Chosen by the forest

      Утро для Сауля наступило быстро и рано — бабушка разбудила его в половине шестого. Утро в деревне «Прилесная» начиналось так же рано, как и в любой другой. В отличие от города, где светло в течении дня и ночи, в деревне все бодрствовали и работали от рассвета до заката. Особенно в этой отдаленной деревушки, до которой ехать на автобусе десять -двенадцать часов от ближайшего населенного пункта, да еще и автобус ходит только раз в неделю, а то и две, возя в основном старушек в больницу, да внуков к старикам и обратно летом.       Этой «Прилестной» деревни даже на некоторых картах нет. Она располагается средь леса близ реки Нижняя Паль, рядом с горами «Скада», точнее сказать сложно даже тем, кто прожил там всю жизнь. Деревня эта правда не очень большая, особенно для такого современной заселенности. Наверное, роль сыграло удаленное расположения, а население составляет около семисот человек. Довольно много для деревни в таком отдалении от цивилизации. «Тмутаракань» говорят о ней родители Сауля.       Сауль живет один еще с 20 лет. Он не то чтобы оборвал все связи с родными, но старается как можно реже с ними пересекаться. Бабушка Гидит, тот человек, с которым ещё общался Сауль, кроме младшего брата конечно. С родителями он не разговаривал уже почти год и начинать не собирался столько же, а может и больше. Всю связь с ними он поддерживает через брата и бабушку.       С родными у Сауля довольно сложные отношения, если в детстве он просто любил их, как и любое дитя любит своих родителей безоговорочно, а в подростковом возрасте не понимал их поведения и почему так много ссор дома, то повзрослев он осознал и принял, что людей такие какие есть и их не изменить. Он пытался с ними разговаривать, по крайней мере с матерью, она сначала обижалась на него за его суждения о них, но потом приняла и постаралась сгладить ситуацию как могла, но это была лишь игра… С отцом даже разговаривать было невозможно. Он несколько узколобый и довольно жесткий в суждениях человек, как считал Сауль. Довольно длительное время они жили вместе, в одном доме, и несколько раз обычные ссоры доходили до рукоприкладства. Постепенно Сауль понимал, что это все не нормально и так не должно быть, он потерял доверие и уважение к этим людям, что было больно. Что до брата, то он к сложностям в семье относился несколько проще, Саулю это было невдомек. Он не понимал, как брат может простить родителям их поступки и слова. Но он любил брата, да у них были размолвки, но он его самый близкий друг. Сауль понимал, что он тоже не подарок, но старался быть мягче и более открытым по отношению к дорогим ему людям.       С бабушкой у него не то чтобы были близкие отношения, но в ее обществе он может расслабиться и отдохнуть. Ей уже семьдесят девять лет, но она еще сама ведет хозяйство, хотя у нее только коза да пара куриц. В деревне бабушку называют ведьмой, так как она занимается травничеством и знахарством. Но несмотря на слова местных они все ходят к ней чуть что и благодарят за помощь, кланяясь чуть не в пол.       В детстве, когда Сауля отправляли к бабушке на лето или зимние каникулы, бабушка Гидит учила его распознавать различные лечебные травы, отличать их от ядовитых, учила их хранить и применять. Она говорила, что у него такой же талант к травничеству, как и у нее. «Мне тогда все это казалось таким интересным, что я все запоминал, впитывал как губка — до сих пор могу вспомнить все травы, которые показывала бабушка, » — думал Сауль вставая с кровати и направляясь в ванную.       Дом у бабушки был не очень большим, всего четыре комнаты, включая гостиную. Отстроил его дед еще в молодости для тогда еще юной Гидит. Дедушка любил похвастаться, пока был жив, тем, какая у него красавица жена и как он старался для нее строя этот дом.       В комнате, которую специально выделили для Сауля, когда тот был еще маленьким и часто приезжал в гости, почти ничего не менялось. Эта комната была его крепость, как ему рассказывали бабушка с дедушкой. Он даже развешивал различные травы, чтобы никто не мог зайти к нему ни человек, ни дух. Это очень веселило старика, а бабушка с гордостью рассказывала соседским подругам о том, какой у нее смышлёный внук. В доме, как и в его комнате почти ничего не изменилось, насколько он мог вспомнить, хотя прошло все же не менее пяти лет так точно.       В комнате стоял его мольберт все также рядом с окном, карандаши на стуле рядом, правда не раскиданы, как он любил их оставлять, а в стеклянной банке, которую он использовал как органайзер. Кисти там же, и краски, «уже, скорее всего, испортились» — подумал Сауль. Разбирал вещи он не долго, много одежды он не стал брать, лишь несколько футболок, теплых вязаных кофт, нижнее белье да пара джинс со спортивными штанами с летними ботинками и кроссовками. Все вещи он убрал в шкаф, что стоял в углу комнаты. На двери, внутри шкафа, висело зеркало, и Сауль не смог устоять, чтобы не рассмотреть себя в нем. «Все тот же я» — подумалось ему, «синяки только под глазами сильно выделяются — наверное от усталости с дороги». Закрыв шкаф с вещами, Сауль пошел на кухню, где его уже ждала бабушка за столом накрытым завтраком.       «Ба, у тебя дома ничего не поменялось, я прям увидел себя же за работой в детстве, а тебя в травной со снадобьями» — сказал он, с улыбкой на лице.       «Конечно, ты же сам постоянно просил уезжая, чтобы у тебя ничего не трогали» — ответила она, пододвигая ему тарелку с кашей.       Завтрак прошел в тишине, были слышны лишь стук приборов о тарелку. Сауль параллельно рассматривал все вокруг, все будто осталось прежним, но в тоже время сильно изменилось — постарело. Остановив свой взгляд на бабушке, Сауль нахмурился, он сразу не заметил, но она выглядела будто изможденной, и чем дольше он смотрел, тем сильнее в этом убеждался. Волнение поднялось в груди. Не выдержав он спросил:       «Ба, ты как себя чувствуешь? Вчера не обратил внимания, но выглядишь так будто, марафон пробежала, очень уставшей и изможденной, » — голос его сквозил волнением.       «Ничего страшного, старость — что с нее взять. Возраст берет свое, нет уже тех сил, что в молодости были у меня, не волнуйся так. Наверно это из-за того, что поздно вчера легла, а сегодня с утра встала рано, работы то много, — ответила она с легкой улыбкой.       «Баб, раз я тут, то не напрягайся сильно, пожалуйста. Лучше мне говори, я буду помогать, — с нежным волнением заверил Сауль.       «Ну раз такое дело, Солнечный, то начни с посуды, а потом принеси дров в баню да в дом. Сам предложил, не в том я возрасте, чтобы отказываться, » — рассмеялась старушка, пододвигая внуку пустую тарелку.

***

      Разобравшись с посудой и принеся дров в баню и дом Сауль, сообщив ба, пошел прогуляться по деревне. Выходя за ограду на улице Сауль заметил, что погода сегодня не жаркая — небо заволокли легкие полупрозрачные тучи. Вдохнув полной грудью Он пошел в сторону деревни — бабушка Гидит жила на самом краю. Оглядывая каждый дом, проходя мимо неспешным шагом, Сауль вспоминал как он в детстве играл с соседскими ребятами, которые кто приехал, как он на лето, а кто и местный. «Интересно, остался кто из местных мальчишек и девчонок здесь? Может Саня или хоть Костя тут? Интересно Лина уехала, она ведь всегда хотела в городе карьеру построить?» — С улыбкой вспоминал Сауль. Вот он проходит мимо дома деда Савелия — местного «ворчуна». Он в детстве постоянно бегал с ребятами мимо его дома и кричал дразнилки деду, чтобы позлить его. «Как стыдно то теперь вспоминать, » — смутился Сауль. А из дома как раз выходил тот самый дед Савелий, и Сауль крикнул ему приветствие и замахал рукой, обозначая, что он его помнит и рад ему. На что дед скривившись прокряхтел: «Снова приехал бабке помогать, балбес?»       «Да, бабушка уж старая, как без помощи-то. А вы как? Пашка в гости приезжает или он в деревне остался? А то сто лет ни с кем не общался, даже не знаю где они, ребята то, все.» — С искренним интересом спросил он.       «Пашка-то, он это, того, умотал в соседнюю деревню. За девкой, то. Все приезжала, которая с батькой. Люська которая.» — Проворчал дед с недовольным лицом. –«Не нравиться она мне, вольная сильно, а Пашка то помнишь, степенный он, не угонится за ней. Но хоть помогать приезжает, вот только вчера был, дров мне наколол да наносил воды в баню. А остальных балбесы вашей, это, того, Костька твой тоже жынку привел. Ухал учиться, а через пару лет вернулся. Бросил учебу, зато с женой говорит!» — рассмеялся дед. -«Дурак, он и в лесу дурак! Тьфу на его! А ты что? На совсем ли, поколь бабка жива, аль на отдых?»       «Ахаха!» — Рассмеялся Сауль на замечание деда. –«Каждому свое. Я работаю в городе сейчас. К бабуле на две недели приехал. Она позвала помочь, а то так бы и не смог вырваться, если б она не позвонила. А у Вас как дела? Как здоровье?»       «Это ты молодец, бабке помогать надо, раз одна она, деда то твоего нет боле, чтобы делать все. А город — это, конечно, хорошо, не то что мой внук — в деревне прозябает. Здоровье старое, как и я, что с ним поделаешь? Благо бабка твоя ведунья у нас в деревушке то живет, а то без нее пол деревни так точно бы загнулось уж, » -рассмеялся старик.       «Да что вы уж совсем, видел я как вы до калитки то, чуть не бегом пробежали, прикидываетесь поди?» — подшутил над стариком Сауль.       «Эт я тебе сейчас покажу как я бегаю, брысь давай от сюда, зоркий нашелся!» — посерчал старик, а Сауль побежал дальше, крича и махая руками на прощание:                   «Догоняйте, дед Сав! До встречи!»

***

      Подобным образом он дошел до конца деревушки, переговариваясь то с одним соседом, до с другим. Узнал, что Сашка остался в деревне, да работает вахтой в деревне севернее охранником. Лина, девчонка, которую он запомнил веснушками и задорной улыбкой, замуж вышла за Сашку и, пока тот на вахте, воспитывает троих очаровательных деток, двойняшек девочек и полуторагодовалого мальчика. Если верить слухам, то они в счастливом браке.       Были и печальные новости. Кирилл и Алена — ребята, которые приезжали на лето к двоюродной бабке по материнской линии, без вести пропали пару лет назад. В лес пошли вдвоем и так и не вернулись. Были поиски — всей деревней искали больше недели, да так и не нашли даже следов. Горевали тогда баб Соня да вся деревня, внуки одного — внуки всех. «Как они могли пропасть? Тут же заблудиться невозможно. Мы в детстве столько дней в лесу проводили, да всегда выходили к деревне.» — Сказал Сауль с искренним недоумением, с печалью посмотрев в сторону леса. Мурашки снова побежали по спине.Сауль передернул плечами и, попрощавшись со стариками, пошел домой, как раз обед скоро, бабушке по двору помощь нужна.       Возвращаться Сауль решил в обход деревни, на краю с лесом, стараясь сильно далеко не отходить от деревни — очень свеж был шок от истории о судьбе друзей детства, но лес был ему знаком с детства. Идя домой витая в облаках Сауль, как в детстве улыбался каждому зверьку, что встречал на пути. Он всегда любил животных. Особенно приятно было, когда они отвечали взаимностью. Раньше он всегда таскал с собой то яблоко, то орешки, чтобы поделиться с животным, который будет достаточно смел, чтобы подойти поближе. «В лесу и правда легче дышать, чувство будто дома» — думал Сауль, вздыхая полной грудью и провожая взглядом белку, что взбиралась на ветку дерева и улыбка сама собой расползалась по губам, а смех рождался в груди. В таком легком настроении проходил путь домой.       Пройдя около половины пути, Сауль настолько погрузился в свои мысли, что заметил, что он не один, только когда услышал шорох позади и чуть левее — со стороны чащи. Подпрыгнув на месте и резко обернувшись на звук, первое что Сауль увидел были четыре глаза с желто-зеленым отливом. Сердце затрепетало в груди, разгоняя по крови адреналин. В голове пронеслось за раз около сотни мыслей о том, что делать при столкновении с дикими животными. Первой мыслью было «БЕЖАТЬ!» и уже приседая для рывка Сауль вспомнил, что бежать нельзя. Сделав несколько глубоких глотков воздуха, он заметил, что это не лисы — это лисята. Улыбка стала расползаться по губам, а смех облегчения прорвался наружу, пока Сауль оседал на землю. Он не спускал с лисят взгляда пока успокаивался, уже более спокойно осмысливая произошедшее. «Боже, всего лишь лисята, я чуть приступ не схватил с испугу. Что они тут делают, еще и без родителей?» — Сауль стал осматриваться, но так и не увидел других животных. Успокоившись Сауль поднялся и возобновил свой путь домой, но в этот раз ближе к домам. Он заметил, что лисята стали брести за ним. Постоянно оборачиваясь Сауль шел домой еще около получаса. Позже он обратил внимание, что как только он вышел из леса, то лисята кинулись обратно в чащу, периодически повизгивая, как умеют только лисы, и, несмотря на шок и испуг, что пережил Сауль, теплая улыбка снова расцвела на его губах: «Дети — даже животные, все еще дети» — подумал он.       Вернувшись домой он ополоснул руки и лицо в умывальнике и, вытираясь поспешил в дом, чтобы рассказать бадушкео том, что с ним приключилось. «Ба, ба, ба, ты где? Ты не поверишь! Я только что видел лисят! Просто поразительно, что они не испугались выйти к человеку! Они такие милашки, я сначала подумал, что это взрослые особи были, но присмотревшись понял, что это малыши. Я думал меня инфаркт хватит, » — со смехом рассказывал он. «А когда они в лес побежали, они так повизгивали и игрались, что просто невероятно, такая милота, подойди они поближе я смог бы их погладить! В следующий раз возьму с собой кусочек мяса и хлеб, вдруг снова столкнусь сними.» — Счастливый смех разливался по дому. В то время, как выражение старушки было обеспокоенным, ведь лис отродясь не было в их лесах, только волки.       «Возьми и нож охотничий с собой в следующий раз, дедушкин. О не раз его выручал, а то вдруг не лисят встретишь в другой раз» — сказала бабушка, беспокоясь, что в следующий раз может действительно встретиться на пути уже не лисенок, а взрослый зверь. «Странно, откуда у нас лисы?» — подумала Гидит.       «Пошли обедать, ты руки уже вымыл?»       «Да.Ба, тебе помочь?» — улыбаясь спросил Сауль вставая.       «Нет, садись, ты сегодня уж набегался,» — ответила бабушка с нервной улыбкой и тяжелым взглядом в лес.       Остаток дня прошел спокойно в заботах по двору и дому: убрали дрова, что привезли по заказу бабушки, вымыта и затоплена баня. А вечером, после бани, Сауль сидел на крыльце и смотрел в лес, снова ощущая марашки. «Да чтож такое, » — думалось ему. «Ведь нет ничего страшного или пугающего, почему волосы на затылке дыбом становятся?» — спрашивал он себя, не замечая горящих глаз, что смотрят на него из леса с неописуемым голодом, что человеку не понять никогда.