Подобно Богу

      «Юри, был ли в твоем окружении человек, с которым ты чувствовал себя более-менее близким? В том смысле, что тебя не тянуло превратить его в карту. Например, Деннис?»       Говоря о близости, стоит принять за аксиому следующую формулировку: «Для солдата Академии нет никого ближе Профессора». Наша прямая задача состоит в безоговорочном исполнении любого его приказа. Всё прочее отходит на задний план.       Посудите сами: разве человек, подверженный проявлению низменных эмоций и имеющий ценности, которые закономерно будут тянуть его вниз, может считаться достойным бойцом? К сожалению, в наши ряды порой затёсываются такие слабые звенья. К счастью, мы довольно быстро их обнаруживаем, а затем им остаётся только молиться, чтоб экзекуция была максимально быстрой и безболезненной.       Сложнее приходится тем, за кого принимаюсь лично я. Громкие слова о важности дружбы, любви, о дуэлях, что дарят улыбки, для меня всегда остаются не более чем просто словами, исходящими из уст уже заведомо проигравших. Стоит им столкнуться со мной лицом к лицу, как весь их запал тут же пропадает. Где же их хвалёные любовь и дружба, что способны расплавить моё закованное в сталь сердце? Уходят вместе с надеждой, которую я вырываю с корнем, не давая ни шанса на спасение.       Знаете ли, мне куда интереснее подрезать крылья и наблюдать за долгими мучениями жертвы, чем расправляться с ней на раз, нанося один точный выстрел. Моя дуэль — это игра с загнанной в угол мышью, пойманной в руки синицей, обнаруженным на месте преступления нарушителем.       И всё это я бы хотел проворачивать самостоятельно…       Только Профессор, по-видимому, не до конца уверен в моих силах и посылает со мной напарника. Само слово «напарник» уже говорит о том, что во время миссии я обязан поддерживать связь с ним, а это противоречит моим внутренним принципам. Смешно считать это близостью, ведь, кроме общих поручений, нас больше ничего не связывает.       Все, что я знаю о своём напарнике, — это его имя и полезные для выполнения поставленных задач навыки, которыми он владеет. Деннис Макфилд — прирождённый актёр, умеющий безупречно сливаться с толпой и манипулировать другими. Для самых важных и ответственных заданий он оказывается незаменим. Деннис, находясь в тылу врага, чувствует себя как рыба в воде — это с улыбкой подмечает даже сам Профессор. Что же касается меня, я отношусь к нему довольно лояльно. Если вопрошающему любопытно, то и в карту его превратить я не горю желанием.       — Юри. Эй, Юри.       — Что?       — Что-то скучно мне, — Деннис сидит рядом со мной в укрытии во время нашей очередной вылазки в другое измерение. — Да и тебе негоже с таким унылым лицом тут торчать. Может, нам стоит взбодриться? Айда дуэль развлекательную устроим!       Похоже, я поторопился с выводами. Почему-то именно сейчас мне больше всего хочется превратить это недоразумение в карту!