ТII. Глава 8
21 октября 2019 г., 00:26
Проходит ещё один долгий, запутанный, неоднозначный, сложный год двух выброшенных из привычного мира ребят. 12-тилетие, по сути, ничем особым не знаменуется. Как и прежде, мальчики упорно трудятся. Уже бок о бок, с тех пор, как решают стать настоящими друзьями, ни в коем случае не сообщая об этом старшим и старейшинам. Единственной, кому они могли поведать о своих истинных отношениях, была Мария, но даже её они частенько старались игнорировать, ибо всё же не до конца знали её настоящую натуру, поэтому доверяли, но не во всём. Впрочем, Аррани всегда говорил другу, что Маре (так он ласково называл её) можно довериться без опасений. Коннор первое время был против и осторожничал. Мария — девушка, которая была не только старше них, но и росла в обществе хладнокровных ассасинов с самого детства, а это уже многое значило. Мало ли, чему ещё её учила бабушка, помимо врачевания.
В один из дней, когда у парней закончилась тренировка, наставник велел Аррани идти по своим делам, а Коннора попросил задержаться на разговор. Блондин, мимолётно бросив взгляд на приятеля, поклонился учителю в знак прощания и скрылся.
— Учитель, Вы что-то хотели?
— Брат Коннор, у нас с главой для тебя есть особое задание. Завтрашним утром тебе нужно будет отправиться в королевское княжество. Твоя главная задача: собрать информацию о приближённых короля: его министрах, политиках, военнослужащих, близких друзьях и прочих. Как ты знаешь, уже прошло 2 года с тех пор, когда в королевстве произошёл кардинальный переворот власти. В связи с этим клану необходима сводка насчёт людей, ведущих дела страны. Всё ясно?
— Да. Можете положиться на меня.
— Ах да, Коннор, — останавливает его в последнюю секунду. — Это только наше дело, которое мы поручаем тебе. Твоё задание должно быть строго между нами.
Он специально сделал акцент на секретности поручения, потому что хотел донести до парня, что подобное задание он даёт ему только вместе с главой. В курсе только он, глава клана и сам Коннор. Парень понимающе кивает. Про себя же думает, что Аррани он всё равно всё расскажет и из-за этого одновременно чувствует некий стыд за то, что, скорее всего, причисляется к скрыванию от старших такой важной детали, как дружба с соклановцем. Впрочем, они с Аррани уже договорились о том, что никому не будут показывать и рассказывать о своей связи. Остальным это ни к чему. Что за последствия их могут ожидать, если об этом узнают все до единого, не хотелось представлять вовсе.
Как только Коннор убедился, что поблизости никого нет, а учитель ушёл достаточно далеко от него, чтобы ничего не слышать, парень прошёл к спальному зданию и завернул за его ближайший угол. На заднем дворе, где не было ничего, кроме пустого пятачка травы и пары деревьев, ребята могли спокойно встречаться здесь и обсуждать все важные и неважные вопросы. Они выявили, что именно это место является самым непосещаемым ассасинами клана, поэтому оно стало идеальной точкой сбора. Блондин уже ждал его на самодельной скамье. Простейшую мебель они сделали собственноручно, чтобы как-то обустроить их тайное место. Коннор раздвинул толстый слой кустарника и оказался на пятачке. Он прошёл к другу и сел на траву, скрестив ноги и руки, расстегнул свой плащ, чем частично обнажил торс, что постепенно станет его отличительной привычкой, откинул капюшон назад и провёл пятернёй по взъерошенным волосам.
— Чёрт, они снова отросли! — и правда, огненные волосы Коннора сейчас были длиннее обычного состояния и даже чуть-чуть свисали, не доходя до плеч. — Кто дал мне такие замечательные гены, что шевелюра растёт не по дням, а по часам? — в его монологе можно было услышать дрожь в голосе.
Кажется, парень переживал по какому-то поводу. И Аррани мог точно сказать, что не за этим они сегодня собрались.
— Коннор, что наставник тебе сказал?
Тот опустил руку и посмотрел на друга, тяжело выдохнул.
— Да, прости. Совсем не о том говорю… просто, когда я уходил, мне вдруг стало так противно от себя самого. Я знаю, что мы договорились обо всём друг другу рассказывать, но это странное чувство, что мы врём своим старшим… Думаю, оно ещё долго будет меня преследовать, пока я не привыкну. Тем более, учитель предупредил меня, что о моём задании никто не должен знать.
— Ты не один это испытываешь, — вставляет Аррани своё слово, чем поддерживает его. — Думаешь, мне приятно, когда мы вынуждены недоговаривать даже Маре о своих планах?
— Ты прав. Спасибо, — Коннор приподнял уголки губ в своей манере. Всё же, законы клана отняли у мальчиков возможность улыбаться широко и с удовольствием. Чисто физически они стали неспособны показать это движение лицевых мышц. — Учитель вместе с главой завтра отправляют меня в Асонию. Мне нужно собрать информацию о министрах короля.
— Разведка?
— Да. Со времён правительственного переворота прошло 2 года. Клану необходима информация о нынешней ситуации в стране в целом.
— Тебе не показалось странным, что на подобное серьёзное дело они решили отправить тебя?
— Намекаешь на то, что они могут проверять меня?
— Не уверен, но что-то за этим точно стоит. Сам подумай: в клане довольно старших или рядовых, чтобы отправить их на такую важную миссию, где они могут собрать материала намного больше и быстрее нашего.
— Да, но не забывай, что нам до сих пор запрещено выполнять обычные заказы. Я думаю, что это как-то связано с нашей незаконченной подготовкой. А иначе, чему нас ещё учить?
— Тоже правда. Не могу с тобой не согласиться. В любом случае, дальше будет видно. Во сколько уходишь?
— Рано утром.
Аррани кивнул.
— Что ж, раз у нас ещё есть немного времени, предлагаю отправиться в город и разведать обстановку там.
Коннор ухмыляется и встаёт, приняв руку помощи друга.
— Так и пойдёшь? — спрашивает блондин, скосив взгляд на открытый торс парня.
— Смеёшься? — резонно отвечает он, но в будущем никуда от своей привычки так и не денется.
*:.｡. .｡.: *･゜ﾟ･*☆
На следующий день Коннор поднимается ни свет ни заря. По обыкновению, резко открыв глаза, без единого чувства сонливости, бодрый и полный сил, парень незамедлительно выступает. Он выходит с территории владений клана и широкими прыжками по деревьям двигается в сторону главного княжества королевства. В пути ему периодически попадаются гражданские, крестьяне и прочие люди, явно не принадлежащие Сообществу ассасинов, поэтому он специально подходит к каждому чуть ближе и отрабатывает на них свои навыки маскировки. Скрываясь за толстыми столбами и густыми ветками, Коннор создаёт небольшой шум вблизи человека, чем привлекает его внимание. Тот, если чётко услышал упавший камень, заостряет внимание и оглядывается по сторонам. В это время Коннор подходит ещё ближе: так, чтобы даже невнимательный крестьянин с плохим зрением смог его различить. И в тот момент, когда человек поворачивает голову в его направлении, парень молнией срывается с места и скрывается за упавшим во время грозы стволом или за ближайшими зарослями. На открытые пространства молодой ассасин не выходит, ибо понимает, что такие действия ничему его научат, и он только потеряет время. Так, используя человеческий фактор время от времени, где-то к полудню Коннор достигает Асонию и оказывается рядом с входными воротами. Незаметно передвигаться от здания к зданию и только частично попадаться людям на глаза для Саксонского уже не составляет особого труда. Если в свой первый год их заставляли действовать среди людей, как можно скрытнее и осторожнее, и у него не всегда так получалось, то теперь Коннор мог отчасти почувствовать себя на настоящем задании истинным ассасином. Во всяком случае, обыкновенным азам следует выучиться в кратчайшие сроки. За пару десятков минут он добрался до главного здания княжества: замка короля. Высокие толстые ограждения были первым препятствием на пути любого, кто собирался проникнуть во владения короля без чьего-либо ведома. Однако Коннору не составило труда разбежаться, пройти по стене несколько шагов, оказаться уже где-то посередине, быстро вынуть из-за пазухи кинжал, прочнее обычного раза в три, воткнуть его в небольшое ущелье постройки и повиснуть на нём. Заранее рассчитав, откуда лучше совершать все свои манипуляции, Коннор очень удачно выбрал своей целью ветку дуба средней толщины. Он подтянулся на пару сантиметров, оттолкнулся от стены и ловко прыгнул на дерево, не забыв забрать кинжал с собой в полёте. С ветки он уже спокойно перешёл на поверхность стены. Отсюда его взору предстоял поистине необыкновенный вид. Под его ногами виднелась на первый взгляд незаметная речка, протекающая впритык к стене, что имело собственную задачу: обмануть всех нарушителей порядка, которые могли бы спрыгнуть со стены вниз и упасть тем самым прямиком в воду; выше речки шли три уровня выступающих поверхностей, густо покрытые слоем травы; сам замок короля находился на самой вершине холма, где замок тоже в свою очередь окружала стена, но более консервативная, чем основная. По сути, владения короля являлись граничащей зоной между Асонией и Третьим королевством, которое располагалось севернее Асонии. Начинающиеся территории Третьего королевства отделяли Четвёртое королевство широким массивом чередующихся линий пустыни и леса, а также маленьким кусочком кольцевого княжества Ясония. Так, замок имел форму прямоугольника, в центре которого расстилался обширный королевский сад. Здание было выложено из багрового камня разных очертаний и размеров. Несмотря на это, вся постройка виделась гармоничной и «сияющей» на солнце. Также по всем углам замка стояли высокие башни дозорных, с которых, соответственно, и велось ежедневное наблюдение. Самой высокой в замке была ещё одна башня, которая очень выделялась по сравнению с остальными. Она имела более тёмный оттенок, а верхушка выливалась острым концом. Коннор, закончив обследование владений, нашёл безопасный путь к земле и осторожно направился к месту замка, куда смотрители вышек реже всего обращали своё внимание. Дойдя до него, парень выждал, пока дозорный отвернётся, и в этот момент сделал сильный прыжок вперёд и благополучно приземлился внизу, чуть не скатившись в воду. Дальнейшее проникновение было плёвым делом. Молодой ассасин передвигался исключительно по затемнённым участкам замка. Несмотря на это, он побывал практически у всех доступных ему балконов и подслушал все разговоры, доносившиеся до его ушей. Примерно три часа ассасин выжидал вдали от стен замка, чтобы его обитатели распределились по своим местам и занялись делами. За время ожидания парень подметил, что министры короля только приходили, но ни разу не ушли. Это было ему на руку. Выйдя из своего укрытия, он направился к той единственной башне, потому что разузнал, что она служила королю в качестве переговорной. С этого момента Коннор напрямую оказался в замке. Теперь он должен был быть ещё более осторожным и замечать любое движение и звук, потому что множество слуг и охранников всё время проходили мимо. К счастью, во время заседания главных людей страны, активность замка определённо повышалась, поэтому ему это очень помогло остаться незамеченным. Он преодолел несколько этажей, а когда до комнаты переговоров оставалось совсем немного, парень снова оказался снаружи здания и поискал глазами какое-нибудь отверстие наподобие окна. Найдя большую дырку возле самого окна башни, он, аккуратно цепляясь за неровное покрытие постройки, пролез к нему и приставил ухо. Обсуждения длились недолго, но достаточно для того, чтобы ассасин кое-что вынес для себя. Конечно, министры и король говорили не о делах в стране в целом, а на интересующие их проблемы в данный момент, но через них парень всё равно смог понять, что сейчас происходит в Асонии. Наступал закат. Собрание благополучно завершалось. Коннор, прослушав каждый доклад, запечатлел многое в памяти и поспешил скрыться. Он спустился до проходных открытых коридоров замка и рассчитывал траекторию дальнейшего маршрута. У него в запасе был ещё один день, чтобы выяснить больше информации, поэтому сейчас он прокручивал в голове возможные варианты ночлега. Когда же ассасин уже собирался двинуться дальше, он услышал, как кто-то из охраны идёт прямо в его сторону. Саксонский прыгнул на потолок и зацепился руками и ногами за крепящие конструкции. Маршрут, по которому он собирался убраться отсюда, перекрывали вновь мобилизовавшиеся стражники. Пройти через них, не привлекая внимание, Коннору стало проблематично. Ситуация сложилась не в его пользу. К тому же, его действиям мешала та же прислуга, которая по-прежнему металась из одной части замка в другую. В итоге, ему ничего не осталось, кроме как свернуть в другую сторону и двигаться в направлении спален королевской семьи. Более конкретно, он выходил в сторону границ с княжеством «кольца». Коннор, преодолев длинные переходы, наконец, оказывается снаружи и быстрее забирается на высокие деревья, чтобы скрыться в их гущах. Вдруг что-то непонятное заставляет его повернуться назад и увидеть перед собой балкон одной из комнат спален. Неожиданно для самого себя он натыкается на маленькую девочку, сидящую на перилах. Поскольку в клане Огня было не так много девушек, а точнее, единственные две на основную мужскую массу, Коннор и не подозревал, что в мире может существовать подобная красота. Девочке было от силы 6-7 лет, но парню было всё равно. Его юношеский возраст прибавлял силу изумлению и поражённости. Он сразу догадался, что перед ним восседает сама принцесса королевства, о которой он узнал по рассказам старших, и неосознанно для себя самого присел на корточки и уверенно замер на месте. В глазах ассасина принцесса уже выглядела просто безупречно: голубые глаза прекрасно сочетались со светлыми волосами, заплетёнными в маленькую толстую косичку; милое лёгкое белоснежное платье небрежно развевалось на слабом ветру; Коннор также обратил внимание на её родинки на лице и острых плечиках. То, как она поправляла не унимающуюся прядь за ухо, всё время выбивающуюся из общей копны, тоже вызывало в парне необычные чувства. В момент, когда принцесса вышла из задумчивости и повернула голову практически в его сторону, он резко спрятался ещё глубже, но пару минут ещё выглядывал из укрытия. В какой-то момент он будто очнулся от дурманящего сна и потряс головой в разные стороны, пытаясь отогнать внезапно нахлынувшие эмоции. Он понимает, что сейчас нарушает основные правила ассасинов: проявляет чувства. Никто и ничто из простого народа не должно как-либо влиять на него и его поступки. Когда девочка, услышав, что её зовут, спрыгивает с перил и уходит из поля его зрения, парень тоже скрывается в наступающей темноте. Своим ночлегом ассасин решает сделать опушку леса недалеко от замка. В конце концов, он был вынужден выйти с другой стороны, нежели планировал, поэтому сейчас дошёл практически до Ясонии, нашёл более-менее глубокую яму, укрылся собранными ветками с густой растительностью, чтобы лучше себя замаскировать, и принялся отходить ко сну. Первое время этому процессу стали мешать возникающие в его голове образы маленькой принцессы. Коннор гнал их, но получалось не так, как хотелось бы. Всё время ему не давали покоя эти большие, круглые и такие невинные глаза. Казалось, что он запомнил их больше всего и запомнил навсегда. Если он когда-нибудь попадёт в окружение множества подобных девушек, то узнает принцессу с первого взгляда. Вот, насколько была велика его уверенность в себе и своей памяти. Конечно, вслед за этими мыслями следовали возможные пруты и верёвки старших соклановцев, которые могли пронюхать про его сегодняшнюю проделку. Страшные образы возможного наказания в будущем помогли парню успокоиться и наконец заснуть.*:.｡. .｡.: *･゜ﾟ･*☆
В это время, владения клана Огня. Глава клана возвращается с очередного обхода княжеств и первым делом заходит в палатку наставника ребят. Мужчина, увидев главного, подрывается с места и приветствует его. — Глава, — слегка кланяется ему. Тот проделывает то же в ответ. — Брат Коннор отправился на задание? — Да, глава. Всё прошло без заминок. — Ты ещё не учил их работать с нашими орлами? — Пока что нет. Но я заметил, что в последнее время мальчики стали показывать себя намного лучше, поэтому я подумал, что стоит взяться и за это. — Да, пора бы уже. Поскольку на кону стоит будущее клана, нам нужно приложить как можно больше усилий, чтобы воспитать их должным образом. Пусть учатся быстрее постигать все нюансы нашей непростой жизни. — Глава, я хотел спросить… — Что такое? — Могу я узнать, какие у Вас дальнейшие планы насчёт сына бывшего короля? Мне показалось, или Вы стали более дружелюбны по отношению к нему? Глава нахмурил брови и взял старшего за грудки одной рукой. — Смеешь интересоваться у меня об этом? — буквально шипя, произнёс главный. — Прошу прощения… если это не моё дело, — скорее защитился учитель. Глава отпустил его и поправился. Наставник ребят не сдержался и кашлянул, прочищая горло. Огромный ком, подступивший к голосовым связкам, сильно подпортил функционирование. — Брат Аррани станет главой клана, так решили старейшины, поэтому это входит в наши обязанности: позаботиться о нём. Ты ведь не забыл, что именно значит стать главой клана Огня? — он лукаво стрельнул на учителя глазами и вышел из палатки так же быстро, как и зашёл. Старший ассасин пожалел нынешнего и будущего главу клана и потряс головой с чувством неопределённости, разведя руками. Что из этого в итоге получится? Этим вечером Аррани находился за чертой города и снова тренировал прыжки по стенам. Дождя сегодня не предполагалось, и парень был расстроен велением погоды. Отчего-то ему хотелось, чтобы стены стали мокрыми и скользкими, чтобы было гораздо труднее практиковаться. Может быть, разгоревшийся огонь в душе был частично вызван и тем, что на тренировке учитель показывал ему, как правильно метать огненные снаряды. В любом случае, молодому ассасину было не по себе. Он переживал за друга при любом раскладе и думал о чём-то плохом, что могло с ним случиться во время задания. В частности, потому что пока не привык до конца верить в него и знать, что Коннор достойный ассасин, который справится со многими задачами. Когда облака на небе расплылись в разные стороны и обнажили звёзды, Аррани двинулся обратно во владения. На входе его неожиданно встречала Мария с лукошком в руках. Парень вопросительно посмотрел на подругу. — Смотри, что я собрала за сегодня. Она отодвинула платочек. Внутри лежали ягоды. Аррани указал ей, чтобы они пошли. — Твоя бабушка попросила тебя набрать ягод для лекарств? — Нет же! Ты снова ничего не понял, — с грустью заявила девушка, пряча корзинку от парня. — Я сама ходила в лес, чтобы собрать чего-нибудь вкусного, потому что заметила, что после ухода Коннора ты стал сам не свой. — В каком это смысле? — удивился Ар, приподняв одну бровь вверх. — А в прямом. Они остановились перед домиком лекаря и сели возле места, где лекарь с Марией обычно разводят костёр для своих дел. Внучка лекаря поставила лукошко рядом с собой и немного развернулась к блондину, подалась за его спину, пошарила рукой где-то внизу и вытащила огниво. — Зажги огонька, а то сегодня что-то прохладно, — попросила девушка. Ар взял приспособление в руки, а через минуту перед ними уже мирно потрескивал небольшой костерок. Пока Аррани разводил огонь, подруга сходила в дом за покрывалом. Вернувшись, Мария радостно поднесла свои руки к поверхности пламени и довольно заёрзала на месте. — Так что же во мне поменялось? — парень решил вернуть её к начавшемуся разговору. — Что? Ах, да, прости. Мне стало так тепло, что я на время забылась, — она поправила плед на коленях и не забыла предложить погреться ассасину. — С ума сошла? — незлобно огрызнулся он. — А если нас увидят? — Ну, не хочешь — как хочешь. Вот, о чём говорю: я заметила, что когда вы с Коннором вместе, то чувствуете себя достаточно уверенно и спокойно, но стоит кому-то одному уйти без другого, так сразу манера речи и поведение меняется. Сразу скажу, что вы как истинные ассасины умело прячете свои эмоции, но от меня малейшие изменения ускользнуть в большинстве случаев не в состоянии. В конце концов, я не просто ученица лекаря, но и девушка к тому же. А девушки более чувствительны, чем мужчины, поэтому-то и ассасинами они становятся лучше и быстрее, — она периодически переводит свои белые глаза то на костёр, то на парня и постоянно проверяет, не упали ли её чёрные волосинки на лоб. — Например, сегодня же: Коннора в клане нет, если внимательно присмотреться, то сразу станет понятно, кто есть, а кого нет. Его нет уже целый день, только почему я не в курсе, а ты наверняка знаешь, и мне даже обидно, что вы, парни, со мной не делитесь. Ты больше не доверяешь мне? — с проникновением в душу спрашивает она. — Мара, не делай такое лицо! — сразу возмущается парень и закрывается ладонями. Девушка смеётся и отодвигается обратно. — Извини, извини. Я просто пошутила. Но на самом деле, мне, правда, неловко от того, что вы не посвящаете меня в свои дела, будто я не важна. — Это не совсем так. Ты, как никто другой, должна понимать, что мы не вправе раскрывать все карты. — Значит, между собой клан вам позволяет иметь дело, а когда дело касается помощника лекаря, то полномочия на этом заканчиваются? — Мария… — протяжно озвучивает её имя Аррани. — Ладно, ладно, молчу. — Обещаю: когда Коннор вернётся, мы сразу же обговорим с тобой всё, что ты хотела бы слышать от нас, идёт? Всё равно я доверяю тебе, потому что ты первая, кто помог мне, когда я ничего не знал о клане. После этих слов внучка лекаря улыбнулась и кивнула. Она была рада, что парень понял её правильно, и продолжила: — Коннора в клане нет, и ты сразу ушёл куда-то почти на целый день, а когда вернулся, то лица на тебе не было. Бабушка мне всегда говорит, что обычные рядовые или кто-либо ещё попросту не замечают настоящего настроения собрата, но это не значит, что каждый живёт своей жизнью и всем всё равно друг на друга. Порой вот такие же, как вы с Коннором, с лёгкостью могут скрыть чувства в сердце так, что никто не заметит или не заподозрит. — А ты, получается, — исключение из правил? — Почему нет? Бабушка воспитывает во мне не только навыки врачевания, но и преподаёт многие жизненные уроки, например, как психология людей. Может, ты не знал, но в обязанности лекаря также входит душевное излечение ран. Приди ты ко мне с дырой в душе, и я буду обязана тебе помочь. Так-то. Мария, очень довольная своим рассуждением, повернулась к огню и потёрла руки друг об друга. В такие моменты ей всегда нравилось пускать облачко пара в холодные деньки, но сегодня такой возможности не было: зима ещё не скоро. А жаль, Мария очень любит зиму, особенно снег. — Значит, с сегодняшнего дня мне нужно лучше оберегать тебя и дорожить тобой осознаннее, чем раньше, — делает вывод блондин и тоже приставляет руки к огню, хотя ему совсем не холодно. Последнее предложение сбивает Марию с толку. Она замирает на месте в одной позе, как будто её только что действительно заморозили. Сердце забилось в десять раз быстрее, дыхание резко сбилось, щёки стали ещё краснее от притока крови, чем от влияния пледа и огня вместе взятые…*:.｡. .｡.: *･゜ﾟ･*☆
Уже занималось утро следующего дня пребывания Коннора в Асонии, но сам ассасин пока не спешил просыпаться. Вчерашние впечатления не до конца отпустили его, поэтому он на время забылся в себе. Избавиться от навязчивого образа принцессы королевства ему не помогали даже стоящие перед глазами лица старших или старейшин, которые могли бы с лёгкостью отправить его на пресловутую вышку, как в прошлый раз, перевязать его путами со всех сторон и заставить просидеть в одной позе целый день. Нет, здесь власть принадлежала принцессе Асонии. Впрочем, это было даже к лучшему, потому что, проснувшись, ему надо было думать о совершенно других заботах, а во сне он может полностью отдаться своим видениям, хоть и это не является хорошим тоном истинного ассасина. Коннор решил проснуться как раз в тот момент, когда маленькая принцесса обычно выходила поутру на прогулку в сопровождении королевы. Молодой ассасин перебрался на соседнее дерево, чтобы абсолютно никто не смог его заметить и следил за двумя барышнями. Королева, кстати говоря, тоже была привлекательной женщиной. В силу того, что она приходилась девочке неродной матерью, соответственно, молодой особой, её внешний вид не мог не радовать. Королю несказанно повезло, подумалось парню. Внешность главной женщины Асонии полностью не совпадала с её дочерью. Карие маленькие глаза, волосы серого оттенка, завязанные в хвост, спадают на оба плеча, кожа необычно бледная, но на вид она на самом деле здоровая. Длинное свободное, наверняка домашнее, розоватое платье без выреза и украшений идеально смотрелось на королеве. Коннор не знал, что такое макияж, но подсознательно чувствовал, что и без него женщина выглядела достойно. Она вела дочку за руку, заходя за все углы, очевидно двигаясь в сторону сада. Когда они исчезли из поля зрения парня, он, наконец, принялся за свои обязанности. В этот раз Коннору повезло, как никогда раньше. Король собрал всех своих приближённых, включая главных правителей княжеств королевства. Было это связано с тем, что сегодняшний день был последним в месяце? Возможно. По крайней мере, ассасин мог так предполагать. Это было разумнее остального. По ходу ведения беседы Коннор узнал про каждого князя понемногу. КНЯЗЬ ТРОНИИ Является главным человеком по вопросам снабжения страны военнослужащими. Через его школу проходят все новоиспечённые новобранцы. Как понял Саксонский, у короля с ним довольно близкие отношения, хотя с первого взгляда так и не скажешь. Вообще в принципе, кто бы из князей ни обращался к правителю, у него со всеми был не столько напряжённый диалог, сколько простодушный, но в то же время и по делу. Доклад главного военачальника: княжество развивается в прежнем ключе, за последние годы поток новых служащих даже увеличился. КНЯЗЬ ОЛИНИИ Олиния — первая промышленная столица, это помнил сам Коннор, когда учитель рассказывал им о государстве, в котором они живут. Главный человек Олинии сообщил королю, что сейчас они заключают крупную сделку с княжеством Оления. В связи с тем, что в Тронии прибавилось количество военнообязанных, Олиния обязаны поставить им оружие. КНЯЗЬ ОЛЕНИИ Следит за процветанием своего княжества. Как было сказано, готовится к большому проекту с Олинией, чтобы поставить туда материал для производства. В Олении находится несколько месторождений по добыче сырья. Князь Олении, как приметил Коннор, имеет достаточно дружественные отношения с князем соседнего княжества. КНЯЗЬ ВИЛАНИИ Князь этого княжества доложил королю, что дела в образовательной столице идут своим чередом. По причине переворота в королевстве количество учёных и студентов стало спадать, но по мере налаживания ситуации в целом всё возвращается на свои места. КНЯЗЬ ИКСОНИИ Правитель княжества Иксония кардинально отличался от остальных представителей. Его накаченное и грузное тело трудно было не заметить даже под слоем одежды. Воистину можно было недолго догадываться, какое направление имело его княжество — спортивное. Мужчина высказал свою точку зрения и сообщил, что дела в княжестве идут намного хуже, чем в остальных отраслях. Это было и понятно, отвечал король. Как все собравшиеся знали, политический переворот, тем более, настолько резкий, не мог не отразиться на сферах деятельности государства. Больше всего страдает экономика и подобные сферы, где находится наименьшая масса скопления людей. КНЯЗЬ ЯНЦЫНИИ Этого человека Коннор частично уже знал, но видел точно, поскольку глава клана лично водил их с другими младшими в центр княжества, где находятся их владения, и показывал на человека, который параллельно с главным ассасином Янцынии заправляет на территории. Янцыния являлась расположением территорий клана Огня не просто так: княжество имеет статус торговой столицы, поэтому все заморские дела ведутся отсюда, что напрямую связано с деятельностью ассасинов. В таком случае они обеспечивают внешнеполитическую защиту королевства непосредственно вблизи от людей, приходящих из других королевств. Князь Янцынии доложил, что год назад активность торговли заметно спала, но сейчас возвращалась на прежний уровень. Король похвалил князя и велел министрам финансов предоставить ему дополнительное финансирование, потому что залог дружеских отношений между странами лежит непосредственно через торговлю друг с другом. КНЯЗЬ НАКИНИИ В Накинии заключаются все политические договоры: внешние и внутренние. Пока другие страны не согласуют всё с королём в Накинии, ни один торговец не имеет права находиться на территории Асонии без разрешающих документов. Как и в случае с Янцынией, обстановка в княжестве напряжённая, но князь вместе с самим королём стараются выправить ситуацию и прийти к соглашению с соседними государствами. КНЯЗЬ ЯСОНИИ Ясония — пограничное княжество, которое окружает всю Асонию в виде кольца. Князь Ясонии сообщает, что никаких угроз извне пока что не поступает, дозорные каждой контрольной точки добросовестно и с толком выполняют свою работу, поэтому волноваться не приходится. КНЯЗЬ САКСОНИИ Когда внимание Коннора привлёк князь Саксонии, его сердце непонятно забилось, а потом больно сжалось, причиняя хозяину дискомфорт. Голова загудела, а в горле встал ком. По неизвестным причинам молодой ассасин почувствовал себя настолько ужасно, как никогда раньше не чувствовал. Князь Саксонии начал свою речь, но парень не смог дослушать от начала и до конца, потому что в ответ на его тембр Коннор потерял сознание. Его тело, непрочно закреплённое собственными ногами на стене башни, только чудом задело небольшой выступ в виде крыши другой вышки и приземлилось на неё так, что парень был незаметен другим людям… В очередной раз над мальчиком нависает сгусток кромешной темноты. Его руки обжигает горячее пламя, он кричит во всё горло и падает вниз, оказывается на какой-то земле, а рядом стоит дворец. Он кажется мальчику очень знакомым, но всё равно разбросанные воспоминания мешают друг другу и запутывают разум, не собирая всё воедино, и цельная картина никак не получается. Вдруг в страшной картине происходящего Коннор слышит отдалённые крики: его кто-то зовёт. Он слышит, как человек зовёт его по имени, но не может выбраться из пучины огня и собственного цепенящего страха. Только под самый конец, когда всё начинает расплываться и превращаться в кашу, Коннор чётко ловит окрик мужчины чуть поодаль от себя, а его голос кажется ему смутно знакомым… Когда Саксонский приходит в себя, руки, ноги и голова жутко болят. Парень осознаёт, что это не сон и он до сих пор жив, и хотя бы это его радует. Посмотрев на свои ладони отчётливее, он видит, что они содраны до крови, которая, к тому же, уже успела засохнуть. Сколько он пролежал? На небе слишком темно. Это сильно тревожит его, потому что он уже давно должен был возвращаться домой, даже если это всё тот же день, точнее, его конец. Во всяком случае, Коннор попытался подняться, и, что сказать, далось это ему с трудом. В подобных ситуациях ему никто не поможет. Ассасин должен сам уметь справляться с возникающими проблемами, а если что-то сулит тебе неминуемой смертью, то ничего поделать уже нельзя. Остаётся только принять отведённое тебе время. Но такое время для Саксонского ещё не наступило, поэтому он собрал последние силы и очень аккуратно стал спускаться вниз, на ровную поверхность. Ночь для него являлась спасительным кругом, поскольку помогала в маскировке. Он снова достиг длинных переходов и укрылся в полностью тёмном углу, чтобы перевести дыхание. Пока спускался, напоролся на торчащие острые неровности и повредил итак изрезанные в клочья раны. Его белый балахон теперь больше походил на красный. «Красный?» — почему-то вдруг подумалось ему. Он достал из внутреннего кармана перевязочный бинт, который всегда выдавался каждому ассасину перед миссией лекарем клана, если старого в запасе не было, и маленькую фляжку со спиртом. По тупой боли в руках Коннор понял, что времени промыть предыдущую рану банальной водой у него нет, потому он наскоро порвал кусок тряпки, плеснул спасительной жидкости на болезненные порезы, при этом стиснул зубы и прикусил язык до крови, но не издал и звука, и обмотал их бинтом, сделав прочные завязки. «Вернусь — сразу же пойду к лекарю. Неважно: она или Мара, пусть делают со мной, что хотят». После процедуры парень приоткрыл подол своего балахона и различил в темноте кровавые подтёки в области колен. С этим он разберётся позже, когда будет в безопасности. Сейчас же молодой ассасин в который раз проверил обстановку и напряг зрение до предела, несмотря на то, что ноющая боль в теле мешала ему абсолютно во всём. Не увидев никого в радиусе своего пребывания, парень спокойно двинулся на выход из замка. Он старался не отвлекаться на мысли о том, что пропустил часть королевского собрания. Ведь с самого начала сказал себе, что ни за что не расскажет старшим о том, что с ним периодически случается. Гоня от себя такие раздумья, он просто шёл вперёд и вышел к тому месту, откуда вчера заходил (опять же, если это было вчера). Помочь ему понять, тот же это день или следующий, помогла маленькая принцесса королевства, смех которой он услышал почти возле себя. До этого сидевший под дубом, он чертыхнулся и судорожно стал придумывать, где спрятаться. К несчастью, боль в коленях и руках снова дала о себе знать с новой силой, поэтому ассасин не смог сдвинуться с места ни на шаг. Он подавил рвущийся рёв боли и схватился за грудь одной рукой, чуть прогибаясь. Через какое-то время принцесса Асонии показалась ему на глаза. Она увидела мальчика в странной позе, но не испугалась. Благо, капюшон скрывал его лицо, а темнота не давала ей увидеть его тяжёлые ранения. Принцесса осторожно подошла к парню и рассмотрела его со всех сторон. — Кто ты такой? — своим ангельским голоском спросила она. Коннор поднял глаза и увидел на ней всё то же платьице, которое было на ней этим утром, и убедился, что выпал из реальности всего на несколько часов. Время вернуться во владения у него ещё было. — Ты одна здесь? — Да, но служанки ищут меня. Мы играем в прятки. — Слушай, а ты поиграешь немного со мной? — облегчённо выдохнул он, когда услышал, что взрослых поблизости пока что нет. — Родители не разрешают мне играть с незнакомыми, — тут же включает грусть в голос принцесса. — Если сыграешь, я скажу тебе, кто я такой, идёт? — развести на сделку ребёнка гораздо легче, чем он предполагал. — Хммм, ну хорошо! Давай. Что мне нужно делать? — Я плохо ориентируюсь в твоём доме, поэтому не могла бы ты проводить меня на выход из замка? Только есть одно особое условие: никто не должен нас увидеть. — Ух ты! Мы будем, как шпионы? — она сразу воодушевляется. — Конечно. Станем невидимыми и незаметными. — Здорово! Она берёт парня за локоть и помогает встать, по детской наивности не замечая, что ему сейчас труднее обычного. — Пошли, я знаю один тайный проход, о котором мне рассказал папа. Только «шш», — она прикладывает указательный палец к губам и говорит ему быть тише. — Никому об этом не говори, иначе отец будет злиться. — Хорошо, никому не скажу. Обещаю. Девочка удовлетворяется ответом и продолжает вести его вдоль речки. Со стороны они слышат, как служанки зовут принцессу, отчего Коннор становится более напряжённым. Он теснее сжимает руку девочки, чем тревожит её. — Эй, не волнуйся, они нас не найдут. Её улыбка даже сквозь ночи озарила всё вокруг. Боль на время забылась, а на душе стало так тепло… Вскоре они пришли. Атмосфера, однако, осталась такой же давящей, как и прежде. Коннор буквально ощущал, что их вот-вот найдут. Но принцесса не обманула: в конце концов, она вывела его к действительно тайному проходу в стене, который находился подозрительно близко к главным входным воротам. Ассасин уже ощущал дыхание стражников на себе. Лучезарная принцесса посмотрела на толщу ограждения прямо перед ними. — Вон там, — зашептала она. — Наверху есть рычажок, на который нужно надавить, но я до него не достаю. — Я буду показывать, а ты говори мне: правильно или нет. Она кивнула. Коннор стал водить ладонью по голой холодной стене рукой. Когда он навёл на определённую область, девочка потянула его за балахон и активно закивала, сообщая, что это тот кусочек с рычагом. Парень надавил на то место, и часть стены просто-напросто стала раздвигаться на их глазах, как обычно открываются каменные ворота. Принцесса Асонии тихонько захлопала в ладоши и смотрела то на стену, то на мальчика. Прямо за ней была свобода. Он мог направиться, куда угодно, не боясь, что его заметят. Как он и обещал, они вышли за пределы замка и встали поодаль от тайника. — Долго она будет открытой? — Пока внизу не нажмёшь, — засмеялась она. — Что ж, спасибо тебе за игру. Ты меня очень выручила, — он хотел потрепать её по голове, но вспомнил, что его руки все в крови, а портить малышку ему вовсе не хотелось. — Прости, я всё-таки не могу тебе показаться. — Ууу, ты же обещал сказать, откуда ты. Такие были условия игры! — она надула щёки и закапризничала. Позади поиски принцессы стали очень активными. — Ну же, ну же! Коннор впервые в жизни колебался. По-хорошему, ему нужно было уходить отсюда прямо сейчас, но его задерживало обещание, данное малышке. Он не мог уйти от её красивых и таких невинных глаз, что с мольбой в голосе просили её показать себя. Наконец, решившись, он хотел отдёрнуть капюшон, но принцесса сделала это за него, не в силах больше терпеть. Её маленькие ручки сдёрнули защитную ткань с его лица. Далее события смешались в одну кучу: принцесса Асонии, увидев его татуировку, вдруг залилась слезами и стала кричать во всё горло, служанки и стражники, идущие на её голос, сразу же объявились рядом с ними и, заметив Коннора, стали кричать и возмущаться. Они указали охранникам на парня и сказали хватать его, ведь он мог сделать принцессе что-то плохое. Коннор же видел перед собой только плачущую девочку, которая с яростью в глазах смотрела на него, указывала пальцем и билась в истерике. — ПАПА, ПАПА, НЕ УМИРАЙ! МАМА, МАМА… Служанки подбежали к девочке, взяли её на руки и стали успокаивать. Она не хотела этого и продолжала биться и громко плакать. С ужасом наблюдая эту картину, молодой ассасин наконец-то сорвался с места, невзирая на боль в суставах, и помчался от надвигающейся на него стражи. Он не различал большинство из того, что было впереди него, но в то же время инстинкты вели его всё дальше и дальше от того, что он пережил только что. Мальчик был явно шокирован и сбит с толку. Он немного оторвался от преследователей и из последних сил запрыгнул на дерево, в дальнейшем скрывшись из вида. Стражникам ничего не оставалось, они потеряли его. Коннор, оставшись на месте, сел и приводил сбившееся дыхание в норму. Вернуться домой у него больше не оставалось сил. Через пару часов ассасин вынужденно будит себя. Небольшой отдых идёт ему на пользу. Сейчас он не чувствует себя выжатым до нитки. Это хороший знак. Нужно оставить застывший перед глазами образ ужаса в глазах маленькой принцессы и выдвигаться домой. Перед этим он находит ближайший источник воды, промывает раны и порезы, снимает наспех сделанную повязку. Очистив израненные руки, он переходит к коленям. Яркая луна выходит из-за облаков и становится ему другом в эту ночь. Колени тоже оказываются изодранными. Всё время парень тратит на дезинфекцию и перевязку ранений. Покончив с этим, он набирает в флягу воды, ибо во время пути расходует весь свой запас, а дорога обратно требует сил не меньше. Коннор переводит дыхание в последний раз и отправляется в путь.*:.｡. .｡.: *･゜ﾟ･*☆
Днём клан уже во всю работает и стоит на ногах. К этому времени заявляется Саксонский. Рядовые и старшие видят подобную картину не в первый раз, когда возвращается весь измученный ассасин, поэтому незанятые собратья подхватывают Коннора, который уже валится с ног, и ведут его к лекарю. На месте также и Мария. Бабушка подгоняет внучку, чтобы она подготовила всё для перевязки парня. Девушка встряхивает головой, отметает первичный шок и принимается за дело. В конце концов, у неё это не первый раз, а со своими чувствами она потом разберётся. Вместе с возвращением младшего ассасины докладывают учителю и главе о его прибытии. Коннор приходит в себя через два дня. Проснувшись, первым делом он видит возле себя спящего в кресле Аррани. На улице занимается рассвет с приятным дымком. Он поднимается на постели и поправляет подушки. По чистым простыням и бинтам делает вывод, что лекарь всё-таки добралась до него. Вот и хорошо. Наконец-то он дома и может перевести дух, дышать спокойно. Будто почуяв, что друг пришёл в себя, просыпается блондин. Он протирает глаза и разминает мышцы. — Коннор! Ассасин подрывается к нему и не может поверить своим глазам. — Ар, я вернулся, — усмехается больной. — Нашёлся шутник, — поддевает его. — Лежи смирно и не дёргайся. Мария недавно приходила проверить, не промокло ли всё снова. Видел бы ты, дружище, сколько крови ты потерял за одну ночь… — с грустью в голосе озвучил блондин. — Прости. Я заставил вас переживать. — Ещё бы! Тебя послали просто добыть информации о правительстве, а ты возвращаешься, как неживой. Можешь представить, что мы испытали? Даже глава заходил, сказал, что очень удивлён результатом. Пока не восстановишься, тебя трогать нельзя. — Я понял. Спасибо. — Лучше скажи, что с тобой случилось? — Ар, дай мне отдохнуть. Коннор отмахивается от друга, чтобы самому прийти в себя и привести чувства в порядок. На сердце снова, будто кошки скребутся. В момент полного успокоения, не предвещающего никаких угроз, к нему возвращаются картины ужасного прошлой ночью, и на душе становится паршиво. — Я расскажу тебе, как буду готов. Имей терпение. Аррани кивает и сжимает кулак друга в ладони. — Тогда дальше останусь с тобой. — Нет! — резко делает движение, чем причиняет себе боль. — Уходи. Тебе надо работать, как прежде. Или хочешь, чтобы старшие наказали тебя? — А что плохого в том, что я забочусь о напарнике? — Забота — не твоя обязанность, а лекарей, так что иди отсюда. Я серьёзно, ты сам знаешь, что старшие будут недовольны. Обо мне позаботятся. Блондин морщит лицо в знак недовольства, но Коннор прав. Аррани не желает, чтобы их договорённость выставилась на всеобщее обозрение, поэтому ещё раз пожелав ему выздоровления, уходит. — Но я вечером ещё загляну, — кидает напоследок. Коннор отшучивается и кидает в него тапок. Всё последующее время Мария с тщательностью выхаживает Коннора, говорит Аррани не беспокоиться и, порой, даже не пускает его к нему, иначе будет нехорошо всем троим. Ассасина нервирует их отношение, но он повинуется. — Мария, ты должна хорошо за ним следить. — Да-да, я в курсе, поэтому, будь добр, иди уже на свою тренировку! В такой обстановке Саксонский поправляется. Наступает день, когда он уже становится в состоянии самостоятельно передвигаться. Первым делом парень идёт в палатку к главе, где застаёт заодно и наставника. Кажется, они ждут его. — Брат Коннор, — приветствует глава, — вижу, ты поправился. — Да, спасибо. Они обмениваются поклонами и приступают к главному. — Итак, что ты выяснил? Коннор по порядку перечисляет про каждого человека в отдельности всё, что смог узнать, в конце делает обобщённый вывод и заканчивает доклад. Мужчины принимают его ответ. — Похоже, в целом, дела в стране идут в сторону наладки, — говорит глава. — Ты молодец. Я присуждаю первой проверке статус «пройдено». Молодой ассасин стоит в недоумении. Разъяснить ситуацию вызывается наставник. — Брат Коннор, это была твоя первая проверка на твою пригодность стать рядовым клана Огня. Поздравляю, ты прошёл. — Да, — добавляет глава, — сразу скажу тебе: старейшины, как и я, увидели в тебе хорошего стратега и будущего помощника главы клана. Думаю, ты и сам слышал, что такое уже предполагалось, верно? Тот кивает. — В дальнейшем тебя будут ждать подобные проверки по мере твоего взросления как личности и ассасина. На сегодня же ты свободен. Глава почётно жмёт ему руку и отпускает. Ассасин благодарит обоих и выходит из палатки довольный собой. Ему удалось; здесь было, чем гордиться. Он сразу нашёл Аррани, чтобы поделиться новостью. — Серьёзно? — удивляется приятель. — Впрочем, как я и думал, за твоим заданием стояло нечто большее, чем просто разведка. Аррани выставил вперёд сложенный кулак. Коннор сделал то же самое, и они обменялись своим жестом, поздравляя друг друга. Блондин был искренне рад за друга. — И всё же, ты расскажешь мне, что обещал? — А, точно. Идём в наше место. Они проходят на пятачок позади дома ассасинов и оба садятся на траву. — Я не говорил тебе, да и в принципе, никому не говорил… В общем, иногда я могу прямо на месте потерять сознание и пробыть в отключке 1-2 дня. Это происходит из-за того, что ко мне приходят видения по поводу моей прошлой жизни. Но часто случается так, что я всё равно ничего не вспоминаю, только вижу картины и образы того, что со мной происходило. — Коннор… — очень тихо отзывается Аррани. — Так что то, что я пришёл тогда весь в крови, это всё из-за моего обморока. Днём я подслушивал собрание короля с подчинёнными, а они находились в самой высокой башне замка, как будто назло, — подшутил парень. — В поле моего зрения показался один человек, и меня сразу отрубило. Сам понимаешь, я просто упал вниз и только чудом не переломал себе все кости. — То есть ты никак не можешь этому противиться? — Нет. Видения застают меня в самый неожиданный момент. Поначалу я думал, что смогу справиться с этим, но в итоге оказалось, что я бессилен. Думаю, это будет продолжаться до тех пор, пока я всё не вспомню. Аррани углублённо смотрит на друга, кладёт руку ему на плечо и становится ещё серьёзнее, говоря таким образом, что он никому никогда об этом не скажет и будет поддерживать его во всём, чем сможет. Коннор понимает его без слов и кивает в знак благодарности. Их связь крепчает.
