Два угла и все острые

Благослови мечом и раной. Все трагедии происходят смешно и быстро. Так же прошла моя жизнь. Кто теперь скажет? Кто вспомнит, почему я остался у этой холодной стены, что разделяет меня и мою семью? Никто кроме моих снов не говорит со мной о том, что в моем сердце считается важным. Я абсолютно устал от разрушительного вихря событий, бесконечного забытья в наркотиках и алкоголе. Воля моя, однако, не имеет сил повернуть всё в позитивный настрой, ничто более не вольет меня в ритм жизни. Нигде меня не ждёт успех, ни там за грязным углом, ни под этим мостом. Быть может, на дне моей любимой реки, что в детстве бежала со мной наперегонки. Может, там мне удастся удержать себя самого и не быть осмеянным или осужденным, но и это лишь на короткое время, пока мое тело сможет ещё существовать и не быть тленным. Всё, конечно, началось давно. Наверно, ещё до моего рождения, звезды упали не на те планеты, а орбиты космических тел сдвинулись в неудачном направлении. Так случилось, что вместе со мной зародилась ещё одна жизнь – моя сестра-близнец Лиза. Её образ, факт её существования вместе со мной и её исчезновение и есть моя точка невозврата. Моя зацикленность на Лизе не дает строить отношения с другими людьми. Происходило много вещей, много событий, на которые я с тех пор не переставал натыкаться. Некоторые сбивали меня с ног снова и снова, но ничто не смогло разрушить меня так, как тот оглушительный момент. Я всегда возвращаюсь к нему. Жизнь моя разделена на «до» и «после». И в отрезок "между" Лиза стала моим проклятьем и разрушила даже попытки построить то, что называют жизнью. Если бы я не любил её всем сердцем, то она не смогла бы сделать со мной такое. Я бы смог смотреть на этот случай с усмешкой, я бы мог усмотреть в этом глупую шутку Создателя. Я бы смог выстоять тот поток ненависти и огласку: комок тошнотворных сплетен и осуждений, что лились на меня без остановки. Я бы выдержал всё. Выдержал бы и отречение семьи, но я был сломан в один момент, ещё до всех эти ужасных, публичных событий, что произошли с моей неокрепшей душой. А всё другое лишь помогло расти внутренней оторванности от жизни, а я так и остался с чувством отчуждения, а я так и не смог. Моя сестра умерла, когда нам было десять.