The Midnight Sky

Зефир-мутант попытался съесть студентов Хогвартса! Неудачный розыгрыш или заговор с целью убийства? Автор: Рита Скитер «Джек». «Да, Бермуда?» «Зачем ты отправил Бьякуран-куну пачку домашнего зефира?»

«Вот почему мы не оставляем Джека за главного». Бермуда чувствовал нарастающую головную боль, смотря с трона на своего застенчивого рыжего Хранителя, — который выглядел так, будто просто хотел провалиться сквозь землю, — и вполуха слушая разглагольствования Джагера. Бермуда не мог винить мужчину, который, придя домой, наткнулся на толпу пьяных заключенных, растянувшихся на протяжении всего коридора, — как если бы они попали на дикую вечеринку подростка, а не в тюрьму для невыразимых преступников, — что также не входило в список идей о «весёлом времяпровождении» Хранителя Виндиче. «Джек, — наконец заговорил бывший Аркобалено Мрака, перебив Джагера в середине тирады, одновременно привлекая внимание к себе: — прежде всего, у тебя есть полчаса, чтобы навести порядок и вернуть всех заключенных обратно в их камеры. После этого я надеюсь, ты найдёшь Джагера, чтобы он получил подробный отчёт, как это произошло и куда именно пропали остальные Виндиче. Затем ты должен отчитаться непосредственно передо мной, чтобы я мог принять решение о наказании». Бермуда подумывал одеть Ураган в форму заключенного и бросить негодяя в его личную камеру, но с другой стороны... Джагер утверждал, что ему действительно нужна помощь в менее приятных делах, накопившихся за много лет... Он мог бы совместить оба пункта? «Заключенный Джек на общественных работах» — звучало весьма приятно. Присоединятся другие Виндиче к рыжеволосому или нет, зависит исключительно от того, где они прятались и что настолько важное делали, из-за чего не могли проверять Джека хотя бы каждые полчаса. Хотя, если бы Бермуда обнаружил, что они косвенно приложили к этому руку... «Да, Бермуда. Я займусь этим прямо сейчас». Нечеловеческие глаза наблюдали, как Ураган почти убежал из комнаты, прежде чем повернулись к явно разочарованному Джагеру, — который продолжал сжимать и разжимать кулак, как будто сопротивляясь желанию кого-то задушить, — пока старший расхаживал по небольшому углу комнаты, мрачно бормоча себе под нос о творческих способах, которыми он хотел бы замучить — если не убить — рыжую «угрозу». Что-то, похоже, никогда не менялось. «Джагер». «Да, мой Лорд?» «Как ты относишься к тому, чтобы сопровождать меня на ужин сегодня вечером?»

***

«Абсолютно... Нет». Сердце Тени невозмутимо посмотрел через трибуну на «уважаемого» волшебника перед ним с ясным «Попробуй, и я прикончу тебя» блеском в проницательных глазах: «Хранилища Поттеров запечатаны. Никто, кроме Лорда Поттера, не может получить излишек, также средства не могут быть переведены на какой-либо другой счет, если только сам Лорд Поттер, не находящийся под влиянием зелий или заклинаний, не появится здесь, чтобы проконтролировать все сделки, какими бы они ни были». Мерцающие голубые глаза слегка сузились — что, скорее всего, осталось бы незамеченным, если бы колдун столкнулся с кем-то, кто не являлся высококвалифицированным гоблином, — весёлый тон человека прервал шаткую тишину: «Конечно, в этом нет необходимости. Гарри Поттер — очень занятой мальчик, слишком занятой, чтобы отправиться в такую поездку. Вот почему у меня есть бланк с разрешением от самого юного Гарри для завершения ранее указанных сделок». По какой-то причине Сердце Тени сильно сомневался в этом, но всё же протянул руку с когтями за листком бумаги. Бумага оказалась официально выглядящим документом — хорошо сформулированным, для тех, кто получал деньги, существовало много лазеек, чтобы получить больше, если правильно разыграть карты, — но одна вещь выделялась больше всего: подпись. Гарри Джеймс Поттер. По всем правилам, это была подпись Мальчика-героя... Когда он учился на четвёртом курсе. Шаткая подпись перед ним была совсем не похожа на ту, которой, как известно, расписывались Бермуда фон Вихтенштайн или Бьякуран Джессо. Мгновение Сердце Тени просто смотрел на подделку, — разрыв, — прежде чем быстро разорвал её на куски. «Неприемлемо. Гарри Поттер явится лично в течение следующих двух часов, или сделки не будут приняты, не говоря уже о завершении». «У Гарри нет времени на такие…» «Послушайте, Альбус Дамблдор; если Гарри Поттер не окажется передо мной в течение следующих двух часов, я приму это как знак, что вы намеревались украсть у моего подопечного. Если это произойдет, я лично закрою все ваши счета на некоторое время для полного аудита, поэтому я предлагаю Лорду Поттеру найти время. Следующий!»

***

Какое-то время всё, казалось, успокоилось, — о, не поймите Бермуду неправильно: Вонгола по-прежнему оставался кошмаром, из-за которого, по его мнению, образовывалось слишком много бумажной работы, — но, по крайней мере, они больше не топили острова через день, что, в свою очередь, позволило бывшему Аркобалено Мрака наверстать упущенное в работе с документами. «Лорд Бермуда?» «Да, Джагер», — он не отрывался от бумаг, перо двигалось по пергаменту с весьма практичной легкостью. Им действительно нужно было подумать об инвестициях в компьютеры или что-то в этом роде. «Почему ты настаиваешь на том, чтобы носить пустышку?» В тоне прослеживалось что-то горькое, заставившее перо Хранителя Виндиче замереть, нечеловеческие изумруды бросили взгляд на старшего из-под бинтов, прежде чем медленно опустились на пустышку, ощущавшуюся некоторым весом на шее. «Потому что, — слова соскальзывают с губ, пока он, словно загипнотизированный, смотрит на кружащееся Пламя Мрака, пожираемое артефактом, — я не знаю, что случится, если сниму её». И это чистая правда. Так долго пустышка — и Пламя внутри — поддерживали саму его жизнь, Бермуда нервничал даже при мысли о том, чтобы снять её. Что, если он снимет пустышку и потеряет Пламя Мрака? Что, если он снимет пустышку и умрёт? Если так и произойдёт, другие Виндиче мгновенно последует за ним в свои могилы, поэтому он не смеет рисковать. Он не смеет рисковать ими. «Ты не можешь быть уверен, что случится худшее». Джагер, как всегда, мог прочитать его как открытую книгу, мгновенно понимая, что тревожит его разум. «Я не знаю, что этого не произойдёт». «Мы могли бы попробовать…» «Нет, — Бермуда оборвал предложение, прежде чем смогло покинуть уста старшего, — я не буду рисковать вашими жизнями только ради того, чтобы снять пустышку, Джагер». Он может быть не таким «чистым», как когда-то, но он всё ещё их Небо. Неважно, Бермуда будет использовать всё, чтобы защитить их от всего и вся. В том числе проклятые артефакты, которые могут убить его, а могут и не убить, — и, в свою очередь, медленно убить всех Виндиче, как только их запас Пламени Мрака иссякнет, — если он осмелится подумать о том, чтобы снять его (артефакт). Хотя было бы приятно не носить постоянное напоминание о том, что Шахматноголовый сделал с ними и бесчисленным количеством других, Бермуда не осмелился бы рискнуть. С другой стороны, если бы это была только его жизнь... Что ж, это была бы совсем другая история, но это не так. Тяжелый вздох покинул старшего: «Ничто из того, что я скажу, не изменит твоего мнения?» «Ничто». «А если я сам попытаюсь снять пустышку с твоей шеи?» «Тогда я оторву тебе руки, так как ты, очевидно, решил, что они тебе больше не нужны». «Очень хорошо, Лорд Бермуда, но если вы передумаете...» «Я не передумаю». Нет, если он бы не был абсолютно уверен, что они не окажутся в опасности рядом с ним. «...Итак, как прошло время с Реборном?» Из всех тем, которые мог выбрать Джагер... Медленно Бермуда позволил перу снова коснуться пергамента — только когда убедился, что Джагер не собирается бросаться через комнату и пытаться силой снять пустышку с его шеи, — прежде тихо ответить, пока фирменный звук мягкого царапания наполнял воздух. «Всё прошло достаточно хорошо». «Другими словами, он до сих пор не понял». «Верно». «…и он называет себя «величайшим наемным убийцей мира». Как можно не заметить что-то настолько очевидное? Он вообще не слушает собственное Пламя?» «Скорее всего, нет», — невозмутимо Бермуда продолжил работу. Хотя Бермуда не вспыхивал своим Пламенем, Хранитель Виндиче точно не скрывал его в прошлом году, вместо этого позволяя осторожно выходить на поверхность каждый раз, когда его путь пересекался с путём Реборна, — он не хотел оставлять шрамы или заставлять Пламя Солнца полностью принять Узы с ним; Бермуда хотел, чтобы киллер выбрал сам, а не был вынужден сделать это, — несмотря на то, что другой казался довольно очевидным в этом вопросе. «Ты уверен, что мы не можем просто похитить его для тебя?» Чиби тихо вздохнул: «В последний раз, Джагер. Тебе нельзя похищать Реборн-куна. Если он придёт, то на своих условиях, а не на наших». «...Ты понимаешь, что мы с большей вероятностью обратимся в пыль, прежде чем этот идиот узнает правду». «Тогда мы обратимся в пыль». «Я боялся, что ты так скажешь».

***

Человекоподобному существу, известному как Шахматноголовый, не потребовалось много времени, чтобы обнаружить возвращение Гарри Поттера в волшебный Лондон. Седовласому землянину потребовалось ещё меньше времени, чтобы понять, что это не Гарри Поттер. Не его внук. Не сын его Лили. Он не знает, что задумал Бьякуран, но ему всё равно. Ибо, если Бьякуран здесь, его внук всё ещё с Виндиче. Время хороших игр прошло. Либо Виндиче вернёт ему его внука, либо он разрушит Вендикаре, камень за камнем.

«Где он?» «Где кто?» Бермуда не может не спросить, его взгляд сосредоточен исключительно на фигуре в дверном проеме. «Не прикидывайся дураком, Бермуда фон Вихтенштайн, — зарычал Кавахира, подобно дикому зверю, медленно входя в кабинет. Его ледяные изумрудные глаза никогда не покидали фигуру, наблюдающую за ним из-за стола: — Где мой внук?» «Внук?» Шахматноголовый был дедушкой? Зачеркните, Шахматноголовый был отцом? Кто в здравом уме позволил бы подобному существу находиться рядом с ребёнком?! Просто мысль об этом должна быть незаконной — чёрт возьми, Бермуда уже раздумывал, как можно сделать это, — учитывая кровавую историю другого с участием детей, более конкретно, детских Небес. На мгновение комнату охватила тишина, пока человекоподобное существо смотрело вниз на Виндиче размером с малыша. Он не знал... Бермуда не знал, что у него есть внук, и он — будучи гением, которым он был — только что ворвался в Вендикаре, требуя упомянутого внука... Блядь. «Это не имеет значения, — он почти рычал, пытаясь скрыть желание побиться головой о ближайшую стену. — Просто скажи мне, где Гарри Поттер?» «Гарри Поттер вернулся в волшебный Лондон». «Мы с тобой оба знаем, что Бьякуран Джессо не Гарри Поттер. Где он?» Единственным предупреждением, которое получил Шахматноголовый, — лёгкое подергивание перебинтованного пальца перед тем, — БУМ! — как участок, где он только что стоял, буквально испарился из-за мощного Пламени Мрака, едва не утащившего и его. «Тч, — Бермуда больше не сидел за столом, — парил в воздухе перед ним, — звон цепи, покрытой Пламенем Мрака, наполнил тишину комнаты, — я промахнулся».