Что видишь ты?

             Сырость и узкие стены. Очередная капля упала за шиворот. Следующая в волосы. По телу пробегал неприятный холодок — и это с учётом того, что снежные эльфы устойчивы к любому холоду, отчего бы он ни был. Эльтеннэ больше всего удручало, что в некоторых местах из-за своего более крупного телосложения он… застревал. Один раз так застрял, что тёмные его с трудом протолкнули, и командиру их отряда снова пришлось внести корректировки в план их продвижения. В тот момент Эльтеннэ как никогда захотелось на поверхность.       Несмотря на все свои умения и познания, Эльтеннэ затруднялся сказать, сколько по времени они так бегут. Всё происходило в полном мраке. Само собой, ночное зрение не подводило. От однотипного ландшафта хотелось волком выть. Хотя чего Эльтеннэ ожидал от туннелей? Пробирались споро, нигде не задерживаясь. Отряд ночных эльфов, точно тень летел вперёд, не ведая страха. Эльтеннэ даже был уверен, что ни о каком привале и тем более ночлеге можно и не думать.       Сырость. Затхлость. Вонь и смрад разложения. Спёртый запах. Иногда всё это ударяло в нос с такой мощью, что мутнело сознание. Очередной поворот. Острые выступающие камни на стенах и полу. Лёгкий прыжок — и Эльтеннэ перемахнул через лужу. Сапоги с мягкой подошвой позволили ему опустится без лишнего звука. Он сорвался с места, перепрыгнул через большой валун и следом за командиром — чьё имя он напрочь забыл — начал подниматься наверх. Тёмные эльфы забирались шустро, ловко цепляясь за выступы и подтаскивая себя, тогда как Эльтеннэ, поняв, что места в достатке, начал отталкиваться от воздуха, используя умения ловкача.              Выше              От раздавшегося еле уловимого голоса в голове Эльтеннэ чуть не прекратил манёвры, что грозило бы ему падением вниз. Знак ловкача под ногами вспыхнул яркой пентаграммой, из-за которой тёмные зашипели точно разъярённые змеи. Не слушая их, Эльтеннэ сделал более сильный скачок, поднимаясь почти на двойную высоту. Конечно, поддаваться странному голосу в голове было не совсем правильным, ибо он даже не понимал верит ему или нет.              Выше. До конца. Затем пещера направо. До конца. Налево.              Голос был усталым, словно невидимый говорящий утомился настолько, что даже слова ему давались с трудом. Будто бы рядом, раздался тяжёлый вздох, но Эльтеннэ, обернувшись, само собой, никого не увидел. Тёмные разрывались между вариантами идти своим путём и рвануть за северным собратом. Махриан был, мягко говоря, не в восторге от такого поведения Эльтеннэ, но всё же принял решение пойти за ним, надеясь, что тот ведёт их не в западню.       Ведомый голосом, Эльтеннэ достиг нужной пещеры. Оглянулся на тёмных и, убедившись, что те всё же идут за ним, рванул вперёд. Чувство опасности молчало. Никаких разветвлений не было. Стоял всё тот же мрак. Из-за капающей воды Эльтеннэ уже был мокрым — хотя вода и не лилась дождём, но ему казалось, что он собрал все капли до единой.       Эльтеннэ разогнался так, что со всего маха врезался в стену тупика, шумно выдохнул и мысленно обрадовался, что ничего не сломал. Тих рыкнув, свернул в указанною сторону и снова побежал. И чуть не грохнулся в яму, которую, поторопившись, не увидел. Отойдя на пару широких шагов назад, он снова взял разгон. Оттолкнувшись от воздуха, он быстро и безопасно преодолел яму. Понадеялся, что и тёмные справятся.              Во вторую нужно будет спуститься              Эльтеннэ чуть сморщил носик. Про себя он уже в сотый раз вопрошал таинственный голос, кто же он, но обладатель голоса либо не слышал, либо игнорировал. Во вторую дыру Эльтеннэ спрыгнул, по-кошачьи приземлился в лужу и застыл в ожидании дальнейших приказаний. Но голос хранил тишину. Эльтеннэ всё так же на корточках сидел на распутье: дорога была впереди и, соответственно, позади него, а также имелся и боковой тоннель, идущий по диагонали.       Минуты начали тянуться одна за одной. Эльтеннэ насчитал двадцать семь минут, отчего-то без ведущего его голоса двигаться не хотелось. Но ему хотелось узнать: куда подевались тёмные, и не грохнулись ли они всем отрядом в первую яму. Ожидание затягивалось. И Эльтеннэ начал ощутимо нервничать.              Эльтеннэ… дальше… враг… моих сил… (в этот момент Эльтеннэ показалось, что он услышал громкий звон цепей) почти не осталось… удачи, дитя моё…              После этого Эльтеннэ сообразил, что подсказок больше не будет. Только он хотел ринуться вперёд, как перед ним мягко опустился Махриан. Взгляд у командира их диверсионного отряда был настолько красноречивым, что Эльтеннэ нервно облизал губы и выдавил кривую улыбку. Он бы ещё и посмеялся, но помнил, что им надо хранить максимальную тишину.       Ослепительно улыбнувшись — чему тёмные очень удивились, — Эльтеннэ хитро подмигнул командиру и поманил за собой. Раз уж некто потратил остатки сил, чтобы провести его сюда, значит, это что-то важное. Главное, чтобы не засада…       Махриан всем своим видом показывал, что он категорически против отклоняться от намеченного плана. Всё-таки это слишком серьёзно, и заставлять Королеву-жрицу ждать нельзя. Особенно в таком вопросе. Но упрямый снежный осторожно его обошёл, при этом так забавно пучил глаза, что некоторые ребята из отряда, не сдержавшись, начали улыбаться. Хитро подмигнув, Эльтеннэ, сильно склонившись из-за низкого потолка, побрёл вперёд так споро, как только мог. У тёмных рост пониже, поэтому им было относительно проще. Махриан даже начал молитвы в голове читать, надеясь, что Эльтеннэ не ведёт их к смерти.       Через какое-то время — от навалившегося напряжения Эльтеннэ даже забыл отсчитать минуты — они добрались до небольшой дыры в полу. Внизу шёл на удивление ровный немного освещённый белыми камнями коридор. Где-то виднелось рыже пламя самых обычных факелов. Махриан втиснулся рядом с Эльтеннэ и предельно осторожно выглянул чуть дальше.       Каждому эльфу в отряде отчётливо слышался скрип цепей, створок ворот, чьи-то тихие голоса, хриплые и болезненные стоны, а также громкое змеиное шипение. До чуткого эльфийского слуха донеслась брань — Эльтеннэ из-за практически полного незнания темноэльфийского мало что понял, но, судя по тону, кто-то на кого-то орал. После очень громкого и недовольного крика раздался звук удара, тихий стон и после снова ругань. Но вклинился уже другой голос. Эльтеннэ мотнул головой и повернулся к командиру — ждать смысла не было. Один за другим они начали спрыгивать вниз.       Давно Эльтеннэ этого не делал, как-то всё не было подходящего случая. Не сказать, что он и сейчас подходящий, но зато поможет. Эльтеннэ запел. На лбу ярким огнем вспыхнул щит. Радужка под давлением магии стала ярко светиться. Тёмные толком не успели понять, что происходит, как магия льда хлынула от Эльтеннэ во все стороны.       Несколько дверей вдоль коридора с грохотом открылись, и из комнат высыпали «змеи». Вражеские тёмные эльфы хватались за оружие, а союзные отступили назад, встав за Эльтеннэ в ожидании более подходящего для атаки момента. Махриан с неодобрением смотрел, как лёд быстро расползается по стенам и полу: Снежный явно не понимал, что это будет мешать двигаться непривычным к такому тёмным эльфам, ведь вся их ловкость спадёт на нет из-за скользкой поверхности! Но Эльтеннэ знал это и без замечания командира.       Когда в Эльтеннэ полетели разного вида метательные ножи, а следом и короткие арбалетные болты, перед ним вырос полупрозрачный ледяной щит, который после отражения ударов распался на ледяные иглы. Их Эльтеннэ направил во врагов, и под влиянием магии его голоса этакий град обрушился на «змей». Правда, никого он так и не убил, ибо те снова спрятались в комнатах.       От того, как бурлила в венах магия, голова шла кругом. Эльтеннэ не единожды замечал, как сбивался с нужного ритма и лёд вытворял всё что угодно, но только не то что нужно. Одна из «пауков» ринулась вперёд, но по неопытности раскатилась на льду и с тихим вскриком грохнулась на спину. Эльтеннэ озадаченно на неё глянул и продолжил петь. Командир за спиной поторапливал, и Эльтеннэ усилил натиск. Лёд расползся дальше. Его грани ярко сверкали в более тусклом белом свете камней.       Когда песня подошла к концу, Эльтеннэ выхватил лук и не целясь выстрелил. Сорвавшаяся в полёт стрела нашла свою первую неосторожную цель. Лёд для Эльтеннэ стал зеркалом, он видел всех и каждого. Знал точное количество врагов и пленных. Сделав коридор своей территорией, он хоть и усилил себя, но лишил манёвренности остальных. Пустив пару стрел, Эльтеннэ вернул в колчан первую. Заметив более выгодное для него положение, переместился к дальней и запрыгнул в комнатку. Как он предполагал, враг был готов ко всему, поэтому нисколько не удивился, когда магический щит вокруг него затрещал.       В коридоре раздались крики и брань. Командир с отрядом остались на чистом ото льда месте, поэтому им было весьма сподручно метать ножи, когда более неусидчивые «змеи», начали высовываться из укрытий. Некоторые осмеливались выйти, но лёд лишал их возможности стоять твёрдо.       Эльтеннэ крутанулся. Ледяные стрелы срывались с лука, даже не взирая на то, что он не натягивал тетиву. Эльфы заметались, ловко уходя из-под удара. Их и было-то всего трое. И все девчонки. Ну, ещё какой-то мужик привязанный к стулу. Само помещение небольшое, чем-то напоминавшее пыточную — впрочем, так оно и было. Прятаться тут было негде, поэтому Эльтеннэ не составило труда убить «змей».       Бегло осмотревшись, он подскочил к мужчине — тёмному эльфу. Тот почти не дышал. На слова Эльтеннэ не реагировал. Глаза слиплись и опухли от крови и побоев. Возможно, именно всё это и мешало ему разлепить веки. Тихо выругавшись, Эльтеннэ положил руки на его шею с двух сторон и принялся исцелять. Трудно было сказать, к какому клану этот мужчина принадлежит, ибо никаких опознавательных знаков не было. И если снежных эльфов он различал, то тёмные ему казались все на одно лицо…       Когда мужчина задышал увереннее и глубже, Эльтеннэ шустро распорол путы на его конечностях и с воинственным выражением лица выскочил наружу. Бой набирал обороты. «Пауки» на своём пятачке держались как могли. За их спинами была стена и никаких дверей. Им даже толком прятаться было негде. Эльтеннэ запоздало подумал, что стоило им наколдовать укрытие. Хоть какое-нибудь.       Над головой пролетела шаровая молния, которая точно приклеилась к защите Эльтеннэ со спины и, что бы он ни делал, никак не отставала. Так что пока он прыгал из стороны в сторону, стрелял во всё, что движется, молясь не спутать «змей» с «пауками», а заодно и выискать мага. Маг был найден — вернее, магесса — в одной из комнат. Высокая женщина с причёской из сотен тонких косичек укрывалась за спинами двух мальчишек, делая пасы руками и что-то шепча. С её ладоней посыпались красные искры, и Эльтеннэ снесло в комнату за спиной большим огненным шаром — если бы не треснувшая защита, то от него бы осталась обугленная головешка.       Резерв резервом, но Эльтеннэ слишком много сил тратил впустую. Сказывалась неопытность в магическом деле. Подскочив на ноги, он снова ринулся в ту же комнату, отпихнув при этом командира, чтобы того не убили. Ледяной шар-щит — коий защищал Эльтеннэ — треснул сильнее, но он упрямо пробирался вперёд, пытаясь добраться до женщины. Воины перед ней расступились, чтобы не быть сожжёнными.       Эльтеннэ не до конца понял, что случилось, но магичка, вскрикнув, упала на колени. Воспользовавшись этим, Эльтеннэ выстрелил сразу тремя стрелами — знак на лбу сменился с щита на стрелу, — а потом резко обернулся и большими глазами уставился на того самого мужчину, которого он недавно исцелил. Незнакомец прижал руку ко лбу и низко склонился, выказывая Эльтеннэ уважение. Во второй руке он сжимал простенький лук, из которого не убил, но ранил магессу, отвлекая от заклинания.       Никаких долгих благодарностей не было — не до того. Незнакомец изобразил жестами знак уважения и кинулся на подмогу своим. Чему Эльтеннэ в тот момент был рад — так это тому, что в этом бою нет гигантских змей. Обычный враг убивался достаточно легко, хотя и со своими сложностями. Эльтеннэ прекрасно знал особенности расы тёмных эльфов, но очередной выстрел в совсем еще ребёнка давался ему с трудом. Его даже мало волновал тот факт, что тот самый ребёнок с радостью бы перерезал ему горло.       Враг был повержен. Свои живы, но немного ранены. Особенно командир, который умудрился разбить нос о лёд и об него же оцарапать ладони. На Эльтеннэ он смотрел со смешанными чувствами, а тот, невинно хлопая ресничками, пожал плечами. Относительную тишину нарушили громкие рыдания одной из «пауков», которая, к неодобрению командира, не сдержав эмоции, повисла на шее спасённого. Тот что-то шептал ей в макушку, а она только отрицательно мотала головой. После объятиями был одарён и Эльтеннэ — за спасение, как он понял — если правильно разобрал слова — супруга. Да такими, что у него кости под натиском хрупкой девушки затрещали.       Быстро закончив с благодарностями, они разбрелись по комнатам в поисках чего-то. Эльтеннэ в это вникать не стал, и начал взламывать замки камер и распахивать дверцы. Большинство оказывались пустыми. Где-то уже лежали давно гниющие трупы. Но если попадались живые пленники, он исцелял их. И, как в итоге выяснилось, исцелил трёх лишних. Что делать со «змеями», никто не знал. Две девчонки и парень смиренно сидели на коленях перед увеличившейся группой «пауков».       — Не убивать же их, — озадаченно протянул Эльтеннэ. — Чего я, зря лечил их?       — Они враги, — жёстко сказал Махриан, и Эльтеннэ поморщился.       Один из спасённых чуть растягивая слова заговорил, и Махриан неодобрительно зыркнул на него. Закончив говорить, мужчина глянул на того с любопытством. Эльтеннэ в их «перебранку» не совался. Просто стоял чуть в стороне, прислушиваясь к словам и понимая очень мало. Махриан обратился к троице пленных, и те сначала переглянулись растерянными взглядами, а затем воззрились на него, не веря своим ушам.       В итоге сошлись на том, что парень и девушка пойдут с бывшими пленными. Если быть точнее, помогут пройти самым безопасным путём обратно к стоянке «пауков». Тогда как вторая девушка проведёт отряд к колодцу. Выбор у тех был не велик. Да и сделать подлянку бывшим своим никто против не был. Махриан не стал вдаваться в подробности и выяснять, за что же их бросили гнить вместе с вражескими эльфами — в лагере узнают, — и махнул рукой, отдав приказ выдвигаться дальше.       По коридору с тюрьмами шли все вместе. Эльфы заглядывали в каждую камеру, высматривая выживших. Спустившись по лестнице с грубыми ступенями, они оказались в пещере, которая разделялась на несколько проходов, и здесь они разошлись. Махриан нехотя прислушался к спасённой «змее» и пошёл следом.       И снова череда угнетающих Эльтеннэ каменных стен. Конечно, стены крепости Инея тоже сделаны из камня, но всё-таки те были родными и не такими удручающими. Не хотел бы Эльтеннэ быть тёмным эльфом: мелкие, злющие, ещё и живут под землёй. И, самое главное, все бритые! А Гоару нравятся длинные волосы…       Время тянулось, как и извилистые тоннели и коридоры. Ведущая их «змея» частенько оглядывалась на Эльтеннэ, оценивала размеры его фигуры, тихо вздыхала и меняла курс. Эльтеннэ при очередном таком поглядывании чуть не вспылил. Как будто он виноват в том, что тёмные тощие, а снежные фигуристые! К слову, лесные эльфы ещё мельче будут, чем тёмные, а они ведь живут в вековых лесах. Зачем им тогда такие хрупкие фигуры? Этим-то понятно, а тем? Оставалось только разводить руками.       Девчонка в очередной раз замедлилась и повернулась к Эльтеннэ — зачем столько на него пялиться, он откровенно не понимал, ибо можно было запомнить и с первого раза. Что-то прикинув, девушка прошла вперёд, свернула влево и посмотрела на трещину, затем тихо шепнула командиру, и тот уставился на Эльтеннэ.       Тихо сетуя на всё подряд, Эльтеннэ подошёл ближе, стащил с себя лук и колчан. Зажав оружие в руке, он резко выдохнул, втянул и без того плоский живот и, кряхтя, протиснулся в щель. Проход местами раздавался, и идти становилось проще, но вот когда он сужался, становилось совсем плохо. Эльтеннэ уже был весь исцарапан, одежда местами порвана, но он упрямо пробирался дальше. Идущий следом за ним Махриан смотрел на него с сочувствием — мысленно молился Ткачихе, чтобы тот не застрял на середине пути.       До носа донёсся запах сырой земли, а это означало, что колодец близко. Эльтеннэ попытался ускориться, но вышло не очень. Он только тихо выругался. Он бы и продолжил ругаться, если бы узкая ладонь командира не накрыла его рот. Эльтеннэ глубоко вдохнул и медленно выдохнул — при вдохе грудная клетка плотно упёрлась в неровную стену. Сжав лук крепче, он подобрался ближе к краю расселины.       С такого ракурса он ничего толком не мог рассмотреть. Видел огромную засыпанную землёй пещеру. Яркий свет колодца — зрение быстро перестраивалось, из-за чего Эльтеннэ дискомфорта не почувствовал. А вот стоящий рядом Махриан постоянно тёр веки — глаза слишком сильно слезились, и он ничего с этим поделать не мог, — никто и не догадывался, что сияние вражеского колодца настолько сильное и болезненное.       Понимая, что тёмные в этом деле ему не помощники, Эльтеннэ шепнул командиру, чтобы не высовывались, и полез на выход. Его зрачок сузился до еле заметной точки, радужка неярко вспыхивала, а щит вокруг него вибрировал. Врагов замечено не было, и Эльтеннэ, воровато оглядываясь, начал пробираться к колодцу. Крадучись, он осторожно подобрался к бьющему из земли столбу света и глянул на него более внимательно.       Если магический колодец и был чем-то особенным для тёмных эльфов, то Эльтеннэ этого не ощущал. От колодца шли враждебные волны практически осязаемого воздуха, словно он пытался оттолкнуть от себя снежного эльфа. Белый свет был настолько плотным, что сквозь него ничего не было видно. Эльтеннэ осторожно протянул руку, но тут же одёрнул обратно — ладонь обожгло точно огнём. Ничего специфического заметно не было. Колодец — поток магической энергии. При определённых условиях энергию из него можно черпать бесконечно. Однако у снежных эльфов это не колодцы, а резервы внутри тел.       Эльтеннэ так увлёкся разглядыванием чуждого проявления магии, что даже не уловил, когда враг подобрался со спины. Здоровый тёмный эльф, лишенный глаз и со стрелой в шее, грубо схватил Эльтеннэ за волосы и под громкий хохот сдерживающей его магессы — с плотной повязкой на глазах — швырнул его в колодец.       Эльтеннэ потом не мог вспомнить, кричал ли он в тот момент. Столб света яростным пламенем набросился на всё его естество. Он разрывал не только тело, но и сам разум. И только Эльтеннэ собрался отчаялся, как всё прекратилось. Он открыл один из зажмуренных глаз и обнаружил себя висящим вниз головой перед… чертовски привлекательным снежным эльфом. Эльтеннэ выпучил оба глаза и замахал конечностями, дабы принять нормальное положение, но как бы он ни старался, ничего не выходило.       — Здравствуйте! — Эльтеннэ вытянул руку в приветствующем жесте.       — Любишь же ты вот так встревать, — вздохнул мужчина.       — Это как-то само выходит, — Эльтеннэ виновато хохотнул.       — Хотя я и направлял тебя всё это время, но ты умудрялся творить такое, отчего даже у меня волосы на голове шевелились, — мужчина провёл рукой по коротким, выбритым с боков волосам, в его бледно-серых глазах плескалась вселенская усталость.       — Куда направлял? — Эльтеннэ удивлённо вскинул брови. — Почему я вверх ногами болтаюсь?!       — Потому что у тебя вся жизнь такая, — незнакомец подошёл ближе, и на его идеальном мужественном лице заиграла улыбка. Он прижал руки к плечам Эльтеннэ и немного приподнял, чтобы лица находились на одно уровне.       — Так ты чистокровный снежный эльф?       — Так и есть. Дитя моё, у меня не так много времени и сил почти не осталось. Я разрушу колодец, всё-таки тёмные помогли Оливеру добраться до меня.       — Так ты — Ледяной Бог?! — Эльтеннэ прижал руки к щекам, а его глаза грозились выпасть.       — Дитя моё, отдай мне поцелуй Нарэласа. Отдай мне дар мёртвого. Для тебя он опасен. Ты не чувствуешь этого, но он губит тебя. Утягивает в Подземье. А мне он даст сил продержаться дольше.       — Нарэлас хочет убить меня? — не понял Эльтеннэ.       — Не осознано, но да. Он всё ещё тянется к тебе. Поэтому и вселил в тебя этот дар. Он медленно тянет тебя к себе.       — Как же всё это путано, — Эльтеннэ поёжился.       — Я убил его за тот барьер, который он возвёл вокруг себя, не перебивай, — Бог красноречиво посмотрел на открывшего рот Эльтеннэ. — Повторюсь: времени не так много, как мы думаем. Я выставил всё так, словно это Роаннэ. Нарэлас — один из немногих, кто представлял опасность для таких, как я. Он грезил о том, о чём не должен был. Эльтеннэ, он бы ничего хорошего тебе не дал. А ты, в свойственной тебе манере, из-за любви слепнешь. Ты не видишь того, что должен видеть. Я не мог позволить роду Нарэласа множится. Поэтому и свёл тебя с человеком, в котором ты сразу почуял Честь. Я вёл всех вас по нужному для меня пути. Многое из того, что вы считали чушью и нелепицей, задумалось мной. Но Нарэлас всячески пытался мне мешать, даже после смерти. Болота, которые я упустил из своего поля зрения, дар, который он сумел передать тебе. Даже у усыпальницы. Он всячески пытается прорываться сквозь врата Подземья. И то, что он тебе дал, помогает ему в этом. Но если ты поверишь мне и отдашь поцелуй мёртвого, он ослабнет, а мне даст сил бороться сразу на всех фронтах и продержаться. Пока меня не вытащат.       — Я ведь так страдал… — глаза Эльтеннэ полыхнули недовольством и злостью.       — Иначе поступить я не мог. Не беспокойся об Армарайне, он больше не потревожит тебя.       — Я с тобой целоваться не буду…       — Это и не нужно. Так ты отдашь мне его? Поверишь незнакомцу перед собой?       — Что ж, мне не привыкать обходиться малым резервом. Но что-то меня пугает перспектива быть поглощённым мертвецом. Да и есть ли у меня сейчас выбор?       — Есть, — кивнул Ледяной Бог. — Ты можешь отказать, сам разрушишь колодец и вернёшься к друзьям. Ты способен на это.       — Не… — Эльтеннэ даже думать не стал. — Забирай! Дарю!       — Спасибо, дитя моё, — Ледяной Бог, благодарно кивнув, приблизился. Он прижался лбом ко лбу Эльтеннэ, и того несильно тряхнуло.       — А что означают точки? — спросил Эльтеннэ, уставившись на красные метки по центру лба.       — Для каждого они означают своё. Мои: ответственность, стабильность и сила.       — А почему у нынешних нет?       — Потому что чем дальше, тем меньше вы верите в меня и моё учение. Особенно, — Бог прищурился, — такие, как ты.       — Ничего не знаю, я учился! — возмущённо просипел Эльтеннэ, скрестив руки на груди.       — Будь моя воля, я бы назвал Артраннэ, это имя тебе походит много больше.       — Я не бунтарь!       — О, ещё какой, дитя моё. Просто тебе этого не видно. Зато видно окружающим. Мой тебе совет: осади свой бунтарский дух, а то и Гоар может пострадать.       — Никак не могу предъявить на него права, словно держит что-то, — недовольно пробубнил Эльтеннэ.       — Клятва с Роаном.       — Я опять забыл про это! — Эльтеннэ вцепился в волосы.       — Готов вернуться?       — Он сердится? — Эльтеннэ с горечью выдохнул.       — Безумно.       — Чем он так опасен для тебя?       — Тем, что у меня нет над такими абсолютно никакой власти. Я не могу им помочь, как бы ни хотел. Они подрывают все создаваемые мной устои.       — Мы же не рабы, — тихо проговорил Эльтеннэ.       — Нет, не рабы. Но я приглядываю за вами. Всегда приглядывал. И всегда помогал. Но они всю мою помощь сводят к нулю. Они разрушают то, что я веками создавал и хранил. И я не могу к ним приблизится, как бы ни пытался.       — Поэтому ты и действовал через Роаннэ?       — Совершенно верно. Но на этом всё. Тянуть больше нельзя.       Не успел Эльтеннэ и слова сказать, как с тихим вскриком упал в… с готовностью подставленные руки Гоара. Ну, или не совсем с готовностью.       — О, Эльтеннэ, — ошарашено выдавил Гоар, пытаясь не выронить из рук его и щит с мечом. — А мы вас раньше следующей недели и не ждали.       — Что, завёл себе любовников, да? — Эльтеннэ уставился на него с подозрением.       — Почему любовников? Любовниц! — заявил Гоар, на что стоящий перед ними в десятке шагов Роан принялся хохотать.