Радио «Полуночное»

      Вы были в Париже? Если нет, то очень зря, ведь сей город есть чудесное творение сам по себе: изысканное переплетение архитектурных стилей, отражающих в себе весь спектр истории Франции, мода, признанная на всём белом свете. Ох, за всю историю сколько событий здесь произошло? Сколько великих людей здесь были рождены? А сколько здесь остались на века?.. Если бы Париж был человеком, то количеством титулов он бы с лёгкостью переплюнул Александра Невского… Да-да, того самого… Париж, эта вторая столица парфюмерии. Эти запахи превосходны! А багет в местных пекарнях… Это сказка! К тому же, Париж является столицей отвёрток. Таких отвёрток, какие лежат на прилавках хозяйственных магазинов в Париже, вы не сможете найти нигде. Вся мировая богема предпочитает использовать только французские парижские отвёртки. Что ты, в этом городе настоящий культ этих инструментов: многие парижане называют в честь отвёрток своих детей. Чтоб вы знали, на верхушке Эйфелевой башне расположена именно отвёртка, устремлённая к солнцу. Не стоит проверять, информация точная.       И так уж случилось, что именно этот город выбрал для своей жизни и жизни своего крестника Римус Люпин. На небольшой улочке, в которую изредка может зайти турист в поисках каких-либо архитектурных изысков и на которую почти не обращают внимание местные жители, проходя мимо, в четырёхэтажном доме на минус десятом этаже и проживают наши герои. Несмотря на то, что улочка небольшая, она имеет очень богатую историю, ведь именно в этих домах жил величайший непризнанный философ девятнадцатого века Жак Непризнанный.       Римус Люпин снимал трёхкомнатную квартиру у одного весьма зажиточного представителя французской интеллигенции, который являлся далеко не последним человеком в министерстве магии и сутками пропадал на различных светских мероприятиях, встречах и модных показах. Квартиру он сдавал за весьма приемлемую цену, был всегда вежлив и интеллигентен и совершенно спокойно относился к представителям негроидной расы: ко всем, кроме чернокожих. Изредка захаживал он «для проверки» и в гости к Римусу, где, по большей части, пил восхитительный английский чай, купленный в ближайшем продуктовом магазине и сетовал на то, что отвёртки нынче пошли не те. Падение качества отвёрточных инструментов — проблема того периода французской истории. Непризнанный историк Жен Непризнанный, внук знаменитого Жака и современник этого периода, даже назвал это время «Великой отвёрточной депрессией». Этот термин можно встретить и по сей день в работах весьма талантливого молодого историка Джона Непризнанного.       Квартира, снимаемая Люпином, была не очень большой, но весьма уютной. Располагалась она, как уже говорилось ранее, на минус десятом этаже, но этого практически не ощущалось из-за волшебных окон, в которых всходило и заходило солнце, за которыми иногда шёл снег или лил дождь и вдали была видна река Сена.       Поначалу Римус подрабатывал в местной газетёнке, где подробно расписывал что, когда, в какой грунт и при каком положении звёзд нужно высаживать, чтобы получить наилучший результат. К чудовищному сожалению кто-то принёс в типографию учебник Гербологии за третий курс, в следствие чего Римус был раскрыт и уволен. Гарри, к счастью, к тому моменту уже подрос и стал весьма самостоятельным мальчиком, а поэтому, как рассудил Люпин, можно было уже оставлять его одного на полдня дома и спокойно ходить на работу в местный Орден правопорядка. Эта ошибочная гипотеза чуть не стоила жизней многим.       Гарри Поттер, сколько себя помнил, был очень ответственным и трудолюбивым мальчиком. Он с максимальной серьёзностью подходил к задачам, поставленным перед ним. Ещё он был крайне самостоятельным: таким уровнем самостоятельности из британцев могли похвастаться только он и королева Британии.       Был уже практически вечер. Солнца в фальшивых окнах плавно опускалось за горизонт. Не существующий, судя по некоторым речам некоторого человека, герой Магической Англии читал за кухонным столом. Всё было максимально спокойно, и лишь один таракан, лишённый смысла жизни, решил досрочно уйти в мир иной. Жизнь тараканья тяжела. Жизнь этого таракана была неподъёмной ношей. Постигнув всю тягость своего положения, наш тараканий друг залез по стене в вентиляцию. Собрался с духом. Всё. Последний вздох. Последний шаг.       Он упал в раскрытую книгу, смысл которой около часа со всей серьёзностью и ответственностью пытался постигнуть Гарри. Он выжил, однако осознать это не успел, так как погиб.       Поттер боялся тараканов, а оттого, лишь только заметив нечто упавшее и ничего не поняв, на рефлексах быстро захлопнул читаемое литературное издание. Гарри уже в те годы отличался прекрасными познаниями во многих сферах и знал, что тараканы поодиночке не живут. Сопоставив два и восемь и получив сорок три, Поттер объявил войну членистоногим.       Он кетчупом нарисовал боевой раскрас, взял порошкообразную отраву, насыпал её в вентиляцию. Насыпал много, чтоб наверняка. Посидел, подумал. Решил, что тараканы могут уползти вверх к соседям. Посидел, подумал еще. Гениальные решения, как правило, просты и гениальны. Поттер включил вентиляцию.       Но была зима. Шёл мокрый снег. Вентиляция была забита. И весь этот порошок, вместо того, чтоб покинуть подземный архитектурный комплекс и подкинуть в атмосферу Парижа новых химических элементов, по вентиляции по всем квартирам и разошёлся. Могли быть жертвы, если бы не одно но: рядом с ядом стояла коробка с летучим порохом. Римус, возвращаясь с дежурства, увидел, что перед домом стоят жители и чихают. На вопрос «что случилось?» быстро получил ответ «проблема с вентиляцией». Стоят люди, а Поттера нет. Он рванул вниз, спустился на этаж и, в ожидании чего-то ужасного, открыл дверь. А Поттер спокойно сидел и дочитывал книгу. Заметив пришедшего он кинулся ему на встречу с криком: «Римус, я тараканов потравил!». Влетело ему тогда сильно.       У соседей сверху как раз в момент происшествия на плите готовилось знаменитое украинское блюдо «Борстч». Кастрюля стояла на огне. Хозяйка в этот момент клеймила местную власть. Летучий порох, вылетев из вентиляции, попал на огонь. В общем, эту кастрюлю потом в Министерстве магии Франции видели.       Всё разрешилось весьма быстро: вентиляцию прочистили, квартиры провентилировали, людей запустили. В причинах никто разбираться не стал, как специалистов не просили жители, в отчёте указав «засор».       Время шло. Римус всё больше и больше времени отдавал работе, устраивая себе выходные лишь в те дни, что перед полнолунием и после полнолуния. Поттер же учился усердно, от нечего делать много читал — умнел просто на глазах. Рос, правда, значительно медленнее, но рост — дело наживное, а знание есть основа успеха. Начал осваивать беспалочковую магию: правда, чуть не спалил квартиру. И, в принципе, всё шло замечательно до того момента, когда пришло то самое письмо. То самое, которое оно самое, если кто-то не догадался…