Надежда умирает по средам

Несколько часов простояв в очереди, подписав миллион бумажек и прослушав технику безопасности, я наконец получил такой желанный ключ от комнаты. Но черт возьми! Большие, пронзительные, нечто среднее между зеленым, коричневым и серым, так ярко сиявшие в лучах одинокого солнца августа, глаза никак не выходили у меня из головы. Озадаченный собственными чувствами я не спеша подымался на четвертый этаж. И вот, 5 секция, я увидел указатель на этаже и надпись на двери. Обычная белая дверь, без каких-либо признаков роскоши или достатка. Чего ещё ожидать от бесплатной общаги? Я дёрнул ручку на себя и вошёл. На стене рядом со входом меня жизнерадостно приветствовал своими усиками раздавленный таракан. Я немного удивился такому декору, но все же пошел дальше на поиски своей комнаты. Секция была достаточно чистая и просторная. Стены были выкрашены в спокойный, пастельный оттенок то ли персикового, то ли розового цвета. С уверенностью определить цвет стен я не мог из-за недостатка освещения, но в целом выглядело достаточно атмосферно. По центру коридора стояло несколько квадратных колонн, выкрашенных в такой же цвет, что и стены. Пол был самым обычным, как в больницах, плитка спокойного цвета. « Нас с первого курса готовят к таким помещениям?» — почему-то пришло мне в голову. По левой стороне от входа было ещё два помещения без дверей. «Кухня и туалет с душевой», — дошло до меня. Я заглянул в туалет. Выглядел он вполне неплохо, чаша Генуя как стандарт для таких мест. Душ был отдельно от туалета, при самом входе в ванную комнату. В принципе, ничего меня не удивило, и я вышел обратно на секцию. Кухня оставляла желать лучшего. Странный и старый металлический стол для разделки, словно его украли из какого-то древнего и непопулярного кафе, печка, которой лет было в два раза больше чем мне, и стая тараканов, облепивших ее. Ну, я ожидал худшего. Вздохнув, я снова направился на поиски своей двери. 40, 41, ч/з (что это вообще?), комната без номера. 37 совсем не было видно. И вот, словно в каком-то фантастическом фильме, рядом со мной засветилась дверь. Солнечный свет просачивался сквозь щели, и из-за этого казалось, будто комната сама подсказывает мне, где находится. Я подошёл к двери и вставил ключ в замочную скважину. Немного задумавшись о том, что ждёт меня за этой дверью, я стал поворачивать ключ. Вдруг я что-то почувствовал на своем плече. Мягкая и теплая рука нежно лежала на нем. Я нервно сглотнул и медленно повернулся. На меня смотрели те самые прекрасные глаза, о которых я думал с начала дня. В этот момент у меня подкосились ноги и готов был упасть прямо на эту плитку. Ну, а что, полная территория медиков, больница через дорогу, кто-нибудь да поможет. Но парень поняв, что ноги меня не держат, крепко подхватил меня обеими руками. — Эй, ты как? — тревожно спросил он. О этот голос. Я всю жизнь жил ради того, чтобы его услышать. — Я. Ты… Ты очень… эм. — начал запинаться я. — Ты очень напугал меня. — Прости, я не хотел. — уже более спокойно ответил юноша. — Просто я как раз тоже здесь живу. — Я знаю. — тихо сказал я. Парень удивлённо вскинул бровь. — Ладно, открывай уже дверь. Я смотрел на него не моргая и еле дыша. — Да-да, сейчас, — нервно замешкался я. Повернувшись к двери, я начал судорожно поворачивать ключ, и вот, хвала богам, я наконец открыл эту чёртову дверь. Комната была очень светлой и уютной, наверно благодаря огромному окну, занимавшему всю ширину стены. За ним открывался отличный вид на здание университета. На вид мягкое кресло, явно не уступавшее возрасту плиты на кухне, пригрелось у окна. Две кровати по обе стороны совсем крохотной комнатки, большой шкаф и стол. И, конечно, пара небольших полок — место для той невероятной кипы учебников, что предстояло вызубрить первокурсникам. — Ух, ну могло быть и хуже, — сказал мой прекрасный сосед, рассматривая комнату. — Кстати, я Саша, — он протянул мне руку. — А то с этой суматохой даже не познакомились толком. — Женя, — я ответил на его рукопожатие. Рука Саши была бесконечно мягкой и теплой, и мне больше никогда не хотелось выпускать ее.