Вулверрайн

Если верить моему дворецкому, овсянка — это вкусно. И точка! Сэр Генри Баскервиль. Рыцарь печального образа.

— Интересное сооружение, — Гавейн окинул взглядом монументальное здание школьной столовой, покоящееся на здоровенных гранитных столбах над круглым озером правильной формы с тёмной водой. — Вы уверены, что это столовая, а не храм какой-нибудь древней пакости? Меня терзают смутные сомнения… Здесь точно мы, а не нас есть будут? — Ну так-то здесь храм и был, — поправил очки на носу Гарик. — Если хотите, могу рассказать, нам в прошлом году на камелотоведении рассказывали… Территория, где была возведена столовая Камелотской школы чародейства и волшебства, пережила многое. Построена она была на месте древнего храма каких-то не менее древних богов, чьи имена уже стёрлись из памяти. К этому активно приложили руку предки короля-дракона, коим всевозможные культисты и прочие верующие знатно в своё время потрепали нервы. Первоначальное здание, окружённое кольцом из титанических гранитных плит, которые так и не смогли выкорчевать несмотря на все усилия, практически сравняли с землёй. И даже больше — на месте котлована, оставшегося от разобранного фундамента храма, из-за проливных дождей образовалось целое озеро, в шутку называемое Камелотским бассейном. Водоём сей особого значения не имел не в последнюю очередь из-за того, что его облюбовали невесть откуда взявшиеся жабы, вымахавшие там до совершенно неприличных размеров. И к тому же обладавшие на удивление громкими и неприятными голосами. Что сподвигло одного из предков короля-дракона, вконец измученного громовым кваканьем по утрам, расшатывающим замковые стены, перейти к решительным мерам. Камелотский бассейн вместе с обитателями был засыпан землёй, а на его месте, как раз внутри круга из камней, была возведена рыцарская арена. Благополучно ушедшая под землю во время первого же турнира. Яму, быстро заполнившуюся водой, засыпали во второй раз. А потом и в третий — с таким же результатом. Провал под бывшим храмом оказался практически бездонным. И даже в чём-то полезным — строительный мусор, отходы и даже землю, извлечённую при строительстве широченного рва, превратившего Камелот в остров, он поглощал без особых проблем. Главное было не подходить к нему слишком близко — вернувшиеся жабы заматерели и обнаглели до такой степени, что несколько раз пытались схарчить слишком неосторожных рыцарей. Причём некоторых — прямо вместе с конями. Это и привлекло в свое время Мордреда, который возвёл прямо над провалом свой тронный зал, использовав в качестве опоры тот самый уцелевший круг из камней ограждения. Здание выглядело весьма внушительно и угрожающе. И было оборудовано раздвигающим пол механизмом, позволяющим нажатием кнопки на подлокотнике королевского трона отправить любого, кто ему не нравился, на встречу с водой и агрессивными земноводными. Особенно хорошо это действовало на вампиров — воду те вообще на дух не переносили, и шли на дно, как кирпичи. Мордред эту особенность знал, и на своём троне, да ещё за Камелотским рвом и стенами, чувствовал себя в безопасности. Впрочем, справедливости ради надо признать, что Мордреду это не помогло — вампирский десант во главе с Ланселотом на оркнейских кораблях перелетел ров и захватил Камелот за одну ночь, заставив бастарда короля-дракона сбежать в неизвестном направлении. Трон уволок на Авалон в качестве трофея Ланселот, а ставший ненужным тронный зал уже во времена директорства Морганы переделали в столовую. Благо с утилизацией отходов проблем не было. Плюс и то, что обычно шумные и безалаберные студенты в этом здании вели себя на удивление тихо и прилично. Чему обычно помогали школьные легенды о не умевших вести себя за столом учениках, отправленных остыть в воду прямо через раздвинувшийся под их ногами пол. — Есть в Камелоте старый пруд — там жабы злобные живут! — Уриэн подобрал с земли камешек и бросил в тёмную воду, просвечивающую между глыбами фундамента. — Кстати, вы в курсе что, сериал " Три вампира, или 200 лет спустя» у нас в школе в прошлом году снимали? Мы на главные роли с братом пробовались, но нам дорожку одна сволочь перебежала. Точнее, две — братья Болейн. Вроде сейчас и наплевать, но осадочек-то остался… — Кстати, а жабы здесь ещё водятся? — с профессиональным охотничьим интересом поинтересовался Гавейн. Сериалы его волновали мало, а вот шанс приколотить к стене у себя в Вулверрайне голову гигантской и, возможно, реликтовой жабы заинтересовал всерьёз. — Удочки я не взял, но это не проблема. Интересно, они на какую наживку пойдут? Как думаешь, Гарм? Гарм подошел к краю пруда, потрогал лапой воду и негромко зарычал. Под водой кто-то испуганно булькнул и на всех парах рванул от берега, подняв приличных размеров волну. — А давай вон у кинозвезды спросим, — Ариан указал на бодро шлёпавшего по дорожке мокрого Тайлера Болейна. Тот только что выбрался изо рва и теперь в расстроенных чувствах двигался по направлению к башне-общежитию. Вид у него был такой, будто он сегодня уже поработал наживкой. — Пусть поделится опытом. — Ладно, Ариан, не начинай! — Уриэн поморщился. — Нам ещё Болейна тут только не хватало. То ещё трепло, языком зацепится — не оторвать. Куда там тем жабам. В пруду под столовой что-то неодобрительно квакнуло. Болейн повернулся на звук и, заметив нашу компанию, широко улыбнувшись, направился к ним, оставляя на жёлтом кирпиче дорожки мокрые следы ботинок. — Привет, парни! Как дела? — Тайлер подошел поближе, смахнул с лацкана пиджака прилипший листик кувшинки и вытащил из кармана промокшую насквозь сигаретную пачку. — Закурить не найдётся? А то мои — сами видите… — Не давай, — посоветовал Уриэн полезшему в карман за сигаретами Гавейну. — Сначала Тайлер сигареты попросит, потом выпить, а потом окажется, что ему ещё и переночевать негде. Профессиональный халявщик. — А вот это обидно было. Я вообще не пью. Почти. — Болейн взял предложенную сигарету, прикурил её от загоревшегося на кончике пальца огонька и благодарно кивнул Гавейну. — Кстати, насчёт переночевать… Парни, вы не в курсе — на седьмом свободные комнаты есть? Я раньше с братом жил, но он школу закончил и сейчас профессиональную карьеру на Магфильме делает. Так что не знаю — куда на последний год приткнуться… — А я предупреждал. Болейны — такие Болейны… — Уриэн пожал плечами, посмотрев на слегка обалдевшего от такой простоты Гавейна. — Кстати, Тайлер, а ты не охренел часом? Прямо посреди школы с сигаретой торчать? Не боишься, что уши надерут? — Некому надрать! — Тайлер Болейн глубоко и с наслаждением затянулся. — Директор застрял на пароме посреди рва, казначей торгуется с подводным чудищем — уговаривает его паром с директором и старшекурсниками с мели снять. Задёшево. И, судя по всему, это у них надолго — чудище весьма алчным оказалось, за еду работать не хочет. В общем, удовольствие от этой торговли оба получают. Я когда кустами мимо пробирался — видел. Завхоз общагу караулит, а остальные преподы в столовке засели. Пока всю жратву с учительского стола не сметут, мы их не увидим. Даже если мы тут оргию вместе с парнями в юбках, очкастыми малолетками, крылатыми собаками и местными жабами устроим. Гарм внимательно посмотрел на Болейна, оскалил зубы и зарычал. — Был неправ. Ляпнул, не подумав, — Тайлер Болейн оценил клыки фамильяра Гавейна, отошёл на шаг и, почесав бровь с пирсингом, добавил: — Собак тогда вычёркиваем! — Очкариков тоже вычеркивай. И всех остальных, — добавил Гавейн, ободряюще потрепал обиженного Гарика по плечу, поддёрнул килт и принялся закатывать рукава. — Так что извини, парень, но придётся на оргию с жабами тебе одному отправляться. — Да ладно, парни! Пошутил я! Признаюсь, неудачно. А мы знакомы? — Тайлер щелчком выбросил сигарету и протянул руку Гавейну. — Тайлер Болейн. Из Лондры. Последний курс. Кстати, возможно, будущий староста школы. — Интересно, когда он успел пройти собеседование с директором на значок старосты? — громким шёпотом поинтересовался Уриэн у брата. — Вроде кровать для проверки профпригодности на пароме ещё не успели отремонтировать после нас… — Сэр Гавейн Вулверрайн. С Оркнея. Можно просто Гавейн. — Гавейн неодобрительно посмотрел на братьев Тинтагель и пожал протянутую руку. — Первый курс. — Ну, по крайней мере, это объясняет почему ты в килте. Надо же… — Болейн почесал белобрысую макушку. — Я, конечно, знал, что на Оркнее свежий воздух и натуральное питание, но что-то уж больно ты здоров для малолетки… — У нас вообще рано взрослеют. Детство, не испорченное цивилизацией и ювенальной юстицией. Как-то так, — пожал плечами Гавейн и внимательно посмотрел под ноги Тайлеру. — Кстати, это внизу твоя зверушка? Рядом с Болейном на задних лапках сидела небольшая ящерка изумрудного цвета. Заметив, что на неё обратили внимание, она явно смутилась и испуганно вцепилась коготками в штанину Тайлера. — Вот же ты настырная, — Болейн тяжело вздохнул и взял ящерицу в руки. Та тут же обвила хвостом его запястье и умильно уставилась на блондина. — Понимаете, я когда изо рва на берег вылезал, её чуть не придавил. Она с перепугу меня за палец тяпнула. Вот теперь идёт за мной хвостом от самого берега. С грустной физиономией. Наверное, извиниться хочет… Ящерица покивала головой, как бы соглашаясь, и вдруг, ловко пробежав по рукаву парня, нырнула тому в нагрудный карман. Откуда и высунула голову, преданно глядя на Тайлера. — Видимо, придётся её с собой взять, — Болейн вздохнул и погладил ящерку по голове. — А то ещё случайно раздавит кто… или сожрёт. Гарм, в чей огород явно брошен был последний камень, возмущённо фыркнул и гордо отвернулся в сторону. Во-первых, без команды хозяина он никого бы жрать не стал. А во-вторых, пытаться слопать детеныша болотной саламандры — идея так себе. Взрослые особи этого вида отличались феноменальной живучестью, были практически несъедобными, да ещё и ядовитыми. Правда, яд у них был не очень быстрый. Бывало, что во время охоты, саламандры неделю ползали за теми, кого покусали, ожидая, когда яд подействует. — А может всё-таки есть пойдем? — робко подал голос Гарик, поправляя очки. — Сейчас народ с парома повалит, не протолкаться будет! А так хоть места за столами занять можно будет получше. — Точно! Устами младенца глаголет истина, — хлопнул Гарика по плечу Тайлер. — А то совсем мы заболтались, пора и попробовать — чем нас тут ради начала учебного года угощают. — Да всё тем же, чем и обычно, — проворчал Уриэн, направляясь к ступеням, ведущим ко входу в столовую. — Нормы питания утверждены ещё при короле-драконе и с тех пор не менялись. Разве что при Ланселоте в меню капусту добавили. А при Моргане вино со столов учеников убрали. На сок заменили. Капустный, кстати. — Надежда умирает последней, — замыкающий группу сэр Гавейн свистнул Гарма. — Иногда вместе с теми, кто надеялся. Как говорят. Столовая Камелотской школы изнутри представляла собой не менее странное сооружение, чем снаружи. Но, надо признать, весьма величественное. Массивные стрельчатые окна с цветными витражами, изображали подвиги рыцарей круглого стола. Для тех, кто не особо разбирался — кто, кого и за что лупит, под витражами были установлены пояснительные таблички. Причём некоторые из них были значительно новее на вид и написаны другим шрифтом. Видимо, принадлежность подвига на витраже определенному герою устанавливалась в соответствии с текущей политической конъюнктурой. На полу из полупрозрачных плит, под которыми была видна тёмная вода озера, стояли массивные скамьи и столы из потемневшего от времени дуба. На столешницах последних местами можно было разобрать древние рунные надписи типа «Тристан + Изольда =», «Здесь был Роланд» и «Манчестер-чемпион». За частью этих столов устроились младшекурсники, успевшие, по всей видимости, уже набить желудки. Молодёжь шепталась между собой вполголоса, с опаской поглядывая в сторону преподавательских столов, установленных на возвышении, и инструмента для тестирования магических способностей — здоровенного булыжника в центре зала с кривовато воткнутым в него здоровенным проржавевшим двуручником. — Ничего так обстановочка. Готичненько, ничего не скажешь. Прям как в родном замке оказался. Правда, с пафосом, как мне кажется, немного перебор, — Гавейн уселся с краю скамьи за столом в центре зала и жестом подозвал официанта — голема, облачённого в белый фартук поверх полного доспеха оруженосца. — Уважаемый, а с меню завтрака можно ознакомиться? Голем кивнул и показал металлическим пальцем себе на грудь, где магнитиками был закреплён лист пергамента. — Сколько лет тут учусь, а меню всё то же, — вздохнул Уриэн после недолгого изучения содержимого пергамента. — Нам овсянку на всех, тосты, пирожки с капустой, капустный сок и чай с печеньем. — А мясо здесь бывает? — поинтересовался Гавейн, взглянув на загрустившего Гарма. — Или его самому нужно добывать? — Мясо будет на обед, — пожал плечами Болейн, — если, конечно, день не рыбный. Такой здесь частенько устраивают, когда мясо заканчивается. — Впрочем, любимым преподавателям его хватает всегда, — Ариан показал на преподавательский стол, в центр которого как раз кухонные големы водружали зажаренного целиком поросёнка. Явно магически модифицированного — размером он был с хорошего кабана. — Видимо, обучать магическим премудростям, в том числе как правильно питаться, натощак не очень получается. — У нас с этим полегче было. У меня в колледже почти все оборотнями были. А попробуй их без мяса оставить. Да и готовить его для них проще — хоть сырое подавай, всё сожрут, — Гавейн поковырялся в принесённой тарелке с овсянкой и решительно отправил её под стол, к залёгшему там Гарму. Снизу благодарно зачавкали. — Поэтому я там не часто появлялся. Как туда заходил, так аппетит пропадал. Кровь, кишки, расчленёнка. Короче, — зрелище не для слабонервных. — Мы, пожалуй, тоже сегодня не будем. Из солидарности, — близнецы переглянулись, сглотнули, бросили ложки и синхронно отправили свои нетронутые тарелки под стол. — Гарму, пожалуй, полезнее будет… Гарик, давай тоже свою тарелку. — У меня молодой растущий организм, между прочим, — Гарик замотал головой, на всякий случай подтянул тарелку к себе и активно заработал ложкой. — Тем более, у нас дома овсянка вообще деликатес! Нет, ну серьезно вкусно! — Красиво жить не запретишь, — кивнул головой Болейн и, зачерпнув ложкой овсянку из своей тарелки, протянул её выглядывавшей из кармана ящерице. Та, распахнув пасть ярко-алого цвета, моментально смахнула содержимое ложки и просительно уставилась на Тайлера. Парень погладил её по головке, ловко отдернув руку, когда его попытались цапнуть за палец, и зачерпнул следующую ложку. — Одну ложечку за папу, одну ложечку за маму и одну за директора Лер Кромартена, не к ночи будь помянут… — Потому, что если его помянуть к ночи, есть шанс, что с ним ты её и проведёшь, — Ариан, слопавший уже пару пирожков с капустой, потянулся за третьим. — А вот, кстати, и он сам, собственной персоной. Лёгок на помине. В распахнувшиеся двери столовой вошел Аурелио Лер Кромартен в сопровождении казначея школы и толпы наконец спасённых с застрявшего парома старшекурсников. Директор внимательным взглядом окинул помещение. Подмигнул постаравшемуся сделаться как можно незаметнее Болейну. И, взмахнув полами мантии, широким шагом отправился к своему месту во главе преподавательского стола.