Почему?

      Я никогда не верил в судьбу, бога, теорию бесконечных вселенных. Но когда эта до боли знакомая дверь наконец открылась для меня, я был готов благодарить все высшие силы, которые только придумало человечество. Я смотрел на Ленского и думал, что в этот миг решается моя судьба. — Твоё время идёт, - невозмутимо проговорил Володя, вытирая остатки влажных дорожек на щеках.       Я не имел ни малейшего понятия, как начать этот диалог. Наверное, я не надеялся, что он всё же позволит мне войти. — Блять, - выругался я, машинально залезая в карман за пачкой сигарет, - Как бы это тебе объяснить... — Не знаю, Жень, ты сам сюда припёрся за каким-то хуем, и я не имею ни малейшего понятия, чего ты хочешь от меня, - устало проговорил он, присаживаясь на край комода, стоявшего в коридоре, - Может ты зайдёшь? Не хочу, чтобы весь подъезд слышал о чём мы тут разговариваем. — Ага, - сказал я, заходя в квартиру и закрывая дверь. Вдох. Выдох. Нужно начать говорить, - Понимаешь, мы истинные. И во всём этом ебаном мире мне не нужен больше никто, кроме тебя. — Тормози, Жень, я знаю, как хорошо ты умеешь пиздеть, особенно, своим пассиям. Так что, будь добр, давай на чистоту, какого хуя тебе от меня нужно? — Мне от тебя не нужно ничего, я просто люблю тебя, - сказал я, прикрывая лицо руками. Я так блядски устал, - И я хочу быть рядом с тобой, хочу растить нашего ребёнка, - я снова устало выдохнул, убирая руки от лица, - Володь, я правда люблю тебя. Ни за кем в своей жизни я так не бегал. Не долбился в двери, чтобы выбить возможность поговорить, поэтому, пожалуйста, поверь мне и позволь остаться. — Жень... Я... - он снова заплакал, - Как я могу тебе верить, учитывая, что помимо меня у тебя всегда была херова туча блядей на примете? Жень, я напуган... Я устал... И я не знаю, что мне делать.       Я промолчал, только обнял его. Так сильно, будто старался доказать, что я здесь и никуда не уйду. Он продолжал плакать, крепко схватившись за куртку на моей спине. — Пожалуйста, верь мне. Дай мне... Нет, дай нам шанс, - я поцеловал его в макушку. Нам не будет просто, я вряд-ли стану образцовым партнёром, хорошим отцом, но я знал точно, что больше никуда не уйду.