Истинность — великий дар или проклятие?

Сжимая одной рукой копьё, а в другой держа факел, Рэйгар осторожно спускался по лестнице. С каждым шагом он всё сильнее чувствовал пронизывающий холод и сырость. Сделав последний шаг, он вгляделся во тьму. Огня факела не хватало, чтобы осветить всю пещеру. Слышалось, как вдалеке падают капли воды, и, осторожно ступая по неровной земле, он пошёл на звук. Подобная пещера была в каждой стране: именно здесь хранились камни и создавалось оружие. Многие возводили над ними замки, но в Лаурме пещера находилась под храмом. Остановившись у деревянной двери, омега неуверенно постучал. Он не понаслышке знал о скверном характере мастера. Выждав минуту, Рэйгар вновь постучал и услышал из-за двери крепкое ругательство. Чуть приоткрыв дверь, старый бета с недоверчивым прищуром осмотрел гостя и, нахмурившись, всё же пропустил его внутрь. Рэйгар молча прошёл в мастерскую. Глаза разбегались: повсюду были разбросаны камни и заготовки оружия, так и хотелось подойти и рассмотреть. У беты было своё видение порядка. Он небрежно скинул с табуретки несколько клинков и жестом предложил омеге сесть. — Копьё притупилось? — предположил бета. Командир был редким гостем у него. — Нет. — Сжав копьё, Рэйгар посмотрел на старика, который, что-то бубня себе под нос, подошёл к столу. — Возможно, вы знаете, что мой меч уничтожен, и я хотел узнать, можно ли сделать его копию. В своём родовом поместье я нашёл старый чертёж. Понимаю, что камень будет сложно подобрать, но всё же наш дом владеет двумя оружиями. — Омега вытащил из кармана сложенный лист и протянул бете. Тот смотрел на него своими пустыми серыми глазами. — Расскажите поподробнее о том, как вы потеряли меч. — Я не хочу вдаваться в подробности, но это спасло мне жизнь. — Рэйгар не готов был делиться событиями того дня. От одной мысли, что лишиться жизни мог не только он сам, но и дети, и Май, его до сих пор сковывал леденящий ужас. Чудом оставшись в живых, он столкнулся с реальностью, в которой всё это время был истинным Каина. — Вам ведь известно, что многие теряют рассудок, когда разрушаются камни. Я всё же уточню, это произошло в ваших руках? — Старик не сводил глаз с омеги. — Д-да, — неуверенно ответил Рэйгар. Он знал, что для многих потеря оружия как удар в сердце. — Вы всегда ходите со своим оружием. Не замечали чего-то странного? — Нет. Копьё всё так же откликается, да и на днях я проверил его в действии. Всё как обычно. — Рэйгар усердно пытался вспомнить какие-либо изменения, но ничего не приходило в голову. — Ударьте по мне что есть силы. — Стряхнув грязь со щита, бета посмотрел на омегу, что поднялся с места. Рэйгар смотрел на этого дряхлого старика и на щит, увешанный защитными камнями. Ударить изо всех сил? А что, если он пробьёт защиту и убьёт бету? — Я не думаю, что бить по вам со всей силы будет безопасно, но показать силу копья могу. — Глупости мне тут не говори, мальчишка. Я выдерживал удар предыдущего правителя, а уж твой и подавно выдержу. Бета неотрывно смотрел на пальцы, которыми Рэйгар сжимал копьё. Через несколько секунд в виде слабого красного мерцания проявилась сила камня. Омега замахнулся, ударил по щиту — и, отшатнувшись, выронил копьё, прижал руку к груди. — Как я и думал. — Бросив щит на стол, бета притянул к себе руку омеги и, закатав ему рукав, стал прощупывать запястье. Рука дрожала, и, глухо застонав, омега опустился на табуретку. Он ощутил слабость во всём теле. — Что со мной? — Как вы думаете, почему так мало людей может использовать камни? Почему омег не допускают к ним? Почему люди, потеряв свой камень, лишаются рассудка? За всё это есть цена, и не каждый готов её платить. Я не знаю, что произошло с вами тогда, но ваш меч и копьё связаны. Многие семейные оружия делаются из одного камня, и ваше не исключение. Потеряй вы тогда два оружия сразу — сошли бы с ума. — Отпустив руку омеги, старик тяжело вздохнул. — Так что со мной? — Рэйгар не понимал, к чему ведёт бета, ведь все эти годы он свободно пользовался копьём и прекрасно себя чувствовал. — Ваша цена. Допустим, вы и можете таскать с собой копьё и ломать им вещи, но, как я понимаю, вы не сражались ни с кем после случившегося. — Нет. — Позвольте вас предупредить. Вы больше не сможете сражаться как раньше, и лучше оставить копьё. Если вы столкнётесь с кем-то, кто использует камень, то вы погибнете. Если не от рук нападающего, так от своего оружия. — О чём вы? Я не могу остаться без оружия! — Рэйгар подскочил: он не хотел и думать о том, что не сможет себя защитить. — Тогда вы закончите как Рик Хэйлан! Вы должны понять, что копьё и меч были как единое целое. Они восполняли силу за счёт друг друга, а теперь вместо меча пустота. Поэтому такие старые дома, как у вас, создавали пару оружий, но со временем многие поняли опасность такой силы и стали отдавать предпочтение одному цельному оружию. Вашему дому давно пора было отказаться от разделения камня и вставить его в одно оружие. — Неужели нельзя сделать так, чтобы копьё черпало силу из другого камня? Должен найтись выход! Бета лишь горько усмехнулся. — Ваш сын никогда не сможет взять копьё. Да, камень может откликнуться, но если не желаете смерти сыну, то отгородите его от оружия. Что касается вас — когда энергия камня высвобождается или сталкивается с чьей-то чужой, он восполняет нехватку из ваших собственных жизненных сил. Есть два решения этой проблемы. Первое — раз и навсегда отказаться от оружия и избавиться от камня. Второе — оставить всё как есть и привыкнуть к боли, но вы не доживёте и до сорока. Запомните: чем больше вы пользуетесь копьём, тем короче ваша жизнь. Вот ваша плата за силу. Бета замолчал. Он мало интересовался жизнью наверху, но его как мастера своего дела увлекали исключения из правил. Рэйгар был одним из них. Омега смог обуздать силу своего рода и сражался наравне с альфами. Было интересно, куда командира заведёт такой путь, — и вот он сидит перед ним. Бета понимал, что омега не готов отпустить своё оружие, ведь это то, что делает его таким сильным и непревзойдённым. — Я вас понял. — Сжав копьё, Рэйгар развернулся к выходу. — Прошу вас хорошенько обдумать решение. Вы всё же младший правитель, и у вас два маленьких ребёнка. Рэйгар молча вышел и быстрым шагом направился наверх. Он никак не мог смириться и поверить в слова беты.

* * *

Со скучающим видом сидя на скамье в храме, Хак едва ли не дремал. Прижавшись к алебарде, он зевнул. От аромата трав клонило в сон. Послышались быстрые шаги, он повернулся к подошедшему и едва успел выставить оружие перед собой — оно столкнулось с копьём. — М-младший правитель?! — Хак не мог понять, что происходит. Он попытался увернуться, и копьё обрушилось на скамью, разрубая хлипкое дерево. Вдалеке послышались крики. Хак, подскочив, вновь выставил перед собой алебарду, обороняясь от острого копья. — Да что с вами?! — Используй свою силу! Сейчас же! — Рэйгар снова замахнулся и увидел, как по алебарде растекается светлое свечение. Последовал удар. На мгновение в глазах потемнело, Рэйгар почувствовал боль в руках. В этот раз он не уронил копьё, но отшатнулся от альфы. Хак изумлённо замер и боялся даже вздохнуть. Омега отошёл на несколько шагов — руки слегка дрожали — и посмотрел ему прямо в глаза. — Всё-таки чему-то ты да научился. — Рэйгар не мог не отметить, что у альфы хорошо развиты рефлексы. — Д-да. — Альфа поставил алебарду, но оставался настороже. Он уж точно подумать не мог, что младший правитель в храме попытается снести ему голову.

* * *

Джон всё никак не мог сосредоточиться на документах: в любую секунду мог забежать слуга и доложить о прибытии папы. Он всё ещё не знал, как себя вести и что сказать. До той роковой ночи Джон был в напряжённых отношениях с папой, ведь тот не одобрял поступки сына. Он неустанно повторял, чтобы Джон перестал мучить несчастных омег и обзавёлся семьёй. Что ж, Джон создал семью, как и хотел папа, но он понимал, что тот всё так же будет им недоволен. В дверь постучались и, не заходя, сообщили о прибытии Эмилия Вурманга. Прокашлявшись, альфа отложил бумаги. Он заранее распорядился, чтобы папу сразу привели к нему в кабинет. Несколько минут показались вечностью. Наконец раздался стук, и дверь открылась. Эмилий Вурманг, невысокий омега, приспустив капюшон, впился в альфу яркими зелёными глазами. Дверь за ним закрылась. — Папа. — Альфа подошёл к нему, отмечая, что он стал ещё бледнее с их последней встречи и среди светлых волос виднеются седые. — Как дорога? Можешь отдохнуть. Тебе приготовили комнату недалеко от сада… Речь альфы прервала пощёчина. Он схватился за щёку. — Ублюдок. — Омега снова ударил альфу, но уже по другой щеке. — Да как ты мог?! — Папа… — Джон отступил назад. Глаза омеги наполнялись слезами. — Что «папа»?! Ты хоть понимаешь, что я чувствовал всё это время?! Ты!.. Ты!.. Как ты мог? Он же был твоим… твоим дядей! И не говори мне, что это Каин. Я не настолько глуп, чтобы в это поверить. Что же ты натворил?! — Дрожа всем телом, Эмилий подался вперёд, обнимая сына. — Ты хоть осознаёшь, что сделал? Мы ведь семья. — Папа, я… — Джон сжал зубы: он не мог спросить о том, что тревожило его всё это время. Омега сжимал его изо всех сил и плакал. Плакал и ругал его за всё. Джон не мешал ему выговориться, время от времени принимал удары и снова выслушивал, какой он плохой сын и что вовсе забыл про папу. Успокоившись, но ещё вздрагивая от нахлынувших эмоций, омега, выжатый как лимон, решил отдохнуть в своей комнате. Джон не возражал и, проводив папу, выставил стражу у покоев. Тому вечером ещё предстояло знакомство с Рэйгаром, и Джон не знал, как они отнесутся друг к другу. Вспомнив о муже, он решил оповестить его о приезде родителя. Рэйгар нашёлся быстро — закутавшись в плащ, сидел в саду. Позади него стоял Хак и задумчиво смотрел в небо, но заметив приближающегося правителя, поклонился и отошёл. — Мой папа приехал. — Омега не отозвался, и Джон нахмурился. — Рэйгар? — Я подготовлю всё к ужину. — Рэйгар не смотрел на альфу, погружённый в невесёлые мысли. Рассказывать ли Джону? Как он отреагирует? Ведь он хотел видеть рядом с собой сильного омегу, а Рэйгар уже не мог таким называться. Без своего оружия он станет обычным омегой и не сможет себя защитить. Страх медленно пробирался в сердце. Посмотрев на альфу, Рэйгар понял, что не сможет сказать ему. — Я к детям. Они должны познакомиться со своим дедушкой, — улыбнулся Джон. Рэйгар проводил альфу взглядом и, сжав копьё, высвободил силу. Он не может дать слабину. Не сейчас и не перед Вурмангами.

* * *

Эмилий намочил полотенце в холодной воде и приложил его к глазам. После истерики он сразу же уснул в постели, но его разбудил слуга. Теперь нужно было привести себя в порядок. Увидев себя в зеркале, он ужаснулся: глаза были опухшими от слёз. Держа полотенце, он перебирал свой скромный гардероб. В замке было прохладно, и он искал тёплые вещи. В родовых землях ещё грело солнце, не было нужды в тёплых одеяниях, и он, забыв, что в столице другая погода, взял лёгкие вещи. Найдя сапоги и две пары штанов, омега вздохнул. Одни штаны плотно прилегали к телу, и, чтобы не замёрзнуть, можно было сверху надеть более просторные. Среди тонких рубашек и полупрозрачных кофт затесалась накидка с вычурным гербом его дома. Под неё прекрасно подошла кофта с высоким горлом. Собрав волосы в пучок и выпустив несколько прядей, омега посмотрел в зеркало. Проведя рукой по морщинам, он усмехнулся: годы брали своё, от былой красоты оставалось всё меньше. Слуга, ждавший за дверью, не скрывая любопытства, рассматривал папу правителя. Семеня впереди, бета вкратце рассказал, где что находится, после чего добавил, что в замке идёт ремонт и в некоторых местах следует быть осторожным. Эмилий прекрасно знал замок и лишь отметил про себя, что не стоит ходить далеко. Наконец они добрались до небольшого зала. Сердце бешено забилось: он вот-вот познакомится со своими внуками. Пройдя внутрь, он тут же столкнулся с двумя парами алых глаз. Улыбнувшись, принялся искать глазами своего сына, но в комнате был только Рэйгар с детьми. — Джон подойдёт чуть позже, — счёл нужным объяснить Рэйгар, заметив бегающий по комнате взгляд старшего омеги. Рэймур тихо сидел на коленях у папы и с интересом разглядывал вошедшего; Алэй же, бросив на омегу мимолётный взгляд, продолжил рисовать. Эмилий неуверенно переступил с одной ноги на другую и всё же решил подойти к омежке. Тот, склонившись над столиком, рисовал луг с яркими цветами. — Здравствуй, Алэй. Я твой дедушка Эмилий. — Присев рядом со столиком, старший омега наконец мог лучше рассмотреть ребёнка. Тот хмуро посмотрел на него и, поджав губы, подбежал к Рэйгару, сидевшему на диване. — Всё хорошо, Алэй. — Рэйгар погладил ребёнка по голове. — Они так похожи на Джона. — Эмилий переводил взгляд с одного мальчика на другого и подмечал их различия. Конечно, в первую очередь внимание притягивали глаза. Насыщенно-зелёные у омежки и пугающе холодные красные — от папы — у альфёнка. Лицо омежки выражало неприкрытое любопытство, он, едва шевеля губами, хотел что-то спросить, но не решался. А вот брат, вцепившись в штанину папы, отвернулся. — Пора садиться за стол. — Потрепав детей по светлым волосам, Рэйгар поднялся с дивана. Дети поспешили за ним. Все сели за стол. Повисло молчание. Из коридора послышались шаги, слуги начали вносить подносы с едой. Алэй, маша ногами, с нетерпением вцепился в вилку. Рэймур сидел спокойно и поглядывал на папу. — Я как раз вовремя. — Войдя в комнату, альфа сел за стол. Он нарочно припозднился, чтобы дать омегам самим познакомиться. Однако гнетущая тишина ничего хорошего не означала. Он понял, что омеги не нашли общего языка. Даже буйный Алэй сидел тихо и только неуклюже пытался поддеть кусочек мяса, однако заметив взгляд отца, поспешил отложить приборы. Альфа не спешил приступать к трапезе. — У вас чудесные дети. — Эмилий ласково посмотрел на сына и на внуков. — Спасибо. Как раз одно из чудес ты заберёшь с собой. — Улыбнувшись папе, Джон взял бокал. — Давайте выпьем за встречу. Джону удалось разрядить обстановку. Он вспоминал вместе с папой своё детство; любопытный омежка взахлёб слушал эти байки и задавал много вопросов. Рэймур не произнёс и слова, лишь бросал взгляды на папу, что также молчал, сосредоточенный на своих мыслях. Ужин подходил к концу, и Рэйгар надеялся побыть один, но у Джона были совершенно другие планы. Омега чувствовал лёгкие прикосновения альфы, и это значило лишь одно. Рэйгар стиснул зубы, надеясь избежать близости с альфой. — Было приятно с вами познакомиться. Думаю, завтра продолжим наш разговор. — Рэйгар встал и подошёл к дивану. Эмилий только сейчас заметил копьё, стоявшее около дивана, и невольно вспомнил сплетню о том, что младший правитель не расстаётся со своим оружием. Взяв копьё, омега поцеловал детей и пожелал спокойных снов. Джон проводил омегу тяжёлым взглядом и, чуть оскалившись, посмотрел на папу. — Я прикажу позвать воспитателей, они покажут тебе детскую, а там решай сам, останешься с ними или пойдёшь к себе. — Джон поспешно встал из-за стола, чтобы нагнать омегу. — Х-хорошо. — Эмилий не был глуп и понимал, куда сын так торопится. Тот явно был слегка возбуждён, а побег омеги его ещё больше раззадорил. Выйдя, Джон сразу встретил Хака, что, по обыкновению, рассматривал ночное небо, и других стражей. Отдав приказ одному из них, Джон поравнялся с Хаком. — Ничего мне рассказать не хочешь? Вздрогнув, Хак посмотрел на правителя и задумался. Говорить об утреннем инциденте или нет? — Да вроде нечего. — Я слышал, вы с Рэйгаром подрались в храме. — Правда? Я бы не назвал это дракой, так, проверка реакции. Я провалился и случайно сломал скамью. Могу возместить ущерб. — Хак неуверенно отступил от правителя. Всё же сказать правду он не рискнул. Он и сам не понимал, что это было. — Это как-никак храм. Завтра пойдёшь туда и извинишься. Заодно и починишь там всё, что сломано. Рэйгара завтра не беспокой. Он будет занят моим папой и детьми. — Джону не нравился альфа. Слишком много времени тот проводил с его омегой. Рэйгар тем временем, сжимая копьё, шёл в башню, где находились его старые покои. Мысли путались, в голове слышался голос старого беты. Он должен сделать выбор. Захлопнув за собой дверь, Рэйгар опустился на пол. Перед глазами всплыло серое свечение алебарды, последовавшее столкновение двух энергий. Темнота и боль в руках. Опустив копьё, Рэйгар посмотрел на камень, что завораживал своим свечением. Он последний из своего рода, кто будет использовать копьё. Рэйгар всхлипнул, сдерживая слёзы отчаяния. Он не сможет больше за себя постоять. Он стал слабым омегой. Для него это хуже смерти. На лестнице послышались шаги, и, смахнув навернувшиеся слёзы, Рэйгар повернулся к двери. — А вот и я. — Джон застал омегу на полу. Тот смотрел на него, не скрывая злости, и Джон не мог понять, за что тот злится. Причин было много, но сегодня альфа не давал повода. Рэйгар хотел было встать, но Джон опередил его. Рывком подняв омегу, альфа прижал его к стене и впился в губы. Одежда полетела на пол. Рэйгар не отставал и провёл ногтями по спине Джона, глубоко вонзив их в кожу. — Кха, больно, — поморщился альфа. Он перехватил руки омеги и завёл их наверх. — Что с тобой сегодня? С самого утра буянишь. Стиснув зубы, Рэйгар дёрнулся. Ему хотелось забыть этот день как страшный сон. Альфа провёл языком по ключице и, оставляя следы на шее, спустился ниже. Он не спешил, мучительно растягивал эту пытку. Рэйгар чувствовал, что готов, и медлительность альфы злила ещё больше. — Ты можешь просто взять то, за чем пришёл? — прошипел Рэйгар. Джон выпрямился и отпустил омегу. — Хотел кое-что попробовать с тобой. Думал, ты у меня из нежных, но раз у тебя настроение ни к чёрту, то почему бы и нет? — Улыбнувшись, альфа резко схватил омегу за волосы и потащил к столу. Злость схлынула, Рэйгар инстинктивно схватился за руку альфы. Тот смахнул всё со стола на пол и, наклонив омегу, приспустил ему штаны. Омега вздрогнул, почувствовав животом холодную поверхность. Затем он ощутил сильный толчок и вцепился в края стола, принимая альфу. Все мысли улетучились, их место заняли страсть и похоть. Джон обычно нежничал с ним, и то, что происходило сейчас, сильно отличалось от всего, что было раньше. Рэйгар чувствовал лёгкие укусы на шее и плечах; альфа вдавливал его в стол всё сильнее, вышибая воздух из лёгких. Прикусив губу, омега попытался просунуть ладонь между своим животом и столом, но альфа перехватил руку и завёл её назад. Он упивался ощущениями и не щадил омегу, вдалбливался что было сил. Рэйгар едва мог дышать. Не выдержав, он попытался развернуться, и альфа, выйдя из него, позволил это омеге. Красный, тяжело дышащий омега с окровавленными губами смотрел на него. Джону нравилось это зрелище. Проведя пальцами по губам, альфа с предвкушением облизнулся: вся ночь впереди. От этой улыбки на лице альфы и от того, как он слизнул с пальца кровь, злость снова охватила сознание — и, подавшись вперёд, Рэйгар сомкнул клыки на шее альфы. Джон дёрнулся, но не оттолкнул омегу. Стиснув зубы, лишь погладил его по волосам. Радоваться или нет? Омеги не могут оставлять метки, как альфы, но ближайшие недели он точно будет пропитан запахом Рэйгара.