Где-то там мы встречали рассветы

- Тень... - прошептала Белоснежка. Она прижалась к телу кошки, теряющему своё жизненное тепло, и принялась энергично вылизывать её против шерсти. Колокольчик поднял голову. Его глаза затуманились болью. - Она ушла... - выдавил он. Белоснежка последний раз лизнула плечо подруги и с горечью посмотрела на Колокольчика. Серый кот отодвинулся от Тени и аккуратно подвернул её лапки ей под живот. - Её желудок не смог принять эту пищу... - пробормотал он. - Плюс она была ослаблена ранением... Наверное, в рану попала земля, и она загноилась... - Как? - ахнула Белоснежка. - Она умирала от голода, но смерть ей принесла еда? Колокольчик мрачно кивнул. - Значит, у нас нет шанса... - пробормотала Белоснежка, и по её грязной мордочке скатилась одинокая слеза. - Шанс всегда есть! - гордо поднял голову в небо Колокольчик. - Мы должны идти... - Тень... - в последний раз вздохнула Белоснежка. - Она была моей соплеменницей... - проворчал Колокольчик. - Я никогда не думал, что всё так закончится... Белоснежка прижалась к его тощему жёсткому боку, и они, не сговариваясь, молча побрели прочь. Белоснежка старалась не оборачиваться, и смотрела лишь себе под лапы. Перед ними вырос бугор. Белоснежка с трудом запрыгнула на него, и вцепилась в землю когтями, чтобы удержать равновесие. Замерев, она оглянулась назад. Свистящий в ушах ветер выжимал слёзы из глаз, или они падали сами собой от безмерной тоски, заполнившей сердце кошки. Колокольчик остановился внизу, глядя в серое пустое небо. - Удачного пути... - пробормотал он, и Белоснежка поняла, что он обращается к Тени... Неожиданно высоко в небе блеснул одинокий луч. Будто зажглась новая звезда... Белоснежка встрепенулась, распушив свисающую грязными колтунами шерсть. Спрыгнув с валуна, она с новыми силами понеслась вперёд, перескакивая через глубокие борозды и рытвины. Колокольчик, очнувшись, кинулся следом за ней. Наконец Белоснежка притормозила. Перед ней выросла огромная насыпь. Вцепившись когтями в камень, свисающей над её головой, Белоснежка оттолкнулась задними лапами и беспомощно заболтала ими в воздухе. Сжав зубы, она напрягла уставшие мышцы и с огромным усилием подтянулась, встав всеми четырьмя лапами на камни. Колкольчик повторил тоже самое. Бок о бок, чувствуя каждое движение друг друга, Белоснежка и Колкольчик медленно, но непоколебимо карабкались наверх. - Расскажи о той жизни. - сквозь сжатые зубы пропыхтел Колкольчик. - О старой жизни? - Ну да, когда никто и подумать не мог о нашествии Двуногих, когда мы жили в разных племенах и были заклятыми врагами. Как ты тогда жила? О какой жизни мечтала? Белоснежка задумалась. Та жизнь стала для неё такой далёкой, такой забытой, будто её и не было. - Мы стали другими... - прошептала она. - Мы стали одним сплочённым племенем. И наш дом теперь здесь - в этих развалинах и руинах. Наша шерсть перестала пропускать и холод, и тепло. Наш язык перестал ощущать вкус, а живот - голод, наше горло привыкло пить масляную воду. Наши глаза высохли от слёз, а души до того закалились, что мы перестали плакать, теряя друг друга... И каждый рассвет мы встречаем проводами ушедших. Наверно, мы перестали быть котами... - Нет. Мы не перестали быть тем, кем были когда-то... - поправил её Колокольчик. - Просто мы стали хладнокровнее... и лучше... И всё же, какой была твоя жизнь в том мире? Глаза Белоснежки затуманились воспоминаниями. Она подняла голову в небо. За вершиной насыпи виднелось слепящее жаркое солнце. Они шли туда на свет... - У меня была сестра... Чернобурка... Я всегда знала её, как добрую и отзывчивую кошку. Она даже согласилась взять племянника Огнезвёзда к себе на воспитание... Я так любила находится рядом с ней. Нам с сестрой было хорошо и мы даже и не думали о том, что всё так закончится... - А у тебя были свои котята? - Да... Их было четверо... Первыми были Бурый и Пепелица... В детстве Пепелица была ранена чудищем, и из-за этого не смогла стать воительницей... А потом... Потом были Терновник и Яролика... На Яролику напали собаки... Они лишили её одного глаза и уха, сделали её уродом на всю жизнь... Если бы не Белохвост, племянник Огнезвёзда, она бы, наверно, не смогла жить с такой травмой... Видимо, смерть всегда преследует нашу семью, но все мы, закалив свою душу, заглянув ей в глаза, остались жить с травмой в сердце... Видимо, так же и со мной произошло... Остались только я... и ты... Белоснежка покосилась на Колокольчика и по её щеке скатилась одинокая слеза. Кот замер, прекратив подъём, и с грустью посмотрел в её глаза. Горячие слёзы градом посыпались из глаз Белоснежки. Её когти разжались и поехали вниз с валуна. В следующее мгновение её лапы съехали с опоры, и кошка с ужасом поняла, что падает. Она зажмурила глаза, чтобы не видеть быстро приближающейся земли с острыми камнями... И вдруг Белоснежка поняла, что висит в воздухе, не падая вниз... Она приоткрыла глаза. Колокольчик, из последних сил вцепившись когтями в каменную насыпь и морщась от натуги, держал её зубами за загривок. Сжав зубы и тяжело дыша, кот мёртвым грузом потащил её наверх, как маленького котёнка. Жмурясь от лучей солнца, он упрямо поднимал Белоснежку всё выше и выше, пока, наконец, не опустил её на землю и сам не повалился на землю от усталости. Белоснежка, широко раскрыв глаза, огляделась. Они стояли на самой вершине насыпи. Перед ними открывались бескрайние мёртвые долины, далёкие горы, розовые в лучах заходящего солнца, вдалеке рычали чудища... Белоснежка повернула голову к Колокольчику. Кот лежал на спине, глядя в пурпурную небесную даль. Белоснежка слабо улыбнулась. - Только я и ты... - прошептала она. Повалившись на спину, Белоснежка легла рядом с Колокольчиком, прижавшись к нему своим боком. Коты молча глядели в небо, такие одинокие перед Звёздным воинством... - Мы последние... - прошелестела Белоснежка. - Нет... есть ещё... - покачал головой Колокольчик. - Есть ещё Горностайка... и Тень... - Но они... - ... живы. Ты говорила, что можно разрушить священные места, но... -.. они останутся бессмертными, ибо главная святыня - в наших сердцах... - Они там. И там они живы. И им хорошо... Они не сдались. Погибли, но не сдались... Белоснежка плотнее прижалась к боку Колокольчика, вдыхая слабый аромат гор, который приносил с собой игривый ветерок. - А теперь ты... расскажи о себе! - улыбнулась она. - Я... я просто был старейшиной Речного племени. Тень... Она всегда хотела быть вместе со мной... И она умерла у меня на лапах, а я ничего не смог сделать... Ничего... Зато, она до скончания своих дней не нарушила своей мечты. Была вместе со мной. - А ты? - Что? - Ты тоже так хотел? - Я хочу умереть рядом с тобой. Зная, что я выполнил свой долг и смог довести тебя до места, где тебе было бы хорошо... Я бы хотел всех вас довести, но теперь могу помочь лишь одной кошке... - Ты уже мне помог. и... спасибо... Колокольчик исподлобья покосился на неё и неожиданно спросил: - Ты не считаешь меня сумасшедшим? - Все мы лишились разума в последние дни... - Тогда... Я скажу вот что. Совершенно абсурдную вещь. - Какую же? - Слова... Ты не замечала, что они рифмуются? - То есть? - Ну... строчки как бы сами приходят в голову, стекаются, и робко вьются в стихи... Они созвучны и гармоничны... - Я тебя не понимаю... - Ну, например, рифмуются слова... Колокольчик покосился в сторону алого заходящего солнца и выпалил: - "Это"-"Рассветы". Рифма! - Не-а. Я не знаю, о чём-ты. - Ну ты послушай! Колкольчик вскочил и начал бормотать: - Где-то там, где-то там Мы с тобою встречали рассветы, Где-то там, где-то там, Где-то там и осталось всё это. - Хм... - Ты не замечаешь этой красоты слов? - Красив их общий фон и смысл, но... - Ладно. Ещё рифма. "Твой" - "одной". Созвучно? - Не особо... - Но, например, так: И мелодии тысячи слов Просто станут песней одной. Ты меня позови И я голос узнаю твой. - Красив смысл твоих слов, но я не чувствую того, что ты называешь "рифмой". По-моему, лучше направить мысли в другую сторону... Колокольчик удручённо сел на землю. - Я так и знал, что ты не поймёшь... - прошелестел он.