Принцесса и ассасин

Глава 11 — Три главные вещи в жизни Раниса, причиняющие вечную боль

      У главного предателя-ассасина клана Огня, считавшего своим долгом заботиться только о своей шкуре и своём благополучии, как и у многих людей в этом мире, тоже были темы, говорить открыто на которые у него никогда, по большому счёту, не хватало смелости. Запутавшийся в собственной судьбе, но не осознающий это бывший ассасин Огня никому не позволял в своей жизни затрагивать всего три вещи: шрам, проходящий через всё лицо, подвеску в виде пламени на шее и метку клана Огня, оставшуюся с ним на всю оставшуюся жизнь. Последнее, пожалуй, действовало на него как бомба замедленного действия — настолько ненавистно ему было думать об этом.       — Просто расскажи мне о себе, — Нина была серьёзно настроена выведать у парня хоть что-то о себе. Зачем ей это было нужно, никто не просветил.       Поняв, что она говорит искренне, первый устроился поудобнее и скрестил ноги. Развязал балахон, отложил его в сторону, расстегнул пару пуговиц на рубашке.       Во время этих действий Нина ничего не осмелилась сказать. Они уже проходили что-то такое.       — Ты уверена, что хочешь это слушать? — дал ей последнюю возможность отказаться.       — Точно уверена.       — Ну, что хочешь узнать? — несколько скептически спросил тёмный ассасин, сняв с себя всю ответственность. Мол, «ты сама так решила».       — Какие были у вас отношения с твоим напарником? — в первую очередь на языке вертелся этот вопрос.       — Хах, — поразился он, — решила с козырей начать…       — Не издевайся, — сдвинув брови, попросила принцесса.       — С ним… в прошлом мы состояли в другом клане. Там мы выросли, всегда были вместе. И ушли из него тоже вместе.       — Сбежали? — перебила его.       — Сс, — прошипел парень, воспаляясь от её трактовки. — Это было осознанное решение. По правде, он был моим единственным… другом? Так ведь говорят гражданские в народе?       — Очень умно, — язвительно высказала она. — Однако я смотрю, что ты не сильно расстроился.       — Это профессиональное. Тебе не понять, — отрезал парень.       — Куда уж мне, — насмешливо «подтвердила» принцесса. — А шрам в доблестных боях получил? — смешок в его сторону. Она провела диагональ пальцем у его лица.       — А вот это, — быстро схватил её выставленную руку, — тебе знать не обязательно.       Нина вырвала руку и изменилась в лице. Не хочет говорить — как хочет.       Ранис действительно не собирался рассказывать принцессе Саксонии историю появления этого злосчастного тонкого шрама на его лице, который шёл от правой брови до самого подбородка. Он считал это таким же личным и вообще мечтал забыть об этом, как и день, когда старейшины клана Огня в первый и последний раз прикоснулись к его шее, чтобы заклеймить его их пожизненным «рабом».       «В этот день стояла лютая зима. В этот день была метель. В эту ночь природа была, будто сама не своя. В эту ночь метель неожиданно стихла и уступила место ярким звёздам на небе, которые можно было различить невооружённым взглядом. В эту, по странным ощущениям, ночь мысли были где-то не с ним. Первый вместе со вторым буквально утопали в снегу, занёсшим большие площади Янцынии. Дорога до убежища теперь была запечатана под слоями пушистого белого полотна. Напарникам оставалось ориентироваться лишь по деревьям, хотя в темноте это было гораздо труднее.       — Чёрт возьми, я говорил тебе: «Не суйся к кошкам в дома — они могут вернуться в любую секунду и сделать из тебя месиво на ровном месте!». Что ты мне на это ответил, идиота кусок?! — кричал на второго Ранис, проклиная всех на свете.       Их настоящая ситуация была не из лучших. Первому часто приходилось подчищать за своим напарником, но деваться было некуда. Он понимал, что выживать в одиночку было ещё той головной болью. К тому же, первый привык к их дуэту. В конце концов, второй был для него единственным человеком, с которым он, по сути, прожил большую часть своей жизни. Связь, которую он теперь не мог отрицать, вошла в его жизнь с убеждениями ассасинов Огня, возымела эффект над его личностью и не огораживала его от напарника, потому они и были до сих пор поддержкой друг для друга.       — Хватит уже портить мне настроение, лучше смотри, куда идёшь! — в ответ отпирался виновник произошедшего. Он резко затормозил друга за плечо и заставил присесть. Продолжил уже тише. — Будет не моя вина, если мы спалимся прямо сейчас, — кивком указал ему на людей поодаль от них. Ранис настроил зрение на чужаках.       — Патрульные? — шёпотом спросил тот.       — Хуже, брат, — всё ещё не отпуская его плечо, ответил второй. — Это наши старые знакомые…       Напарник всмотрелся в людей внимательнее, а когда те стали к ним чуть ближе, первый тоже убедился в том, что это был обычный патруль клана Огня.       — Хренова новость, только не говори мне, что мы зашли на территории Янцынии! — тихо, но яростно выразился Ранис.       — Полагаю, другого объяснения тут не найти. Иначе я выколю себе глаза, — парировал второй.       — Ты ещё шутишь в такой момент?! Пора сваливать отсюда!       — Сестра… — вдруг произнёс напарник, отчего заставил Раниса остановиться.       Тот уже поднимался и собирался следовать в противоположную от патруля сторону. Он точно знал, что брат никого не называет «сестрой», кроме сестры Абби. Нарочно поискав девушку глазами, парень понял, что она там действительно была. Непроизвольная задержка на месте могла стоить им жизни, если бы только Ранис не успел плотно закрыть себе и напарнику шеи, скрывая свою бывшую принадлежность. Он бы мог этого и не делать, но эта ублюдская привычка меток светиться при запредельном волнении хозяина всегда вставала поперёк горла и мешала существовать. Остаться не при делах им бы удалось, но слух ассасинов в глубокой тишине ночи был одним из лучших. Их же расположение выдал ястреб одного из патрульных, отлично улавливающий движение и в ночное время. Птица прерывисто закричала и остановилась в воздухе практически прямо над их головами. Старший принял этот знак и, увидев, как оба ассасина кинулись в разные стороны, отдал приказ группе разделиться на две части. Ассасин, с которым была сестра Абби, бросился за первым. Набегу он пустил в постороннего небольшой кинжал. Ранис ловко отразил нападение, но из-за этого был вынужден слегка притормозить. То ли им двоим не хватало привычных тренировок, то ли они просто растеряли былые навыки, а новым не научились, но ассасины Огня быстро настигли напарников. Рядовой Огня бросился на Раниса. Тот дал ему отпор и даже ненадолго лишил его ориентации — ассасин был отброшен в сторону на пару метров. В это время взгляд первого резво переключился на девушку с двумя длинными хвостами. На её лице мимолётно проскользнула мина удивления — Абби признала в них своих бывших друзей по клану. Однако это длилось не больше секунды, после чего она точно нацелилась на второго.       — Ты что творишь?! — не очень громко выкрикнул Ранис, обращаясь к брату, поскольку тот и не подумал что-то сделать для своей защиты.       — Я не буду драться, — даже несколько грозно проговорил второй. В этот момент его лицо было напряжено. Он смотрел на друга в упор, полностью убеждая того о непоколебимости своих намерений.       Тот хотел тут же сплюнуть, но времени было катастрофически мало, поэтому он лишь успел отразить выпад девушки и оттолкнуть от себя. Более ни один мускул на лице Абби не дрогнул. Однако она не спешила с повторным нападением. Девушка медленно вытащила свои резцы из нарукавников и опустила их, неотрывно смотря на обоих. Внешне её нельзя было отличить от неподвижной и не моргающей куклы, но внутри всё было наоборот, иначе она бы не стала так просто с ними церемониться. Ранис затаил дыхание, потому как предполагал её мысли. Хотя они были давно не единой командой, но парень помнил многие замашки бывшей подруги, которые, он был уверен, никуда не делись и только развились в более масштабных размерах. И всё же такого безразличия в её глазах они уже давно не видели.       Момент выдался поистине напряжённым. Втроём они стояли у лесного обрыва, внизу которого неспешно протекала река. Одно неверное движение — и ты полетишь в свободном падении. Тогда никто не сможет тебе помочь. Стоило ли уточнять, что это было то самое место, где в принципе и закончился последний поединок между бывшим главой клана и нынешним? Нет? Я тоже так думаю.       Всё произошло по канонам их старой связи друг с другом. Ранис сильно толкнул напарника в пропасть, сам сделал быстрый шаг назад, но перед тем, как полететь вслед за вторым, Абби оказалась прямо перед ним и полоснула его резцом по лицу. Оружие напоролось на правую бровь и прочертило тонкую линию до подбородка, оставляя после себя неприятные струи крови и слёз. Предатели-ассасины в мгновение ока оставили девушку наедине с собой на вершине обрыва. Абби держала окровавленный резец в руке, кровь с которого растворялась в снежном слое, окрашивая его в красный цвет, различимый даже в темноте. Ещё какое-то время она смотрела вниз, но уже давно упустила тёмных ассасинов из виду. Так продолжалось до тех пор, пока к ней не подоспели соклановцы.       — Сестра Абби, — обратился старший, — что произошло? — он кивнул на собрата без сознания, которого ассасины Огня сейчас придерживали за руки.       — Нарушители спрыгнули в реку, — ответила девушка. — Не думаю, что это сопоставимо с жизнью.       — Кровь?       — Не моя, — уверила та, возвращаясь к привычному поведению.       — Сестра, — с нажимом произнёс старший ассасин, берясь за её предплечье. Ткань тёплой накидки в этом месте была порезана, а из повреждённой части виднелась свежая рана. — Покажешься сестре Марие по прибытии, — указав ей тем самым на настоящую проблему, заключил ассасин и убрал руку.       — Брат, давай возвращаться! — с весельем в голосе сказал один из соклановцев.       — Да, брат! — Абби немедленно подскочила на месте, уже забывая про происшествие. — Нам нужно доложить ситуацию в северной части наших владений главе Аррани! — последние слова она произнесла особенно задорно. Так, что её глаза горели от восторга. Собратья ничуть этому не удивились, а старший даже не пожурил её за особую откровенность.       Сестре Абби удалось вернуться под конец церемонии посвящения Аррани в главы клана Огня. Атмосфера во владениях ещё была оживлённая, но было видно, как всё быстро устаканивалось. Девушка-ассасин намеревалась показаться сестре Марие. Не дойдя до домика лекаря нескольких метров, Абби увидела нового главу клана, его главного помощника и двух воспитанников Аррани. Частицей души прочувствовав, что здесь происходит, она решила не вмешиваться и остаться в стороне, наблюдая за соклановцами. Блондин чуть улыбался, приобнимая Гильяну. Краем уха Абс слушала их разговор.       — Что ж творится, — негромко заметил Коннор, — Ар, твои ученики либо страх потеряли, либо слишком тебе преданны.       — Хмпф! — было ответом Гильяны.       — Не злись на них, — ответил Аррани, — они ещё многому у нас научатся.       — Да, глава, — снова заговорила девочка, — научите нас всему, что знаете. Мы с Араном будем вас слушаться. У нас есть цель, и мы к ней идём!       Настроение ребят сегодня было таким вдохновенным, что блондин не удержался и заключил подопечную в крепкие, но недолгие объятия. Коннорс лишь цокнул и закатил глаза, а Аран довольно закивал головой. Абби, увидев подобное, позволила себе небольшую улыбку уголками губ. Она по-простецки повертела головой в разные стороны, закрыв глаза, а после подняла глаза на прекрасное небо».       Ранис ненадолго ушёл в воспоминания, а Нина тем временем посмотрела на расстёгнутую рубашку.       — Кстати, я ещё днём хотела спросить: что за подвеска? Насколько я поняла, вам не положено носить какие-то украшения.       — Это не украшение, — оживился ассасин. — Это… — взял пальцами, хмыкнул, — когда-то было подтверждением того, что я, как говорят в Светлых кланах, «истинный ассасин».       «Первый всегда был уверен, что станет настоящим, истинным ассасином клана Огня. В этом не было абсолютно никаких сомнений. Клан — есть, статус младшего — это временно, собственное положение — всё может измениться даже на следующий год. Словом, гордость за себя и то, что тот делал, били из него ключом, что парень не стеснялся показывать окружающим. В особенности некоторым… блондинчикам.       В тот день, когда они вместе со вторым и старшими ассасинами клана побывали на тренировочном задании, кое-что изменилось в его мировоззрении. Или, точнее будет сказать, в его душевном состоянии. Чувства собственной важности стало на порядок больше, поскольку первый не только узнал о том, что у клана Огня имелись свои бесценные артефакты, но и приобрёл «что-то из личного арсенала». Этим что-то была подвеска в виде языков пламени, что логично вписывалось в стихию его дома. Тогда с ними были Абби, Коннор, Аррани и наставник, который и разъяснил значимость вещей.       — Всё, что вы видите, — «обхватывая» руками линию каменных, параллельно выставленных стендов с артефактами, ассасин приглушил голос, — было нажито теми ассасинами клана Огня, которые стояли в его главе многие годы подряд. Каждая здесь вещь имеет свой смысл и свою историю. Может, не самую интересную или продолжительную, но в любом случае значимую.       Ранис слушал учителя вполуха, прохаживаясь вдоль каменных вертикальных плит. Он сделал ещё пару шагов и уже порядком отдалился от остальных. Его изучающий взор дошёл до одного из тупиков здания. В ту же секунду, как наставник окрикнул его, в самом углу что-то блеснуло. Первый обернулся на зов, быстро повернулся обратно и подобрал лежащую вещь с пола. Вернулся к старшим, однако, не скрывая то, что нашёл.       — Что это, молодой человек? — с интересом спросил наставник, аккуратно беря вещь к себе в руку.       — Это лежало нетронутым на земле, — гордо ответил младший.       — Ты знаешь, что это?       Вопрос стал для парня неожиданным, потому что он не мог быть в курсе этой информации. Отрицательно помотал головой. Остальные младшие с вниманием смотрели на него.       — Я тоже, — вдруг произнёс учитель. — Однако я могу спросить об этом у старейшин — они могут что-то знать.       Ассасин отдал вещь Ранису.       Как и было обещано, по возвращении наставник младших собрал старейшин на внеплановое собрание и спросил за подвеску, не значащуюся как артефакт клана Огня. Их ответ был достаточно прост — если вещь не имела собственного места, а первый нашёл её, значит, она должна принадлежать ему.       «С этого момента дарую этой подвеске статус артефакта клана Огня. Хозяин её отныне будет нарекаться истинным ассасином клана Огня и ничто это не сможет изменить!» — таковы были слова старшего из тройки старейшин, которым было дано слово по велению мудрейшего.       Тогда Ранис пребывал в своих непоколебимых убеждениях, думая, что это событие подняло его на ступень выше, хотя бы в моральном плане. И только в тот момент, когда парень вдруг осознал тщетность их со вторым бытия в клане Огня, эта безделушка стала для него не больше, чем обычное барахло, не несущее какого-то великого значения внутри себя».       Саксонская поняла из сказанного не всё, но общую суть уловила.       — Получается, эта вещь — какое-то подтверждение?       — О-о, а ты неплохо соображаешь. Так и есть, — кивнул. — Но всё это в прошлом. Я ушёл из клана, помнишь?       — Тогда зачем ты её носишь? — логично спросила она.       — Мой друг сказал не выбрасывать её. Это была его единственная просьба перед тем, как мы скрылись в темноте. Я был тем, кто заставил его пойти со мной. И хотя я больше не хотел иметь что-то, напоминающее моё прежнее место, я не стал его разубеждать и сделал, как тот хотел. К тому же… — прибавил он, — от одной вещи я никогда не смогу избавиться, даже если очень захочу.       — Правда? От какой?       Ранис привлёк внимание принцессы и указал на свою шею. Он немного повернул голову, чтобы показать татуировку в виде языков пламени.       — Ва-а, она такая красивая, — глаза девушки заблестели, и её руки инстинктивно потянулись к метке.       Ему пришлось стукнуть ей по ладони.       — Не трогай! Это тебя не касается, — повернулся обратно, скрывая всё.       Злополучная метка клана Огня была завершением его «коллекции». Шрам, подвеска, татуировка — всё это было связано с тем местом, где он вырос и где наполовину сформировался как человек. Клан Огня. Как ему сейчас было ненавистно это словосочетание. Каждая жилка внутри тёмного ассасина раздражалась после упоминания этих слов. Будто сама судьба всё решила за него давным-давно: шрам, полученный от не просто рядового ассасина Огня, а от бывшей подруги, которую тот считал близкой себе (или так думал), не обычное украшение на шее, которое Ранис оставил на себе только ради напарника, и как центр всех его несчастий – клановая татуировка принадлежности ассасина. Сейчас ему было в тягость думать о том, как она была им получена; о том, какие люди её нанесли; о том, что она на самом деле значила и для него, и для ассасинов Огня в целом. Всё было связано с местом, в которое он зарёкся больше никогда не возвращаться и даже не вспоминать. Судьба точно решила поиздеваться над ним по полной.       Нина не стала возражать. С расспросами на сегодня было покончено.