Тихие Гавани

***

      Он вальяжно шёл по залитым солнцем улочкам Порто-Белло. Потрёпанные джинсы, загорелые плечи, перемотанный изолентой плейер, отвратительная щетина и победившая всех цирюльников мира патлатость. Двадцатилетний капитан Вит собственной персоной. Имя Виктор осталось в прошлой жизни, вместе с институтом, компьютером, тесными хрущевками и бесконечными выборами. Вместе с Землёй.        Итак… Он шёл по залитым солнцем улочкам Порто-Белло, ничего общего с земным Портобелло, разграбленным в тысяча шестьсот бородатом году самим  Генри Морганом, не имевшего, и с хрипотцой напевал себе под нос:        «А ты удивлена, отчего я не живу здесь –        Милая, ты знаешь,        Мне кажется, это странный вопрос…»        Солнце. Море. В порту дожидается «Борзый», уже избавившийся от груза сомнительного происхождения. В кармане поют золотые, в голове ветер, в наушниках Б.Г. Чем не жизнь?!        «Милая,        Может быть я идиот, но я не дебил.»       Вит полюбил это место с первого дня. С того самого момента, как зеркало сказало ему, что он может поселиться в другом мире, проще и чище прежнего.              В тот миг, когда бестелесный голос предложил ему выбрать «как гарантию добрых намерений» одно желание — то, что обязательно сбудется, едва юноша ступит на новую землю. Вит — тогда ещё просто Витя — взял да и ляпнул: «больше желаний!» — зеркало согласилось. Он попросил, чтобы никогда не садилась батарея в плеере. А потом захотел немного поправить себе мускулатуру и рефлексы. Глаза вылечить. Сколиоз и гастрит тоже. Попросил удачи, денег, привлекательности для девиц, просил, просил, затем требовал — и всё время получал лишь слова согласия в ответ. Правда, потом был один  намёк, не очень-то и тонкий, на то, что жадность фраера может, как говорится…        Но ведь и уже полученного хватило бы дюжине человек для счастья! Новый мирок с первого же взгляда располагал к себе.На больших островах царило средневековье с замками, рыцарями, аристократами и бесконечными играми престолов, а здесь вдоль россыпи крохотных островков уютно устроились торговые республики, из которых ходили во все уголки ойкумены караваны пузатых купцов.              В этом мире вообще почти вся торговля шла по воде — через реки, озёра, моря — и всегда находились те, кто не прочь взять чужое. О, разумеется, не украсть, а найти: подобрать выброшенное волной на берег после того, как ночью случайно погас фонарь на маяке, присвоить груз корабля, с которого каким-то непостижимым чудом пропала вся команда… Получить свой приз.Не поэтому ли Вит вскоре любил море, солёный ветер, паруса и пение волн? Молодой капитан тоже быстро научился называть торговые суда «призами», а своё занятие «справедливым распределением свободных благ».       Деньги не пахнут, и кому какая к чёрту разница, придёт пузатый каракк с грузом золота в Сент-Пьер или то же самое золото разберут скупщики в Порто-Белло?! Несколько жизней? Никто не виноват, что они не хотели поделиться и бились до конца.Да и вообще! Болезни, самоубийства, войны и мятежи уносят куда больше. Вопросами совести и справедливости молодой капитан давно уже не задавался.              Добычи хватит на несколько дней. Её всегда хватает на несколько дней, полных угара, кутежа, кабаков, азартных игр, пари, развратных девиц, танцев на столах, бессмысленных покупок всего подряд и щедрых подарков кому попало. Потом — снова в море! Виту нравилось это. «Бери от жизни всё и ничего не давай взамен!»              Капитан привык уже считать свою новую жизнь азартной игрой, а себя — самым фартовым, самым ловким, самым главным её игроком. Незнакомца, чей хищный взгляд неотрывно следовал за ним, такое положение дел вполне устраивало. Жить капитану Виту оставалось не больше недели.