Funny things

- Напомните, кто придумал этот дурацкий план? Какой идиот рискнул нашими жизнями? Кого мне вырезать после всего этого? Если я, конечно, не сдохну. После гневной тирады, Хосок слышит синхронное "Тэхён". Мужчина переводит взгляд на Кима и зверски улыбается. Проводит рукой по шее, словно бы говоря "я тебя зарежу потом". Тэхён не сомневается. - Почему я вечно предлагаю и я вечно крайний? - Инициатива наказуема, - улыбается Джин, - ты не знал? Трое мужчин сидят внутри вертолёта и кричат через шум, иначе друг друга не услышат. Чонгук рядом с пилотом и оглядывается на подчинённых. - Всем всё понятно? - Босс, с каких пор мы охотимся на сбежавших заключённых? - возмущается Джин. Плевать, что он сам себе роет могилу. Чонгук ненавидит возникающих персон. Но ему плевать, потому что через пару секунд он, возможно, умрёт. - Мы набрали достаточную высоту. Вперёд! - вместо ответа Чонгук приказывает. Трое камикадз поднимаются. Так получается, что первым к выходу проходит Тэхён. Он не хотел, но так получилось. Парень разворачивается, но упирается в Хосока. Улыбка старшего становится шире и страшнее. - Неужели наш малыш испугался? Тэхён храбрится. Однако, стоит вертолёту слегка качнутся, плюёт на собственную гордость, хватается за Хосока и отчаянно вопит. - Я хочу жить! Я так молод! Я даже не женат! - Неудивительно, - безжалостно произносит тот, - ты же псих. А теперь псих отправится в полёт. - Нет. Устав от препирательств, Хосок упрощает задачу. Толкает Тэхёна в грудь. Юноша исчезает. Чон смотрит вниз и видит его. Ким несётся к земле, но прежде чем скрыться в облаках, успевает показать тому фак. Хосок в ответ смеётся. Осознание, что он следующий, приходит слишком резко. Джин просто в бешенстве и решается отомстить. Он пинает Хосока в пятую точку. Тот едва ли не задевает головой край вертолёта. К счастью, всё обошлось. Сокджин оборачивается на босса и умоляюще складывает ладошки вместе. - Ты обознался. Я не Будда. - У вас отвратительное чувство юмора. Чонгук вытаскивает нож. Тот, блеснув на секунду сбоку, врезается в стенки вертолёта. Джин молча ахуевает. - Прыгай. Тёмные глаза смотрят напряжённо. Джин не хочет. Внезапно вертолёт кренится в сторону и мужчина сам из него выпадает. Чонгук удовлетворён и просит пилота приземлиться.

***

- Твою мать. Господи. Это было... Джин и Хосок настороженно смотрят на Тэхёна. Парень без конца бредит. Кажется, он словил шок. Может, ему понадобится психотерапевт. Им он точно понадобится. - ...ахрененно. - Ты серьёзно? - вскидывает бровь Хосок. - Мне нужно ещё раз прыгнуть. - Ага, только без парашюта, - скалится Джин. Они оглядываются. Горы в северной части Норвегии покрыты толстым слоем снега. Пик настолько высок, что скрывается за облаками. - И где эти бляди, интересно? - задаётся вопросом Джин. Настроение портится. Из-за холода, мать его. Босс знал, что он ненавидит снег, и всё равно отправил. Чонгук прыгать отказался. - Для этого мы и установили жучки, - Хосок вытаскивает специальное оборудование, напоминающее внешне телефон. - Эти зелёные точечки? Многовато, - говорит Тэхён. - Помните, эти заключённые были отправлены на пожизненный срок. Они готовы умереть, но не сдадутся. - Спасибо, что сказал, Хосок. - Да ладно вам, парни. Так даже веселее. Джин смотрит на него и качает головой: кто из них настоящий псих - Тэхён или Хосок - ещё предстоит узнать. Один рад, что прыгнул с парашютом и даже повторить хочет. Второй счастлив при мысли об опасном задании. - Круто, - ворчит мужчина. Они поднимаются. На главной трассе их ожидает транспорт.

***

Джин цепкими пальцами держит руль до невыносимой боли в руках. Машина, несмотря на плотные шины, легко скользит по льду и норовит уйти в сторону. Тэхён занят тем, что стреляет из пулемёта. Хосок держится за плечо. Он ранен. Но виду не показывает, лишь недовольно шипит и матерится. - Спокойно, старик, мы выберемся. Джин сам себе не верит, но друга успокоить хочет. Хосок истекает кровью. - Босс, нам нужна помощь. Чонгук не отвечает. Сокджин начинает потихоньку паниковать. Ситуация просто дерьмо. Тэхён палит так, что уши заложило. Ветер снует снег и перекрывает видимость. Джин перестаёт ощущать свои руки, будто они теперь ему не принадлежит, сами по себе двигаются. От шума и холода болит голова, нервы натянуты, словно струны, которые вот-вот порвутся.

***

- Что это за хуйня. Джин машину останавливает. Перед ними появилось что-то чёрное и громоздкое. Он вытащил голову из машины. - Это, сука, танк! - Думали, я вас брошу. Тэхён на голос и слова босса улыбается. Даже Хосок, который почти в отключке, безмерно рад. - У вас всё это время был танк?! - вопит Джин. - Нет, вообще-то я его угнал с военной базы рядом. Пока подчинённые пытаются переварить его слова, Чонгук отъезжает в сторону и медленно разворачивает транспорт.

***

- Расскажите ещё раз. После успешно выполненного задания все собираются возле костра. Они сняли деревянный домик высоко в горах. Вертолёт прилетит только завтра: всё из-за тумана. Тэхён в который раз умоляет Чонгука во всех подробностях рассказать, как босс взрывал одну машину за другой. Последние преступники вышли к нему без оружия, но он всё равно выстрелил. - Военная база, - всё ещё пытается отойти от шока Джин, - но как вам удалось? - Подключил старые связи. К тому же, властям выгодно, если мы избавим страну от опасных заключённых. Они согласились. - А танк? Хосок смотрит в сторону. До сих пор не верится, что босс его водил и он сейчас спокойно стоит посреди деревьев. Железный монстр и вправду выглядит устрашающе. - Оставлю себе, как подарок, - заканчивает Чонгук и ловит восхищённый тэхёновский взгляд. - Это так круто. Вы мой герой. - Хосок, ты как? - меняет тему Джин. Просто он не в силах наблюдать, как Ким, подобно маленькому щенку, готов облизать обожаемое лицо Чон Чонгука. - Я в порядке. Он врёт. Сокджин, как бывший медик, пулю вытащил и рану обработал. Но риск подцепить заразу или, того хуже, гангрену, есть и довольно высок. - Почему Намджун с нами не полетел? - спрашивает Хосок у Чонгука. - Намджун редко участвует в операциях. Он предпочитает заниматься документацией и взламыванием. Хосок своего предрасположения к секретарю давно не скрывает. Чонгук им восхищается, хоть и не показывает. Он живёт эмоциями, говорит, что думает, делает, что нравится. Не врёт себе и другим. И хоть иногда он чертовски бесит, он неплохой парень и надёжный товарищ. На него можно положиться. Его раной обеспокоены все. "Надеюсь, завтра ему станет лучше", - думает Чонгук. Тэхён уходит в дом, Джин идёт за ним. Ким открывает холодильник, берёт молоко и чуть ли не выливает, когда оборачивается и сталкивается с мужчиной. - Не пугай так, пожалуйста. - Я думал, мы умрём. Это правда. Патроны заканчивались, преступники направлялись к базе, где хранили оружие. Если бы не босс, они бы сейчас не сидели возле костра и рассказывали истории. Они бы покоились под толстой коркой льда в безвестном месте, высоко в норвежских горах. От такой мысли коробит. А ещё хочется жить. И жить правильно, чувствами, чтобы потом ни о чём не жалеть. - Ты ещё обижен? Джин сам не знает, почему спрашивает. Ему плевать. Губы Тэхёна предательски дрожат, и мужчина переводит свой взгляд. Они красные, сладкие, манящие. Он помнит их вкус. Тот единственный раз в Каннах ему никогда не забыть. - Ты постоянно меня унижаешь. Ты называешь меня идиотом. Ты невыносимый человек, Сокджин. Это плохо, если Тэхён зовёт его полным именем. Похоже, он сейчас заплачет. Джину весело. Парень позврослел, возмужал, убил сотни человек, но сохранил детскую непосредственность. Чистоту души, как бы парадоксально и странно это не звучало. Каждый день их полон крови, убийств, как бы они не шутили или смеялись, этого не скрыть. Но Тэхён настоящий. Он по-настоящему всему радуется, его разум всегда полон идей. Он похож на звезду, которая не мерцает, подобно большинству, а горит. Горит так, что невольно начинаешь верить. Тэхён говорит всё это, а сам чувствует другое. Он старается не замечать, как медленно и словно бы незаметно приближается Джин. Так уже было, в Каннах. После парень долго зашивал своё сердце. Ещё раз его разбить он не позволит. Позволят ему или нет Сокджина не волнует. Вообще. Единственное, что его волнует - манящие, сводящие с ума губы. Они что-то говорят, но он не слышит слов. В конце он прижимает Тэхёна и страстно целует. Парень больно врезается копчиком о стол и охает ему в рот. Джина это возбуждает. Он не скрывая намерений хватает парня за ягодицы, приподнимает, усаживает на стол. Врезается в его тело, трётся стояком между ног. Тэхён почти задыхается. Тогда Джин его отпускает, даёт вдохнуть поглубже и вновь целует. Их языки переплетаются и ведут никому неведомую войну, из которой побеждённым не выйдет никто.

***

- Как ты это делаешь? Хосок поймал змею и жарит её на костре. Он считает вопрос, заданный боссом, об этом. - Я просто хочу жрать. - Я не об этом. Я о том, как ты живёшь. Хосок хмурится, явно не понимая, к чему Чонгук клонит. Босс упоминал, что приложился головой, когда вёл танк. Может быть, странные вопросы это последствие сотрясения мозга? - Как я живу? - Легко, эмоционально. Каждый знает, что ты хочешь Намджуна. И ты так спокойно к этому относишься. - Что в этом такого? - Ничего. Просто... Он замолкает. Не подбирает слов, не говорит снова. Чонгук сидит, уставившись в огонь. Бесполезно. Бесполезно спрашивать Хосока. Он всё равно так не сможет. Слишком холодный, слишком думающий. Здравый смысл его дар и проклятие. - Я знаю, о чём вы, босс, - неожиданно заговаривает Хосок, - я так живу, потому что знаю: любой день может оказаться последним. Вот даже сейчас, мы с вами сидим, общаемся. А вдруг кто-то наставил на нас прицел и может выстрелить в любой момент? Не отрицайте. Наша жизнь не сладка и довольно опасна. Ничего привлекательного в ней нет. Но мы любим свою работу и ничем другим заниматься не можем. - С нашей работой невозможно л... Чонгук останавливается. Поверить не может. Он только что хотел сказать "любить"?! - Меня тянет к Намджуну, не отрицаю. Может это не любовь, я не знаю. Но я хочу попробовать. - Я... - У вас другое. Хосок впервые видит босса в таком состоянии. Нерешительный Чон Чонгук, что полон сомнений и страхов. Его ситуация кого угодно напугала бы, даже Хосок, обожающий риск и всё необычное, не хотел бы в ней оказаться. - Он ребёнок. Не трогайте его, босс. Потом вы будете жалеть. - Тебе жить, не раздумывая можно, а мне запрещаешь? - Жить? Вы отправили его в интернат. Хосок совершил ошибку - он повысил голос. Чонгук схватил его за шиворот и притянул к себе. Отголоски пламени бушуют в его глазах или это адское пламя идёт изнутри? Хосок так и не понял. Но в жизни препираться с боссом не будет. Потому что таким взглядом можно живьём шкуру с человека сдирать. - Я его защитил. Это не твоё дело. Босс отпихивает его, специально за плечи, коснувшись раны, чтобы сделать больно.

***

Хосок возвращается с видом рыцаря, сотворившего подвиг. Намджун, узнав о его ране, меняется до неузнаваемости. Носится вокруг, всё спрашивает, что Чону принести, чего ему надо, ничего не беспокоит. Хосок лишь умело подыгрывает: просит то чай, то кофе, болезненно стонет и охает, рассказывает, как тяжело ему пришлось. - Пуля прошла насквозь и не задела важные органы. - Я рад. Но самое лучшее ждёт Хосока впереди. Он в лучшем сне представить не мог. Намджун, когда все уходят и они остаются наедине, наклоняется и медленно его целует. - С чего бы это? - выдыхает ему в губы Хосок. - Ты ранен. - Я готов получать пулю, лишь бы ощущать твои губы на своих. Намджун смеётся. Он не ожидал услышать от озабоченного извращенца что-то столь романтичное. Хосок впервые в жизни испытывает неловкость, смущённо опускает голову. - А ты можешь быть милым, если захочешь. Чон хочет повалить секретаря на стол и оттрахать, но пострадавшая рука ему это сделать помешает. А жаль. Намджун ходячий секс в своём любимом сером костюме. Хосок теперь его тоже обожает. - Пообещай мне вот что. - Что? - Мы трахнемся после того, как рука заживёт. Намджун не злится, не выливает кофе ему на футболку. Берёт чашку в руки и идёт к кофеварке. И к неожиданности Хосока остроумно шутит: - Заживёт - сам себе этой рукой и поможешь.