Падение

В день, когда Майкл вернулся с Аванпоста №3 обратно в Святилище, он чувствовал себя не слишком-то счастливым. Несмотря на то, что последняя ведьма осталась у него в руках и теперь появилась возможность отыграться на ней за всю боль, причиненную ему Верховной, радость победы не окрыляла его. Впрочем, а разве когда-то было иначе? В чем бы он ни преуспел, это не приносило ему того удовлетворения, на какое он рассчитывал изначально. Вкус победы словно портил горький привкус тлена во рту. Сын Дьявола одерживал верх, но за каждый свой шаг вперед, ему приходилось рано или поздно расплачиваться. И на этот раз, цена победы над ведьмами стоила ему жизни мисс Мид, единственного живого существа, к которому он еще был привязан. Лэнгдон снова остался один. Разумеется, вокруг него продолжали виться толпы прихлебателей, что боялись его как чумы. Все они из страха перед антихристом были готовы вскрыть себе глотки и пролить кровь в его честь — это могло забавлять какое-то время, но со временем слишком приедалось. Должно быть, все было правильно. Сыну Сатаны не пристало опускаться до общества смертных людей. На их трупах был построен его новый мир и трон, который он занял по праву рождения. Всю пользу, что они могли сыграть для него — они уже выполнили. А теперь в его подчинении осталась еще и маленькая ведьма, которая едва не сорвала ему все планы. Еще немного, и Корделии удалось бы заполучить желаемое, однако, она просчиталась. Глупо и неосмотрительно было делать ставку на жалкую дурочку, которая последние несколько лет, вместо того, чтобы готовиться к битве с антихристом, занималась тем, что подносила кофе и завязывала шнурки заносчивой идиотке Вендербильт. Гениальный план, госпожа Верховная, браво! В итоге, они получили то, что заслуживали. Хоть изначально Лэнгдон и не собирался оставлять в живых хотя бы одну ведьму, он понял, что подобная месть окажется куда слаще, чем избавиться от всех них разом. Сперва, он напомнит ей о том что всякая ведьма, как бы она ни зазналась в своей независимости, являлась прислугой Дьявола. И что радовало антихриста в особенности — у него было достаточно сил и полномочий, чтобы Корделия, даже будучи в аду, узнала и увидела все, что он сделает с ее подопечной. Пусть эта Верховная гадина взвоет от боли и отчаяния, пока ей придется изо дня в день наблюдать, как он все больше ломает, уничтожает и опускает Мэллори на самое дно. Он расправится с ней столь же унизительным способом, как Ковен хотел избавиться от него самого. Неужто, они думали, что он не заметит и не догадается заглянуть в их планы? Убить его будучи ребенком, переехав машиной? Просто восхитительно. В особенности, подослав сделать это девчонку, что всю свою жизнь корчила из себя едва ли не святую. Только вот куда делась ее святость, когда ребра и позвоночник пятилетнего хрустели под колесами ее автомобиля? Сплошное лицемерие и ложь. Но ничего, теперь эта ведьма хлебнет своей заслуженной участи сполна, уж Лэнгдон об этом позаботится. Сегодня она пришла в себя, так что, пора показать девчонке, как теперь будет выглядеть ее нынешняя жизнь. Еле поспевая за широким шагом Лэнгдона, Мэллори на дрожащих ногах бежала следом. Как назло, на одной из ступенек девушка споткнулась и не удержав равновесие, упала, больно ударившись коленями. Мужчина, сделав вид, что ничего не заметил, с силой потянул ее за руку, отчего Мэллори, не успев встать, проехалась животом и грудью по лестничному пролету. — Ты меня задерживаешь, — невозмутимо сказал Лэнгдон, оглядываясь, на девушку, что растянулась на ступеньках лицом вниз, тщетно пытаясь подняться. В ответ ему прилетел полный ненависти взгляд. Чудно… а ведь день только начался. Не разжимая запястья, он грубо вздернул ее наверх. Девушка поморщилась от боли, но не проронила ни звука. Ничего, это ненадолго. Ее криков он наслушаться еще успеет. Когда Лэнгдон, наконец, довел Мэллори до места назначения и открыл двери, то не без удовольствия заметил, как девушка резко смутилась. Это был зал заседаний, и хозяина Святилища уже успели заждаться. За длинным столом собралось не менее пятидесяти человек, преимущественного мужского пола, и все они удивленно уставились на ведьму, что, мягко говоря, была одета не по случаю. Майкл проследовал в зал с непроницаемым лицом, продолжая тащить за собой упирающуюся Мэллори, что пыталась вывернуть руку из его хватки. И на что она только надеялась? Без своих сил она была просто мелкой дрянью, которую Лэнгдон мог даже без магии разломить пополам, как ветку об колено. Кресло Майкла стояло отдельно от общего стола, в центре зала на небольшом пьедестале. Может, и слишком вычурно, но какая жизнь без капризов? Дойдя до него, Лэнгдон присел и лениво откинулся на спинку, обитую черным бархатом. Мэллори растерянно осталась стоять рядом, не понимая, чего он от нее ждет. — На пол, — с мягкой улыбкой сказал антихрист, бросив на девушку взгляд. Непонимание в ее лице тут же сменилось гневом и отвращением. Несмотря ни на что, она по-прежнему продолжала упираться. Вздохнув, Лэнгдон слегка щелкнул пальцами, отчего девушка рухнула рядом с его креслом, будто ей ноги отрубили. Впрочем, по ее ощущениям в этот момент, примерно так оно и было. Боль в ногах была просто невыносимая, и Мэллори быстро осознала, что не может даже закричать, словно у нее исчез голос. Видимо, очередные фокусы антихриста. Ему ни к чему, чтобы ведьма мешала работать своими воплями. — Итак, приветствую вас, господа, — с прохладным равнодушием начал Лэнгдон, стиснув руками жесткие подлокотники. Про Мэллори, что сейчас в страшных муках валялась у него в ногах, он словно бы забыл. Взгляды присутствующих все еще опускались на девушку, но никто не решался ничего спросить. У мистера Лэнгдона были свои причуды и кто они такие, чтобы их комментировать? Мэллори не знала, сколько уже длилась эта пытка. Ноги выкручивало сильнейшей судорогой, а она даже пошевелиться не могла. Майкл все говорил и говорил, но девушка от боли даже слов не могла разобрать. Сейчас ей было уже все равно, что она практически голая лежала на полу рядом с левой ногой антихриста, словно она была ни то собакой, ни то выброшенным мусором — боль была слишком сильной, чтобы радеть за свой внешний вид. И вот когда через целую вечность, мучительные судороги в конечностях, наконец, исчезли, в ту же секунду последовала новая боль, хоть уже и терпимей. Все еще сидя в кресле, Лэнгдон взял девушку за волосы на затылке и потянул наверх, заставляя подняться на колени и посмотреть ему в глаза. Мельком ведьма успела заметить, что зал уже опустел, и они остались в нем одни. — Ну и как, понравилось? — тихо спросил он, ухмыляясь, — могла бы просто сделать, что приказали, а не терпеть это всё два часа. Так прошло целых два часа? Боже мой, и как она только выдержала? Мэллори ощутила, что голос снова вернулся к ней, но удостаивать Лэнгдона ответом она все равно не собиралась. — Это упрямство я с тебя все равно выбью, — сладко улыбнулся мужчина, сжимая кулак еще сильнее, оттягивая волосы, — так что, чем скорее ты начнешь слушаться, тем для тебя же лучше. — Гори в аду, — только и смогла прошипеть Мэллори сквозь зубы. Майкл улыбнулся еще шире и только он отпустил ее волосы, как его рука уже прилетела девушке по щеке, отбрасывая ее ударом обратно на пол. — Не расслабляйся, у нас впереди еще три слушания, — добавил он, закидывая ногу на ногу. — А я вам здесь зачем? — огрызнулась девушка, едва не плача от того, как сильно горела щека. — Затем, что я так хочу, — с улыбкой ответил Майкл. … Когда подошло к концу еще одно собрание, Мэллори уже едва в обморок не падала от усталости и голода. Словно подслушав ее мысли, Лэнгдон спокойным голосом сказал, поднимаясь с кресла: — Я дам распоряжение, чтобы тебя накормили. Девушка злобно посмотрела на мужчину. — И за что такая щедрость? — тихо съязвила она. — Это не за твои заслуги, — пожал плечами Лэнгдон, — просто я не хочу лицезреть рядом с собой подобие жертвы Освенцима. Мэллори шумно выдохнула. Значит, хочет сохранить ей товарный вид? И для чего же, интересно? Небрежно перешагнув через девушку, что все еще валялась на полу, он направился к выходу из зала. — Ты идешь или тебе нужно особое приглашение? — с насмешкой спросил он, не оборачиваясь. Даже не глядя на ведьму, он ощутил, как она замешкалась. Видимо, она не знала, хочет ли Лэнгдон, чтобы она за ним ползла или шла на своих ногах. Похоже, что двухчасовая пытка не прошла даром. — Можешь встать, — тихо хмыкнул Майкл. Ее гневное сопение, пока она шла за ним следом, забавляло мужчину. Какой же она, все-таки, была беспомощной и жалкой без своих, а точнее, без одолженных у его отца, сил. Впрочем, Лэнгдон, все равно оставался настороже. Даже маленький загнанный зверек все еще способен накинуться и впиться зубами в горло. Когда он спустился с ней с этажа, где проводились слушания, почти сразу он встретил своих слуг. Он помнил этих женщин еще со времен, когда впервые попал на порог церкви Дьявола. Мисс Клементина Джонс и Ребекка Стюарт. Они заслужили свое место в Святилище своей преданностью и умением держать язык за зубами. Лэнгдон терпеть не мог доставучую прислугу, что изводила его лишними вопросами и смела обсуждать приказы за его спиной. От таких он избавлялся почти моментально, отправляя на съедение каннибалам. Этих же двух дам он приставил как личную охрану для своей новой игрушки. — Отведите ее поесть, — равнодушно сказал он, кивнув прислуге, — а после, отправьте ко мне в комнату. Когда Лэнгдон сказал про комнату, по спине Мэллори пробежал неприятный холодок. Мужчина удалился, оставив девушку наедине с мисс Джонс и мисс Стюарт. — Пошли, — хмуро сказала женщина, бросив неприязненный взгляд на Мэллори. Ведьма уныло поплелась за надзирательницами, обхватив себя руками. К своей наготе и до пошлости откровенному виду она все еще не могла привыкнуть. Но сейчас на нее хотя бы Лэнгдон не смотрел. Впрочем, судя по его взглядам, сложно было сказать, чтобы его это вообще как-то волновало. Ее снова повели вниз, и когда открыли двери, Мэллори удивленно округлила глаза. Девушка оказалась в небольшой уютной комнате, где уже был накрыт стол. И еды здесь было, мягко говоря, в изобилии. Неужто, в Святилище все еще можно было найти что-то помимо безвкусных питательных кубиков, которыми их пичкали в Аванпосте? — Чего уставилась? — недовольно спросила мисс Джонс, — садись и ешь! Девушка, все еще в удивлении опустилась на краешек стула. За эти полтора года она уже успела подзабыть вкус и запах нормальной пищи. Лишь одно ей не давало покоя — с какой радости антихрист вдруг оказывает ей подобные почести? Впрочем, желудок до такой степени скручивало от голода, что Мэллори уже не могла держаться. Она начала есть, почти не разбирая, что попадало к ней в рот. Мясо и сыр вперемешку с виноградом и бисквитами. От давно забытых вкусов, на глаза девушки чуть ли не слезы наворачивались. Надзирательницы молча стояли у дверей, наблюдая, как Мэллори поглощала еду с такой жадностью и страстью, словно это был последний ужин в ее жизни. Спустя полчаса, одна из женщин приблизилась к ведьме и жестко взяла ее за предплечье. — Встала! — сказала она, дергая девушку за руку. Мэллори уже достаточно успела наесться, но вспомнив, куда ее теперь поведут, к горлу тут же начала подкатывать тошнота. Впрочем, может, все окажется и не так страшно, как она думала. Если Лэнгдону опять захочется сломать ей пару костей — она могла и потерпеть. И снова долгий путь вверх по лестницам. На этом этаже Мэллори еще не была. Он находился выше, чем тот, где проводились собрания и здесь уже не наблюдалось большого количества дверей. Похоже, что это было жилое крыло и посторонние люди здесь не часто появлялись. И снова повсюду этот давящий красный цвет. От его обилия у девушки уже начинали болеть глаза. Впереди показались широкие двустворчатые двери, что резким контрастом выделялись черным на фоне алых стен. Прислужницы продолжали подталкивать ее в спину, когда завели внутрь. Мэллори быстро обвела взглядом помещение. Что-то похожее на гостиную в дорогом пентхаусе. Почему именно пентхаус — впервые за весь день девушка увидела в этом здании окна. Причем, окна огромные, высотой от пола до потолка, только вот обзор из них виднелся весьма удручающий. Серая выжженная земля, покрытая туманом, сквозь который еще летели ошметки пепла. Впрочем, наверное, Лэнгдону такой пейзаж был по душе. Мэллори ждала, что ее оставят в этой комнате, но женщины повели ее дальше и распахнув еще одну дверь, втолкнули за порог. Подняв глаза, девушка ощутила, как у нее резко пересохло во рту. — Вижу, ты удивлена? — усмехнулся Лэнгдон, что вальяжно развалился в кресле рядом с горящим камином. Мэллори не знала, что сказать. С самого утра ведьма настойчиво гнала от себя эту мысль, но сейчас, глядя на то, где она оказалась, отрицать происходящее становилось все сложнее. Ее привели в спальню. Те же красные стены, что и в коридоре, черное дерево и огромная кровать у дальней стены, при взгляде на которую, на девушку с новой силой накатил приступ тошноты. — Ты не станешь меня насиловать, — упавшим голосом произнесла Мэллори, возвращая взгляд на хозяина комнаты. Она не спрашивала, а утверждала. Это было уже слишком даже для Майкла Лэнгдона. Пусть он еще хоть сотню раз переломает ей все кости, но только не это. — Думаешь? — переспросил он, тихо фыркнув от смеха. Встав с кресла, он медленно подошел к ведьме, глядя на нее сверху вниз. Мэллори нервно сглотнула. Скорей всего, он просто хотел ее лишний раз припугнуть, она не должна на это вестись. — Ты ведь даже не человек, — сбивчиво пробормотала девушка, глядя в его самодовольное лицо, — тебе это даже не нужно. Майкл улыбнулся еще шире. — Если рассматривать с такой точки зрения — то да, — мягко протянул он, — но если вспомнить, зачем ты тут находишься, то это немного меняет дело. Мэллори побледнела, чувствуя, как сердце пропустило удар. — Я могу избивать и пытать тебя сколько угодно, — тихо добавил он, вытягивая вперед руку и заправляя ей за ухо выбившуюся прядь, — но это не даст мне того, чего я хочу от тебя увидеть — твое унижение. Девушка резко отпрянула назад, когда пальцы Лэнгдона коснулись ее щеки. Повисла долгая пауза. Мужчина продолжал молча смотреть ей в глаза, словно считывая каждую отчаянную мысль, что успела промелькнуть в голове Мэллори. Она все еще надеялась, что он блефует. Пожалуй, это как-то даже обидно. Неужто она думала, раз он антихрист, то он был не способен ее поиметь? Глубоко вздохнув, Лэнгдон, наконец, с кривой улыбкой произнес: — Раздень меня. Мэллори вздрогнула, подумав, что ослышалась Заметив ее растерянный и злой взгляд, Майклу стало еще веселее. — Мне что, повторить еще раз? — спросил он, вскинув бровь. Мэллори шумно выдохнула и отвела взгляд в пол. Когда-нибудь она все равно убьет этого ублюдка. У нее не получилось в первый раз, так получится во второй. Медленно приблизившись к мужчине, что с насмешкой смотрел на нее, девушка, стараясь не столкнуться с ним взглядом, потянулась к пуговицам на рубашке. Боже, неужели она правда это делает? Что-то подсказывало, что здесь явно не обошлось без магического контроля с его стороны. Всеми фибрами души она сопротивлялась, отчего пальцы трясло так, что даже с такой простой задачей она справлялась через силу. Черная гладкая ткань расходилась в стороны, обнажая белую кожу. Если бы Мэллори только могла, она бы сейчас пробилась ногтями сквозь его плоть и выдрала бы антихристу сердце из груди. Но что толку, если он все равно предугадывал любое ее действие? Справившись с последней пуговицей, ведьма уцепилась за края рубашки, и потянула ее вниз, снимая с плеч. Стараясь преодолеть отвращение, девушка неуверенно коснулась ремня на брюках, но не успела она его расстегнуть, как ее запястье сжала ладонь Лэнгдона. — На этом пока достаточно, — довольно сказал он, — а теперь снимай платье и иди. С этими словами он кивнул Мэллори в сторону кровати, которую девушка так старательно пыталась игнорировать взглядом все это время. Под оглушительный стук крови в ушах, Мэллори стянула с плеча шифоновую накидку, отчего та сразу соскользнула вниз, падая к ногам. Не глядя на Лэнгдона, что, следил за каждым ее движением, она дошла до кровати и присела на край. Как только тело почувствовало прохладу простыней, девушке стало по-настоящему страшно. Подняв взгляд на мужчину, она заметила, что он все еще смотрит на нее выжидающе. Видимо, просто сесть было недостаточно. Внутри Мэллори снова вспыхнул порыв сейчас же встать и попытаться вырваться из комнаты, но чужая воля, расползавшаяся в ней черной тенью, тут же гасила ее сопротивление. Почти не ощущая собственного тела, Мэллори залезла на кровать, ложась на спину и судорожно сжимая ноги. Неотрывно глядя в потолок, она почувствовала, когда кровать продавилась под весом второго человека. Лэнгдон не спешил к ней прикасаться или наваливаться сверху. Опираясь на руки, он навис над ней, с улыбкой глядя в напуганное и побледневшее лицо. — Неправильно, — тихо сказал он. Мэллори с недоумением посмотрела на него, но следующие действия мужчины уже не требовали объяснений. Отодвинувшись, он взял девушку за плечо и резко перекатил ее на живот. Лицо Мэллори уткнулось в простынь, а Лэнгдон, тем временем, грубо ухватил ее за бедра, дергая наверх и ставя перед собой на четвереньки. — Ты здесь не в качестве плененной ведьмы, Мэллори, — язвительно протянул он, сжимая руками ее ягодицы, — и даже не в качестве женщины. Можешь считать, что я тебя здесь держу как беспородную сучку, которую я, рано или поздно, отучу кусаться. Так что, и трахать я тебя собираюсь исключительно как суку. Холодея от страха, девушка испуганно дернулась, но рука Лэнгона уже крепко вцепилась в ее бедро. Послышался звук расстегиваемого ремня, и через пару секунд из груди Мэллори невольно вырвался громкий болезненный крик. Майкл, особо не церемонясь с девушкой, резко вошел в нее на сухую. Ему было без разницы, насколько сильно ей было больно. Она здесь не для того, чтоб он ее удовлетворял. Девчонка будет работать его личной подстилкой, а уж нравится ей или нет — как-то плевать. Мэллори отчаянно сжала пальцами простынь и стиснула зубы, не давая прорваться очередным крикам, пока Лэнгдон ожесточенно и с наслаждением вбивался в нее сзади. Ей не верилось, что все это было реальностью, а не каким-то кошмарным сном… Надавив Мэллори на талию, отчего ей пришлось сильно прогнуться, Майкл стал входить еще глубже и резче, доставляя девушке все большую боль. Ее сдавленные крики, которые она так старательно сдерживала, приносили ему особое удовольствие. Наконец-то он чувствовал над ней полную власть. Именно сейчас, когда она всхлипывая от боли и унижения, принимала в себя его член, как настоящая шлюха дьявола. Спустя несколько невыносимо долгих минут, когда Лэнгдон, наконец, с гортанным стоном кончил в нее, Мэллори мечтала уже только о том, чтобы поскорее умереть. Даже если антихрист не убьет ее сам, она исхитрится и найдет способ, как сделать это самостоятельно. Она не станет терпеть такого, она просто больше не выдержит… Отстранившись, Майкл грубо отпихнул от себя ведьму, отчего та, не удержавшись на дрожащих ногах, рухнула с кровати, упав на лакированный пол. — На сегодня ты свое отработала, — устало сказал Лэнгдон, разваливаясь поверх одеяла, — завтра все по тому же расписанию, Мэллори. Послышался звук отворяемых дверей и быстрые шаги. Мэллори почти не почувствовала, когда грубые женские руки снова вцепились в ее плечи и потянули наверх. Антихрист не сказал больше ни слова, когда девушку вывели из его спальни. Впрочем, ему ей сказать было уже и нечего.