ТV. Глава 4
22 февраля 2022 г., 23:11
Клан Огня. Храм старейшин.
Предположение, услышанное от сестры Абби по поводу планов троицы старейшин клана, напрягало Марию, но она не подавала виду, что просила делать и остальных — всё же больше этого девушка переживала за подругу. А сейчас лекарь Огня сидела на коленях в отдалённом углу «особенных» советников. В руках — приготовленная специально для одного из них настойка; она аккуратно вытянула правую руку с чашей, придерживаемую левой, вперёд, предлагая тому выпить содержимое.
— Прошу, — спокойно промолвила она. Младший старейшина взял чашу. — Не могу сказать, что это сойдёт за полноценное лекарство, но облегчить боли, полагаю, — вполне.
Он не стал выдавать себя, потому просто не спеша отпил немного жидкости и поставил ёмкость рядом с бутылью, откуда она была перелита. Мария даже не моргнула на это действие. Каждая из сторон понимала, в какую игру они играют в этот раз. Однако при этом всё равно стоило держать лицо и продолжать разыгрывать карты.
— Подождём какое-то время. Лекарство может подействовать не сразу.
Отвечать надобности не было. Закончив свой ход, лекарь с внутренней готовностью прикрыла глаза, чтобы расслабиться. Старейшины, устав от ожидания, подали грозный, молчаливый знак брату, чтобы даже не смел заикнуться о том, что ему стало лучше и всё прошло гладко. Затем они тихо встали и покинули здание храма, оставив их двоих наедине. Так, в тишине прошло где-то полчаса. За всё время девушка не произвела ни единого движения. Исключение, впрочем, составляли глаза, движимые под покровом темноты. Она могла бы просидеть на одном месте и дольше, но решила, что выжданного уже было достаточно; в конце концов, она хотела поскорее отправиться в клан Земли. Когда она открыла глаза, то заметила непривычную отстранённость и тишину со стороны старейшины, но тут же отбросила подобные мысли, мало занимавшие её в данную минуту. Младший и Мария смотрели друг другу в глаза и словно без слов понимали, что они оба знают, что сейчас происходит на самом деле. Они считывали разыгрывающийся спектакль в храме старейшин Огня, но не собирались прерывать его, даже оставшись без посторонних глаз и ушей.
— Думаю, время прошло. Как Вы себя чувствуете?
Он кинул взгляд за её спину, и что-то отразилось в его глазах. А затем он вдруг резким движением опрокинул стоявшую на полу чашу и бутыль, пролив содержимое. Мария слегка вздрогнула от содрогнувшегося воздуха, но осталась сидеть прямо, продолжая смотреть на старейшину. Братья, которые наблюдали эту картину со стороны входа, довольно кивнули и отвернулись. Наконец, младший троицы смог озвучить то, что Мара хотела от него услышать, в то время пока девушка собирала посуду и промокала тканью пролитое:
— Не подумай, что я сделал это специально, — рука Марии застыла на пару секунд. — Подступающая старость и прочее… сама понимаешь. И… мне правда полегчало.
Брюнетка искренне обрадовалась словам старейшины, что даже на время вышла из уготованной в этом спектакле роли — она-то прекрасно знала, что он совсем не болеет.
— Ты же… собиралась в клан Земли? — неожиданно спросил советник клана. — На поминки своего учителя.
— Да, я… — запнулась та, собираясь с мыслями, как сейчас лучше поступить и что сказать на тот случай, если старейшины по-прежнему будут настаивать на том, чтобы она осталась во владениях.
— Можешь отправляться. — просто закончил он, встав на ноги. Мария поднялась вслед за ним, не веря своим ушам.
— А… спасибо… Спасибо, старейшина! — воодушевилась девушка, нарочито серьёзно отдавая честь старшему ассасину клана. — Ах да, если почувствуете, что Вам снова стало нехорошо, то обязательно пошлите за мной орла.
— Хм, — ухмыльнулся младший старейшина, — не беспокойся, сестра, в этом не будет необходимости. Твоих помощников будет достаточно. К тому же, ты проделала хорошую работу, так что… я уверен: твоя настойка точно помогла мне.
Мария ещё раз поклонилась и радостно, чуть ли не бегом ринулась на выход из храма, прижимая посуду к груди. Выбегая к свету, она случайно задела двух старейшин.
— Извините, уважаемые старейшины, — поспешно бросила девушка и умчалась дальше. — Аран, Гильяна!.. — услышали те уже отдаляющийся голос лекаря Огня.
— Почему она..? — недоумевал средний из троицы, прищурив глаза.
— Что ты ей сказал, придурок?! — ощетинился старший, когда младший поравнялся с ними у входа.
— Я сказал, — не смотря на него, ответил брат, — что почувствовал себя бодрее и что она может собираться в клан Земли.
— Ты!..
— В чём дело, братья? — не боясь, наконец, направил на них взгляд. — Разве мы всё равно не хотели сделать это сегодня?
— Да, но позже, — поправил его средний.
— Теперь остаётся только ждать, — выдохнул старший троицы. — Впрочем, — сложил руки на груди и посмотрел в сторону удалившейся девушки, которая теперь была при воспитанниках Аррани, — опасаться нечего. Рамси выполнит свою работу.
Когда Мария закончила с настойкой и пошла к старейшинам, ученики главы Огня беспокоились. Они знали, что с ней ничего плохого не случится, но доверия к неоднозначной троице с каждым разом становилось всё меньше и меньше. Увидев сестру в отличном расположении духа после посещения храма старейшин, ребята выдохнули. И лекарь действительно принесла хорошие новости. Теперь им оставалось забрать подготовленные вещи и двинуться в сторону союзного клана.
Аран с Гильяной ждали лекаря Огня возле её домика. Пока девушка проверяла необходимое на предмет чего-то забытого, они обсуждали постороннюю, но не менее интересную тему.
— Никогда бы не поверил, что брат Коннор родом из знатной семьи, только если бы не увидел всё собственными глазами, — рассуждал парень.
— Ар! Ну, какой «брат Коннор»? — произнесла напускное Гиль. — Он теперь «принц Коннор»!
— Пф, — услышали они откуда-то сверху. Подняли головы и увидели Абби, сидящую на толстой ветке дерева с широкой кроной плотных листьев. — Звучит, как полная чушь, — дополнила она, спрыгивая с ветки и подходя к ним.
— Сестра Абби, а ты завидуешь? — игриво спросила Гильяна, кладя руку ей на плечо.
— Делать мне больше нечего, — равнодушно отмахнулась та. — Коннор всё равно останется ассасином нашего клана.
— Никто и не спорит. Зато теперь у него есть настоящая сестра, мама и папа. Даже представить не могу, как он, наверное, счастлив, — мечтательно прикрыла глаза.
— Теперь у него есть уязвимое место, — несколько холодно прыснула беловолосая.
— Сестра Абби! — тут же надулась любимица главы, слегка повысив голос. — Не говори так. Брат Коннор никогда не допустит того, чтобы семья Саксонии оказалась в опасности.
— Я всего лишь говорю правду и не хочу, чтобы вы думали, будто это действительно что-то настолько высокое и хорошее, как может показаться на первый взгляд.
— Клан Огня умеет постоять за тех, кто ему дорог, — гнула свою линию Гильяна, уже отстранившись от старшей.
— Тогда откуда ты знаешь, что твоя семья в безопасности всё это время?
Гильяна опешила, держа свои эмоции при себе. Она не хотела думать об этом прямо сейчас, но слова сестры явно задели её. По какой-то причине Абби не смягчалась и в упор смотрела на неё. Гильяна подняла блеснувшие глаза на сестру и собиралась ответить, но подруга могла с лёгкостью сделать это первой.
— Сестра, — быстро, настороженно подал голос Аран, тронув напарницу за плечо, — этого достаточно.
Абби ничего не ответила. Тонкая полоска молнии, проскочившая между ней и Араном, быстро разорвалась и не помышляла разрастись во что-то большее. Периодически сменяющая главу клана ассасин имела свои причуды, и слышать от неё что-то такое точно не было в новинку. Другое дело — нельзя было усмотреть, когда именно это произойдёт. В этот раз нестандартное поведение сестры Абби обрушилось на воспитанников главы слишком резко, большим потоком, потому они и не успели сориентироваться.
— Сестра не хотела тебя обидеть, — шепнул Аран напарнице. — Ты же знаешь, что она заботится о тебе и желает только лучшего.
Гильяна хотела поскорее пережить сотрясающий её сознание поступок сестры, потому кивнула, стараясь пока не смотреть на ассасина.
— Сестра Мария, ты готова?
Ребята увидели, как лекарь Огня спустилась на первый этаж и вышла к ним. Голос, окликнувший девушку, принадлежал одному из старейшин. Абби насторожилась его появлению, так как не смогла прочитать по его лицу истинных намерений. Она повернулась к воспитанникам главы обратно.
— Будьте осторожны. — кивнув напоследок и Марие, она вернулась на дерево и скрылась из виду.
Мара быстро сообразила, что нужно делать, и поспешила переключить внимание подошедшего советника клана на себя:
— Да, старейшина, — мило отозвалась лекарь, — почти готова. Сестра Гильяна, ты не поможешь мне вынести мои связки с припасами?
Они удалились за стены домика лекаря. Аран остался снаружи, ни о чём не беспокоясь.
— Брат Аран, отойдём на пару слов.
Парень не знал, чего ожидать от этого разговора; ему уже не понравилась секретность старейшины, однако право отказаться у него не было.
— Слушаю Вас.
— Похоже… — протяжно выдохнул, — глава Аррани не спешит возвращаться во владения. Отправляйся, поторопи его.
— Но, старейшина, глава поручил нам с сестрой Гильяной сопровождать сестру Марию в клан Земли… — деловито уточнил ассасин.
— С сестрой Марией будет сестра Гильяна, ты сам это сказал. Или, — недобро прищурился, — ты не доверяешь своей напарнице?
Это была слишком очевидная для парня провокация. Впрочем, старейшина, похоже, не собирался это скрывать от него. Нужно было держать себя в руках, хотя стиснуть кулаки захотелось неимоверно.
— Старейшина, но мы с сестрой Гильяной… — всё же настаивал он, пытаясь не дать разделить их с подругой.
— Это мой приказ, брат Аран! — твёрдо осадил его дальнейшие разглагольствования. — Будь так учтив, выполняй приказы старейшин. И, кажется, мой собрат уже говорил вам двоим, что вы должны учитывать наше мнение, не так ли?
Негодование вперемешку с напряжением нервов метали парня из стороны в сторону, хотя в силу своего характера он не смел даже намекнуть на творившееся внутри него. Он смотрел на мужчину, но в какой-то момент понял, что не может позволить себе выдерживать зрительный контакт ещё дольше, чтобы не выставить себя на уровень выше старейшины. Большее оскорбление подобным образом можно было нанести только главе клана, но Аррани, по очевидным причинам, разрешал своим воспитанникам выходки намного непозволительнее истинного ассасина, чем эта. Аран сложил ладони в кулак перед собой и отдал старейшине честь.
— Слушаюсь, старейшина. Сейчас же отправляюсь на поиски главы Аррани.
Желание хотя бы зрительно предупредить о своём уходе девочек было как никогда велико, но старший по званию ассасин клана не спускал с него глаз и, как понял парень, специально следил за ним, чтобы лично убедиться в том, что он покинул владения. Аран развернулся по направлению к главному входу, невесомо коснулся кота на плече и двинулся в дорогу. Он прошёл какое-то расстояние, где уже не было слышно шагов позади. Парень остановился только тогда, когда кот пару раз сделал оборот в одну и другую сторону, тем самым дав хозяину понять, что за ними никто не смотрит. Жестом руки он подал знак своему питомцу и только после того, как тот спустился, всерьёз принялся выполнять приказ старейшины клана.
В это время Мария с Гильяной, наконец, закончили приготовления и вышли из домика. Они прошли от него несколько метров, как заметили мессию Добра. Поблизости не было никого, кто мог бы как-то им помешать, потому лекарь Огня не побоялась привлечь её внимание.
— Сестра! — негромко позвала она. — Даже не думай идти за нами.
Обе девушки приблизились к краю деревьев, туда, где стояла ассасин.
— Мария, я не могу не обращать внимания на внутреннее чутьё, а тем более оставить тебя или Гильяну.
Любимица Аррани смело воззрилась на беловолосую и поняла, что их стычка минутами ранее осталась в прошлом. Она не могла злиться на сестру Абби. Дух решимости напомнил ей, что она — истинный ассасин.
— Сестра, прошу, послушай Марию, и останься здесь. Ты доверяешь своему чутью, и если оно тебе не лжёт, то твоё отсутствие в клане точно будет замечено. Мы не хотим, чтобы так вышло.
Она помедлила пару секунд, а потом подошла к ассасину и обняла её, как это обычно бывало. Абби осталась на месте; она сдалась под напором их связи и, чуть помедлив, всё же обвила спину девушки в ответ. Гильяна вновь открыла своё круглое личико миру и добавила:
— Не волнуйся за нас. Нас трое, а вместе мы сможем справиться с любым неприятелем. И потом… — отстранилась и положила одну руку на бок, — Босс дал нам с Араном задание, и мы выполним его.
— Абби, — развеялся вокруг них нежный голос Марии, — со мной будут ребята, тебе действительно не стоит рисковать, не побоюсь этого слова, своей жизнью ради нас. Мы справимся.
Абби не сомневалась в способностях всех троих ассасинов, но что-то въедалось в мозг и говорило обязательно пойти с ними, словно её присутствие было ключом в этой ситуации. Ей было всё равно на всякие риски, которых она могла настичь, потому что сохранность важных и для неё, и для Аррани людей стояла выше даже того, что её могли убить за невыполнение приказа главы клана. Мессия прокручивала всё это в голове, но конечное решение было не за ней. Она отпустила их, понимая, что своей настойчивостью причинила бы им больше боли.
Они распрощались, и Мария с Гильяной пошли дальше. У главного входа вторая начала заметно нервничать — они с Марой подумали, что Аран присоединится к ним, когда им будет пора выдвигаться, но парня до сих пор не было поблизости. Девушки специально не пересекали порог владений, как вдруг Гильяна увидела приближающегося к ним кота. Он с радостью запрыгнул к ней на руки, когда она присела, чтобы подобрать его. Человеческая речь была лучшим переносчиком информации, но животные, к сожалению, не были к ней способны. Несмотря на это, Гильяна верно истолковала «послание» своего питомца. В любом случае, если он был здесь, значит, Арана уже нет. Он действительно покинул владения и не пойдёт вместе с ними.
— Гильяна? — обеспокоенно спросила Мария, увидев понурое выражение лица подруги. — В чём дело?
— Аран не придёт. Похоже, тот старейшина что-то сказал ему, и теперь Ар не сможет пойти.
— Ты в порядке?
— Да… — она переложила кота к себе на плечо и подобралась, настраиваясь на долгую дорогу, — да, Мария, всё хорошо, — посмотрела на неё, на секунду улыбнувшись. — Просто мне всегда сложно… разделяться с Араном на долгое время и большие расстояния.
— Он обязательно присоединится к нам. Вот увидишь. Он же не может так просто бросить тебя.
— Хм! — гордо вздёрнула подбородок Гиль, приободряясь. — Ты права, не будем расстраиваться раньше времени. Иначе я подведу Босса, а мне этого совсем не хочется.
На том и порешили. Кот воспитанников через полуприкрытые глаза смотрел за входом во владения клана Огня до тех пор, пока дозорные вышки не скрылись вдали. Только после этого можно было аккуратно крепче зацепиться за плечо хозяйки и отдаться дневной дрёме.
┈┈───╼⊳⊰⊱⊲╾───┈┈
Спустя милю пути с тех пор, как Ганз ушёл из клана Джейкоба, ассасин Земли почувствовал себя свободнее. Как внутри, так и снаружи. Само нутро говорило ему, что он поступает правильно, что это то, чего он всегда хотел на самом деле. Дела шли лучше некуда. Такие мысли хранились в нём почти весь путь, лежащий теперь к клану Огня. Ещё немного, и он до конца простится со всеми обязательствами, которые легли на него по разным причинам. Мужчина уже видел характерные очертания княжества Янцынии впереди. Скорое завершение дороги взбодрило его физически, и он решил не останавливаться на привал, чтобы, наконец, дойти до конечной точки. От отказного привала прошло ещё часа два. Приближалась темнота. Ассасин Иви был расслаблен, но заметить опасность — всегда готов. Так, проходя очередные заросли, куда не ступала нога обычного крестьянина этих территорий, он уловил не понятные на первый взгляд звуки. Сначала ему показалось, что они доносятся издалека, однако, прислушавшись, понял, что они были намного ближе, а также то, что голос одного человека он прекрасно знал! Ганз ловко перехватил двустволку в руках, мчась по направлению драки — он уже не сомневался в этом. Стволы деревьев мелькали по бокам, встречные ветки то и дело шлёпали его по лицу, но он не обращал на мизерную боль внимания. Вот ему уже удалось увидеть очертания сражавшихся людей. Рыжий пышный хвост, струившийся в лучах заката почти что огненными оттенками, убедил Ганза в своей правоте. Он забрался наверх, перепрыгнув несколько деревьев, чтобы подобраться к действию поближе. — Почему соплячка Аррани здесь одна? — прошептал ассасин, притаившись и держа ружьё наготове. «Скорости у неё не хватает, — подумал он, наблюдая, как Гильяна пыталась отбиваться. — Но будет легче». Ассасин прицелился. Гильяна уже чувствовала, как выбивается из сил. Ближний бой не был её привилегией, хотя этому должен был научиться абсолютно каждый. Будь это кто-то другой, она, возможно, справилась бы, но силы были явно не равны. Только одно спасло девушек от неминуемой смерти — предостережение сестры Абби. Отчасти и благодаря ему они с Марией смогли быстро сориентироваться и уйти от летальных атак сумасшедшей Рамси. Однако они всё же переоценили свои возможности, несмотря на то, что где-то ожидали подвоха. Силы были на исходе, и, когда Рамси совершила очередной выпад, а Гильяне пришлось отразить катану цепью своей гильотины, она поняла: надолго бы врага это не задержало. Гильяна слышала, как её оружие начинает ломаться под натиском острого лезвия катаны и неимоверного безумства черноволосой. В этот момент прозвучал выстрел, разделив обеих девушек. Рамси — от попадания в левый бок, ассасина Огня — рикошетом. Ганз больше не скрывался и спрыгнул с дерева. Рамси не собиралась сдаваться. Кровоток от раны в боку начал набирать обороты, поэтому ей стоило поторопиться. Она выбила ружьё из рук ассасина Иви пущенным основанием гильотины Гильяны, которое унесла с собой при выстреле. — Блять! — тут же выругался Ганз. Он только-только успел отпрыгнуть от подлетевшей к ним Рамси. Её катана вошла в землю, а сама она резко наклонилась и зарядила каблуком своих высоких сапог Гильяне по лицу, попутно вынимая из одного из них спрятанный кинжал. Ассасин Огня отпрянула, взявшись ладонями за окровавленный нос. Рамси выпрямилась и полоснула Ганза по плечу несколько раз, разрезав ткань его рубашки, — она напирала на него и уводила от союзницы на расстояние, — затем лёгким движением вытащила катану из земли и отпрыгнула на безопасное расстояние. Он оказался за стволом дерева, переводя дух. Передышка могла ему только сниться — в деле ассасинов это была обычная практика — Рамси выскочила чуть ли не перед самым его носом. Благодаря своей реакции ассасин успел увернуться от вонзившегося в кору кинжала в сторону. В следующую секунду он выбросил руку вперёд и с силой послал тёмного ассасина в полёт на несколько метров и, наконец, заметил также лекаря Огня, лежавшую без сознания. Видимо, брюнетка сильно ударилась затылком о ствол. — Где твой напарник? Где Аррани? — громко крикнул Ганз, решив дать понять бывшей союзнице, что теперь их всё равно двое — тех, с кем нужно справиться. Ассасин вышел из-за ствола и подобрал на руки двустволку, а Гильяна оказалась в паре шагов от него. Кот девушки спрыгнул с ближайшей ветки и вернулся на её плечо. — Что, — хмыкнул, — твоя непредсказуемость не работает на Рамси, да? Он не спускал глаз с мессии Зла, а воспитанница Аррани не обратила на его слова внимания. Ей было любопытно, как он здесь оказался и почему вдруг решил помочь, но и это могло подождать. Сейчас главная проблема смотрела на своих жертв безумным глазом, а её ноздри вздувались от предвкушения «трапезы». — Разве вы не союзники? — всё-таки быстро пробасила Гиль. — Почему ты помогаешь мне? — девушка тяжело дышала — родные гильотины в руках казались ей тяжелее всего на свете (за годы отточенная лёгкость собственного питомца даже не ощущалась как что-то весомое), хотя одна из них уже была выведена из строя, тем более было трудно одновременно уворачиваться от ударов Рамси. — Времени на болтовню не осталось. Разберёмся с этой чокнутой, а потом всё обсудим. — Наболтались перед смертью? — сладко-безумно пропела та. Ждать она больше не стала и кинулась на них, загородившись своей катаной. Гильяна отпрыгнула в сторону и пустила гильотину ей в ноги, а Ганз, ни разу не церемонясь, остался на месте и выстрелил. Один раз. Рамси сдвинула катану с точностью расчёта, что пуля врезалась в самый кончик меча и отрикошетила чуть ли не прямо в противоположную сторону. Ганз цокнул, но успел уйти от выпада девушки. Впрочем, и без этого он мог не беспокоиться, потому как пущенная гильотина Гильяны достигла, хоть и не первоначальной, но цели. Зубцы оружия ассасина Огня прошлись быстрым колесом по коже врага и разрезали правое предплечье Рамси до мяса. Та откатилась по инерции в сторону и взвыла от боли. Патронов в двустволке Ганза хватало с лихвой. Когда она увидела, что он перезарядился и собирается направить дуло на неё, превозмогая боль, последние, самые жестокие отголоски которой ещё не настигли её от блокирующего шока, сделала кувырок через плечо здоровой руки и затерялась среди кустарников. Всё вокруг вмиг стихло. Как только её тело исчезло из поля зрения, не было слышно даже копошения зверьков среди листвы. Рамси словно испарилась, ведь шума побега не было слышно и в помине, а ассасины бы его точно не пропустили. — Найдём её и добьём? — фамильярно откинув двустволку за плечо, спросил Ганз. Гильяна не слушала его — она хлопотала над Марией. Так они молча условились на том, что тёмный ассасин останется незамеченной. Лекарь Огня приходила в себя, сознание её ещё было мутно. Ганз подошёл сзади. — В итоге, что произошло? — Я чудом успела оттолкнуть Марию в сторону, — тем временем прощупывая руки и спину сестры (базовые навыки первой помощи она как раз от неё и получила), — иначе Рамси проткнула бы её насквозь. — Ты знаешь, почему она на вас напала? — Н-нет. — мысли девушки опережали её слова. — Она просто появилась, как будто из ниоткуда, — любимица главы остановилась в своих действиях и полностью перевела внимание на ассасина Иви. — Я должна поблагодарить тебя за то, что помог нам. Боюсь… — с грустью опустила взгляд, — одни бы мы не справились, и кто-то из нас точно погиб. Или мы обе. — Всё проверила? — ему не хотелось слышать подобное от подопечной Аррани, и её благодарность словно канула в небытие; мужчина присел на корточки рядом с девушками и убрал оружие за спину. — Мария, Мария! — позвала та. Лекарь Огня, наконец, полностью раскрыла очи и тут же взялась за голову. — Как ты? — У… ух… — Сильно болит? — Н… ничего, — с трудом ответила она. — Кажется, ничего не сломано. — Выходит, нам повезло, — серьёзно закончила Гильяна. — Сможешь встать? — Оставь её, — вдруг вклинился Ганз. — Я понесу её. — А? — не сразу поняла она. Вместо слов Ганз предпочитал действия, поэтому отодвинул её в сторонку, а затем поддел руки под Марию и поднял её на руки. Сейчас Мара была слишком слаба, чтобы выражать какие-либо эмоции в ответ на происходящее или беспокоиться о том, что случилось с Рамси или с носом подруги. Гильяна, несмотря на вольности вражеского ассасина, не стала кричать, лишь с немым вопросом посмотрела на него. — Я шёл к вам в клан, поэтому теперь нам по пути. Как ты считаешь? — Для чего? — насторожилась она. — Ты же не думаешь, что я совсем дурак, чтобы в одиночку идти против целого клана? Не боись, я принёс хорошие вести. В принципе, возразить было нечего. Даже если Мария пострадала не так сильно, как могло быть, вернуться во владения было первоочерёдной задачей. Кот тоже не выражал особых опасений – не чуял опасности. Подтекающие ранки на коже ею даже не ощущались. — Я поверю тебе, только потому что Босс не против тебя. — Хорошая девочка. — подмигнул ассасин и двинулся вперёд.┈┈───╼⊳⊰⊱⊲╾───┈┈
Княжество Саксония. Зэсли выполнил то, что ему было важно сделать, как можно быстрее. С Ниной они успешно выяснили отношения, и всё прошло даже лучше, чем он предполагал. Но принц Тронии не рассчитывал на то, что в княжестве любимой прибавится дворянской крови. Притом кто? Родной старший брат Нины оказался настоящим ассасином! Тронского этот факт весьма задевал. Проще — он не знал, как к этому относиться. Коннор ничего ему, по сути, не сделал, но какое-то странное чувство поселилось в нём с недавних пор. Нина проводила с братом достаточно времени; он понимал, что так должно было случиться, потому что «возвращение с того света» родного человека у нормальных людей просто так не проходит. Парень списывал своё состояние на своё собственное долгое отсутствие и сокрытие настоящих чувств к принцессе Саксонии. Однако такие мысли не всегда помогали. Всё равно что-то в её брате… что-то отталкивало его от него, не подавало желания попробовать сблизиться с ним, хотя бы узнать как человека. Говорить об этом любимой Зэсли не решался, и это только подогревало сложность сложившейся ситуации, так как они только-только выяснили, что согласны быть партнёром друг для друга, и вдруг уже появились некоторые недосказанности. Правда, пока что с его стороны. Время должно было расставить всё на свои места. Новость о том, что дворянское семейство Саксонии наконец-то вновь было полноценным, пока официально правителями не разглашалась. Коннор, получивший новый статус в своей жизни, попросил родителей повременить с официальным представлением своей персоны народу Саксонии. Настаивать на этом хотелось обоим правителям, но князь мог понять мотивацию сына не спешить с подобным, поскольку именно он вёл дела с княжескими ассасинами и понимал больше в их законах, чем супруга. Княгиня же не бежала каждую секунду рассказывать, почему у неё такое чудесное настроение, потому что одно лишь присутствие родного сына значило для неё намного больше, чем что-либо другое, и она могла бы сделать всё, о чём бы Коннор у неё ни попросил. Он, в свою очередь, тоже понимал их — каждому хорошему родителю, потерявшему всякую надежду на лучший исход, захочется лучиться от счастья от осознания того, что его ребёнок на самом деле жив и ему ничто более не угрожает. Коннор не мыслил, чтобы наплевать на законы своей профессии, из-за которой он не мог так просто предстать перед людьми и показать всего себя. Со стороны ассасина это дотягивало бы до предательства клана. И хотя лично Аррани и даже мудрейший позволили ему поступать со своим статусом принца Саксонии, как он сам этого хотел, ассасинские начинания внутри него по-прежнему превышали всё остальное. Теперь с ним могло соперничать чувство вновь обретённой семьи. Он не мог представить себе, что когда-нибудь ощутит подобное. Это даже нельзя было сравнивать с его чувствами к принцессе Мине. В этот открывающийся рассвет, сидя в спокойствии на подоконнике своих покоев, Коннор размышлял о самых невероятных, столь непозволительных вещах, которые только мог представить. Одна из них как раз касалась Асонской. Он — принц, теперь у него были все права и возможности просить её внимания, а в будущем, возможно, даже жениться на ней. Однако он быстро гнал такие мысли прочь, так как задумываться над этим больше минуты у него не было права перед самим собой. Аррани всегда был и будет его лучшим другом, его главой, предводителем, и он никогда не сможет предать его, даже если это будет ранить его жизнь и себя самого. Отвлечься от самокопания ему также помог стук в дверь. — Принц Коннор? — услышал он голосок своей новоиспечённой служанки. Парень помедлил, так как отвечать подобным образом ему всё ещё было непривычно. — Входи. Рина несильно толкнула распахивающиеся двери и просочилась в открывшееся отверстие, оказавшись в проходной. Девушка только-только собиралась что-то сказать, как статный образ Коннора предстал прямо перед ней. Подняв глаза, младшая служанка чуть вздрогнула, затем подумав, что это стало входить у неё в привычку. — П-принц… Коннор, — не заикаться в такие моменты не получалось, — опять Вы меня пугаете внезапным появлением. — Но это мои покои. Логично, что здесь буду именно я. — Да! — оживилась она, вливаясь в диалог, — но это… У маленькой служанки всегда пропадал дар речи, стоило ей хорошенько посмотреть на него, особенно — в глаза, благодаря которым всё напрочь забывала. Коннор ощутил возникшую паузу и наклонился. — Рина? — позвал он. Его жёлтая радужка стала к ней ещё ближе, и она подумала, что сейчас взорвётся от чувств. — Рина? — прозвучала повторная попытка, во время которой парень положил ладонь ей на плечо. — А! — аж подпрыгнула девушка, поспешив высвободиться и отстраниться от него. Щёки её полыхали от смущения. — Вы просто… — вернуться к теме она сочла лучшим решением, чтобы окончательно не выставить себя дурой. — На «ты». — мгновенно поправил её. — Что? — скорость его мышления и краткость излияния слов сбивали её с толку. — Ты запомнила мою просьбу не кланяться мне, хотя я предполагаю, что в твоём воспитании это котируется как неуважение к людям, выше тебя по положению. Признаю, что это была моя ошибка — не сказать тебе также, чтобы ты обращалась ко мне исключительно на «ты». Коннор не улыбался, но его речь лилась спокойной волной, и Рина уверилась, что ничего страшного не произошло. Войдя в семью Саксонии и став служить принцессе Нине, которая принимала её за свою младшенькую, никогда не обижала и желала той только лучшего, Рина уже долгое время не сталкивалась с неуважением и грубостью окружающих. Вот и сейчас она слышала, как принц произносил обычные слова, не обременённые скрытым смыслом или умыслом. «Наверное, это судьба подарила мне столько хороших людей». Её любовь имела риск быть слепой к этому человеку, за которым могла стоять иная личность; та личность, что сменила маску, получив место в семье правителей княжества. Но этого не случилось, и Рина в который раз была благодарна возникшим чувствам, хотя, не имевшая опыта до этого, пока не понимала, что с этим делать. Расположенность и такт принца успокоили девушку и дали ей возможность немного раскрепоститься. — Но Вы выше меня не только по социальному положению. Мне сейчас только 15… — Я помню, — быстро ответил он, что Рина снова сбилась с мысли, вертящейся в голове, и посмотрела на него. — Но 7 лет разницы не должны тебя смущать. Или мне лучше сказать: это просьба принца Саксонии? Рина была готова поклясться, что он успел забраться к ней в голову и какое-то время покопаться там. — В-… ты правда брат принцессы Нины, — тихонько, смело проговорила она. — Думаешь? — с мнимым скепсисом в голосе спросил парень. — Н-не подумай! — встрепенулась та, — просто вы оба вежливо и учтиво обращаетесь к с-слугам. — Считаешь, мне надо быть строже? — Рина переступила с ноги на ногу, подбирая нужные слова, но Коннор не требовал быстрого ответа. — Поправь меня, я же никогда не был принцем. — Н-нет, ты прекрасно справляешься, — неуверенно сказала она, потупив взгляд. Саксонский вздохнул. — Так что? Будешь впредь моей служанкой или подругой? — Подругой… — с толикой счастья в голосе повторила Рина, но затем собралась: — Подругой — это было бы слишком самонадеянно. — Понятно, — ей показалось это задумчивым, — но просьба принца Саксонии не отменяется, — отчеканил он. Рина набрала побольше воздуха в грудь, но сдержалась. — Я приму это к сведению, принц. Он молча кивнул, удовлетворённый её ответом. — Так… ты что-то хотела? — Ах да, как я могла забыть, — смущённо опомнилась она, рефлекторно порываясь сделать поклон в качестве извинения. — Никаких поклонов, помнишь? — успел прервать её порыв Саксонский. — Ой, прости… — Но это не относится к тем случаям, когда мы на виду? — приглашая её, наконец, пройти в спальню, уточнил он. — Да, Вы… ты прав. — Рина последовала за ним. Он вернулся на прежнее место и пригласил свою служанку тоже присесть. — Спасибо, я постою, — заверила она, помахав ладонями. — Я, в общем-то, зашла разбудить… тебя. Мило прикрытые глаза сказали принцу, что с обращениями им было ещё работать и работать. Но по-другому он не мог, поскольку сам выступал не только перед главой в присутствии соклановцев, но и перед старейшинами. — Нину по дороге не потеряла? Она предупредила меня, что будет врываться с улыбкой до ушей в мою спальню, чтобы поднять меня. — Пф, — вдруг выдала служанка, не сдержавшись. — П-прости, это было очень смешно. — Рад, что смог рассмешить тебя, а то я боялся, что ты так и не избавишься от своей трясучки. — П-принц! Это так заметно? — Можешь запомнить: я не вру. — М-м, — поправилась Рина, возвращаясь к вопросу, — принцесса Нина досматривает последний сон. — Моя сестрёнка не такая уж ранняя пташка, да? — любопытный взгляд служанки подсказал ему дополнить свои слова: — Когда она была у нас в клане с принцессой Миной, Нина вставала довольно рано. — Думаю, принцесса так себя ведёт только вне дома. Тем более, ты… проснулся очень рано. — Но ты же здесь? — повернулся к ней. — Я… м-м, это моя обяз-занность, принц… Только прошу тебя, не говори мне не приходить будить тебя, иначе я потеряю остатки своего самоуважения. — Я не буду этого делать. — Правда? — вновь засияла она. — Хотя я большую часть своей сознательной жизни был человеком, никак не связанным с правилами дворян, понимаю, что таким, как я, по статусу положена прислуга. Скажу тебе по правде, я рад, что отделался меньшим, и ты — наверное, лучший вариант из всех возможных. Двери правильно заскрипели, и ребята услышали, как в комнате появился князь Саксонии. При виде его Рина быстро приняла прежнее своё положение и перед уходом отдала хозяину поклон. — Если у Вас будут какие-нибудь распоряжения по поводу завтрака, позовите меня — я всё обязательно уточню у Вас, принц Коннор. Коннор поразился быстроте перехода от «Рины» до «служанки Рины», но благодаря своим способностям виду не подал. Он просто кивнул ей. — Рина может остаться, — однако, сказал правитель Саксонии. Парень сообразил, что малышка растерялась, и поспешил подсобить ей: — Ты свободна, Рина. Та ещё раз быстро кивнула ему и хозяину поместья, а потом вышла из комнаты. — Отец, ты рано, — он встал и поприветствовал его. Произносить слова «отец» и «мама» выходило у него гораздо лучше, чем он предполагал сначала, поскольку неимение этих слов всей его жизни жёстко подкосило его необходимость в них. — Не раньше, чем встают ассасины. Мужчина принял ладонь сына для рукопожатия, а потом они поравнялись противоположными плечами. — Ты уже познакомился с Риной? — кивнул назад. — Почему не оставил её? — Не хочу смущать мою служанку. Да и я ещё не привык. — То есть ходить без рубашки — это значит: не смущать её? — усмехнулся князь. Коннор принял несерьёзное замечание и кратко кивнул. — Ладно, спорить не буду, но от нас с матерью не скрывай свои мысли. Договорились? — Пап, — укоризненно посмотрел на него принц. В таких ситуациях люди разводят руками, но для Коннора это не было чем-то характерным. — У тебя какое-то дело ко мне? — Да. Я хотел бы обсудить этот вопрос за столом вместе с тобой, княгиней и Ниной, но сейчас у меня нет такой возможности. Сынок… — вздохнул правитель Саксонии. — Ты подумал над нашими с мамой словами? Заставлять мы тебя не собираемся, — поспешно добавил он. — Нам просто нужно сделать то, что должно, иначе придворные не поймут ни нас, ни твоего присутствия. — Скажи мне честно, — вдруг сделался серьёзным Саксонский, — на самом деле… это сделает счастливыми вас с мамой, или… так нужно для моего положения в стране? Князь был ошеломлён, Коннор довольно быстро заметил это, но жизненный отпечаток не дал правителю Саксонии так явно проявить эту эмоцию на лице. Князь выдохнул, прикрыв на пару секунд глаза. — Да-а, — протянул он, помотав головой, — жизнь среди ассасинов нашего королевства не могла не оставить на тебе свои следы, — поднял на сына взгляд. — Мне следует побыстрее понять, что мой мальчик уже взрослый мужчина. — Я не мог не спросить, отец. Это долг моего «я». — Хм, — по-доброму усмехнулся тот, — потом обязательно скажешь мне, кого надо будет похвалить за такие заслуги воспитания моего сына! Коннор улыбнулся уголками глаз и принял шутку. — Уже жалеешь, что я вернулся? — Не будь глупцом, — не теряя весёлого настроя, ответил князь. — Лучше ты скажи: мы плохие родители, что не смогли быть рядом с тобой? В итоге мы получили «готового» человека, если понимаешь, о чём я. — Похоже, быть глупым я научился у тебя, пап, раз ты говоришь мне такие вещи. Не забыл, что у вас ещё была Нина? Она росла с вами с самого детства. Князь ничего не ответил, впустив в комнату минуту тишины. Они оба почувствовали, что вернулись к первоначальному вопросу. И по лицу князя Коннор понял, что нужно было дать какой-нибудь ответ. — Что ж, — сказал мужчина, — больше донимать тебя не стану. Как будешь готов, сразу сообщи мне. — Прости, что заставляю вас с мамой так себя чувствовать. — Нет, что ты, — похлопал его по плечу. — Все эти годы ожидания стоили всех дальнейших трудностей, поверь мне. Вот будут у тебя собственные дети, тогда ты поймёшь, — улыбнулся он. — Отец… — Мне пора на пост. Увидимся, сынок. Коннор не хотел причинять родителям неудобства, но пойти против своей сущности ему так же было непросто. Когда он проводил отца, увидел, что Рина до сих пор стояла возле его покоев, сложив руки перед собой. — Ты… — тихо начал Саксонский, — всё это время стояла здесь? — Д-да, принц. Я хотела узнать, что бы Вы хотели на завтрак. — Пойдём со мной на кухню. Без лишних слов он направился к лестнице на первый этаж. Рина еле догоняла его сзади, успевая только приподнимать платье на бегу. Очередная волна удивления накрыла её от его внезапного порыва. — При-и-инц Кон-н-н-ор! Я должна сделать это сама-а-аа! — раздавались её крики по всему этажу поместья — не проснулся бы только ленивый.┈┈───╼⊳⊰⊱⊲╾───┈┈
Личная служанка Коннора смогла-таки отвоевать свою обязанность собрать для принца на стол, хотя до этого она довольно долго объясняла ему, что ему не обязательно было появляться на кухне и смотреть за происходящим там, параллельно выискивая глазами приглянувшиеся ему ингредиенты. Он утверждал, что пришёл сюда не только ради себя, но и ради принцессы. Мол, хотел, чтобы это утро было ознаменовано его вкладом в заботу о младшей сестре. Только после этого Рина окончательно сдалась и «приняла свою судьбу». Кухарки и слуги тем временем отмечали, что атмосфера вокруг этих двоих стояла доверительная и весёлая. Минуло за полдень. Нина хотела провести время с братом, но переключилась на Зэсли. Впрочем, Коннор не особо возражал — мысли об утреннем разговоре с отцом занимали его до сих пор. Он посидел какое-то время с княгиней, пока она вязала что-то несущественное под звуки клавицитериума*. После чего, поцеловав её в щёку (она настояла на этом, но он не был против подобного, хотя необычного для него, жеста проявления любви к ней), принц вышел в сад и, спустя некоторое время, нашёл подходящую для дрёмы взрослую шелковицу. Скоро на ней должны были начать прорезаться сочные и многочисленные плоды, но пока это не произошло, Коннор аккуратно забрался на относительно пустующую ветку и закрыл глаза. Сквозь контролируемый сон ассасин уловил движение внизу. Знакомое. Выточенная настороженность дала ему фору в первые секунды, а потом можно было расслабиться. Эта походка ещё не была вызубрена до корки его мозгом, но он уже мог быть спокоен. Прежде чем появившийся открыл рот, чтобы сказать что-то, Коннор раскрыл глаза и посмотрел вниз. Под пышными листьями дерева стояла его личная служанка, задрав голову и вперив в него большие, карие свои очи. Ему это показалось очень забавным, и не улыбнуться ему удалось лишь с усилием. — Принц Коннор, почему Вы сидите там? Саксонский свесил ноги вниз и чуть наклонился, чтобы она точно его услышала. — Хочешь узнать, что я буду на ужин? Рина надулась, как ребёнок. Не хватало только топнуть ножкой и выдать что-то колкое. Примирившись с шуткой принца, служанка вернула себе самообладание и серьёзно спросила: — Это из-за того, что Вам сказал Его Высочество сегодня утром? Зрачки парня расширились на пару мгновений, но она этого не заметила. «Она проницательна, да?» — Разве ты не встречаешься с Финой и сестрой сейчас? — Принц! — голос её сделался ещё выше. — Е-если… — переступила с ноги на ногу, — если Вы позволите, я могу помочь… Вопросительный взгляд говорил лучше слов. Коннор ждал, что она скажет дальше; этот интерес захватил его практически полностью. — Хотя я пока не так опытна, к-как старшая Фина, я… я смогу подобрать Вам дополнения к основному наряду, а ещё, ещё посоветую, какие слова следует использовать при появлении на л-лю… дях, — последнее слово вышло очень тихим, так как неменяющийся, пристальный взгляд Коннора ни о чём ей не говорил; она подумала, что в нём остался прежний оттенок скептицизма, мелькнувший в его немом вопросе, так как ответа далее не последовало. Рина опустила голову, взявшись ладонью за левое предплечье. Из-под опущенных ресниц снова показались разглядывающие его глазки. — Вы… — осторожно начала она, — носите повязки на руках? После того, как фамильные кольца рода Саксонских привели его к отчему дому, Коннор вернул свои бинты на руки, а торс — в открытый вид. Ещё недавно он заметил, что его служанка старалась не акцентировать на этом внимание и деловито показывала, что её ничто не смущает. — Да, — наконец, подал голос парень, вдруг спрыгнув с ветки и красиво приземлившись на корточки, а потом выпрямившись прямо перед ней. — Хочешь… — понизил голос до шёпота и чуть наклонил к ней голову, — покажу, что я прячу под ними? Эта импровизированная и внезапно возникшая в его голове маленькая шутка вырвалась сама собой; Коннор вовсе не собирался так поступать и удивился самому себе. И вместо какой-либо другой реакции Рина расширила глаза, в которых читался неподдельный, искренний интерес. — П-правда можно? — чуть не захлебнувшись не проглоченной от поспешности слюной, спросила служанка. — Сестра ведь рассказала тебе, кто я? — А? А, да. Я в принципе и до этого догадывалась… А что? Коннор не удержался и улыбнулся уголками губ. Этот подросток не заставлял его скучать раз за разом. Отвечать, однако, ему расхотелось. — И ты не боишься? — Чего? — тут же был вопрос, который принц не совсем ожидал услышать от неё. — Меня..? — не веря собственной неуверенности, полуутвердительно сказал он. — Что Вы, принц, — улыбнулась Рина, — я знаю: Вы хороший человек. К тому же, именно Вы были первым, кто сказал, что не обидит меня. Я уже приняла для себя, что буду верить Вам, и постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы впредь и дальше помогать Вам. «Проницательна. И памятна». — Сейчас я тебе не покажу, — отстраняясь, проговорил Саксонский. — А когда будешь помогать мне с нарядом… тогда подумаю. — Рина! Рина! Их диалог прервала иная служанка. К ним подбежала Фина собственной персоной. Волосы её были распущены, а в руках служанка Нины держала пару бальных платьев. — Фу-ух! — смахнула пот ладонью, переводя дыхание. — Рина… А! — когда она подняла голову, то заметила и принца. — Принц Коннор! — поприветствовала его с улыбкой, отвесив небольшой поклон. — И Вы здесь. Прекрасно. — Что случилось, Фина? — Принцесса просила меня сходить за Риной, она сейчас выбирает себе платье для церемонии Вашего официального представления. — А… да, я… — замялась младшая. — Скажи Нине, что я сам приведу Рину к ней. Выберем наряд вместе. Рина скользнула взглядом на принца — она не знала, что думать: то ли её помощь, то ли близость с принцессой Ниной так поменяли его отношение к этому событию, что он тотчас согласился. — Вот и отлично! — Фина хлопнула в ладоши. — Тогда побегу скажу ей! Однако, когда они пошли ко входу в поместье, Рина более не сомневалась, что именно помогло ему выбрать самое приемлемое и правильное решение. Коннор же подумал, что Рина как его новая младшенькая, которую стоило оберегать, может, неосознанно, но придала ему сил сделать этот непростой шаг — показать себя народу Саксонии. В конце концов, нельзя было занизить ожидания лучшего друга. Он дал своему представлению зелёный свет. ________________________________________________ *Клавицитерий (музыкальный инструмент) — разновидность клавесина с вертикальным расположением корпуса и струн.
