Асунская академия, или Держитесь магистр Криастэ

2 Подарки своей девушке не забирают — Вот вы где! Толпа расступалась, и ко мне приближался мой кумир. Я отодвинула Петрова. Я понимала девчонок, слегка удивлялась, что они не реагировали на Закариэля и Эрайона. Но вот Дариан Криастэ — мой магистр — произвёл полнейший фурор. Он тоже почти не изменился за эти два года. Хотя, если только немного похудел. Высок, шаг нетороплив. Я прижала рукой дрогнувшее сердечко, чтобы не ускакало. А чёрный плащ всё так же в такт шагам развивается. Шрам на правой щеке добавляет взгляду суровости. Божечки!!! Притушите, маг, эпику, а то не доживу до завтра… — Ты притянул с собой амулет-следилку, Эр, — констатировал Зак. — Катенька, — усмехнулся Мой магистр Криастэ. Ох! Тон укоризненный, словно я где-то провинилась, но как же я соскучилась по этому… — Ты лекарство бабушке приготовила?  — Ясное дело! — Так удачно, что у тебя завалялся мой «путеводитель». — Магистр выразительно посмотрел на молодых магов. — Хотелось бы получить его назад. Эрайон бросил на Закариэля укоризненный взгляд, показывая, что зря тот его упрекал. — А Вы уверены, что он Вам нужен? — Уверен. Или ты код активации разгадала? — Я? Нет! — я честным взглядом встретила саркастический прищур и застегнула молнию на сумке. — Но, вот, Ваш планшет-картонка уже не рабочий. Точно-точно! Я-то не разгадала, но вот мои Рию… Как сейчас помню, я вышла из портала и помахала бабушке, а за ней из дома выплыли удивлённые ведьмы. Жутко красивые — это про них. От слова Жутко. По шее пробежал холодок. Бабушка, подтягивая за собой правую ногу, шла, а гадины плыли, приближались рывками, словно в плохом кино. Я переключилась на потустороннее зрение. Так и есть! От них тянулись к бабуле тонкие золотые нити. Я криво улыбнулась и раскрыла объятья бабуле. Ведьмы тоже заухмылялись — и ко мне потянулась золотая нить. Я видела, как бабушка в изнеможении тормозит своё движение и как не может контролировать тело. Я нежно обняла её и резко вскинула руку — в ту же секунду раскрученный зонтик моей жизненной силы перерезал ручейки и растянулся во вращающийся купол. Старшая из ведьм, дёргано подплыла, хватанула чёрными когтями мой купол. И когда её руки так изменились? Инерция развернула нас с бабушкой, но упали не только мы, но и мячик Рию. Да и чего бояться! Он же, Рию, в единственном экземпляре. Я что, не справлюсь с одной малявкой? Я тогда даже восхитилась, что эта мелюзга смогла встроиться в одежду Сотексов. Рию, как всегда выдал банальное: «Мамочка, опасность?» «Прячься, сейчас бомбану светом!» «Поддайся». Я доверилась и понадеялась, что не пожалею. Мой едва серебрящийся свет затих. Ведьмы нависли размытыми тучами, словно они были в нескольких местах одновременно. Золотые щупальца присосались к нам, и навалилась усталость. Бабушка безумным взглядом проследила, как сверкающий мячик взобрался ко мне на шею и тоже бесцеремонно впился. А я так ему верила… Я очнулась и осторожно потянулась, чтобы не разбудить спящую бабушку. Пятнами лилось солнце сквозь сцепленные в купол мячики. Потом я долго шепотом возмущалась, а Рию клялись, что больше плодиться они не будут. — Ничего страшного. Слова моего мрачного и в то же время долгожданного магистра Криастэ вырвали меня из задумчивости. Я всё никак не могла ухватить нить мысли, и он добавил: — Отдай. Путеводитель рабочий, он просто не активирован. Даже если бы этот предмет мне был абсолютно не нужен, я не отдала бы его уже только потому, что это была единственная памятная вещь от моего магистра. — Подарки своей девушке не забирают… Криастэ пятернёй зачесал чёлку назад и уставился чуть наглыми и сильно улыбающимися серыми глазами на меня. — Не забирают, — согласился он со мной. Неужели! В самом деле, оставит мне планшет? — Подарки своей девушке. — И требовательно протянул руку. — Когда-нибудь Вы сильно пожалеете об этом, — ответила я, отдавая прямоугольную картонку. Как? Как можно отобрать единственную надежду?! Когда я везла Рию в городскую квартиру, эти «гады» зависли на безлимитном интернете и забрали всю скорость. Промаялась я с неделю, а потом подсунула им планшет-картонку мага. Лекарство я сделала, лекарственной травы больше такой не осталось, так что пусть развлекаются. Не знаю, что они там делали, но наш интернет их больше не интересовал. Ну и славно! Отдавать планшет-картонку не хотелось. От слова Очень. Что я дам Рию, когда они заскучают? Земноводное душило — рука дрожала. — Вы меня поцеловали, а, значит, великий защитник Либерайи обманывает невинных девушек? — Моя наглость когда-нибудь меня погубит. Я никогда никому не признаюсь, что бессовестный маг тогда в башне поцеловал меня лишь в лоб. Селия утвердительно мотала головой до тех пор, пока магистр Криастэ не обратил на неё своё хмурое внимание, и она тут же нашла что-то занимательное на потолке. Если так будет вести себя каждый мой помощник, как я смогу переубедить мага? Дариан вздохнул, слегка качнул головой и, закрыв глаза, повёл влево подбородком. — Хорошо. Если мы ещё раз встретимся, я дам тебе ответ. — Не если, а когда… Закариэль положил голову на руки и вздохнул. И чего это все от меня так устали?! Заметьте, это вы ко мне в гости заявились! Раздражает! — Я же говорю, она бегает за каждым! Все обернулись к толстяку. Петров-Петров, и нисколько тебя жизнь не учит. Не спорю, в первый учебный день в универе увидела тебя — и расстроилась. Сказать сильно — ничего не сказать. Но после недельной депрессии я внезапно осознала, что оттачивать мастерство управления цепями силы никто не отменял. И кто же будет мне помогать, как не тот, кто постоянно крутится рядом и трындит, и трындит. И трындит! А знает ли он, этот Петров, как часто он был на травмаопасной грани? Знает ли, как тяжело не навредить человеку? — Похоже, «этот» — всё же не друг тебе, Катрин, — констатировал Зак и резко встал. Стул отлетел и упал у стены. Я что? Зря так «бережно» наказывала толстяка? Вали отсюда, дурень! За мгновение Петров выскочил из студенческой столовой. Однако шестое чувство у него ещё не полностью атрофировалось. Радует… Эр покосился на Криастэ, но, всё же, жестом попросил сесть. — Мы просим у тебя помощи. Ничего себе! У меня? Сильнейшие мира Либерайи?! — Спроси у насекомых башни силы, где Тэрон. — Так вы знаете, что они со мной? Магистр резко повернул меня к себе. Я сделала лицо кирпичом. — В смысле… Так вы знаете, что они со мной ОБЩАЛИСЬ? Боже! Они не знают, что Рию со мной?! А магистр, вроде бы, даже очень против. А его ладонь до боли сжимает мне плечо. Ну и пусть! Пусть НЕ ОТПУСКАЕТ. Когда ещё появится такая возможность, а? Может, я ему, всё же, нравлюсь? Просто он стесняется это показать. Я посмотрела на магистра. Нет. Стеснение — это не про него. — Ещё тогда, два года назад, из-за тебя Тэрона отправили зачищать ближайшую башню силы, и после этого мы потеряли всякую связь с ним, — начал Эрайон. Милый друг Эрайон, не стоит так давить на совесть. Если бы не твоя просьба, вот так с умоляющими интонациями упрашивала бы тебя сама. В том, что я приму твоё приглашение, нет никаких сомнений, но, вот, как найти человека, который пропал в потенциально опасном месте два года назад? Вернее, вы и сами знаете ответ, который дадут мне Рию Либерайи, если, конечно, знают. Да и спрашивать-то как? «Скажите, пожалуйста, к вам два года назад приходил высокий парень в тёмно-синей военной форме? Высокий, спортивный, красивый, жестокий. Немного вас поубивал. Вы не знаете, где он теперь?» Селия нехотя вклинилась: — Ты не представляешь насколько настойчива Шантия. Ну да, истинно влюблённая в двоюродного брата Эрайона целительница и вправду была слегка безрассудной. Может, вот так вот, нагло шагнуть ближе к магистру? Вот же, зараза нерешительная. Будь смелее! — Я против! — сказал Криастэ и отпустил моё плечо. И что это было? — Тебе нельзя на Либерайю. Фуф! Как нельзя?! Я так долго и тяжело училась создавать пентаграмму переноса! Я даже очень мало гуманным к себе способом расширила свой внутренний резерв, и, если бы не код Либерайи, который не знали ни Рию, ни в планшете-картонке не было, я бы уже год назад отправилась в путешествие. Как тогда я верну Рию на планету? А Рию всё канючат, что они обязаны плодиться, строить башни силы, роиться… Не знаю, но понятие «роиться» меня всё же беспокоит. Кстати, этот инопланетный планшет-картонка очень мне помог в обучении. Там даже последовательное создание пентаграммы переноса, то есть портала, было. Почти как на нашем ютубе. Чтоб его. Петров вспомнился. Я говорю, что мне нужно, и Рию выводят на монитор компьютера. И у меня создалось такое впечатление, что анимация — это Рию создали. Но это только моё мнение. — Катя? — Эр требовательно постучал по столу. — Почему же сразу нельзя?! — Я засмотрелась на сильную ладонь магистра. А что? Вот, не возьмут меня с собой, и это, по сути, краткий миг, когда я могу подомогаться к своей большой любви. — Вы, ведь, знаете, как я могу быть полезна в общении с насекомыми башни силы?! — Маг скептически смотрел на меня сверху вниз. — И вообще, Вы мне обещали учёбу в течении года в Асунской академии. Маг только возвёл глаза к потолку, но промолчал. Вот, зараза, весь кайф обломал. Закариэль неожиданно стиснул меня в объятьях и с придыханием, которое вызвало у Селии нервный тик, прошептал: — Я так по тебе соскучился! — и по-тихому что-то передал. Закариэль, ты придурок! Долбануть бы тебя магией, чтобы ты понял, что сделал это зря, ты, пустоголовый болван! Эх… Я приоткрыла ладонь так, чтобы магистр Криастэ не заметил. В ладони клубился скованный сосудом сине-фиолетовый вихрь портала. Хотя…повезло тебе, Зак. — Так! Катерина остаётся, а мы собираемся домой, — выдал магистр. Ах, магистр Криастэ. В смысле… — Если не берёте меня с собой, то неужели откажете в одной маленькой просьбе?