Истинность — великий дар или проклятие?

— Сделай глубокий вдох и на выдохе представь, как по оружию растекается энергия. — Изящно удерживая двумя пальцами копьё, Рэйгар взглянул на перекошенное лицо Хака, изо всех сил вцепившегося в алебарду. — Чёрт! — Выронив оружие, Хак открыл глаза и со вздохом посмотрел на Рэйгара. Прямая спина, свечение по всему оружию — казалось, копьё ничего не весит. И этот спокойный взгляд красных глаз… — Тебе нужно расслабиться. А если так подумать, мы сейчас отрабатываем основы обращения с оружием. Этому обычно учатся в детстве, — усмехнулся Рэйгар. Его такому учил ещё отец. — Зачем мне это? Я и так умею обращаться с алебардой. — Хака задели слова Рэйгара. — Пойдём покажу кое-что. — Рэйгар подошёл к большому булыжнику. — Предположим, ты сражаешься с несколькими противниками и к тебе подобрались сзади. — Повернувшись к альфе лицом, омега направил остриё на него, а рукоять на камень. — Просто оттолкну его, и всё. — А что, если сделать так? — Рэйгар ударил концом копья по камню и отошёл в сторону, чтобы альфе было видно. — Ого, — присвистнул Хак. На его глазах камень покрылся мелкими трещинами, а от прикосновения раскололся на части. — Ты должен научиться чувствовать своё оружие. Как только поймёшь, как распределять силу камня по алебарде, сможешь повторить. — Рэйгар поставил копьё на землю, и там осталась небольшая трещина. Хак, воодушевившись, сел на землю и, вытянув руки, стал прислушиваться к окружающей природе. Пока альфа пытался распределить силу камней, Рэйгар подошёл к крыльцу своего сгоревшего дома. Дом стоял на границе столицы, и после того, как его сожгли, никто не решался занять этот участок. Джон предлагал очистить территорию от руин, но Рэйгар настоял на том, чтобы оставить всё как есть. Глядя на обгоревшие стены, он вспоминал дни, когда жил здесь с братом и двумя слугами. Это был его рай. Здесь он чувствовал себя свободным и счастливым. — А-а-а! Не могу! — Хак от усталости и холода выронил алебарду. На улице уже были первые заморозки. Завернувшись в плащ, альфа уставился на пожарище. Он знал, чей это дом, и удивился, когда Рэйгар привёл его сюда. Можно было тренироваться и в замке, но там повсюду сновали любопытные слуги. Тренировочные площадки были заняты воинами, а в комнате запрещалось пользоваться оружием, поэтому, получив одобрение правителя, они направились сюда. — Уже вечер, холодает. Нам пора. — Да, а то мне ещё отчёты писать. Альфа вздрогнул от услышанного: он надеялся распрощаться у ворот, но раз омега надумал ещё поработать, то и он не свободен. Хак обычно изучал документы, которые составлял омега, и, как прилежный ученик, делал себе пометки. Такой подход ему нравился больше. Ведь когда на него с бухты-барахты возложили обязанности командира, он допускал много ошибок и часто спрашивал совета у других командиров. Сейчас же он мог учиться на примере Рэйгара.

***

Развалившись в кресле, Джон наблюдал, как солнце скрывается за горизонтом. Какое же принять решение? Правитель опасался одного — не перейдёт ли ярость альфы на него. Джон перевёл взгляд на Берна, стоявшего напротив. — Я позволю тебе возглавить отряд по поимке Каина Вурманга, но что ты будешь делать потом? — Продолжу свою службу. — Берн жаждал одобрения. Альфа многих винил в случившемся с Милли и никак не мог справиться с эмоциями. Каждому он находил оправдание и заливал тупую боль алкоголем, но всё же нашёл того, с кого всё началось. Каин Вурманг. Вот кто опорочил и свёл с ума его омегу. Со смертью Рика все нити, что могли привести к нему, оборвались. — Хорошо. Он твой. Другого ответа альфа и не хотел услышать. Он поспешил за материалами. Что-то должно было остаться. Он обязательно найдёт его и убьёт. Джон надеялся на быстрый результат. Всё же его беспокоило, что Рэйгар и Каин истинные. Связь этих двоих была губительной для омеги. Несмотря на метку и детей, он мог предать. Вдруг в кабинет вбежал омежка и мигом оказался у альфы на руках. — Алэй, ты снова сбежал? — Альфа быстро отодвинул в сторону документы, следя за этими загребущими ручками. — Мне не нравится. — Повелитель! — Запыхавшийся воспитатель по одному взгляду понял, что наказания не избежать. Стоило на секунду отвлечься, как резвого омежки след простыл. — Сколько раз я говорил не спускать с него глаз? — Недовольный, Джон встал вместе с ребёнком. — Моё почтение, Повелитель. — Второй воспитатель, державший за руку наследника, не завидовал участи первого. Рэймур, в отличие от брата, был смирным и спокойным. — Алэй, я занят. Будь послушным мальчиком и нарисуй мне что-нибудь. — Поставив омежку, альфа посмотрел на воспитателя. Тот, вздрогнув, потянулся к ребёнку. — Я хочу к папе!!! — закричал омежка и заплакал. Джон сел обратно, цокнув языком. Перепады настроения Алэя его раздражали, омежка слушался только Рэйгара. Испуганный воспитатель пытался его увести, чтобы ещё больше не разгневать правителя. — Алэй! — Не выдержав истерики, альфа повысил голос на сына, и тот вмиг замолк. — Живо иди к себе. Воспитатель, подхватив малыша, тут же выбежал из кабинета. — Так сложно уследить за детьми? — Переведя взгляд на оставшихся, Джон столкнулся со взглядом наследника. Рэймур неотрывно смотрел на него. Хоть он и был ещё маленьким, но Джон чувствовал проблески силы. — Папу вы сегодня не увидите. Так что иди к брату. Рэймур опустил глаза и вместе с воспитателем вышел. Джон невесело усмехнулся. С детьми с каждым месяцем всё сложнее и сложнее. Алэй слишком капризный, а Рэймур молчаливый.

***

По дороге в кабинет Рэйгар услышал плач Алэя. Едва он сделал шаг в сторону детской, как стражи остановили его. — Повелитель приказал не пускать вас сегодня к детям. — Что это значит? — Сжав копьё, Рэйгар посмотрел на дверь. — Это приказ. — Воин положил руку на рукоять меча, понимая, что ему не справиться с омегой, да и стоящий рядом Хак его явно не послушает. — Жди здесь. — Рэйгар пошёл к Джону. Тот никогда не запрещал ему видеться с детьми. И только у самой двери Рэйгара осенило. Истинность. Рэйгар застал альфу над чертежами. Бумаги были разбросаны по всему полу, и, осторожно переступая через них, он с трудом закрыл дверь. — Распрями то, что помял дверью. — Джон. Ты приказал не пускать меня к детям? — Да. Это пойдёт им на пользу. Мне не нравится, что Алэй слишком много себе позволяет. Ты всё ему разрешаешь. — Он всего лишь ребёнок. — Мелкий манипулятор. Может, ты и не замечаешь, но он уже понимает, что все, кто его окружает, подчиняются ему. Мне не нужен капризный омега, который, когда вырастет, начнёт тратить деньги из казны на омежье барахло. Рядом с тобой он особенно ощущает эту власть. Вот я и подумал, что стоит ограничить ваше общение. — Это бред. Алэй не станет таким омегой. — Рэйгар стал приближаться к альфе, не заботясь о бумагах под ногами. — Ты пачкаешь чертежи. Поверь мне, вседозволенность в детстве ни к чему хорошему не приведёт, и раз ты не справляешься с ролью папы, то я пригласил своего. — Что? — Рэйгар не знал, что его больше поразило: слова альфы, что он не сможет воспитать из Алэя достойного омегу, или то, что скоро приедет папа Джона. — Твой папа? Я думал, его нет в живых. — Ты с ума сошёл? То, что он не появлялся все эти годы, не делает его мёртвым. Он просто ненавидит двор и всех, кто к нему принадлежит. Надеюсь, вы поладите. — Почему он ни разу не приехал? — Рэйгар недоумевал и боялся представить себе этого человека. Что за омега мог воспитать такого, как Джон? — Я сказал им, что сегодня они тебя не увидят, так что должен сдержать слово. У нас есть дела поважнее. То, на чём ты стоишь, — наше будущее. — Это всего лишь чертежи каких-то палок. — Это трубы. Знаешь, довольно неудобно, что каждый раз, когда мы хотим помыться, слуги бегают с вёдрами или приходится спускаться под замок, чтобы ополоснуться. Представь, если бы в каждой комнате была возможность пользоваться водой! В стране Халтэн даже в обычных домах проведена вода. Чем мы хуже? Надо идти в ногу со временем. — Воодушевившись, альфа погрузился в изучение привезённых чертежей. — Звучит интересно, но в землях Халтэн не бывает зимы. Что ты будешь делать, когда вода в трубах замёрзнет? — Рэйгар слышал о таком и сам не раз задумывался, что было бы неплохо иметь источник воды рядом. — Решением этой проблемы займётся Джэхар. Он как раз должен был закончить проводить трубы в своём доме. — Альфа задумчиво посмотрел на чертежи. Чтобы провести трубы в замке, понадобится очень много денег. Страна ещё не оправилась от войны. — Ты правда думаешь, что это так необходимо? — Рэйгар сомневался, что в таком огромном замке возможно будет провести столько труб. Даже если у Джэхара получилось это сделать в своём поместье, оно не идёт ни в какое сравнение с замком. — Я не знаю. Просто хочется чего-то нового. — Может, что-то менее масштабное? Сейчас не лучшее время. Зима приближается. — Подойдя к камину, Рэйгар сел в кресло. Альфа явно не хотел оставлять эту идею. Перебирая записи, он что-то отмечал и подчёркивал. — Через две недели годовое собрание глав знатных домов. Думаю провести встречу у Джэхара. Заодно оценим, стоит ли проводить трубы. — Оценим? Я не думаю, что стоит брать детей туда. Он хоть и один из наших послов, но я никогда ему не доверял. — Рэйгар несколько раз встречался с послом и неизменно ощущал на себе сальный взгляд. Тот никогда не скрывал влечения к бетам и всячески намекал ему, что не прочь познакомиться поближе. — Так или иначе он наш посол и привёз чертежи. Я просто обязан посмотреть на эти устройства своими глазами. А дети пусть останутся с моим папой. — Твой папа… Он ненавидит тебя? — О чём ты? Мой папа меня очень любит. Что с того, что его не было рядом всё это время? Просто, как я и говорил, он не любит замок. На самом деле папа не знал о его планах и, находясь в родовом поместье, узнавал новости из сплетен и слухов. Джон не находил в себе сил пригласить его или приехать самому. Папа ему не писал, альфа от доверенных лиц узнавал, чем тот занимается. Однако встреча неизбежна, и Джон решил сам сделать шаг навстречу. Папа не сразу согласился приехать. Больше всего волновал вопрос: правда ли он сын предыдущего правителя и безымянного омеги? Ответить мог лишь папа. — Джон? — Рэйгар видел, что альфа ушёл в свои мысли, но один вопрос нельзя было откладывать. — С чего ты взял, что твой папа согласится воспитывать Алэя? Да, возможно, мне не хватает времени на детей, но я стараюсь и… — Стараться мало, Рэйгар. Я не освобожу тебя от обязанностей, напротив, думал их расширить. Папа остаётся моим папой; да, первое время с ним будут трудности: он ни о чём не знает, я не писал. — Ты не поддерживал с ним связь? Даже не писал? Неужели так сложно было? Я знаю, ты читаешь мою переписку с Юкой, там нет ни слова о политике. Так почему ты не мог так же хоть что-то ему написать? — Рэйгар негодовал, ведь помимо детей у Джона был только папа, но он отгородился от него. И спустя несколько лет он вот так ни с того ни с сего приедет? — Я о многом не могу тебе рассказать. Приготовь к его приезду комнату. Ничего пышного и грандиозного. В еде он непривередлив. Подбери пару слуг, желательно бет, и чтобы держали язык за зубами. Джон помнил, как мало слуг было в их доме: папа не любил большого скопления людей. Всё было скромно и в какой-то степени мрачно. До восьми лет он рос в родовом поместье, но потом его забрал к себе Повелитель. Маленькому альфе в первые недели было страшно в огромном замке, где повсюду ходили слуги и в каждом углу шептались. Он, как и папа, предпочитал уединённые места и едва ли не поселился в библиотеке, погрузившись в историю страны и её войн. Он мог часами разглядывать карты и представлять, как тот или иной командир действовал во время сражения. Повелитель мало интересовался его увлечениями и следил только за тем, чтобы тот научился держать меч. Рэйгар молча сидел в кресле. Альфа думал о чём-то своём, и он не хотел мешать. Он пытался вспомнить хоть что-то о папе Джона. Но кроме того, что тот брат правителя, ничего не приходило на ум. — Так почему ты хочешь отдать Алэя тому, кто, возможно, тебя не простил за переворот? — Вопрос сам вырвался, и, прикусив губу, Рэйгар посмотрел на Джона. Альфа всё так же перебирал свои бумаги и, казалось, не услышал вопроса. — Я, пожалуй, пойду. — Омега успел пройти полкомнаты, как вдруг почувствовал сильную хватку на щиколотке и через мгновение упал. Не успел он прийти в себя, как альфа навалился сверху. — Ты что делаешь? — Может, мне вырвать тебе язык? — Джон схватил омегу за шею. Он прекрасно услышал о перевороте, и ему меньше всего хотелось разбираться с Рэйгаром. — Запомни раз и навсегда: я занял место правителя законно, а Каин Вурманг предатель, что убил своего отца. Будь добр вдолбить себе это в голову. Если ещё раз из твоих уст услышу это слово — точно вырву тебе язык. — Джон отпустил омегу. Тот, держась за горло, кашлял, пытаясь восстановить дыхание. Рэйгар знал, что эта тема под запретом, но и представить не мог, что так разозлит альфу. Он знал правду и был не в силах с ней смириться. Понимал, что у него дети от узурпатора и, стоит Каину, законному наследнику, вернуться, ему и детям не жить. Невозможно было не думать об этом. — Убирайся. — Встав, Джон посмотрел на всё ещё лежавшего Рэйгара. Стиснув зубы, Рэйгар поднялся. Джон проводил его взглядом. Стоило двери захлопнуться, как альфа выдохнул. С Рэйгаром было тяжело. Как только начинает казаться, что всё налаживается, обязательно что-то происходит. Омега должен перестать думать о смерти предыдущего правителя и сосредоточиться на настоящем и будущем. Заметив валяющееся копьё, Джон хотел поднять его, но стоило ему прикоснуться, как он тут же отдёрнул руку. Копьё было настолько горячим, что он едва не обжёгся. Посмотрев на камень, он усмехнулся. Поблёскивающий красный камень, казалось, смотрел на него. Да, он слышал, что в камнях остаётся часть души прежних владельцев. — Сами виноваты, что воспитали его таким. — Оставив копьё на полу, Джон решил закончить с чертежами и отдохнуть.

***

Хлопнув дверью, Рэйгар направился к детям, но там всё так же стояла стража. Хак, прислонившись к стене, продолжал его ждать. Хотелось смести их с дороги, но, подойдя ближе, он сжал рукой воздух: копьё осталось в кабинете. — Пошли. Хак редко видел эмоции на лице омеги, но сейчас его глаза горели злостью. Ещё и копья не было, что довольно странно: Рэйгар всегда ходил с ним. Не осмелившись задавать вопросы, он следовал за Рэйгаром. Когда они оказались в кабинете, Хак пожалел, что не сбежал к себе. На столе лежала небольшая кипа бумаг — Хак запомнил её ещё днём, перед тренировкой. Но омега начал одну за другой доставать из шкафа другие стопки — и, разложив перед собой не меньше десяти, принялся за работу. Альфа, мысленно расплакавшись, сел на своё место. Он нескоро отсюда уйдёт…