На сорок старше

Костя видел, что девушка держится из последних сил, чтобы не разрыдаться, когда тихо наблюдал, как она обувается у него в коридоре. Его разум, казалось, был помутнён ещё сильнее, чем полчаса назад, когда она пришла к нему домой, вся горящая от детской влюблённости в него. Захлопнув за Сашей дверь, учитель вернулся в спальню, пластом падая на кровать. Что он натворил? Какой огромный грех он взял на свою душу? Зачем эта девчонка пришла к нему, зачем так настойчиво требовала его самого, секса от него? А он не смог отказать. Не смог предотвратить ужасного, хотя так долго и упорно пытался сделать это раньше. Костя чувствовал себя последней тварью. Ему не стоило прогонять её. Да, он был зол на себя, что взял ответственность первого любовника юной девочки. Злился на неё, что она так дерзко ослушалась его и заявилась к нему домой ночью, сама прекрасно понимая, к чему это приведёт. Но что он сделал после секса, её первого секса? Вышвырнул её на улицу. Он поднял голову в сторону электронных часов на тумбочке с большими красными цифрами – 0:32. Чёрт, а если с ней что-то случится? Куда она сейчас пойдёт, морально раздавленная им на маленькие частицы? Костя пулей вскочил с кровати, надел первый попавшийся в шкафу свитер. Слишком. Слишком много ошибок он сделал для ума своего возраста. Он никогда в жизни не ошибался настолько часто. До тех пор, пока не встретил её. Гитарист выбежал из подъезда и быстрым шагом направился в сторону её дома. Она не должна была успеть уйти далеко. А он должен был успеть всё исправить. С диким ужасом он узнал Сашу в комочке, сжавшемся прямо посреди дороги в пятнадцати метрах от него. Бедная девочка. Она сидела на коленях, трясясь от рыданий и холода. И всё из-за него. Костя ускорил шаг, стремительно приближаясь к девушке. Когда расстояние между ними немного сократилось, Саша обернулась, вероятно, услышав его шаги. Секунды две она всматривалась в его силуэт, а затем вдруг зарыдала с новой силой, вставая с колен и начиная убегать от него. – Саша! – крикнул Костя, помчавшись за ней. Нет, он не мог упустить её. Только не сейчас. Возраст давал о себе знать, но он продолжал ускоряться, умудряясь даже перепрыгивать через ямы в старом асфальте. Ему казалось, что он никогда в жизни не бежал так быстро, так сильно желая достигнуть цели. От больше морального, чем физического истощения Саша начала замедляться, и он догнал её, крепко хватая за плечо. – Нет! Нет! – вопила девушка, напрасно пытаясь вырваться. Она била его по рукам, в грудь, и даже пыталась кусаться, но учитель крепко схватил девушку за оба запястья. На секунду он подумал о том, что люди, живущие в окрестностях, явно слышат её крики и могут подумать чего дурного. Неважно. Как же сейчас всё равно. – Прости. Прости меня, прости меня, – не прекращая бормотал Костя, пытаясь прижать её к себе. Он и не знал, что ещё сказать, что сделать, чтобы она хоть немного успокоилась. – Не трогайте меня, прошу, – продолжала на свой лад Саша, но её силы были уже на исходе, поэтому очень скоро она перестала вырываться. Девушка всё ещё не переставая плакала, но уже уткнувшись ему в грудь, ища защиты там, где её только что обидели. – Все хорошо, пожалуйста, успокойся. Какой же я дурак, – учитель размеренно гладил её по спине и плечам, всё крепче прижимая её к себе. Он чувствовал, как она дрожит всем телом от холода. – Ты замёрзла. Пойдем скорее отсюда. Он развернул девушку и повёл в сторону своего дома, крепко обнимая за плечи и нашептывая что-то приятное. Сначала она сопротивлялась, но потом послушно пошла рядом с гитаристом, изредка шмыгая носом и часто дыша. Ей было страшно. Она не понимала, что он собирается сделать с ней в квартире, но, словно умалишенная, растерянно брела рядом с ним. В голову лезли плохие мысли, что он может её избить, а может и вовсе убить, чтобы она уж точно больше не причиняла ему неудобств. Правда, Саше не верилось, что он может так поступить, но ей и не верилось, что он прогонит её, предварительно трахнув. Молча они зашли в тёмную квартиру. Константин Олегович помог раздеться девушке и встал напротив, заглядывая ей в глаза. С удовлетворением она отметила, сколько вины и боли было в его серо-зелёном взгляде. Кажется, он действительно сожалел о том, что натворил. Он так хотел всё исправить. – Хочешь какао? Ты так замёрзла, – едва слышно, робким, но неимоверно нежным голосом спросил он. Саша кивнула, понимая, что очень хочет согреться. – Сходи и умойся, я пока поставлю чайник. Через десять минут они оба сидели за столом. Саша молча пила своё вкусное какао, крепко обхватив чашку обеими руками в попытке согреться. Костя заботливо принес ей плед из комнаты, накинул ей на плечи и теперь сидел напротив неё, пристально наблюдая за Сашей. Всей душой он чувствовал, что любит этот милый комочек грусти. В какой момент всё пошло так неправильно? И что делать дальше? Как ему вести себя с ней завтра, через день? Таким поступком он плотно скрепил их в отношениях. Костя уже давно был для неё больше, чем просто учитель. Но гитариста всё же терзали сомнения. Сколько проблем будет от подобных отношений? Надолго ли они? А если их увидят вместе? Ей же всего шестнадцать! По городу пойдут слухи, что он старый развратник. Он тихо усмехнулся, случайно привлекая внимание Саши. А не так ли на самом деле? После какао девушка почувствовала неимоверную усталость. Её глаза начали слипаться, и она чуть не заснула прямо за столом. Костя заметил это и, поднявшись, забрал у неё грязную чашку. – Пойдем спать, – скорее приказал, чем предложил он, ставя кружку на дно раковины. – Что? – хрипло спросила Саша, и это было первым её словом за такое долгое время. Она думала, что после пойдет домой пешком, или он вызовет ей такси. Костя не ответил. Он мягко взял её за локоть и повёл в спальню. Проходя мимо дивана в зале, где девушка уже проводила ночь, Саша притормозила, думая, что ей снова сюда, но оказалась не права. Гитарист посадил её на свою постель и помог ей раздеться. Оставив ей нагой на краю кровати, он отошел к шкафу с одеждой и достал свою футболку. – А в-вы? – робко спросила Саша, недоуменно наблюдая за его действиями. – Я здесь, с тобой. Он подошел к ней и протянул футболку. – Надень, чтобы не мёрзнуть. Он предложил ей только что спать в его собственной футболке, на его кровати? Саша боялась шевельнуться, чтобы не проснуться. Она не видела другого объяснения тому, что происходит именно сейчас. Может, она там и заснула, прямо на улице, посреди дороги? Когда Саша надела футболку гитариста, его приятный запах окутал её, ещё больше погружая в сладкую дремоту. Она забралась поглубже, под одеяло, но все ещё старалась следить за Константином Олеговичем. Каким же виноватым он все-таки выглядел. Костя медленно подошел к кровати и осторожно лёг рядом с ней. Дыхание девушки участилось – ей стало явно не по себе. – Все хорошо, не бойся, – прошептал гитарист, пододвигаясь ближе, целуя её в висок и обнимая за талию. Почти автоматически Саша повернулась к нему спиной, прижимаясь ею к волосатой груди. Она чувствовала себя такой счастливой сейчас. Саша накрыла его руку своей, и тот тут же с охотой переплел их пальцы вместе. Девушка почувствовала, как к горлу снова подступают слёзы. Это было слишком уж сюрреалистично. Её подростковая психика не выдерживала такого количества сбывшихся мечт за день. И она тихо заплакала. Костя на миг испугался, что сделал что-то не то, но расслабился, когда почувствовал, как она прижимается к нему ещё сильнее. – Ч-ч-ч-ч, тише, уже незачем плакать, – пробормотал он ей в ухо, а затем нежно поцеловал в шею, – Спокойной ночи, Саш. Прости меня. – Спокойной ночи, – ответила она, глубоко вдыхая. Сейчас девушке казалось, что ей повезло больше всех на свете. Саша заснула почти моментально, и Костя миролюбиво слушал её ровное дыхание, всё ещё обдумывая то, что произошло за сегодняшний день. «Пусть все останется как есть» – наконец пришёл к выводу он и вскоре тоже провалился в беспокойный сон.

***

Саша открыла глаза, растерянно пытаясь понять, где она находится. Во рту пересохло, и сильно болело горло. В голову резко врезались вчерашние события, и девушка резко села, оглядываясь по сторонам. Руки Константина Олеговича больше не были обвиты вокруг её талии, а сам он безмятежно спал рядом, тихо посапывая. Саша невольно улыбнулась, всматриваясь в черты его спящего лица. Вчера она занималась с ним сексом. Эта мысль придавала девушка какую-то гордость, будто она смогла добиться самого желаемого на свете. То, что было после секса, уже не казалось таким важным. Но, вероятно, из-за этого она сейчас и испытывает жуткий дискомфорт в горле. Бесшумно поднявшись с кровати – чтобы не разбудить учителя – она направилась на кухню, чтобы утолить жажду, а заодно и успокоить воспалённое горло. На часах было девять утра. Довольно рано, учитывая, что у неё сейчас каникулы. Поправив слегка длинную для неё футболку, Саша помыла вчерашнюю кружку от какао и наполнила её водой. Жадно выпив залпом её содержимое, она налила ещё порцию и выпила следом. Горлу стало немного легче. Саша вернулась обратно в комнату к спящему учителю. Опершись о дверь, она с улыбкой наблюдала за ним. Константин Олегович лежал на спине, почти не укрываясь одеялом. Его волосатая грудь медленно вздымалась и опускалась, мышцы лица дёргались, как будто ему снилось что-то плохое. Девушка снова почувствовала неимоверное желание дотронуться до его волос на груди. Интересно, будет ли он теперь против? Что вообще происходит между ними? Звонок проклятого телефона из джинсов Саши заставил учителя вздрогнуть. Резко подняв голову, он заморгал, пытаясь понять, что происходит. Девушка метнулась к своей одежде, спеша поднять трубку. Это снова была мама. – Привет, мам! – пытаясь сделать голос как можно бодрее сказала Саша. Она встретилась взглядом с гитаристом. Тот нахмурился, снова расстраиваясь, что ей придётся врать матери. – Доброе утро. Как спалось? – послышалось из трубки. Мама звучала очень радостной. – Отлично. А ты чего звонишь-то? – она все ещё пристально смотрела на Константина Олеговича. Тот уже сел на кровать, перестав наблюдать за Сашей. – Я просто хотела сказать, что нас завтра выписывают! Мы будем дома где-то к пяти вечера. – Это здорово. Буду ждать вас! – она начала широко улыбаться – новость о возвращении родителей безумно обрадовала девушку. Она бросила трубку, облегчённо выдохнула и плюхнулась на кровать рядом с учителем. Один мучивший её вопрос крутился в голове, но она не могла заставить себя спросить его. – Что… будет дальше? – собралась с духом спросить она спустя несколько секунд тишины. Гитарист напряженно молчал, заставляя её нервничать все больше. Наконец он серьезно заглянул в её глаза и сказал: – Никому. Слышишь? Никому не рассказывай о том, что между нами. Даже… Особенно своим родителям. – Да, естественно… – Саша старалась сдержать улыбку, но уголки её губ предательски расползались по лицу. – Я серьёзно. Если кто-нибудь узнает… – Я понимаю. Никто ничего не узнает, - перебила девушка, серьёзно взглянув на него. Она чувствовала беспокойство гитариста и была полностью солидарна с ним. Ей так сильно захотелось обнять этого взрослого, красивого, сонного (и… теперь, получается, её?) мужчину с взъерошенными волосами, но она не могла себе этого позволить. И как у неё хватало храбрости целовать его? Странно, что как только их «отношения» получили титул подтверждённости, она вдруг очень стала его стесняться. Ещё немного посидев около Саши и, вероятно, обдумывая всё ещё раз, Константин Олегович встал с кровати и прошёл мимо девушки в ванную комнату. Он включил напор воды, и Саша с удивлением обнаружила, что он оставил дверь открытой. Можно ли считать это приглашением зайти? Девушка остановилась у прохода, наблюдая, как учитель умывает лицо и накладывает пасту на зубную щётку. – Сегодня в шесть у меня мероприятие в клубе. Я должен туда пойти, – обыденно оповестил её он, встретившись с неё взглядом в зеркале. – Это значит, что мне нужно будет уйти домой? – громко спросила Саша, чтобы её было слышно сквозь шум воды, льющейся из крана. Так было бы даже лучше. Она не очень себя чувствовала. Скорее всего, заболевала после вчерашней пробежки по улице. – Умгху, – забавно промычал он с зубной щеткой во рту. Саша усмехнулась, параллельно рассматривая его плечи и спину. Они не были мускулистыми, но сам вид его обнаженного тела производил на девушку сногсшибательное впечатление. Подумав, что он, наверное, видит, ка́к она на него смотрит, Саша смутилась и отвела взгляд. – Пойду поставлю чайник, – она поспешила скрыться с его глаз, быстро убегая в гостинокухню. Какого чёрта она начала так сильно бояться учителя? Костя вышел из ванной, осторожно ступив на паркет гостиной. Он нашёл Сашу на кухне. Она стояла, опершись на кухонную тумбу и уставившись в одну точку. Забавно, она всё ещё была в его футболке. Он, конечно же, заметил её увлеченный взгляд, скользивший по его собственному телу. Костя не думал, что оно ещё будет когда-то для кого-то привлекательным. Он вдруг так ясно представил, что сейчас подойдёт к девушке, слегка приобнимет её со спины, уберёт волосы с её нежной шеи и оставит там влажный поцелуй. Какова будет её реакция? Ей понравится, ведь он уже заметил, как ей нравятся прикосновения к шее. С удивлением он осознал, что не отказался бы и от большего, чем просто поцелуи. Он хотел её. Возможно, отнести её на свою кровать и взять её там. Возможно, прямо на кухонном столе. «Ей всего шестнадцать!» – выстрелом снова пронеслось в голове Кости. Это отрезвило его мысли. Поэтому он просто прошёл мимо, лишь незаметно погладив её по плечу. Саша вздрогнула и резко обернулась к нему. Он присел на стул за кухонным столом неподалёку. Девушка молча взглянула в его глаза, а затем снова начала бегать взглядом по его телу. – Если ты не прекратишь так делать, то я вскоре испепелюсь, – решив разбавить обстановку, пошутил Костя. Лицо девушки вспыхнуло от стыда. – Извините… – пробормотала она, вероятно, восприняв его слишком серьёзно. Всё-таки он не часто шутил в её компании. – Ну, иди сюда, – ласкающим слух голосом произнес он, слегка вытягивая руки. Костя отчётливо видел, как растерянность на её лице сменилась кривоватой улыбкой. Она медленно подошла к нему, не разрывая контакта глаз. Саша боязливо села к нему на колено, быстро переведя взгляд на губы и обратно. Да, гитарист безусловно хотел того же. Он подал голову вперёд и коснулся её губ, пробираясь под футболку, обвивая руки вокруг тонкой талии, прижимая её к себе, такую маленькую и красивую. И… И горячую. Боже, её кожа почти обжигала его пальцы. Он отпрянул от её губ и смерил Сашу беспокойным взглядом. Прикоснулся ладонью к её лбу, убедившись, что у неё жар. – Саша, да ты вся горишь, – тревожно произнёс учитель. Она не стала притворяться, что всё в порядке. В конце концов, ей действительно было не очень хорошо. – Наверное… – виновато ответила девушка. Он поспешил подняться и стремительно вышел из зала. Покопавшись в ящичке шкафа, который стоял в коридоре, он принес ей градусник и таблетки. Градусник показал, что температура у Саши действительно высокая – 37.8. Спустя десять минут они оба сидели за столом и завтракали. Девушка устроилась на стуле, согнув ноги в коленях, а в руках крепко была сжата кружка чая с мёдом и лимоном. – Я отвезу тебя домой через пару часов, – бросил в тишину Константин Олегович. – Не нужно, тут недалеко идти, я справлюсь, – запротестовала девушка, почти неосознанно отказываясь от его заботы. – Я сказал, что отвезу тебя домой, значит отвезу, – с укором он посмотрел её в глаза чтобы показать серьёзность своих намерений. Больше Саша не спорила. – И пообещай, что будешь хорошо лечиться.