Вулверрайн

Что бы ни говорили злые языки, настоящая мужская дружба не является привилегией низшего сословия. Эдуард II Плантагенет

Камелотский паром неспешно двигался по направлению к видневшейся вдали школьной пристани. Магический молодняк, уже обсудивший представление, устроенное Гармом, Громом и безымянным монстром, развлекался, как мог. Те, кто постарше, сбившись в стайки, делились с друзьями рассказами о своих похождениях на каникулах. Рассказы эти, основанные большей частью на фантазии рассказчиков, что прекрасно понимали и их слушатели, неизменно пользовались популярностью в школьной среде и, обрастая совершенно невероятными подробностями, блуждали потом по школе. Те же, кто ещё не научился ни красиво врать, ни внимательно слушать, а, именно, первокурсники, развлекались почти тем же самым — мерились «волшебными палочками». На сей предмет, являвшийся обязательным атрибутом для обучения в Камелотской школе, стандарты не распространялись, и каждый мастер, изготавливающий очередной шедевр с «крылом аиста и рыбьим хвостом» внутри, извращался, как мог. В соответствии со вкусами родителей и желанием выделиться их детей. На работоспособность артефакта ни его внешний вид, ни размеры совершенно не влияли. — Да, хорошо сидим! — Гром осторожно отодвинул свою чашку от змееголова, который пытался залезть в неё сразу двумя зубастыми бутонами. — Но надо работать. А то детишки там, я смотрю, уже только что в бутылочку на палубе не играют. А это нехорошо. В их возрасте. Верно, Марта? Раскрасневшаяся Марта кивнула, и украдкой пододвинула поближе к охраннику тарелку с бутербродами, отмахнувшись полотенцем от возмущённого змееголова, третий бутон которого пытался дотянуться до лежащего сверху куска колбасы. — Спасибо, Марта, — коповец благодарно улыбнулся и взял с тарелки бутерброд. — Обожаю твою еду. Но надо идти — скоро уже приплывём. Вечером увидимся! — Ах да! — окрылённая вниманием оборотниха, очень грациозно для своего немаленького тела, выпорхнула из-за стола. — Мне тоже нужно здесь всё прибрать. Побегу я. До вечера! И умчалась, сексуально покачивая бёдрами. Чем и произвела впечатление на всех присутствующих. Даже на близнецов за соседним столиком, по виду весьма далёких от традиционной ориентации. Те, оторвавшись от своих схем и отмычек, проводили буфетчицу слегка ошарашенными взглядами. — Да, хороша медведица! — Гром вздохнул и поднялся из-за стола. — Женюсь обязательно, как только на свадьбу накоплю. У них, у оборотней, с этим строго — если всю родню на свадьбу не позовёшь, обидятся, да сгрызут ещё где-нибудь потихоньку… А, сам понимаешь, зарплата в охране этого заведения не как у королевских рыцарей. Да и директор на всём экономить пытается… Гавейн понимающе кивнул — на свадьбы оборотней он насмотрелся в Вулверртауне и окрестностях. Гуляли там обычно долго и со вкусом. До тех пор, пока в городской лечебнице места в травматологии и терпение магов-врачей не заканчивались. Затем в дело обычно вступал шериф с командой, и недогулявшие гости отправлялись прямиком в каталажку. Иногда вместе с женихом и невестой. Или женихами — оркнейские нравы славились во всей Магической Британии своей чрезвычайной простотой. Зато и держались друг за друга островитяне крепко. — Кстати, могу помочь, — Гавейн полез в поясную сумку и достал магическую карточку, помигивающую жёлтыми и голубыми огоньками, — с деньгами на свадьбу и со всем остальным. Не беспокойся, ничего криминального. Как раз наоборот. Просто вы же, наверное, к нам на острова перебраться планируете, вот и держи! Визитка шерифа Вулверртауна. Им как раз работники покрепче требуются. Для поддержания общественного порядка в моё отсутствие. Оплата там приличная, а на подъёмные можно и свадьбу сыграть. Если договоритесь, конечно. — Думаешь, получится? — Гром застенчиво повертел в руках карточку. — Всё-таки он меня не знает совсем… — Зато я его знаю. И он меня! — Гавейн злорадно ухмыльнулся. Карточку шерифа он нашёл в коробке со змееголовом, и ясно стало, кто был автором идеи именно этого подарка. А оставаться в долгу младший Вулверрайн не любил. К тому же, коп мог оказаться вполне полезным. И в Вулверршире, и здесь. Да и понравился ему этот великан, если честно. — Скажешь, что от меня, чтобы сразу не послал, а дальше — как поговорите. И про невесту скажи, всё-таки Марта с наших островов. А значит и ты уже почти свой. А мы, оркнейцы, своих не бросаем. Близнецы, сидящие за соседним столиком, опять отвлеклись от своих планов и с неудовольствием наблюдали, как растроганный Гром обнимается с новичком в килте — они за всё время обучения такой чести не удостоились. Хоть и хотелось, причём обоим — нравился огромный охранник не только Гавейну. И удовлетворять сексуальные желания мог, видимо, не хуже любого джинна. Гавейн проводил глазами охранника и, закинув ноги на сиденье напротив, выглянул в окно. Гром одним своим появлением мигом утихомирил молодняк, и сейчас все чинно сидели по лавкам и ждали прибытия. За исключением юного Гарольда и Гарма. Те, усевшись вокруг Гавейновой сумки, с интересом разглядывали добытую где-то книгу. Вдвоём. Причём Гарм находился в крайней степени гастрономического возбуждения, пуская слюни чуть ли не на каждую картинку. — «Фантастические твари и…» и что-то там ещё. Дальше не разобрать, — пробормотал Гавейн, приглядевшись. — Интересно, на кого там Гарм облизывается? Может пора ему меню разнообразить? Лес тут какой-нибудь с чудищами поблизости имеется? — Имеется, имеется! И чудищ всяких там хоть одним местом ешь, — отозвался из-за соседнего столика один из близнецов, украдкой пялившийся на ноги Гавейна. — Верно, братишка? Второй близнец, тоже пялившийся, но не на ноги, а на бутерброды, нервно сглотнул и закивал: — Да, лес имеется. Правда, нам туда ходить запрещено. Слишком, говорят, опасно. Съесть могут… на раз, — и снова сглотнул. Видимо, милости буфетчицы на эту парочку не распространялись, и парни успели оголодать. И, судя по всему, не только по материальной пище. Это стоило использовать. — А вы, парни, здесь учитесь, да? — Гавейн дружелюбно улыбнулся и показал на тарелку с бутербродами, одновременно поворачиваясь так, чтобы из-под килта был виден краешек белых боксеров. — Присоединяйтесь, здесь ещё много осталось! Мне одному с этим не справиться! Близнецы, загипнотизированные стройными ногами и бутербродами, сами не заметили, как, побросав всё снаряжение взломщиков, оказались за столиком парня. — Уриэн Тинтагель! — представился оголодавший близнец, и тут же попытался хапнуть с блюда бутерброд. — Ай! Что ты делаешь?! Отдай, ворюга! Змееголов, спёрший на лету колбасу с бутерброда, схваченного Уриэном, отдавать добровольно ничего не собирался. И лопал схваченное в «три горла». Пока не отобрали. — Ариан Тинтагель, — второй близнец, присев напротив Гавейна, неодобрительно посмотрел на братца, пытавшегося отобрать у змееголова колбасу, и протянул руку. — Мы с Ури на шестом курсе учимся. Хотя, глядя на него, этого и не скажешь. Уриэн, к тому времени проигравший схватку за колбасу змееголову, сделал вид, что обиделся, и украдкой потянулся к следующему бутерброду. — Гавейн Вулверрайн. Первый курс, — Гавейн пожал протянутую руку слегка опешившего Ариана и кивнул впившемуся в похищенный бутерброд Уриэну. — Что не так? — Да нет, всё в порядке, — Ариан тоже потянулся за едой, с трудом подавив желание полапать выпирающее из-под килта обтянутое белыми трусами достоинство «первокурсника». — Просто выглядишь ты… ну точно не на двенадцать лет. — Семейная черта. Рано взрослеем, — пожал плечами Гавейн, поправляя килт. Горящий взор Ариэна на его нижнем белье льстил, но нервировал. — Детство без пряника, оборотни в качестве игрушек — вот и результат. Что скажешь — провинция! Гавейн довольно полюбовался физиономиями опешивших братьев. Младший даже перестал жевать — разрыв шаблона шестикурсникам был гарантирован. И выдержав драматическую паузу, тоже взял с тарелки бутерброд и внёс ясность: — Ладно, шучу. Горгульи заплутали по дороге. Навигатор, видимо, засбоил. Или пробки… воздушные. Вот и еду учиться позже… на шесть лет. И добавил, внимательно посмотрев на Ариана: — Так-то я давно возраста согласия достиг. И даже совершеннолетия. В наступившей тишине было слышно, как уже старший близнец гулко сглотнул. День отправки в школу был не самым удачным днём для близнецов Тинтагель. Впрочем, как и все предшествующие ему недели в тётушкином замке на Авалоне. Мало того, что тётушка оказалась убеждённой вегетарианкой и про мясо близнецам пришлось забыть в принципе, так она ещё и поместила их в разных спальнях. Мотивируя это тем, что в таком возрасте уже пора становиться смелее и не бояться каких-то монстров в шкафах и под кроватями. И братья, не расстававшиеся в постели даже в школьной спальне, спали теперь поодиночке, что выглядело уж совершенной издёвкой. Что-что, а понимать, чем могут заниматься два парня в одной кровати, единоутробная сестра прославившегося своими увлечениями короля-дракона была просто обязана. Уж точно не прятаться от подкроватных монстров. Тем не менее, в промежутках между часовыми стояниями в углах с хорошо выпоротыми за очередное нарушение дисциплины задницами — коварная Моргана ещё и разводила их по разным комнатам, близнецы обыскали в поисках заветной «голубой лампы» весь замок. Не забывая украдкой пообжиматься в укромных местах. На большее не хватало ни времени, ни смелости — стоящие тут и там статуи в рыцарских доспехах и с внимательными горящими глазами интиму явно не способствовали. Оставался только кабинет Морганы. К набегу на который уже навострившиеся во взломах приступили как раз накануне. Пользуясь отсутствием в замке хозяйки. Неудачный взлом закончился телепортом в подвалы замка, откуда их вытряхнула вернувшаяся проверить сработавшую сигнализацию Моргана. К чести волшебницы надо признать, что вернулась она так быстро из-за беспокойства о племянниках. Которые, как она предполагала, могли оказаться в опасности пострадать от рук очередных охотников за «сокровищами короля-дракона». Нетрудно представить, какова была её радость, когда пойманными на горячем жуликами эти самые племянники и оказались. И, в результате, утром голодных парней — Моргана не признавала завтраки, вытряхнули из камеры, запихнули под холодный душ, хорошенько выпороли, и под конвоем оживших статуй тех самых рыцарей доставили на паром. Хорошо хоть сумки не проверили — двуручный член, наручники, плетки и, главное, отмычки и планы дома остались при них. Изучением этих планов и анализом ошибок, приведших к столь печальному результату, они и занимались в буфете, пытаясь заглушить бурчание в желудках и зуд в отдельных частях тела — деньгами на карманные расходы их принципиально не снабдили. Именно поэтому явление на их совместном горизонте скромного, но явно не бедного первокурсника Гавейна Вулверрайна в килте и в комплекте с бутербродами они восприняли как подарок судьбы. Надо честно признать, эту же ошибку поначалу делали многие.