Истинность — великий дар или проклятие?

Столица Лаурмы встретила послов ливнем. Сжимая поводья и едва не стуча зубами, Эльмур смотрел в спину сопровождающего их командира. Рик Хэйлан — довольно неоднозначная личность, Эльмур мало что мог сказать об этом альфе, но что этот человек сыграл немалую роль в заговоре, он был уверен. Торжественная часть отложена до утра; въезжая в ворота замка, альфа увидел лишь несколько слуг. Однако, войдя внутрь, Эльмур уже лицезрел стражей и командиров. Гаудер и Берн вызывали вопросы; Рэйгара не было среди присутствующих. Советник скользнул вперёд, начиная лебезить перед Повелителем. Поклонившись ему, альфа продолжил осматриваться. Вся официальная часть его не касалась, но, повернувшись, он поймал взгляд Рика. Тот, казалось, тоже не слушал никого и был настороже. Эльмур решил хоть немного вникнуть в суть слов правителя Лаурмы. — Ох, спасибо, что принимаете нас в замке. Для нас это большая честь. — Советник бросил взгляд на командиров и готов был провалиться сквозь землю со стыда. Эльмур зевал, Хайгер и вовсе, казалось, спал на месте. — Позвольте представить. Мой сын Мирэй. Джон бросил взгляд на юношу и вдохнул чуть глубже. Мало того, что омега, так ещё скоро потечёт. Советник явно ждал большой улов, и это можно было истолковать как намёк. Омежка и вправду был красив, и его чистый аромат мог свести с ума, вот только у Джона уже был омега, носящий его запах. Попытка советника была явно неудачная. Он терпеть не мог таких стариков — впору наказать. — Эльмур Хэйшенг. — Не дождавшись советника, альфа решил поторопить присутствующих. Он заметил недобрый блеск в глазах правителя и прекрасно чувствовал причину. Можно было ещё в Лаукрэй догадаться, что задумал советник, но поздно. — Хайгер Лэйштен, командор. — Альфе тоже не нравилась выходка советника. Всем было ясно, к чему здесь течный омега, вот только возьмёт Повелитель его или нет? — Мои люди покажут вам покои. После завтрака вас проводят, и мы сможем обсудить все вопросы. — Джон не желал больше находиться среди посланников Лаукрэй. Оставив их на Рика, он вместе с Гаудером и Берном направился в кабинет. Предстояло решить немаловажное дело. Подозвав к себе несколько слуг, Рик распорядился о лошадях и багаже послов. Когда Повелитель пропал из виду, советник переключился на него. — Я слышал, вы один из верных командиров Лаурмы и герой войны. Мой племянник также участвовал в войне и как-то обмолвился, что когда численный перевес был не в его пользу, то вы спасли его. Хотел бы выразить вам благодарность. — Медленно следуя за альфой, советник осматривался и едва не заскрежетал зубами, когда понял, что их ведут в самые дальние гостевые покои, ближе к слугам. Такое неуважение! — Наш Повелитель распорядился отдать вам это крыло. В услужении у вас будет десять слуг. Отдыхайте. — Рик бы и не смог припомнить, кого он там спасал, ведь это такие мелочи, но советник явно пытался добиться расположения и разговорить его. Однако не стоило забывать и про командиров, что шли следом и молча прошли в покои. Закрыв дверь, Эльмур подошёл к окну. Ставни тяжело поддавались, издавая ужасный скрип. Расположение и вправду было неудобным. Они далеко от королевских покоев, между ними стражи и командиры. Окна выходили на дорогу и просматривались под любым углом. — Интересно, они специально выбрали это место? Никакого личного пространства. — Захлопнув окно, Эльмур продолжил осматривать комнату, но ничего интересного не находилось. — Ты и вправду думал, что они поселят нас у себя под боком? Я ещё удивлен, что после выходки советника он нас не вышвырнул. — Упав на одну из кроватей, Хайгер только сейчас отметил, что и сами покои не под стать им. Как послам и командирам им должны были выделить отдельные комнаты, но их двоих заселили в одну. — И всё же не всё так плохо. Старый лис пусть и дальше хитрит, а наша задача наблюдать.

***

Ливень закончился глубокой ночью. Эльмур не мог уснуть на новом месте и завидовал Хайгеру, что вовсю храпел. Сидеть и ждать слуг было скучно, и, открыв окно, он спрыгнул. Да, он почувствовал слежку сразу, но запрета на выход не прозвучало, а значит, можно. Да и почему бы не использовать своё незнание местности. На улице было практически пустынно, лишь вдалеке бегали слуги, им не было дела до альфы. Маневрируя между статуями и высокими кустами, он дошёл до тропинки, что вела в небольшой лабиринт. Эльмур слышал про него и знал, что в нём трудно заблудиться, да и наверняка он хорошо проглядывался сверху. Едва он успел пройти несколько поворотов, как чуть не столкнулся с омегой. Через секунду-другую к его горлу приставили лезвие, а взгляд напротив ничего хорошего не сулил. — Э-э… Уверен, это не то, о чём вы думаете! — Эльмур поднял руки вверх. Он не мог не узнать по глазам младшего правителя. Конечно, он слышал, что тот не расстаётся со своим оружием, но и подумать не мог, что слухи правдивы. — Я посол Эльмур Хэйшенг. — Мне это имя ничего не говорит. — Рэйгару следовало опустить копьё, ведь его предупреждали о послах, но он не знал никого из них, да и это не значило, что у них добрые намерения. — Вот как. А вот мне известно ваше, даже скажу больше. Я знаком с вашим младшим братом. Понял… понял! Плохая тема для разговора. — Эльмур почувствовал, что Рэйгар усилил давление и вот-вот вспорет ему горло. — Медленно развернись и держи руки так, чтоб я видел. — Лучше бы я в комнате сидел, — пробубнил себе под нос Эльмур и выполнил приказ младшего правителя. Для начала им бы покинуть лабиринт, но альфа, осознавая своё положение, не хотел так просто отступать. Поворот был неудобен для копья, и альфа воспользовался этим. Эльмуру удалось выбить копьё, но вот чего он не ожидал, так это того, что его попытаются прирезать. Выскочив из лабиринта, он тут же натолкнулся на Рика. — Какого? — Рик только сменил воинов, что следили за командиром, и каково было его удивление, когда он увидел, как тот выбегает из зарослей с окровавленным горлом. Рана неглубокая, но всё же этот человек посол. Рэйгар вышел следом, с копьём и окровавленным кинжалом. — Похоже, я забрёл туда, куда не следовало. — Эльмур, зажимающий рану, готов был вечность любоваться младшим правителем. Несколько капель крови попало на лицо омеги. Рэйгар и Юка хоть и братья, но они совершенно разные. Глаза Юки всегда наполнены теплом, а от глаз старшего кровь стынет в жилах. На мгновение ему показалось, что они вспыхнули. Всё же он сильно ошибся, поиграв с ним. Ценой могла стать его жизнь. Застывший рядом командир явно не знал, как реагировать. Рэйгар молча развернулся в сторону замка. — А наш командир хватку не теряет. Как хорошо, что мы не нянчимся с послами. Рику достанется. — Сцена у лабиринта весьма позабавила Гаудера. — Они прислали мальчишку, что не знает своего места. — Отойдя от окна, Берн сел за стол. Нужно было ещё много всего заполнить. Он терпеть не мог бумажную волокиту, но по возвращении с севера был в ответе не только за свои земли. — Помочь? — Гаудер усмехнулся, видя, как засуетился пришедший в себя Рик. Однако ответа не последовало, лишь скрип пера. — Берн. Знаю, что ты избегаешь разговора, но ты привёз сюда своего истинного, и он явно не рад здесь быть. Он ведёт себя как дикий зверь и может привлечь к себе лишнее внимание. Может, тебе следует отказаться от него? Да и лекарь сказал, что он может… — Милли нужно время. — Берн врал. Омега никогда не признает его, или на это потребуется слишком много времени. Лекарь предупредил его, что тот может не забеременеть больше. Всё-таки выкидыш на таком сроке, удар слишком сильный получился. К этому следует добавить и психическое состояние омеги, что первые дни лежал пластом, не подавая признаков жизни, а потом и вовсе с катушек слетел. Оставалось его поить настоями и связывать. Омега всячески пытался навредить себе, и так на голове появились залысины, а на теле — шрамы. Омега ненавидел его. — Советник привёз вполне симпатичного омегу, может, присмотришься? — Этот омега для Повелителя. К тому же у меня уже есть истинный. — Берн отодвинул документы, понимая, что больше не сможет сосредоточиться. — Думаешь, он воспользуется предложением? — Джон больше не командир. Все его решения отражаются на стране. Тебе тоже не стоит вмешиваться во всё это. После того, что сделал Рэйгар, думаю, переговоры будут складываться не в нашу пользу.