Вулверрайн

В нашей работе главное — найти к животному правильный подход! Георгий Змееборец

— Нет, всё-таки что-то в этом есть! — Гарик поглубже засунул в рот леденец на палочке, купленный у разносчика. — Впечатляет! Пара вампиров на грифонах, сходящихся в воздухе над ареной выставив вперёд копья, с громким треском сшиблись ровно посередине. На мгновение стало тихо, и как в замедленной съёмке было видно, что один из поединщиков вылетел из седла, взмахнув руками, камнем полетел к земле. Оружие своё он так и не выпустил, что сослужило ему плохую службу. Копьё воткнулось в землю и, согнувшись под весом рыцаря, распрямилось, отправив неудачника куда-то под трибуны. Под аплодисменты зрителей. — В этом плане, конечно, да, — Гавейн почесал нос и проводил взглядом летящего и матерящегося на лету вампира. — Как в песне — «И чайки просятся в полёт». Где ещё такое увидишь? Кстати, это финальный поединок? Что там дальше по программе? — Ну да. Финал. Наш дядюшка бывший одиночный турнир по ходу выиграл, — пояснил Ариан на недоумённый взгляд Гарольда и показал на спланировавшего вниз победителя на грифоне. — Прошу любить и жаловать — сэр Ориген Горский, глава Ордена магического правопорядка и бывший супруг феи Морганы. Кстати, мужем тётушки он был ещё до того, как вампиром стал. Она его, собственно, и уговорила. Правда потом — развод и девичья фамилия, но он иногда в гости заходит. По работе. Так сказать. — Ай молодец твоя тётушка! Прям школу «молодого бойца» для подрастающего поколения рыцарей открыла, — Брайс потрепал Ариана по плечу, за что тут же получил тычок в бок от второго взревновавшего близнеца. — Что бы Магическая Британия без неё делала… Кузница постельных кадров! — Король-дракон и его семейство, вообще, как пишут в летописях, этим славились. Нетрадиционным подходом к кадровой политике, — важно кивнул Гарольд, бывший парнем весьма начитанным. — По этому случаю даже анекдот рассказывали — «где у вас та королевская опочивальня, в которой рыцарская доблесть проверяется?». — Ну да. Этого у них не отнимешь — что у женщин, что у мужчин. Очень активные в этом плане были товарищи. Мордред вон вообще, право первой ночи так усердно по всей стране на собственном примере внедрял, что даже не сразу заметил, что Ланселот уже в Камелоте на Драконьем троне задницу греет, — проявил эрудицию Брайс. — Впрочем, может это и к лучшему. Камелот штурмом брать — задача так себе. А тут — сгинул и сгинул неизвестно куда, в компанию к пропавшему папочке королю-дракону. Никто особо не рыдал. Почти. Тем временем победитель, получивший переходящий кубок «Большого шлема» — действительно издали напоминавший кочан капусты на золотой подставке, раскланялся и включил амулет усиления голоса, встроенный в доспех: — Большое спасибо всем, кто за меня болеет! Конечно, в хорошем смысле этого слова! — сэр Ориген растроганно протёр кружевным платочком слегка запотевшее от чувств забрало. — Ставьте лайки и подписывайтесь на видео моих боёв на канале Ордена правопорядка! А теперь самое главное — суперфинал нашего турнира! Бой рыцаря с драконом! — Интересно, где они дракона взяли? — поинтересовался Гавейн. — Вроде их в Британии после короля-дракона и не осталось уже… Если только Моргана с Моргаузой… Теоретически они вроде тоже из драконьего рода… — Нет, они же королю были сводными сёстрами, — Ариан потёр внезапно занывшую задницу. Благодаря нестандартным методам обучения тетушки Морганы, они с братом генеалогию знали назубок. — Вообще, в драконьем роду все мужики были исключительно незаконнорожденными. Видимо фишка такая. — Да, да, — поддакнул Уриэн и хихикнул. — Тётушка ещё шутила, что наши драконы в неволе не размножаются! — В роли дракона выступит чудовище, терроризировавшее до недавнего времени Оркнейские острова, и любезно предоставленное нам шерифом-протектором Оркнея! — продолжал тем временем вещать сэр Ориген. — А в роли рыцаря — сэр Кай, сенешаль и первый вампир круглого стола! А также председатель бюджетного комитета, урезавший в этом году финансирование моего ордена вдвое! Поприветствуем же нашего бойца! — Вот сволочь! — взревел сэр Кай, вскочив с кресла и погрозив кулаком ухмыляющемуся Оригену. — Подожди, будешь со своими правохренителями на мётлах улицы патрулировать. Хрен тебе, а не новые стойла для грифонов. Впрочем, грянувшие аплодисменты заглушили его дальнейшую речь, так что будущему бойцу с чудищем ничего не оставалось, кроме как состроить приличествующую случаю физиономию, поклониться зрителям и отправиться облачаться для поединка. — Надо же… Стоило с Оркнея уехать, как там сразу какие-то чудища-террористы объявились. Подставой, однако, попахивает. — Гавейн почесал скулу. Камень на пальце задорно блеснул зелёным огоньком. — Кстати, о птичках… Раз уж пошли такие откровения — а с сэром Каем ваша тётушка, случайно, отношений не имела? Ну так, на всякий случай спросил… — Ты не поверишь… — Уриэн картинно закатил глаза. — Мы как-то подсмотрели… там такооое… — Вы хоть ребёнка пожалейте! — Гавейн показал на сидевшего с открытым ртом и забывшего про леденец Гарольда. — Какое он мнение про цвет британского рыцарства теперь составит?! Подумает, что все рыцари круглого стола свои места через спальню сестры короля-дракона получили! — Ну, если быть точным, то не все, многие просто по блату, — поправил друга Брайс. — Лотианские братья, как говорили, получили место рядом с королём как его племянники, а Мордред — как внебрачный сын. Ничего, собственно говоря, удивительного. Ты и сам-то, сэр Гавейн, тоже в рыцари собственным дедом произведён… — Так, хватит! Замяли тему. Оставьте нашему парню хоть какие-то иллюзии. Давай лучше поединок смотреть, — Гавейн похлопал по плечу ошарашенного такими откровениями Гарика, повернулся к ристалищу и пробурчал под нос: — Интересно только, где они чудище откопали? Я, вроде, всех там под ноль истребил… Сэра Кая, появившегося на арене в полном боевом облачении и верхом на грифоне Морганы, трибуны встретили жидкими аплодисментами — фаворитом в схватке с предполагаемым чудищем он, по мнению зрителей, точно не являлся. Впрочем, Оригена с Бертилаком, успевших заранее, на двоих поставить кругленькую сумму на победу Кая, это ничуть не смущало — самый древний вампир в Британии после Гвиневры, вполне мог постоять за себя. На этом, собственно, план быстрого обогащения двух старых приятелей-собутыльников, любящих на публику разыгрывать вражду между собой, и строился. И был уже весьма близок к исполнению, если бы не одно обстоятельство непреодолимой силы, внезапно появившееся в ВИП-ложе. — Здравствуйте, мальчики. Как приятно вас снова видеть! — фея Моргана величественно вплыла в ложу и направилась к королевскому креслу, кинув по дороге сопровождавшим её двум чёрным рыцарям, нагруженным всевозможными пакетами и коробками: — Покупки в замок, грифонов в конюшню. Я пока турнир посмотрю. Тут у нас уже дело к развязке движется. Сэр Ориген и сэр Бертилак переглянулись и с тоской посмотрели на арену, где как раз готовились выпускать оркнейское чудовище. Чутьё подсказывало рыцарям, что Моргана прибыла явно не из-за того, что соскучилась по бывшим. — Кстати, Кая не видели? Он должен был меня здесь дождаться! — не разочаровала их в самых худших подозрениях фея Моргана. — О, вот и саквояж здесь с его гербом! А грифона моего, которого он утром одолжил, в конюшне нет почему-то… — Он вышел. Буквально на секундочку, — сэр Ориген с тоской посмотрел на Зелёного рыцаря и попытался загородить Моргане обзор поля боя, где в ожидании чудовища сэр Кай, сидя на моргановском грифоне, меланхолично ковырял фауст-копьём песок арены. — Да-да, точно! Сказал, что сейчас убьёт кое-кого и тут же вернётся. — Сэр Бертилак мгновенно пришёл на помощь другу. В силу своих умственных способностей. — И он сам вызвался с чудовищем сразиться, мы его не подставляли, то есть не заставляли! Моргана нахмурилась и, посмотрев на сэра Оригена, провела пальцами по подлокотнику кресла. Выпущенные когти противно заскрежетали по металлу. — Вы так смотрите, как будто мы ставки на него сделали… — возмущённо заявил сэр Ориген, но тут же потерялся под пристальным и немигающим взглядом бывшей жены. Как всегда. — Ну да, поставили, конечно, но ведь на его победу! И, кстати, ставки ещё принимаются. — Хм… Сэр Кай, конечно, мальчик взрослый… — Моргана с некоторым сомнением покачала головой и щёлкнула принявшими нормальный вид пальцами. Рядом материализовался чёрный рыцарь. — Поставьте на Кая пару сотен золотых. — Если проиграет — то он нам их и компенсирует. А если погибнет смертью героя — с этих двух кадров вычтем. Ориген с Бертилаком дружно выдохнули. Гроза, кажется, прошла стороной. Наученные горьким опытом, оба прекрасно понимали, что шансов против разозлённой Морганы у них даже вдвоём было куда меньше, чем у одного рыцаря против дракона. Теперь оставалось молиться, чтобы ни сэр Кай, ни заменитель дракона не подвели. Тем временем на арене появилось и второе действующее лицо поединка. Надо признать, что обставлено это было весьма эффектно. Маги установили посредине арены здоровенную арку портала, затянутую полотнищем с изображением языков пламени, начертили на нём тут же засветившиеся руны и шустро умчались. В тот же момент полотнище вспыхнуло, и сквозь него начало протискиваться оркнейское чудовище, больше всего напоминавшее помесь сколопендры с пауком, но размером с хорошего слона. Обладавшее, к тому же, внушительным количеством конечностей, не меньшим количеством глаз, разбросанных по злобного вида морде, и не менее внушительными челюстями. Единственное, что несколько портило грозный вид твари, так это частично отсутствовавшая передняя лапа. Из-за чего чудовище немного прихрамывало. — Оу, кажется, это мой старый знакомый! — Гавейн присмотрелся к твари, которая остановилась в портале и поводила по сторонам здоровенными щупами-усами. И вдруг, как будто получив пинок, вылетела на песок и раздражённо зашипела. С той стороны портала кто-то подозрительно знакомо для младшего Вулверрайна заржал, и портал закрылся, оставив сэра Кая наедине с чудовищем. — Ты что, уже с этим чудищем встречался? — Гарольд, в отличие от близнецов, ничуть не испугался. Рядом с Гавейном он чувствовал себя в полной безопасности. — Лицом к лицу — нет, но, судя по отсутствующей лапе у этого зверька, Гарм с ним уже успел лично пообщаться, — Гавейн ухмыльнулся. — Действительно, жаль, что мы моего фамильяра не взяли. Можно было неплохо повеселиться. — Это гигантская монстроловка, — со знанием дела заявил Брайс, прижимая покрепче к себе близнецов. С полного согласия последних. — Питается всем, что может сожрать, в том числе и магией, которую неплохо чует на расстоянии. Правда, видит не очень хорошо. Мы с ней однажды сталкивались. Якорем ей случайно по башке попали, когда в страну Пиктов летали, к тамошним разбойникам, Бельтейн праздновать. Можно сказать — на корпоративную вечеринку. Оказалась, что эта зверюга по якорной цепи, когда злая, очень шустро ползает. И держится крепко — хрен стряхнёшь. До самого Оркнея висела. Пришлось тогда вместе с ней и якорь, и цепь бросить. Я потом её по картинке в справочнике юного мага-натуралиста опознал, когда самообразованием занимался. В короткие минуты пиратского досуга. Тем временем, немного освоившись на арене, монстроловка подслеповато огляделась кругом всеми своими восемью глазами. Ощупала воздух усами и, почуяв запах магии, исходящей, практически, отовсюду, приободрилась — последнее время ей пришлось сидеть на голодном пайке. Сначала благодаря Гавейну Вулверрайну, устроившему на неё охоту по всему Вулверрширу. Ну, а потом — благодаря магической ловушке, им же и сооруженной, рассчитанной, судя по прочности, как минимум на дракона. В которую она со всей дури влетела, улепётывая от крайне агрессивной крылатой псины, оставшись в результате этой неприятной встречи без лапы. Из этой самой ловушки старший Вулверрайн и спровадил её прямиком на рыцарскую арену. Впрочем, о том, где она сейчас находилась, животина даже не подозревала. Зато узнала запах знакомой магии — сильфа, по злой воле которого она и оказалась в лесах Вулверршира, выдернутая якорем его корабля с родных пиктских пустошей и коварно брошенная на произвол жестокой судьбы. Монстр обиженно взревел и рванул к обидчику. Впрочем, на пути подслеповатого животного грудью встал сэр Кай, не собиравшийся ждать, пока нёсшаяся как паровоз многоножка втопчет его в арену. Пришпоренный грифон взмыл в воздух, сделал петлю и устремился вниз — Кай думал закончить дело одним ударом. И несомненно закончил бы, если бы не решил для верности использовать возможности своего боевого копья, сконструированного известным алхимиком-готом по имени Фауст. Наконечник копья, с дымным шлейфом рванувший к зверюге, фонил магией как развалины Стоунхенджа, и монстроловка, почуяв неладное, тут же встала на дыбы и, размахивая во все стороны усами и лапами, попыталась дать задний ход. Фауст-копьё Кая, промахнувшись, взорвалось прямо перед её носом, образовав в земле приличных размеров яму. А самого Кая, слишком близко подлетевшего, случайным ударом лапы катапультировало из седла и капитально приложило о землю перед самой ВИП-трибуной. Грифон, освободившись от всадника, взмыл повыше и, мысленно послав всё подальше, отправился в родное стойло, посчитав свою миссию выполненной — в конце концов он был ездовым, а не служебным животным. При этом, задумавшись, сам не заметил, как пролетел через защитный купол над ареной, который с легким звоном распался. — Что у вас за бардак тут вообще происходит?! — Моргана в ярости вскочила и запустила в Оригена первым, что попалось под руку. Тот, подготовленный уже семейной жизнью к чему-то подобному, ловко увернулся. И саквояж сэра Кая, а под руку попался именно он, просвистев над ограждением, попал своему хозяину, только начавшему подниматься на ноги, прямо по шлему. Рыцарь, пошатнувшись от удара, снова свалился на землю. — Вы вообще амулет защиты проверяли? Она только что отключилась! Эти двое сейчас тут всех зрителей покрошат! Потом замучаетесь оправдываться перед Ланселотом, почему его турнир испоганили… — Да, проблемка. Но ничего страшного, сейчас убьём чудовище, и никто ничего не заметит! — Ориген перегнулся через перила и заорал не подававшему признаков жизни сэру Каю: — Соберись, тряпка! Вставай и бейся как рыцарь! Мы с Бертилаком на тебя деньги поставили! Проиграешь — убьём! Воодушевлённый, видимо, этими словами, Кай поднялся на ноги и в сердцах пинком отбросил мешавший ему саквояж в сторону трибун. Затем, выхватив меч, принялся отмахиваться от тянувшихся к нему конечностей монстра. Получилось удачно — неосмотрительно протянутая к нему лапа невезучей зверюги, парная той, которую отгрыз Гарм, упала на землю, отрубленная замагиченной сталью. И чудовище взвыло так, что в радиусе километра начали лопаться стекла. Народ на трибунах, зажимая уши, ломанулся к выходу. Потерявший ориентацию в пространстве Гарик, у которого треснуло последнее целое стекло в очках, испуганно озирался по сторонам, близнецы синхронно закрыли руками уши, пытаясь хоть немного приглушить ужасный звук, а Гавейна перекосило, как от зубной боли. Один лишь Брайс не потерял присутствия духа и клептоманских привычек, освободившись от мертвой хватки зажимавших уши близнецов и перегнувшись через перила, попытался кончиком сабли подцепить за ручку валявшийся внизу саквояж Кая. Благо в царившем кругом бардаке никто не обращал на это никакого внимания. — Блин, да заткнёт кто-нибудь эту дуру?! — в сердцах звезданул кулаком по перилам Гавейн, прижимая к себе дрожавшего Гарольда. — Чтоб тебя громом разразило! И молниями поджарило! Кольцо на пальце Гавейна блеснуло зелёным огоньком и, взявшаяся как ни откуда ветвистая молния устремилась к вопящей на ультразвуке зверюге. Но в последний момент всё испортил сэр Кай, который как раз заметил наглое покушение на своё имущество. Позабыв про вопящую животину, он решительно шагнул к Брайсу. Тот как раз вытянул саквояж с арены и уже возился с замками. — Ты что делаешь, ворюга?! — возмущённо возопил рыцарь, поднимая меч, в верхушку которого тут же долбанула зелёная молния. Рыцарь задымился и рухнул, как стоял, с вытянутым вверх мечом. К счастью, монстроловке было не до него — сэр Бертилак, вставший на защиту сэра Кая, а, точнее, своих инвестиций в его победу, прямо из ВИП-ложи запустил ей в физиономию тяжеленной скамьёй. В лучшие годы выдерживавшей вес десятка рыцарей в полной амуниции. Монстроловка моментально заткнулась и, развернувшись на месте, на полной скорости рванула прочь, разнеся по дороге трибуну, с которой, к счастью, уже успел разбежаться народ. А потом молнией пронеслась через парк, спихнув по дороге в фонтаны пару десятков вампиров. Притормозила она в один из столбов, на которых стоял Тауэр, и ошалело помотав башкой, ловко цепляясь за него уцелевшими конечностями, стала карабкаться вверх. Не обращая никакого внимания на крутившихся рядом вампиров на грифонах, пытавшихся тыкать в нее копьями. — Ну, думаю, и нам пора, — сильф довольно запихнул под мышку уворованный саквояж. — Давайте, парни, поскорее, пока наш поджаренный рыцарь не очнулся. Кстати интересно — откуда та молния вообще взялась? — Понятия не имею, — Гавейн встал и на всякий случай убрал руку с перстнем за спину. — Даже и подозрений никаких нет. Ладно, давайте, валим отсюда. Домой поехали. Развлечениями на сегодня я полностью удовлетворён! Брайс ухмыльнулся и, подхватив близнецов под локотки, заторопился к выходу. В плотно зажатом под мышкой саквояже смирно лежала «Лампа голубого джинна», которую незадачливый сэр Кай как раз сегодня собирался вернуть хозяйке — фее Моргане.