По законам мелодрамы

      Битый час пытаясь сосредоточиться на отчете по преддипломной практике, Юнги буравит взглядом расположившуюся за самым дальним от него столиком компанию из двух школьников. Мальчишки слишком шумные и умудряются отвлекать альфу своим смехом даже находясь на приличном расстоянии от него. Юнги уже и сам пожалел, что решил поработать над отчетом в кафе, а не в своей убогой съемной квартирке в общежитии. Приличного стола в ней, конечно, нет, но зато там нет и раздражающе-громких школьников. Он мог бы расположиться с ноутбуком, например, за кухонным столом, если разобрал бы стопки учебной литературы, которой завалено полкухни. Но нет, он решил зайти в первое попавшееся по дороге кафе, соблазнившись симпатичными картинками с кофе.       Поняв, что допечатать отчёт за сегодняшний день ему в таком шуме не удастся, Юнги захлопывает крышку ноутбука и снова переводит взгляд на мальчиков. На вид они разного возраста: один худой и нескладный подросток, с забавной улыбкой, и явно тише и скромнее, чем его друг. Парень, сидящий напротив него, и вполоборота к Юнги, выглядит вполне сформировавшимся омегой, с выразительными бёдрами и округлыми ягодицами. Его лица Юнги не видит, но предполагает, что он, вероятно, ученик выпускного класса. У обоих парней обесцвеченные волосы, а у того, что сидит к Юнги боком, они отдают розоватым оттенком. Наверное, самые популярные в школе, думает Юнги и хмыкает. Он на таких омег никогда не обращал внимания, предпочитая кого-нибудь попроще.       Омега активно жестикулирует, что-то рассказывает и смеётся. Друг, сидящий напротив не успевает предупредить, как внезапно позади возникает официант с заварником чая на подносе, который задевает рукой омега с розовыми волосами, из-за чего чайничек пошатывается, и кипяток проливается мальчишке на руку. Омега вскакивает на ноги, округлив глаза от испуга и боли, отряхивает руку от воды и прижимает её к себе. Официант извиняется, в ужасе смотря, как на больших карих глазах наворачиваются слезы. Юнги, обреченно вздохнув, поднимается из-за своего столика, и идёт к горе-парнишке.       — Идём, — говорит Юнги, и берёт омегу за здоровую руку.       Он спрашивает у официанта где здесь уборная, и, дождавшись ответа, ведёт мальчишку туда. Омега не сопротивляется, только прижимает к себе покрасневшую руку и шмыгает носом. Юнги его подводит к раковине, и суёт его руку под воду.       — Что же ты так неаккуратно, — улыбается альфа, держа маленькую ладошку под струей воды, и наслаждаясь нежным омежьим ароматом. Юнги его сразу узнал.       — Я не заметил, — удивительно тихо отвечает парень, словно не он был основным источником шума в кафе, и любопытно разглядывает альфу. Чимин проходится изучающим взглядом по довольно приятному лицу, клетчатой рубашке, накинутой поверх футболки и потрёпанным кроссовкам, уже давно изжившим своё. Аромата альфы, на удивление, он не ощущает.       Юнги выключает воду, и осторожно промакивает руку омеги бумажными полотенцами.       — Нужно обработать спреем для ожогов и сделать повязку, иначе инфицироваться может. Подождёшь в зале, пока я сбегаю в аптеку?       Мальчишка кивает, и Юнги большим пальцем вытирает слезу с мокрых ресниц.       — Не реви, — альфа улыбается, и кладёт ладонь ему на лопатки, провожая обратно за столик.       Их встречает нахмуренным взглядом друг омеги. Чимин садится рядом с ним, и Юнги обещает вернуться через пять минут.       — Кто это? Что ему нужно? — спрашивает Тэхён у вернувшегося друга. Чимин альф к себе как магнитом притягивает, Тэхёна это невероятно раздражает. Нет, он не завидует. Тэхён просто ненавидит, когда им мешают, а это происходит регулярно, стоит им куда-нибудь вместе пойти.       — Просто хочет помочь, — отвечает Чимин, разглядывая свою красную руку, и пожимает плечами. — Наверное, он доктор или что-то вроде того.       Пока альфа отсутствует, к ним подходит всё тот же официант, и приносит Чимину извинения, хоть и вовсе не виноват в случившемся. Чимин заверяет, что всё в порядке, и он не сильно пострадал, но официант в качестве компенсации за неприятность приносит омегам по десерту.       Юнги возвращается спустя обещанные пять минут, держа в руках упаковку бинта и баллончик. Он присаживается за их столик, под недоверчивый взгляд нескладного худенького омеги, и просит Чимина дать ему пострадавшую руку. Чимин её тут же протягивает, и наблюдает за действиями альфы. Юнги встряхивает баллон , снимает с него крышку и покрывает повреждённый участок кожи белой пенкой. Боль в области ожога почти сразу притупляется, и Чимин ощущает приятный холодок на коже.       — Вечером нужно будет сделать так ещё раз, хорошо? — спрашивает Юнги, поднимая голову и сталкиваясь с омегой взглядом.       — Меня Чимином зовут, — выдаёт парнишка и растягивает губы в скромной улыбке, а Юнги зависает на секунды. Кажется, в него школьник втюрился. — А это мой друг, Тэхён.       Чимин указывает в сторону мальчишки, недовольно сложившего руки на груди, и наблюдающего за альфой.       — Юнги, — отвечает альфа, слегка кивнув, и накладывает свободную повязку поверх пены на место ожога. — Всё, готово. Больше руками не маши.       Юнги улыбается, и прощается с омегами, уходя к своему столу, где оставил все свои вещи. Омега, оставшийся за дальним столиком, безусловно, истинный. Юнги это сразу понял, едва услышал его аромат. Он бросает короткие взгляды на парней, пока собирает ноутбук и тетради в рюкзак, и размышляет, что следует подойти и спросить у Чимина номер телефона.       Чимин же и сам не упускает возможности обернуться на симпатичного альфу, но разочарованно замечает, что Юнги уже собирается уходить.       — Подойти или нет? — спрашивает Чимин у Тэхёна, от волнения закусив пухлую губу.       Тэхён закатывает глаза и вздыхает.       — Он тебя старше лет на пять, это первое. А второе – хотел бы, спросил бы твой номер сам, — отвечает Ким. — Зачем ему малолетка?       Чимин обиженно свои губы поджимает, но понимает, что обижаться на Тэ не имеет смысла – он всегда такой колючий. А вот зародившаяся симпатия ему покоя не даёт, и, собравшись с мыслями, он резко встаёт со стула, и разворачивается в сторону, где сидел альфа, но тут же в него врезается.       — Да что же ты резкий такой? — усмехается Юнги, а Чимин тихо ойкает. — Запишешь мне свой номер? Проконтролирую вечером, чтобы ты не забыл повязку поменять.       Юнги протягивает Чимину свой старенький телефон с давно разбитым экраном, и омега берет его в руки, быстро набирая свой номер и отдавая обратно. Юнги нажимает на кнопку вызова, позволяя Чимину сохранить и его номер тоже, и прощается с парнями.       Вечером Чимин гипнотизирует свой мобильный, желая получить хотя бы одно, хоть самое коротенькое сообщение от Юнги. Телефон пиликает вот уже третий раз с тех пор, как после ужина он поднялся в свою комнату, и каждый раз это оказывается Тэхён, которому уж очень нужно обсудить домашнее задание на завтра. Чимин в очередной раз разочарованно вздыхает и пишет Тэхёну, что он к выполнению заданий ещё даже не приступал. Не до уроков ему сейчас. Он перекатывается на застеленной пледом постели на другой бок, и в телефоне заходит в «Контакты». Номер мобильного Юнги так и манит, но Чимин приличный омега, он не пишет незнакомым альфам первый. Папа его воспитывал, как самую большую ценность, так себя Чимин и привык ощущать. И не пристало ему первым проявлять интерес к альфе. Ко взрослому, красивому альфе. Он тяжело в очередной раз вздыхает, и переворачивается на живот. Телефон продолжает молчать, а стрелки на часах подбираются уже к девяти часам вечера. Ещё немного, и писать или звонить будет уже просто неприлично. И Чимин уже почти теряет надежду на то, что Юнги напомнит о себе. Промаявшись ещё немного, переворачиваясь с боку на бок, он решает отвлечься и всё-таки сделать уроки на завтра. Ну и что, что первый понравившийся ему за всю его пока недолгую жизнь альфа не перезвонил? Подумаешь, найдутся ещё сотни. Уж Чимин не бывает обделён вниманием. Почти любой парень из выпускного класса хочет пойти с ним на свидание. Так что, Чимин по Юнги грустить не будет. Да и что у них выйти-то может? Чимин даже школу ещё не окончил. А как раз об этом ему и нужно сейчас думать, и запускать учебу ни в коем случае нельзя. Не может же сын профессора скатиться на «неуд».       Чимин достаёт из стола тетради и учебники, находит задания, и принимается выполнять, попутно печатая сообщения Тэхёну, который, конечно же, все задания уже выполнил и с чистой совестью смотрит с папой кино, сидя перед телевизором. Чимину учеба даётся не так легко, но он преуспевает, в основном благодаря другу и упорному труду, ведь негоже позорить фамилию. Тэхён исправляет его ошибки прежде, чем Чимин сдаёт тетради, объясняет непонятные темы, и даёт списать, если надо. Чимин добротой друга сильно не злоупотребляет, но Тэхён и не прочь помочь. Ким подсказывает правильные формулы для решения примеров по математике, и Чимин с лёгкостью их решает в тетради, когда телефон, наконец, раздаётся мелодией звонка. Чимин откладывает ручку в сторону и хватает мобильный здоровой рукой. На дисплее высвечивается «Юнги». Он ждёт несколько секунд, будто и не сгорал от удручающего ожидания, и только потом отвечает на звонок.       — Алло?       — Чимин? Ты ещё не спишь? Прости, что так поздно. Как твоя рука?       Чимин растягивает губы в улыбке от размеренного голоса альфы, от которого мурашки табуном бегут по коже, и устраивается на широком подоконнике, на котором разбросаны цветные подушки.       — Не сплю. Ещё уроки делаю, — вздыхает Чимин, и тут же осекается и замолкает. Уроки. Наверное, не стоило бы напоминать Юнги, что он всё ещё школьник.       — Я не отвлекаю? Хотел напомнить тебе, что нужно обработать руку и наложить новую повязку.       Юнги на его осечку никакого внимания не обращает, и с тем, что его истинный – школьник, свыкся довольно легко. Не такая уж у них большая разница. В истории бывали случаи и покруче, когда у истинных была разница в тридцать лет, например. У них всего-то лет пять. Ерунда.       — Да, я помню, хён, — снова улыбается омега. — Только не знаю, как сделать это одной рукой.       — А родители?       — Папа рано ложится спать, а отец на работе ещё.       Чимин крутит своей перебинтованной рукой, которая уже почти не болит. Юнги молчит, обдумывает что-то, и Чимин судорожно пытается придумать, как продолжить разговор. Прощаться с альфой ужасно не хочется.       — Хочешь, я приеду? — выдаёт Юнги спустя показавшиеся вечностью секунды молчания. Чимин в ответ молчит, слегка приоткрыв пухлые губы и округлив глаза, и Юнги уже думает, что поторопился и напугал. И альфа спешит исправиться. — Ну, помогу с рукой.       — Д-да, — выдыхает нервно омега. — Да, приезжай. Я выйду на улицу.       Юнги просит скинуть ему адрес в сообщении, и забив его позже в навигаторе, пишет Чимину, что будет через 20 минут. Пак прижимает ладонь к горящей щеке, и в панике пытается сообразить, что ему надеть и как тихо выбраться из квартиры. Он идёт в гардеробную, достаёт синие джинсы-скинни и футболку, и быстро переодевается. В своё отражение в большом зеркале он всматривается долго и критично, после чего решает сменить футболку на более просторную. Аппетитные бёдра и ягодицы, конечно, притягивают взгляды даже альф постарше, но вот своим мягким животиком, на который давят узкие джинсы, Чимин совершенно не доволен. Живот он и решает спрятать в просторной футболке. Покрутившись перед зеркалом ещё. За свои сформировавшиеся ягодицы и ноги Чимину становится неловко, и облегающие джинсы он меняет на мягкие брюки, скрывающие округлости. Не хватало ещё, чтобы Юнги подумал, что Чимин его соблазнить пытается.       Поверх футболки он накидывает худи, все-таки ночи во второй половине сентября уже не такие уж и жаркие. С нижней полки он достаёт белые кеды, надевает, завязывает шнурки, и заметив, что двадцать минут уже прошли, тихонько выходит из спальни, прижимая к себе рукой мобильный, новый бинт и спрей от ожогов. На телефон приходит сообщение от Юнги, что он уже стоит во дворе его дома. Омега крадётся в прихожую, и как мышка выскальзывает в подъезд, запирая за собой дверь. Пока в лифте спускается на первый этаж, стук своего сердца он слышит, кажется, где-то в желудке. Он нервно кусает губу, наблюдает за огонёчком, спускающимся всё ниже по дисплею с пронумерованными этажами, и судорожно выдыхает, когда двери лифта открываются в холле первого этажа. Чимин переводит дыхание, мысленно себя подбадривает. Чимину кажется, будто он идёт на первое свидание в своей жизни, но он себя одергивает. Может, это никакое и не свидание вовсе. Может быть, Юнги просто заботливый хён, и хочет всего навсего помочь. Чимин уговаривает не тешить себя ложными надеждами, и выходит на улицу. Перед подъездом стоит старенький хёндай, с потрескавшейся краской, и Чимин думает, что таких древних машин в жизни никогда не видел. Машина альфы хоть и старая, но чистая. Видно, что Юнги за своей старушкой следит. Из спущенного окна выглядывает альфа, и говорит Чимину садиться в машину. Чимин идёт к ней на ватных ногах, мысленно пытаясь успокоить волнующееся сердце, но губы сами растягиваются в улыбке, когда он подходит ближе, и видит такую же улыбку в ответ. Он садится на переднее сидение рядом с Юнги и захлопывает дверь. А потом улыбка на лице Чимина сменяется удивленным «о», и он, округлив губы, ведёт носом.       Нейтрализующий запах спрей, которым Юнги пользуется на практике в стационаре, уже давно перестал действовать, и альфа с предвкушением ждал реакции Чимина. Омега слегка подаётся вперёд, глотает воздух с витающим в нем густым ароматом горького шоколада, и ошарашено разглядывает альфу.       — Привет, — Юнги улыбается.       — Привет, — тихо отвечает Чимин, и добавляет: — Хён. Я днём не слышал этот запах. Ты пахнешь...       Чимин запинается, поджимает губу и тупит взгляд, опуская его на свои руки. Разговор выходит неловким, и Чимин не хочет первым озвучивать в слух свои предположения. Он молчит, ждёт когда альфа за него закончит, и Юнги тихо смеётся.       — Пахну, как истинный, да? — Юнги улыбается и берет его забинтованную руку. — Я тоже чувствую твой запах, Чимин.       Омега поднимает взгляд, в полумраке разглядывает лицо альфы, и робко кивает. Юнги осторожно снимает бинт, и включает дополнительное освещение в салоне. Света всё равно недостаточно, и он подносит ладонь Чимина к лампочке поближе, чтобы разглядеть ожог. Травмированная кожа покрасневшая, с пузырьками, и Чимин невольно морщится, когда видит неприятную картину. Юнги снова, как и днём, обрабатывает его руку спреем и накладывает новую повязку.       — Следи за тем, чтобы температура не поднялась. Если поднимется, придётся ехать в больницу, — говорит Юнги, продолжая держать маленькую ладошку в своих руках.       — Ты доктор, да? — несмело спрашивает омега.       — Нет, — усмехается Юнги. — Я колледж заканчиваю, буду медбратом. А ты в выпускном классе?       Чимин краснеет немного, и качает головой.       — Нет, в предпоследнем, — бубнит Чимин. Альфа, наверное, сейчас рассмеется и отправит его домой, думает он. Но Юнги в ответ только кивает и тепло улыбается.       — Значит, сколько тебе?       — Шестнадцать скоро будет. А тебе?       — Двадцать два, — отвечает Юнги, и меняет тему. — Хочешь немного покататься?       На панели высвечивается электронный циферблат, Чимин на него косится, и прикидывает, сколько у него есть времени до возвращения отца. Дверь квартиры закрыта снаружи, а не изнутри, и отец поймёт сразу, что кого-то нет дома. А отец у Чимина довольно строгий в вопросах воспитания, и рисковать ему бы не хотелось.       — Если только не долго, — кивает омега. — Отец вернётся к полуночи.       — Пристегнись, — Юнги заводит мотор, пока Чимин возится с ремнём безопасности, и отъезжает от жилой высотки. — Куда бы ты хотел поехать?       Чимин недолго думает, и отвечает, что хочет к морю. Юнги кивает, и сворачивает в сторону пляжа, расположенного недалеко от престижного района новостроек, в котором живет Чимин. То, что мальчишка из состоятельной семьи, альфа понял ещё в кафе. С омегами у Юнги никогда проблем не возникало. Он учился в школе возле дома, в обычном рабочем районе, где жил с дедушкой, который забрал его к себе из Тэгу, после того, как скончался папа Юнги. С ним учились такие же обычные альфы и омеги, не выбивающиеся из толпы дорогими телефонами и модными шмотками. С такими омегами и встречался обычно Юнги. Рядом с Чимином же он чувствовал себя не слишком уютно, не зная, чего ожидать от омеги. Быть может, он привык к ужинам в ресторанах и свиданиям, спланированных в лучших традициях мелодрам. У Юнги же для таких свиданий ни финансов, ни фантазии. Он косится периодически на омегу, отвлекаясь от ночной дороги, но наблюдает только легкую улыбку на пухлых губах.       — Заедем за мороженым? — спрашивает Юнги, замечая вывеску «Баскин Робинс».       — Да, — радостно соглашается Чимин. Мороженое из «Баскин» - его любимое.       Они заходят в небольшой магазин, и у Чимина, как и всегда, разбегаются глаза от ассортимента вкусов. Он любит шоколадное и что-нибудь с фруктами, и за раз они с Тэхёном могут прикончить по четыре шарика на каждого. Чимин мысленно выбирает шарик «три шоколада», шарик ежевичного и шарик мангового, и уже собирается озвучить своё желание, но замечает, как Юнги достаёт из заднего кармана старенький потрёпанный бумажник.       — Уже выбрал? — спрашивает Юнги, пробегаясь взглядом по лоткам с мороженым.       — Да, я буду.. шоколадное, один шарик, — Чимин робко улыбается, и мысленно корит себя, что не подумал раньше, когда соглашался заехать в «Баскин».       — И всё? — удивляется альфа.       — Я на диете, — выдаёт первое, что приходит в голову Чимин, и сам восхищается своей находчивости.       — Тебе не нужна диета, Чимин-а, — улыбается Юнги, и быстрым взглядом скользит по омежьей фигурке.       Чимин всё же настаивает на одном шарике, и из магазина они выходят с рожком мороженого и стаканчиком кофе для Юнги. Пляж находится напротив, и они решают оставить машину припаркованной у магазина, и дойти пешком. Омега уплетает мороженое, едва не жмурясь от потрясающего вкуса.       — Сладкоежка, — тихо смеётся альфа, умиляясь тому, какой Чимин ещё ребёнок. Он пачкает в шоколаде все губы, мороженное стекает по пальцам и подбородку и так и норовит капнуть на худи. Благо, Юнги успевает вовремя, вытирает подбородок Чимина пальцем и тут же его облизывает. Омега на это смущенно краснеет и смотрит под ноги.       На пляже безлюдно и тихо, размеренно шумит прибой, и легкий свежий ветерок ерошит волосы. Чимин полной грудью вдыхает тяжелый насыщенный аромат темного шоколада, исходящий от альфы, и довольно улыбается. У Чимина чешутся руки, чешутся губы, и сердце выпрыгивает из грудной клетки. Хочется Юнги взять за руку, хочется получить свой первый поцелуй. Хочется столько всего, но ничего этого Чимин сделать не может, а Юнги не торопится. Они бредут по пляжу плечо к плечу, но даже между их плечами расстояние в жалкие несколько сантиметров. Чимин расспрашивает у Юнги об учебе, о практике в больнице, и рассказывает, что у Тэхёна папа хирург, и он много чего рассказывает им интересного. Чимин спрашивает, хочет ли Юнги тоже быть врачом, и альфа честно отвечает, что об этом не думал.       Побыть вместе дольше и узнать друг друга лучше им не удаётся. Чимин с сожалением напоминает, что ему скоро нужно быть дома, и Юнги спрашивает, могут ли они встретиться завтра. У Чимина по расписанию уроки в школе почти до вечера, и дополнительные после. Но Чимин обещает, что сможет ускользнуть из дома после отбоя. На этом и договариваются.       Юнги провожает Чимина до подъезда, остановив машину чуть дальше. Уже у самых дверей Юнги легонько берет Чимина за маленькую ладошку, и изо всех сил борется с желанием омегу поцеловать. Губы Чимина розовые и влажные от постоянных нервных облизываний, и Юнги с трудом от них отводит взгляд, что не утаивается от взгляда омеги.       — Спокойной ночи, Чимин, — улыбается альфа, и отпускает его ладошку.       Юнги не удерживается, и подаётся вперёд. Чимин, от волнительной неожиданности, лицо отворачивает, и альфа проходится губами по его щеке.       — Да, спокойной ночи, хён, — Чимин неловко улыбается, когда Юнги отстраняется, и думает, что профукал свой первый поцелуй. Остаётся только надеяться, что Юнги захочет его поцеловать ещё.       — До завтра, ребёнок, — улыбается Мин, и ждёт, пока Чимин скроется за дверью подъезда.       Омега, поднявшись в квартиру, как можно тише закрывает за собой дверь, прокрадывается в спальню, и падает спиной на постель. Губы сами расползаются в счастливой улыбке, и Чимин прикрывает глаза. Кажется, он впервые влюбился.