Как ты думаешь, что он чувствует?
18 января 2019 г., 18:00
***
Очередной концерт, Чонгук не отлипает от Чимина, а Тэхен старается не надавать по голове обоим за такие нежные обнимашки и улыбочки. Ему до слез и искусанных до крови губ обидно за такое поведение его любимого. Он старается не смотреть, чтобы не мучить себя ещё больше, но словно намеренно, эти двое постоянно мелькают перед его глазами. В общежитии Тэ попытался снова поговорить с Гуком, пока все находились в общей гостиной, обсуждая прошедший концерт: — Чонгуки, – позвал Ви, сидящего на стуле Чонгука. Но тот лишь слегка приподнял голову и вопросительно посмотрел на Ви. — Что, хён? – тот же безразличный тон, холодное уважительное обращение, подчёркивающее, что они никто друг другу. — Пойдем со мной за кофе? – Тэ, хотел выманить Чонгука на кухню, чтобы была возможность поговорить. — Я не хочу кофе, – слегка качнул головой Гук, – возьми Хосок-хёна, а мы с Чимин-хёном хотим по репетировать. Встает и уходит, оставляя растерянного Тэхена, который чувствует на себе взгляды мемберов, в основном сочувственные, что еще сильнее бесит. Вот так просто отказал, не посчитав нужным пойти на встречу. Один единственный человек, который был сейчас по-настоящему в гневе, так это Юнги. Он сверкнул глазами, прожигая спину уходящего Чона. Снова исхудавший и бледный Тэхен с темными кругами под глазами, за которые его уже несколько дней подряд ругает визажист. Ссылаясь на то, что их очень трудно замазать. Только вот Чонгук в этот раз слишком жесток. Он не дает Ви возможности даже объясниться. Обрывает все ниточки к разговору, избегает ситуаций, в которых они остаются наедине. Терпение Шуги лопнуло, громко хлопнув где-то внутри. Он регулярно заставал Тэхена в разных местах в полнейшем одиночестве с наполненными болью глазами. Тэ не хотел, чтобы его видели таким подавленным, но душевные страдания невозможно было постоянно прятать. Ему было необходимо побыть наедине с собой и постараться привести мысли в порядок. В присутствии остальных Ви старался быть бодрым и веселым. Только Юнги он позволял видеть его растрёпанные чувства. Тэ не знал, что ему делать. Он уже 100 раз пожалел обо всем, чем мог обидеть своего золотого макнэ, но ему не давали возможности даже просто извиниться. Шуга устал смотреть на то, как Тэхен страдает в одиночестве или заливает слезами его плечо, попутно ругая себя, что он не женщина и не должен так раскисать. Ему надоело видеть, как младшие реагируют друг на друга, их косые взгляды, пока другой не видит. Это невыносимо раздражало, поскольку Чонгук следил за Тэхеном скрываясь, но говорить с ним отказывался. Тэхен постоянно ходил бледный и измученный. Даже когда он улыбался, в его глазах читалась такая безнадежность, что становилось жутко. Юнги боялся, что Тэхен смирится и перестанет бороться и пытаться. С этими мыслями Шуга поднимается и выходит вслед за Чонгуком и Чимином, которые шли по направлению в танцевальный зал. Зайдя внутрь практически следом за ребятами, он широкими шагами приблизился к Чонгуку: — Есть разговор, жду тебя через 10 минут в студии, – глядя в глаза удивленному Чону, холодно бросает Юнги и выходит, закрывая за собой дверь, не дожидаясь ответа. — Я думаю, что стоит пойти прямо сейчас, – говорит Чимин, – что-то видимо произошло. Юнги-хён по пустякам не сердится, как ты знаешь. А сейчас он действительно в бешенстве. Я таким его давно не видел. Иди, лучше перенесём нашу репетицию. Чонгук кивает и поспешно покидает зал, следуя за Мином, который уже подходил к нужной двери и, открыв ее, щелкнул выключателем, заливая комнату мягким светом. Он любит свою студию, как родное детище. Здесь на бумаге рождается его музыка, тут он полностью расслаблен. В этом небольшом помещении он открывает свои мысли и свою душу, перенося все, что чувствует на бумагу. Меньше всего ему хотелось бы вести разговоры, подобные предстоящему, именно тут, но это единственное место, где им точно никто не помешает. А также хорошая звукоизоляция играла немаловажную роль. Никто не должен знать суть их беседы. Это касается только Чонгука. Как только Юнги сел в кресло возле небольшого столика у стены, заваленного нотной бумагой, исписанной мелким торопливым почерком, дверь снова открылась и в проеме появился Чонгук: — В чем дело Юнги-хён? – задает младший вопрос. — Сядь, – Шуга кивает на небольшой диванчик рядом со столом. Чон послушно проходит внутрь, закрывая за собой дверь и усаживаясь туда, куда ему было предложено, расслабленно откидываясь на спинку. — Когда ты прекратишь это? – дождавшись, когда макнэ сядет, сразу же задает вопрос Юнги. — Ты о чем, хён? – непонимающе смотрит Чонгук. — Я о тебе и Тэхене, когда ты прекратишь его мучить? – спокойствие Юнги было уже на исходе. Он нервно постукивал пальцами по столу, из последних сил стараясь не сорваться на крик. — А в чем дело? Я его и не трогаю вовсе, – как бы не старался младший сделать равнодушным голос, но легкие истеричные нотки не ускользнули от внимания Шуги. Значит все спокойствие макнэ лишь напускное актерство, он тоже мучается. И это наивысший идиотизм с его стороны. — Почему ты не даешь ему шанса поговорить? Зачем ты терзаешь его чувства? Неужели ты не видишь, что он уже на привидение похож? Он как кукла, из него будто душу вынули. – Юнги начал распаляться все сильнее. — Тогда почему? – также переходя на повышенный тон, перебил Чонгук старшего. – Почему он уехал с ним? Почему он сторонился моих ласк? Юнги хлопнул рукой по подлокотнику и, согнувшись, уперся локтями в колени, опуская на них голову. — Почему он не думает о моих чувствах? – уже намного тише произносит Гук. — Не думает?! – Шуга был в бешенстве. – Ты единственный человек, о котором он думает 24 часа в сутки. Ты хоть представляешь, что испытывает сам Тэ? Ты хоть раз задумывался над тем, какого ему видеть любимого и не иметь возможности любить его во всех отношениях? Ты представляешь, что он переживает, каждый раз отказывая тебе? Он столько времени хранил в себе чувства к тебе, прежде чем признался! Неужели ты думаешь, что он будет играть в игры с тобой? Ты, правда, настолько слеп? Он был готов любить тебя, тайно боясь, что ты не примешь его любовь. Был согласен молчать и терпеть от тебя просто дружеское отношение. Он до последнего старался оградить тебя от проблем, не думая, как будет чувствовать себя сам. Это ты называешь, не думает о тебе? А? Чонгук? Шуга резко поднялся со своего места и отошел к противоположенной стене, чтобы хоть как-то успокоиться. Он впервые обсуждал с кем-то настолько личные темы. Но ситуация вынуждала его. Он долго ждал, чтобы ребята сами разобрались во всем, но все, что они делали – это усугубляли положение все сильней и сильней. Все это сказывалось и на них самих и на обстановке в коллективе. Все были начеку, что здорово отвлекало от работы и угнетало ребят. Чонгук молча сидел в той же позе и пытался вникнуть в слова хёна. — А ты помнишь ваш поход в отель? – продолжил Юнги после паузы, – ты, наверное, не в курсе, но Тэхену сильно досталось за тот вечер. Он взял всю вину на себя после того, как эти снимки всплыли. Все это дошло до самого верха, Тэхен побывал на ковре у директора. Ему чуть не впаяли внушительный штраф и сделали серьёзный выговор, за то, что вы без спроса отправились в такое людное место вдвоём. Но Тэ упорно твердил, что ты до последнего ничего не знал, что он чуть ли не обманом выманил тебя в тот вечер. Защищал тебя так отчаянно, что даже у RM не хватило сил отчитать тебя. Намджуну стоило немалых усилий убедить начальство, что это все недоразумение. И уговорить не привлекать тебя к этим разборкам. Чонгук неверующе смотрел на Юнги, не смея перебивать взбешенного хена. — А что касается его поездки с Богомом, то не ты ли отказался туда ехать? Ты не захотел провести время со своим парнем из-за своей гордыни. Ты предпочёл тешить свое оскорбленное самолюбие, отказавшись от шанса, побыть наедине со своим парнем. Я не считаю, что Ви в этой ситуации прав, но и осуждать его не буду. Он был в таком состоянии, что ему необходимо было сделать хоть что-то, что помогло бы ему отвлечься. Однако он не должен был выбирать в попутчики Богома. Но думаю, свою ошибку он уже давно осознал. Чонгук удивленно смотрел на Юнги. Он и не представлял, что Тэхен такое делал, не догадывался, какие у Тэхена были проблемы. Старший никогда не показывал и не говорил ему, что что-то не так. Хотя, как бы он узнал, если и слушать, то его не хотел, все это время? Если был сосредоточен только на себе и на своих глупых потребностях? — Я всегда считал тебя взрослее твоего возраста и более рассудительным, но видимо я ошибся в тебе, - тихим равнодушным голосом проговорил Шуга, - я не должен был вмешиваться в ваши отношения. Но ты намеренно причиняешь боль Тэхену, втягивая во все это Чимина. Зная о том, что они близкие друзья, что вдвойне обидно. Это не поведение взрослого парня, который серьёзно подходит к отношениям. И самое главное не забывай, что пока тебе нет 19, то все действия Тэхен производит с тобой на свой страх и риск, это подсудное дело. Как ты думаешь, что испытывает к тебе парень, готовый рискнуть своей свободой? Юнги больше ничего не хотел говорить. Он спокойно покинул студию, оставляя в ней растерянного Чонгука, который наконец-то осознал, что все, что Ви-хён делал, было исключительно в их интересах. Точнее в интересах самого Чонгука. Он всегда заботился и оберегал младшего, который в свою очередь этого даже не понял. Шуга прав, Чонгук лишь избалованный эгоистичный пацан, который совершенно не ценил того, кто находился рядом. Он думал только о своих желаниях и своих потребностях, совершенно не заботясь о своей половине. Но и Юнги-хён не все знает. Ведь Чонгук часто украдкой наблюдал за своим любимым хёном. Он прокрадывался глубокой ночью в комнату Тэ, чтобы посмотреть на его расслабленное спящее лицо. Такое нежное, такое милое и такое любимое. Он гладил его растрепавшиеся по подушке волосы и осторожно прикасался губами к нежным длинным пальцам, пока его сердце ныло от тоски по объятиям этих рук. Взглядом ласкал каждую линию и каждый изгиб его тела, мечтая прикоснуться к любимому человеку. Но сейчас это не самое важное. Самое главное — это выпросить прощение у ТэТэ. В очередной раз Чонгук всё неправильно воспринял. Но ведь они обещали друг другу не сдаваться! Чонгук собирался следовать этому до последнего. Он винил себя за свою узколобость и прямолинейность. Ругал за то, что столько времени находился вдали от любимого парня. Бранил за то, что задумал всю эту историю с Чимином. Он так больно колол Ви на протяжении такого долгого времени. В пору было убиться головой об стену от осознания того, что он наворотил за последнее время. Единственное, чего Чонгук принимать не хотел, так это Богома. Но эту проблему он тоже вскоре решит, а сейчас нужно найти Ви-хёна и расставить все так, как должно быть. Попытаться исправить все, лишь бы не было поздно... Чонгук срывается с места и на всех порах несется в гостиную, где недавно видел любимого. Но там его нет. В поисках Тэхена Чон оббегал всё, заглянул в каждую комнату, в каждый уголок дома, не забыв проверить даже ванну и туалет. Нужный ему хён обнаружился в одной из самых дальних комнат. В ней обычно они или обсуждали новую композицию, или снимали шоу на день рождения группы. Тэхен сидел в углу на невысоком кожаном диване и смотрел в одну точку перед собой, не двигающимся взглядом. Его бледные руки покоились на худых коленях, пальцы были переплетены и словно лишены жизни. Он слышал топот чьих-то ног и звук открывающихся дверей, но совершенно не хотел проверять, кто там. Это не важно, он просто смертельно устал. Больше нет сил бороться... он устал. Тэхен слышал сбивчивое от бега дыхание, которое стремительно приближалось к нему, а потом…
