не было. Женщина была явно недовольна тем, что её заставили вынырнуть из омута собственных мыслей, но своё раздражение Уджин всё же старалась скрыть. Она лишь укоризненно посмотрела на Ли, а потом очаровательно улыбнулась, словно ничего и не было. — Ну разумеется. Уверена, Минсоку было лишь в радость работать с тобой, и скоро у нас всех будет удовольствие увидеть тебя на обложке, — женщина потушила сигарету, а затем встала со стула и направилась к выходу из парка, намекая жестом Дахён следовать за ней. — А сейчас я предлагаю немного отпраздновать твой дебют. Хосок наверное уже подъехал. Ты же его помнишь? — Конечно, — особенно хорошо Дахён помнила свою неловкость при встрече с Чоном, а потому встречаться с ним вновь она не горела желанием. — Вот и славно. Мы хотели отвезти тебя в одно замечательное местечко. Отдохнёшь, расслабишься и заодно немного повеселишься. — Мне как-то неудобно. Я наверное лучше поеду в отель и немного отдохну. Как бы Дахён не хотелось поехать, но она действительно устала после сегодняшней съёмки. Да и время было уже позднее, и девушку клонило в сон. Но помимо этого была ещё одна причина. Если за Уджин девушка была готова последовать и в огонь и в воду, то Хосок не внушал ей такого доверия. Конечно не было этого детского страха, что возникает после слов родителей «никогда не садись в машину к незнакомцам», но определённая тревожность всё же присутствовала. Взрослый, едва знакомый мужчина и такая маленькая Дахён. Не самый лучший вариант на вечер. — Неужели ты хочешь нас с Хосоком оставить одних? Мы же специально для тебя устроили этот праздник. Или ты нас боишься? — Нет, нет! Что Вы такое говорите?! Конечно же я вас не боюсь. — Тогда почему отказываешься? Уджин сейчас больше напоминала девушке змия-искусителя, который так настойчиво предлагает вкусить запретный плод. В итоге Дахён всё же решает поддаться соблазну и соглашается. Она никогда не была послушной и прилежной девочкой, а сейчас, когда рядом нет ни одного «надзирателя» царящая вокруг свобода опьяняла разум, заставляя соглашаться на любые безумства. Да и разве можно было назвать праздник, устроенный Хосоком и Уджин, безумством? Ведь маленькая вечеринка ещё никого не убила, так к чему отказываться? Дахён уже не маленькая девочка, чтобы сидеть вечерами дома и ложиться спать в десять. Взрослая жизнь со всей её вседозволенностью так и манила к себе, к тому же Ли действительно считала этот день своим триумфом, а потому было просто непростительным грехом не отпраздновать. Родители сегодня вечером ограничатся простой смской со словами, что их дочь очень устала, а потому позвонит утром. Всё равно мать и отец в Ильсане и никогда не узнаю о маленькой, совершенно безобидной лжи своего «невинного» чада. Наконец добравшись до выхода из парка, Дахён видит припаркованную неподалёку иномарку, и судя по тому, что Уджин направилась именно в её сторону, эта машина принадлежала Хосоку. Сон заняла место рядом с водителем, а девушка села на заднее сидение. Это обстоятельство несомненно радовало Ли. Так она могла избежать пристальных взглядов в свою сторону, которые могли сделать её лишь ещё более зажатой. — И снова здравствуй, юное дарование из Ильсана. — Здравствуйте, Хосок. Дахён чувствует себя не человеком, который совсем недавно закончил школу, а тем, кто в детский садик только вчера перестал ходить. Чувство весьма паршивое и пора бы его перебороть в себе, но Ли всё никак не могла начать чувствовать себя спокойнее в присутствии Хосока. Будь они и вовсе наедине, девушка наверняка бы выпрыгнула из машины от смущения. Только присутствие рядом Уджин и спасало положение. Сон даже не нужно было ничего говорить. Осознание самого факт, что она рядом помогало девушке успокоиться. Поездка не продлилась долго и уже примерно через полчаса машина остановилась у здания с яркими неоновыми вывесками. Название этого заведения Ли совершенно ни о чём не говорило, но что-то подсказывало девушке, что это ночной клуб. Дахён не хотела признаваться своей «компании», что недолюбливает подобные места. Ли никогда не могла расслабляться в клубах. Громкая музыка и толпа нетрезвой молодёжи вызывали у девушки лишь головную боль и раздражение. Она всегда чувствовала себя там как на иголках, поэтому зачастую отказывала знакомым, которые звали её в ночные клубы. Но отказать Уджин и Хосоку она не могла. Дахён уже поехала с ними, и если сейчас сбежит, то это будет выглядеть как трусость с её стороны. К тому же Ли хотела выглядеть в глазах новых знакомых более взрослой, а какой взрослый человек будет избегать подобных мест? Так во всяком случае полагала сама Дахён. Оказавшись внутри, девушка увидела вполне ожидаемую картину. Громкие биты заполняли всё помещение, от этой музыки нигде нельзя было скрыться. Тёмный танцпол, который освещался лишь краткими вспышками разноцветных огней был полностью забит танцующими молодыми людьми. И пусть сегодня был будний день, но это досадное обстоятельство не мешал алкоголю в этом месте литься рекой. Днём Сеул выглядел как офисный работник, что добросовестно трудится изо дня в день на благо своей компании, но ночью этот город начинал играть совершенно иными красками. Он был похож на запретный, но такой манящий и сладкий плод, который может свести с ума любого неискушённого развлечениями человека, такого как Дахён. К большому удивлению Дахён, Уджин и Хосок не пожелали оставаться в главном зале клуба, а направились в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Ли оставалось лишь покорно за ними последовать. На втором этаже заведения располагались отдельностоящие столики, которые похоже предназначались для посетителей побогаче. Столики были отгорожены друг от друга небольшими ширмами. Особой потребности в этих самых ширмах не было, но похоже обеспеченным гостям было куда комфортнее отдыхать в относительной изоляции друг от друга, пусть изоляция и была весьма иллюзорной. Наконец Хосок и Уджин остановились рядом с одним из столиков, который уже был заполнен различного рода алкоголем. Это обстоятельство сразу не понравилось Дахён. Но она надеялась, что в этом клубе так сервируют все столики, а потом просто убирают по просьбе клиентов лишние бутылки, и что это не новые знакомые заказали столько выпивки. — Дахён, располагайся как тебе удобно, ведь сегодня именно ты главная героиня торжества, — Чон по-джентльменски пропустил даму вперёд, и Ли оказалась на диванчике между Уджин и мужчиной. — Предлагаю начать наш маленький праздник с шампанского. Хосок потянулся к бутылке шампанского и уже начал её открывать, а Дахён всё никак не могла подобрать слов, чтобы вежливо отказаться от алкоголя, но при этом никого не обидеть. Ли всё ещё не чувствовала себя в обществе Сон и её друга достаточно свободно и раскованно, чтобы выпивать с ними. Как бы девушка не хотела казаться взрослой, но всё же некоторые детские страхи давали о себе знать. К тому же Ли почти никогда ранее не пила и боится сейчас ударить в грязь лицом, а этого никак нельзя было допустить. Но к сожалению, Дахён так и не смогла найти, что сказать в такой ситуации и просто отставила от себя, предложенный бокал, чем тут же вызвала недоумение на лицах Уджин и Хосока: — Дахён, ты не хочешь шампанского? — мужчина, который уже где-то пять минут мучился над этой злосчастной бутылкой, был явно раздосадован таким положением дел. — Нет, дело совсем не в этом, просто... — Что «просто»? — Уджин скопировало интонацию девушки на последнем слове, что звучало не очень дружелюбно, но Дахён решила не зацикливать своё внимание на этом. — Просто мне не очень удобно. Мы же не так давно знаем друг друга, а уже пьём вместе. Мне правда ужасно неловко. — Дахён, ну к чему заводить эту шарманку? — Хосок всё же отдал неподдающуюся ему бутылку одному из сотрудников клуба и перевёл всё своё внимание на разговор. — Алкоголь как раз поможет нам немного сблизиться. Ты же уже взрослая девочка, чего боишься? Мы ведь с Уджин можем и обидеться. — Неужели ты так хочешь нас обидеть, Дахён? Слова Уджин лишь подливали масла в огонь. Дахён себя чувствовала словно меж двух огней: с одной стороны были представления о правильности, которые ей привили родители, а с другой желание не разочаровать Сон и Чона и остаться в их компании. Девушка понимала, что нужно как можно быстрее принять решение, и в этой ситуации наставления отца и матери явно проигрывали. Уджин и Хосок с их предложениями казались куда более привлекательней, чем нудные родители с их лекциями о том, что такое хорошо, и что такое плохо. Прямо сейчас перед Ли открывался яркий, интригующий и манящий мир, в который её так активно зазывали. В этом мире нет ни забот, ни границ, ни указок. Есть лишь свобода и удовольствие. Разве это не та взрослая жизнь, к которой так стремилась Дахён? Она ведь уже давно не маленькая и может делать всё, что только захочет. И сейчас она хочет остаться с Уджин и Хосоком, так зачем отказывать себе в исполнении желаний? — Нет, не хочу. Я хочу остаться и отпраздновать вместе с вами. Что там с этим шампанским? Ли берёт свой бокал, намекая на то, что согласилась сегодня немного повеселиться вместе с этими людьми. В этот же момент сотрудник наконец открывает бутылку шампанского, что сопровождается бурными аплодисментами сидящих за этим столиком. Первый бокал Дахён тут же выпивает залпом, совершенно не беспокоясь о правилах приличия, а услышав от Уджин слова «хорошая девочка», окончательно убеждается в правильности своего поступка. Девушка пьёт за свой будущий успех, за подарок судьбы в лице новых знакомых и, разумеется, за вступление в новую жизнь, которая подарит Ли исполнение всех, даже самых безумных желаний. Постепенно Дахён совершенно перестаёт следить за тем, сколько она выпила. Да и разве это сейчас важно? Куда важнее то, что девушка наконец перестала смущаться и почувствовала себя комфортно в окружении людей, которых уже готова назвать друзьями. Шампанское, мартини, ликёр, всевозможные коктейли, виски. Девушка уже даже не хочет запоминать названия всех тех бесчисленных напитков, что она пьёт. Да и к тому же Уджин и Хосок добавляют азарта. Не успевает Ли отставить от себя один бокал, как они уже подают ей другой и активно подбадривают, когда Дахён и его опустошает до дна. В самом начале этого застолья девушка не решалась выпить что-либо, пока этого не начнут делать Сон и её друг, а сейчас она совершенно не обращает на них внимания. Ли не может точно сказать, что они пьют и пьют ли вообще. Главное, что они веселятся вместе с ней и не позволяют Дахён долго сидеть без бокала в руках. Разве девушке ещё что-то нужно? Постепенно Ли начинает забываться в этом дурманящем сне. Она прикрывает глаза и растворяется в переполняющих её чувствах. Постепенно Дахён даже перестаёт замечать разницу между Уджин и Хосоком. Кто ей даёт новый бокал? Кто подаёт какие-то странные таблетки, чуть ли не силой заставляя их проглотить? Кто сейчас сидит непозволительно близко к ней и исследует руками юное и такое податливое тело? А главное: с кем сейчас целуется Дахён? Всё это совершенно безразлично. Девушка уже давно не отдаёт отчёта о своих действиях, ей хочется лишь получать ещё больше ласки, идя на поводу у своих желаний. Реальность превратилась в туман, и лишь иногда возникают отчётливые образы, но эти мгновения настолько краткие, что восстановить полноценной картины никак не удаётся. Дахён способны возвращать в реальность лишь наиболее яркие образы. К примеру, дым с неприятным запахом от сигарет Уджин. Только это помогает Ли понять, что женщина сейчас стоит в стороне и курит. Это значит, что рядом с девушкой сейчас Хосок. Дахён даже не заметила, как легла на диванчик, на котором ранее сидела вся компания. Чон навис сверху и покрывал ключицы девушки неприятными поцелуями, постепенно опускаясь всё ниже и ниже. Его руки покоились на талии Ли, и лишь на секунду могли оказаться на груди Дахён. Будь девушка в более вменяемом состоянии, она наверняка бы сгорела со стыда, оттолкнула бы мужчину и убежала из этого злачного места. Но сейчас она совсем не желает осознавать весь ужас всего происходящего. Хочется лишь ещё ближе, хочется ни на минуту не останавливаться, ведь так хорошо ей ещё никогда не было. Странно только, что Уджин не хочет тоже почувствовать этого блаженства и стоит в стороне. Впрочем, она наверняка скоро вернётся, погружая Дахён всё глубже в это безумство.