На сорок старше

Оля была в полном шоке, услышав подробную историю об учителе гитары на следующий день. – Он реально поцеловал тебя? – не веря переспросила она Сашу уже третий раз. – Да, – устало ответила девушка. Она мало спала этой ночью – слишком много мыслей роилось в голове. – Да он же уже стар! – Но это не мешает ему выглядеть просто великолепно, – усмехнулась Саша, пожав плечами. – То есть, ты влюбилась только во внешность? – Я… Я не знаю, я запуталась. Не думаю, что я бы так долго не могла перестать о нём думать, если бы дело было во внешности, – нахмурилась Саша, хотя сама не совсем понимала, что же её так влекло к гитаристу. – Ну, значит это ненадолго, – улыбнулась Оля подруге. – Надеюсь… – пробормотала Саша, хотя на самом деле совсем не хотела, чтобы это заканчивалось. Она ведь и правда любила его, любила уже восемь месяцев, а теперь ещё и узнала, что и он к ней неравнодушен. Вечером этого же дня Саша с трясущимися от волнения руками собиралась в клуб. Она боялась встречи с Константином Олеговичем, боялась, что он будет её игнорировать или ещё чего-нибудь учудит. Не может же он оставаться таким невозмутимым после такого? С колотящимся сердцем она сидела рядом с Витей, сжимая в руках чехол с гитарой и пялясь в одну точку. Одноклассник несколько раз спрашивал её, в чём дело, но та со стеклянным взглядом отвечала, что всё в порядке. Парню это явно не нравилось. Он услышал, как у Саши резко прервалось дыхание, когда Константин Олегович толкнул входную дверь. Он зашёл в помещение со сосредоточенным взглядом, быстро пробежавшись глазами по всем присутствующим сегодня детям. Саша приковала свой взгляд к учителю, как только тот оказался в холле клуба. Он вёл себя до ужаса привычно. Отвечая на приветствия учеников, он встретился взглядом с девушкой и… Ничего. Абсолютно никаких эмоций не промелькнуло на его и так серьезном лице. Неужели ему и правда плевать на то, что вчера случилось? Впервые они заговорили, когда очередь проверки домашнего задания добралась до Саши. Он посмотрел на неё, но не улыбнулся, как делал это раньше, а вздохнул и молча сел рядом. – Начинай, – произнес он своим бархатным голосом и кивнул. Саша начала перебирать пальцами уже избитую мелодию, которую она выучила на зубок, но почему-то постоянно сбивалась и, извиняясь, начинала заново. После пятой неудачной попытки Константин Олегович спросил её настолько тихо, что услышать это была в силах только она: – Ты в порядке? Он спросил, в порядке ли она? В порядке ли Саша после того, что произошло с ними в подъезде? Она запуталась, потерялась, а он непринуждённо спрашивает, все ли у неё в порядке?! – В полном, – смогла лишь произнести она и натянуто улыбнулась. Учителю явно это не понравилось, и он быстро перевёл взгляд с неё на мальчиков и обратно. Гитарист открыл рот, чтобы что-то сказать, но сразу закрыл его, вероятно, передумав. Саша глубоко вздохнула и начала играть сначала. С тех пор прошло две недели. Теперь Саша постоянно говорила Оле о своем учителе и ничего не могла с собой поделать. Она лишь искренне надеялась, что они знают друг друга слишком долго чтобы посметь рассказывать все её тайны направо и налево. Была пятница, конец Марта, и лучшая подруга Саши, впрочем, как и всегда, уезжала на пять дней в другой город, чтобы повидаться с родственниками. Они попрощались утром, по телефону, пообещав не скучать по друг другу, хотя Саша прекрасно знала, что это невозможно. Когда она выходила из дома на рутинные занятия по гитаре, родители тоже уезжали. Отец сообщил, что им нужно срочно съездить на его работу, чтобы уладить какие-то проблемы. Родители предложили довезти её до Клуба, но она отказалась, сказав, что уже договорилась пойти с Витей. Уже с привычным звуком хлопнула входная дверь, и Саша повернула голову в сторону звука, чтобы понять, в каком настроении сегодня её учитель. Почти сразу она заметила, что он не на шутку раздражён, что внезапно напугало её. Видимо, сегодня и так не лучший урок пройдет ещё хуже. И нет, дело было не в процессе обучения Константина Олеговича, а в нём самом. Вернее, в отношении Саши к этому человеку. Она решила не обращать его внимания на себя и молча зашла в кабине последней, даже не поздоровавшись. Константин Олегович осмотрел всех ещё раз и заострил внимание на девушке, но всего на несколько секунд. Впрочем, этого хватило Саше, чтобы её пульс вновь участился от его проницательных серых глаз. Плавно начался сам урок, и от занятия прошло уже минут сорок. Учитель медленно подвинул стул к Саше и сел рядом. Без лишних слов девушка поставила пальцы на гриф гитары, как вдруг шумная вибрация телефона в кармане остановила её. Достав айфон, под пристальным взглядом учителя Саша увидела, что ей звонит мама. – Можно выйти? – спросила она Константина Олеговича. – Иди, – безразлично кивнул он. Быстро отложив гитару в сторону, она вышла из кабинета и взяла трубку, параллельно закрывая за собой дверь. – Мам, у меня же занятия! – возмутилась девушка, но услышала совсем не мамин голос на другом конце. – Саш, у тебя есть ключи от дома с собой? – это был отец, и его голос звучал очень подавлено. Услышав скорее его хрип, сердце Саши сжалось от плохого предчувствия. – Что случилось, пап? – еле слышно спросила она. Какое-то время отец просто дышал в трубку, а Сашу тем временем постепенно охватывала паника. – В нас влетел Мерс, машина перевернулась. Я потерял сознание, очнулся в больнице, мама тоже здесь, но ещё не пришла в себя. Саша, ответь мне, у тебя есть ключи? – дрожащим голосом быстро пересказал отец. Девушка смотрела в одну точку, пытаясь принять только что сказанное. Неужели это всё правда происходит? – Нет… – прошептала она. Девушка не стала брать ключи как раз сегодня, потому что была уверена, что родители уже будут дома к её приходу. Её вдруг резко начало тошнить, в глазах помутнело, ноги стали будто ватными. К горлу подступили слёзы. Наличие ключей её сейчас волновало меньше всего. – Чёрт… Ты должна найти, где переночевать сегодня. Позвони кому-нибудь из друзей, слышишь? – Ты позвонишь мне, когда она очнётся? – Конечно, Саш. Всё будет хорошо, твоя задача на сегодня это найти ночлег. Это очень важно! – Хорошо, пап. – Молодец. Увидимся завтра. – Погоди! Ты в порядке? – Я сломал ногу, и, кажется, у меня сотрясение. Но все будет хорошо, не беспокойся о нас, – снова повторил он. – Ладно, пока. – Пока, малышка. Когда отец бросил трубку, ей стало так одиноко, что возможность сдерживать эмоции вдруг покинула её. Взвыв от безысходности, она облокотилась об одну из дверей и съехала вниз, стараясь плакать беззвучно. Что значит «Не беспокойся о нас»? Они её родители! Как она может не волноваться? Соседняя дверь кабинета открылась, и в пустынный холл выглянула пара серых проницательных глаз. Увидев девушку, Костя испуганно вобрал в себя воздух и присел рядом с ней на корточки. Эта сцена вдруг откликнулась у него в памяти воспоминаниями. – Саша? Что случилось? Теперь его голос не звучал безразлично, как всего пять минут назад. Могло случиться, по сути, все, что угодно, поэтому Костя не стал пытаться вытягивать из неё ответ, заметив, что она не может говорить. Девушка, может быть, и ответила бы ему, но слёзы не давали ей этого сделать. Она беззвучно молилась, чтобы всё обошлось, всё было в порядке, и проклинала этот чёртов Мерс. Из двери выглядывали остальные ученики, с любопытством наблюдая за происходящим. Учитель растерянно переводил взгляд с Саши на них. В конце концов приняв решение, он пробасил: – На сегодня всё. Собирайтесь. И как можно скорее! Один за другим пацаны вышли из класса с гитарами на спинах, попрощавшись с учителем. Они косились взглядом на них обоих, пока не скрылись за дверьми коридора. Тем временем в голове Саши всё начало затуманиваться. Мысли путались между собой. Она уже не плакала – просто сидела на полу и смотрела в одну точку, удивляясь, как сильно ей вдруг стало плевать на всё. Костя аккуратно взял её за локоть и поднял на ноги. Вздрогнув, девушка взглянула на него стеклянными глазами, покрасневшими от слёз. От этого взгляда мужчине стало жутко. – Пойдем, – мягко прошептал он, и, все ещё держа девушку за локоть, направил её обратно в класс. Он открыл окно (в кабинете было ужасно душно) и взял с подоконника свою бутылку воды. Когда он протянул её девушке, та сипло прохрипела: – Вы не обязаны… – Обязан, – резко перебил он Сашу, – Ты моя ученица, и пока ты находишься на моих уроках, я несу за тебя ответственность. Она не стала перечить таким железным аргументам. Робко взяв бутылку из его рук, девушка сделала несколько больших глотков. Ей и правда очень хотелось пить. Как он догадался? – В чем дело, Саша? – спросил он нежным, едва слышным голосом, присаживаясь на стул рядом с ней. Где он научился так мастерски успокаивать людей? – Родители попали в аварию, – дрожащим голосом прошептала она, чувствуя, как к горлу снова подкатывают слёзы. – Они живы? – вдруг резко спросил Константин Олегович. Как же этот тон отличался от предыдущего. – Да, но они оба в больнице, а я не могу попасть домой, – сказав это, Саша начала перебирать места, где можно было бы переночевать. Оля уехала сегодня утром, бабушка была в отъезде уже пять дней. У неё больше не было настолько близких людей, чтобы можно было остаться на ночь. От осознания этого ей вдруг стало страшно, по щеке снова скатилась слезинка. – Но ты ведь сможешь переночевать у своих друзей, верно? – озабоченно спросил он. Саша едва заметно покачала головой, не в силах ему ответить. А были ли они у неё – друзья? Какое–то время в кабинете была мёртвая тишина. Это очень сильно напрягало Сашу, поэтому она поспешила подняться и быстро начать собирать вещи. – Я… Я что-нибудь придумаю. Спасибо за всё. До свидания. Она направилась к двери, но когда уже схватилась за ручку, вдруг услышала его голос позади: – Ты можешь переночевать у меня.