Вулверрайн

Самое сложное в педагогике — найти индивидуальный подход к каждому ребёнку. Ф.Крюгер

— Как наши успехи с новым набором учащихся? — директор Камелотской школы чародейства и волшебства Аурелио Лер Кромартен смахнул несуществующую пылинку с рукава атласной мантии, расшитой золотыми звёздами. Казначей школы поджала губы. Из каких денег оплачивались наряды директора, она прекрасно представляла. Эта мантия стоила школе ровно столько же, сколько стоил бы ремонт сантехники в жилом крыле магической школы. Впрочем, судя по тому, что мантия уже красовалась на директоре, о ремонте можно забыть ещё, как минимум, на год. — В целом неплохо, — казначей развернула свиток и пробежалась глазами по списку. — Надо сказать спасибо министерству — декрет об обязательном обучении всех магически одарённых детей именно в нашей школе мы продавили. Теперь их родителям деваться некуда — придётся присылать детишек сюда. Даже несмотря на неработающую сантехнику. Аурелио вздёрнул тщательно расчёсанную кустистую бровь: — Настоящий волшебник должен стойко переносить тяготы и лишения магической жизни. Есть, кстати, злостные неплательщики… то есть нарушители? Которые, несмотря на постановление Министерства магического образования, продолжают манкировать почётной обязанностью — обучать своих отпрысков в нашей замечательной школе? — За исключением детей членов коллегии министерства, которые по состоянию здоровья учатся за рубежом, только один магически одарённый ребенок избежал почётной обязанности получения образования в нашей школе, — казначей ехидно улыбнулась, явно сочувствуя «счастливчику». — Гавейн Вулверрайн, если верить магическому реестру. Сирота, да и незаконнорожденный к тому же. К его опекуну мы уже шестой год горгулью посылаем — ни ответа ни привета. Ни горгулий. Явно социально неблагополучная семья. Да и глухая провинция к тому же... Директор хищно оскалился: — Ох уж эти мне маги из захолустья! Не отдают детей по доброй воле — натравим органы Магической опеки. Зря что ли у нас скидки на обучение для детей госслужащих? Закон суров, но это закон! Если, конечно, применять его правильно. Аурелио встал и прошёлся по кабинету, шурша мантией перед возмущённой казначейшей:  — Хотят или не хотят, но учиться придётся здесь! И платить за это их родители или опекуны будут полновесными золотыми. Пусть даже им придётся потом Магическому банку до конца жизни кредит за обучение детей выплачивать! И этот Вулверрайн будет учиться здесь, не будь я «Директор года» по версии нашего министерства! Двухголовый феникс в клетке с потрёпанным инвентарным номером, стоящей за спиной директора, в ужасе закрыл крыльями голову и осыпался пеплом. Ещё до того, как птица осела в школе, она уже сталкивалась с членами семейки Вулверрайн. И была уверена, что любой, самый отмороженный тёмный лорд, по сравнению с любым представителем этого доблестного рода, был образцом порядочности, чести и добродетели.

***

Горгульям, пытавшимся пронести в замок Вулверрайн приглашение в магическую школу, не везло с самого начала. Как раз к прилёту первого гонца, двенадцатилетний Гавейн Вулверрайн получил в подарок от деда своё первое охотничье ружьё. Которым, без всякой магии, поверг в ужас всю живность на мили кругом — зрение у парня было прекрасным, а рука на удивление твёрдой для столь юного возраста. Как результат — в пустоши Вулверрайна перестали захаживать даже оборотни в полнолуние, выбирая с той поры для своих ролевых игр местечки поспокойнее. Каменным горгульям пули из мелкокалиберного ружья особого вреда не причиняли, разве что только сбивали в полёте. Но на земле за них всерьёз брался сам Гавейн вместе со сворой гончих, которые на псарне замка Вулверрайн, при попустительстве хозяев, самостоятельно занимались улучшением собственной породы. Используя любую доступную магическую и немагическую живность в округе. Получившийся результат, на радость хозяев замка, мог заставить поседеть любого монстролога. Гавейн был от природы парнем смышлёным, поэтому быстро просёк систематичность визитов каменных гостей — шесть довольных горгулий украсили собой карнизы семейного замка. Их, в принципе, никто и не держал — для Гавейна был интересен сам процесс охоты, но замок Вулверрайн, что в Вулверрайновских пустошах, показался им куда более спокойным пристанищем, чем кишащая придурочными учениками и не менее странными преподавателями школа волшебства в Камелоте. И когда седьмая горгулья, для которой уже было приготовлено место, не появилась вовремя, парень вполне здраво предположил, что следует ждать визита хозяев присвоенных им зверушек. И со свойственной всему их семейству обстоятельностью принялся за подготовку встречи. После которой, по его мнению, незваные визитёры должны были навсегда забыть дорогу к Вулверрайнам. Или просто исчезнуть. Городишко Вулверртоун — столица графства Вулверршир на Оркнейских островах, был не слишком известен в Магической Британии. Разве только тем, что являлся родиной прославленного пирата Рыжая Борода, который на своём летучем корабле во времена недолгого, но запомнившегося правления на Оркнее королевы Моргаузы, наводил ужас на все суда, бороздившие воздушный океан. А затем и сам знаменитый пират, и его не менее знаменитый корабль "Летучая обезьяна" исчезли в неизвестном направлении. И куда подевался со всем, честно награбленным, этот достойный член магического сообщества, ни историки, ни представители органов правопорядка до сих пор не знали. А нынешние его потомки, в чьей, закрытой для посторонних посетителей семейной галерее под портретом рыжебородого пирата, значившимся здесь под номером первым, висела табличка «Гахерис Вулверрайн», вносить ясность в этот вопрос не собирались. И весьма гордились основателем рода, унаследовав от него, кроме значительного состояния и огромной коллекции экспроприированных магических артефактов ещё и презрение к любым магическим и не магическим законам. А так же стойкую неприязнь к любым представителям власти за пределами собственного острова. Знай об этом маги, прибывшие за Гавейном, они бы вели себя куда осторожнее. Впрочем, к их несчастью, они об этом даже и не подозревали. Команда представителей службы Магической опеки прибыла через городской портал и немедленно нанесла визит местному шерифу. Показное дружелюбие, с каким он встретил приезжих магов, тут же испарилось, стоило ему узнать о цели их визита. Шериф Вулверршира, помимо исполнения общественных обязанностей, трудился ещё и в компании с говорящим названием «Пиратский остров», много лет лидирующей на рынках контрабанды, и совершенно не собирался портить отношения с её хозяином — сэром Гарретом Вулверрайном. Даже ценой нескольких лет избавления от его внука Гавейна, который со своим ружьём, гончими и охотничьим инстинктом был настоящим проклятием всей местной магической флоры и фауны. Как разумной, так и неразумной. К тому же, шанс на то, что приезжие ухитрятся совладать с молодым, а уж тем более со старым Вулверрайном, был, мягко говоря, невелик. Гавейн как раз накануне выписал со склада компании несколько ящиков дистанционно управляемых мин «для отпугивания кроликов-убийц», что наводило на определённые мысли. Особенно учитывая то, что сами кролики — смертельно опасные даже для оборотней твари, уже давно в панике покинули окрестности замка Вулверрайн. Успокоив совесть звонком на магический автоответчик в замке, шериф выделил прибывшим сопровождающих — пару полицейских-оборотней посообразительнее. А сам, проинструктировав подчинённых на дорожку, засел в кабинете перед монитором с бутылкой скотча в ожидании развязки. Предупреждать приезжих о возможных сложностях при выполнении их ответственного задания он посчитал совершенно излишним. Странности для магов начались уже сразу перед границей земель Вулверрайнов. В виде крепкой изгороди, украшенной флажками и надписями «Не стрелять!». Не хватало только пограничных вышек и собак. Впрочем, судя по гигантским следам, собаки тут тоже присутствовали. И в немалом количестве. Таблички, кстати, были установлены так, что их было видно со стороны мрачной громады замка, поднимавшейся вдали за текущей в глубокой излучине речушкой. Первая неприятность с желающими приобщить юного Гавейна к благам принудительного магического образования случилась прямо у изгороди. Двое полицейских-оборотней, приставленных к ним шерифом, наотрез отказались двигаться дальше. Ни угрозы, ни уговоры на них не подействовали. В отличие от магов, они прекрасно видели стоящие на столбах изгороди контрабандные камеры, заинтересованно следящие за вновь прибывшими. И абсолютно не хотели попасть под раздачу за нарушение прав частной собственности, за что вполне можно было отправиться в одно из близлежащих болот с плитой из фирменной каменоломни Вулверрайнов в обнимку. — Может всё-таки предупредим хозяев? — поинтересовался один из полицейских у мага, который при помощи магической палочки пытался безуспешно справиться с воротами. Маг пыхтел, ругался, но не сдавался. Ворота, впрочем, тоже — магия на островах была штукой капризной, а уж в поместье Вулверрайн и подавно. — Наша задача — застать потенциальных нарушителей врасплох! — старший команды важно воздел вверх палочку, повертел её и сунул за пазуху, добыв оттуда монтировку. — Бросайте палочки, парни, по старинке откроем! Ворота, уступив грубой силе, распахнулись, и опергруппа вступила на вымощенную красным гранитом дорогу к замку. Но уже перед самым мостом попала на минное поле. Расставленные в полном соответствии с учебником по сапёрному делу мины с дистанционным управлением отработали на все сто. К счастью для членов комиссии, кладовщик на складе из чувства самосохранения выдал Гавейну только светошумовой их вариант, но для ошарашенных магов и этого хватило с лихвой. Попытка струхнувшей опергруппы повернуть назад была пресечена выскочившими из клубов дыма монструозными зверюгами, отдалённо напоминающими собак, прибывших прямиком из ада. У некоторых псин, как с перепугу показалась магам, даже голов было явно больше, чем положено от природы. Монстры, не обращая никакого внимания на размахивающих палочками и сыплющих бесполезными заклинаниями членов комиссии, загнали их на мост. Который, стоило магам добраться до его середины, просто исчез у них под ногами. Под внимательными взглядами предусмотрительно залёгших под своим фургоном полицейских-оборотней. — Как думаешь, мы их ещё увидим? — один из полицейских отложил бинокль, отряхнулся и полез в фургон. — Не факт, — второй пристроился рядом. — Но в любом случае нужно сделать так, как будто их вообще у нас не было. Типа — телепорт сбойнул и забросил их куда-нибудь. По частям. — Шерифу понравится, — кивнул водитель, разворачивая фургон. — Поехали на станцию телепортов. Там мой кузен работает — он поможет документы оформить. На всякий случай... Речка, в которую угодил изрядно потрёпанный магический спецназ, казалась тихой только издали. Течение крутило магов, колошматило их о появлявшиеся то тут то там камни, и в конце, почти бессознательных, выплюнуло на небольшом песчаном пляжике. Где их уже ждали. Молодой рыжий парень, удобно устроившийся на камушке с планшетом в руках и ружьём на плече. И первое, что увидел пришедший в себя и с трудом поднявшийся на ноги глава группы по изъятию Гавейна — это самого Гавейна, нацелившего ружьё прямо в лоб магу. — Никто и никогда не заберёт у меня то, что я уже взял! — Вулверрайн-младший взвёл курок. — Это девиз нашего рода! — Достаточно, парень, — крупный мужчина в чёрных очках и с тёмными, с красноватым оттенком волосами, появившийся у него за спиной, отобрал у Гавейна ружьё. — Что-то мне подсказывает, что эти господа рискнули сунуться сюда не из-за твоих горгулий. А вот зачем — мы сейчас узнаем. Пыточную я уже приготовил. Помоги их туда перетащить. Последнее, что увидал несчастный маг,  это приближающийся к его лбу приклад ружья. После чего сознание его померкло.

***

— Нам нужно срочно отремонтировать сантехнику в жилом крыле, — директор магической школы Аурелио Лер Кромартен потрогал ссадину под глазом, поправил очки и сурово посмотрел на казначея, с трудом сдерживающую смешок. Директор, вызвавший её в свой кабинет под утро, встретил сотрудницу в халате в розовый цветочек. Выглядел он несколько потрёпанным. — И, кстати,  у нас будет ещё один ученик, — директор пододвинул бумаги. — Оформляйте. — За чей счёт будет учиться этот Гавейн Вулверрайн? — поинтересовалась казначей, разглядывая документы. — Не припомню, чтобы за него поступали деньги… Директор сглотнул и покосился на шевельнувшуюся оконную гардину, за которой ему явственно послышался звук взводимого курка. — За королевский! Он одарённый подросток, к тому же — сирота! Бедный, лишённый детства ребёнок… — директор смахнул несуществующую слезу и тут же перешёл на деловой тон. — Найдите ему место в общежитии среди старшекурсников. И получше. С факультетом определимся потом, когда пройдёт ритуал посвящения и активации магического потенциала. Казначей кивнула и вышла. Директор, проводив её взглядом, поднялся, тихо подошёл к окну и отдёрнул штору. За ней уже никого не было. Ночной посланник семейства Вулверрайнов, объявившийся в его спальне, исчез так же быстро и незаметно, как и появился. Без всякого портала и заклинаний. Если не считать самого директора, из ныне живущих магов этим умением владели только древние вампиры. Каковым визитёр, совершенно очевидно, не являлся. Уж кто-кто, а Лер Кромартен в этом разбирался. Хоть директор был не робкого десятка, но ночной гость в маске и с заряженным дробовиком его несколько обеспокоил. Как, впрочем, и обещание расставить по раритетным вазам в спальне Аурелио головы всех королевских магов, которые рискнут по его наводке хотя бы приблизиться к Вулверрайну. Насаженные на их же волшебные палочки, чтобы не свалились. Возмущённый такой наглостью директор получил прикладом в глаз и проникся серьёзностью момента. Он сделал визитёру первое, пришедшее в голову предложение, от которого, к его удивлению, тот не стал отказываться. Директор считал, что легко отделался — принять младшего Вулверрайна в школу, да ещё и за счёт королевского бюджета, показалось ему вполне приемлемой альтернативой ссоры с безбашенным семейством. Если что — потом и переиграть можно. А вообще, с этими беспредельщиками надо поближе познакомиться — больно уж древней силой веяло от ночного визитёра. Силой, которую сам Лер Кромартен не рассчитывал уже встретить в Британии. Феникс, ночью возродившийся из пепла, переглянулся своими двумя головами и мрачно поковырял когтем замок на клетке. Судьба опять сводила его с этим, мягко говоря, неординарным родом. От которого ничего хорошего ожидать не приходилось. Вся надежда была либо на своевременный побег, либо на то, что современные Вулверрайны не похожи на пирата Гахериса, который таскал феникса с собой на плече и небезуспешно обучал нецензурной лексике и похабным песням. На два голоса. Впрочем, в то, что потомки рыжего пирата изменились в лучшую сторону, у древней птицы были очень большие сомнения. Лилии на чертополохе не растут.