Два угла и все острые

Вода наполнила мои легкие, я не сопротивляюсь потоку. Я чувствую, что всё так, как должно быть. Ведь даже здесь под толщей воды, воспоминание о том дне нашло меня, но скоро это закончится. А пока… Снова маленький мальчик, он улыбается. Рядом с ним Лиза. Мы могли пойти в город, там нам были открыты все дороги, потому что из нас буквально вываливались деньги. Нам было плевать на них, обычно родители давали много карманных денег, словно откупаясь за то, что не могут, дать хоть маленькую часть такой любви. Мы могли купить всё, что угодно для детской души, но мы часто воровали ради забавы и гордились этим. Нам удавалось чувствовать свободу. Мы были резвы одинаково и когда изучали природу и наши поля, и когда плутали по грязному городу. Наши родители были слишком богаты, чтобы нас могли принять дети хоть какого-нибудь сословия. Иногда мы прикидывались, что мы не из этих мест и тогда нам удавалось завести приятные знакомства, но все они были мимолетны. Нас очень любили жадные взрослые потому, что мы не знали цену деньгам. Но это, конечно, не те знакомства, какие нужны малолетним детям. Раз в месяц, обычно это были выходные, с самого утра мы убегали на весь день в развлекательное место под названием «Сфера». Мы были готовы проводить там всё время, но не могли, это было бы подозрительно. Наша прислуга всегда знала, куда мы идём и зачем. Но они охотно скрывали наше отсутствие, да им достаточно было просто ничего не говорить. Мы всегда предупреждали Джозефа, что не придём на обед, если это было необходимо. Родители ничего не знали о наших путешествиях. Нас бы заперли на несколько месяцев, если бы правда вылезла наружу. Они не позволяли нам вольностей и считали, что такая «свобода» растлевает дух. Они считали это своей заботой о нас. С ними мы были в том месте один или два раза, но вели себя неприлично тихо для «Сферы». «Сфера» – это область бессмертия. Владелец этого места – алхимик. Мы знали бессмертных людей, но ещё никому до него не удавалось обрести такую силу, чтобы растянуть её на целый парк. Честно говоря, вечная жизнь не была в моде. Люди знали, какую цену они должны будут заплатить. Риск случайной смерти в алхимии был не просто велик, а входил в обыденную практику смельчаков, от которых порой не оставалось и следа или из их глотки не переставали появляться огромные черви. Одна ошибка приводила к ужасным последствиям, которых никто не мог предугадать. Да и никому не хотелось разбираться в каракулях древних писаний. Если бы бессмертие можно было бы купить или получить с рук от тех же самых алхимиков, тогда без сомнений толпа бы бросилась, расталкивая всё вокруг, лишь бы просто так получить, целую вечность. Хотя никто из них не знал, что делать и с их шестью десятками лет. А так, всем оставалось радоваться тому, что они получили от этого алхимика – вечность на несколько часов. «Сфера» была популярной и на слуху, но не многие могли позволить себе так развлекаться. Дорогое местечко. Здесь богатые снобы платили, чтобы объедаться, повеселиться, расстреливая кого-то, или покататься на самых диких аттракционах страны, при этом остаться целехонькими. Здесь не было возрастных ограничений. Детям разрешалась бывать всюду, им доверяли оружие, а взрослые беспечно попивали коктейли, не поворачивая головы на крики. Мы с сестрой всегда ждали этого дня. Это был праздник. Шесть часов веселья и никакого контроля. В воздухе пахло по-особому, завтрак был особый, разговоры взрослых были не такие унылые, всё кричало: СВОБОДА. Но мы не знали, я не знал, что свобода стоит так дорого. Мы как обычно купили стандартный билет без ограничений, любые прихоти была нам доступны. Частенько мы приставали к взрослым в баре или в ресторане. Иногда мы действовали скрытно, подслушивая за кем-то. Это было увлекательно, мы узнавали разные истории от самых прекрасных до просто омерзительных. К слову, здесь бывали и преступники разного рода. Для большинства это была не только зона бессмертия, но и перемирия. Враги тут пили из одного бокала, а убийцы подальше убирали свое оружие. Это место явно промах в их карьере. Некоторых посетителей мы знали, они бывали гостями в нашем доме, но всем было либо всё равно на наше присутствие, либо никто нас не узнавал. Да и если бы они узнали, откуда им знать, что нам запрещено, находиться здесь? Но мы с Лизой могли чувствовать волнение, что когда-нибудь наши беспечные походы в «Сферу» закончатся из-за кого-то из них. Но мы ошиблись. Это закончилось тогда, когда я выстрелил Лизе в голову, а она вместо того, чтобы ожить через пару секунд, так и продолжала лежать. –Лиза! – вот опять, кричу. Этот момент оглушительно впивается в мои мозги. Я задыхаюсь. Мы делали это, кажется, уже тысячу раз, стреляли друг в друга из разного оружия. Бегали по залам. Наши выстрелы иногда попадали в кого-то ещё. Мы смеялись и всегда оживали через мгновенье. Мы вновь и вновь играли с жизнью. За вечер мы умирали по сотню раз. Но сейчас всё было не так. Регенерации не было слишком долго. Я ждал несколько секунд, для меня они были оглушительны и тошнотворны. Подступали слёзы. Я знал, что-то пошло не так. Я не ошибся. С этого момента в моей жизни не было момента, который бы шёл ТАК. Я подбежал к ней ближе, сочная рана зияла прямо посередине её головы, она не затягивалась, как это бывало раньше. Лиза просто лежала, она не дышала, она была мертва и теперь уже навсегда. Мне трудно было что-то осознать, все поблизости стали суетиться, оглядываясь на Лизу. Что было потом? Я смутно помню. В затуманенном рассудке я бросился к ней и на руках, укутанную, принёс в родительский дом. Все верещали от ужаса. Я не помнил дороги домой, возможно, мне кто-то помог. Я ничего не помню. Только позже мои родители и я узнали от следователей, что купал пал на 5 секунд. Всего 5 секунд: этого хватило, чтобы Лиза умерла. Я самый невезучий человек в этой Вселенной. Кроме Лизы, тогда, никто не умудрился умереть. Именно моя пуля прилетала в голову живому человеку в те 5 секунд и мало того, это была моя сестра. Это чувство, похоже, словно из-за одной цифры проиграл лотерею на миллион, но только вот я проиграл всю свою жизнь. Я был виноват в единственной смерти, которая случилась в «Сфере». Газеты раздули этот случай, не обращая внимания на то, почему он пал. Об этом я тоже узнал только позже. В куполе была одна маленькая брешь наверху. Но и не она была причиной. Брешь находилась там много лет, и не могла причинить никому вреда, но неидеальность человека прослеживается во всем, даже в создании бессмертия. Но в этот же день, что и мы с Лизой, в «Сфере» решил отдохнуть один гадкий учёный Р., из-за которого всё и случилось. Его пытались убить в области бессмертия. Убийцы хотели воспользоваться этой брешью, но они не знали, что расширив, её они внезапно обрушат весь купол. Учёный сбежал. Все остались невредимы. Только Лиза не вынесла этого. Так я и остался с осколками собственной жизни. Фактически с меня сняли все обвинения, но в обществе я навсегда остался убийцей. Мне не удалось отделаться от клейма газет и ужасных взглядов, подозрений и собственных домыслов людей. Родители винили меня во всём. Я испортил всё. И что мы ослушались, и что моя пуля прилетела к Лизе в голову, и что я родился на свет. Сразу несколько жизней я сломал одним выстрелом. На такое способен только самый гадкий человек. Я мог пожелать быть на месте Лизы, но я бы не позволил её чувствовать такой ужас и беспомощность, что чувствую я постоянно. Моя жизнь закончилась вместе с её, а сейчас осталось только больное тело. Да и от него я избавился. Я иду на зов. Пока мое тело бьётся в волнах реки, я вижу бесконечное небо. Мне никогда было не найти место в этом живом мире. Наверно, таким я родился…Лиза, теперь я вижу только тебя и небо...Навсегда. И меня может интересовать только один вопрос: Сколько продлится навсегда?