Солнышко.

      Киллуа не любил снег. Он был холодным и быстро таял в руках, затекая в рукава, мочил одежду и делал всё ещё более ледяным. Он и зиму не любил, потому что очень уж это время года напоминало ему о семье. Руки матери точно лёд, бледные, безжизненные, не способные на ласку или тепло. Настоящая Снежная Королева. Отец, чей голос всегда был стальным и безжизненным, как зимняя ночь. Иллуми был снежной бурей, что обволакивала его в снежный кокон и стремилась убить в своих эгоистичных объятиях. Остальные же просто были неприятной изморозью на входной двери. И только милая Аллука была тёплым камином в этом снежном аду.       Поэтому Киллуа тянуло в тёплые страны, туда, где светло круглые сутки, где солнце прогревало до самых костей. Пускай он и обгорал меньше, чем за минуту, а чувствительные глаза слезились и жутко болели от яркого света. Главное, что на душе было спокойно и казалось, что окажись тут сейчас вся его семья они бы начали таять, как ледяные скульптуры. Или хотя бы стали чуть более похожими на «тёплых» людей.       Но эта зима была особенной. Она была на удивление тёплой, мягкой, красивой. Всё благодаря Гону, пригласившему его на рождество на свой родной остров. У него была удивительная семья: добрая и заботливая тётушка, милая и внимательная бабушка, а атмосфера в доме была до того уютной, что даже отточенные рефлексы убийцы и охотника притуплялись и Золдик смог по настоящему расслабиться. Хотя сначала ему и было сложно привыкнуть к такой дозе душевного тепла и заботы после холода в собственной семье, но милые женщины быстро нашли подход, нежно трепля его по голове, подсовывая конфетки в благодарность за помощь или просто так, потому что обед ещё не готов, заваривая им с Гоном самый сладкий чай по вечерам у камина и рассказывая самые забавные истории или удивительные сказки.       Они уже неделю исследовали остров ползая по сугробам, катаясь с холмов на лыжах или дурачась с детишками на горках. Гон научил друга кататься на коньках на удивительно голубом льду замёрзшего озера. В самую тихую и ясную ночь Фрикс закинул коньки на плечи и хитро улыбаясь поманил Киллуа из дома. Он видел как днём тот с любопытством смотрел на ребят, что гонялись друг за дружкой по льду, но Киллуа так и не согласился присоединиться к ним. Где это видано, чтобы такой опытный киллер и охотник неловко корячился на коньках на радость всему острову? Сам же Гон прекрасно катался и терпеливо учил этому Киллуа, крепко держал за руки, тепло подбадривал и ни разу не дал ему упасть. Золдик быстро учился и уже через час они гонялись друг за другом в шутку устраивая потасовки, чтобы не терять форму без тренировок, сталкивали друг друга в сугробы или соревновались кто быстрее проедет всё озеро. Они катались до самого завтрака и Мито-сан долго, но беззлобно ворчала на них пока заваривала им какао, а после отправила мальчишек спать с парой грелок и отобрав всю мокрую одежду.       Киллуа не было холодно этой зимой, его не обжигал холодный ветер, потому что бабушка связала ему огромный тёплый шарф, ему не было холодно от таявшего в руках снега, потому что Мито-сан дала ему плотные варежки, его не пугала метель, потому что смех Гона из гостиной перекрывал её шелест, ночи не были таким долгими и страшными, потому что в камине всегда горел огонь. В конце концов, Киллу даже полюбил снег. Особенно тихие снегопады, когда на землю падали огромные хлопья. Гон стоял на крыльце и, кутаясь вместе с другом в огромный плед, ловил их ртом, смеялся так заразительно, когда снежинки падали ему на нос. А Киллуа прижимался к тёплому боку и любовался тем как медленно падает снег, как снежинки остаются на длинных ресницах Гона. Тихо смеялся вместе с ним, когда Мито-сан или бабушка шутливо загоняли их домой обещая им простуду за такие выходки. А потом они долго сидели у окна переплетая пальцы и всё ещё наблюдая за снегопадом.       Да, теперь Киллуа любил снег.