Star & Golden rose

— Итак, что тебе известно о крестражах, Леони? — спросил Дамблдор, стоило мне прийти к нему, по его же просьбе. От заданного вопроса брови тут же хмурятся, а мозг напряженно соображает, вспоминая всё, что могла слышать об этом. В каком-то роде начинаю осознавать, для чего был задан этот вопрос и от этого становилось дурно. На сколько нужно быть прогнившим человеком, чтобы расколоть душу на части? — На сколько я знаю, это артефакт, созданный тёмной магией, с его помощью волшебник раскалывает свою душу на части, дабы быть более всемогущим и бессмертным, — это единственное, что я могу знать, хоть и возникает желание узнать об крестражах больше. Как-то я наткнулась на одну из книг отца о чёрной магии и любопытство знать абсолютно все взяло над мной верх. Иногда это меня и губит. Есть определённые вещи, которые я бы не хотела знать или не должна. — Ты права, — он легко улыбнулся, кивнув головой, смотря куда-то в сторону, напряженно думая. Всегда горела желанием залезть в его голову и узнать, что в ней творится. И я могла бы, не зря отец учил меня столькие годы легилеменции, при чём настолько углубленно, что другой человек, в чьи мысли я залезла, не знал об этом, но опять же, есть вещи, которые мне знать не обязательно. Но тут в голове щёлкает понимание того, для чего Альбус задал мне этот вопрос. Голова шла кругом от новых вопросов и теорий, а желание залезть в голову Дамблдора росло. Неуверенно смотрю на старца, заранее зная, что тот ждёт мой вопрос. Он как всегда знал всё наперед. — Так ты думаешь, что это ему удалось? Что он создал крестраж? Поэтому Гарри и не погиб, когда напал на него? Потому, что у Волан-Де-Морта где-то надежно спрятан крестраж, кусочек его души? — Кусочек, и может быть, не один, — ответил Дамблдор, — Ты же смотрела мои воспоминания в том времени, не так ли? Слышала Волан-де-Морта: его особенно интересовало мнение Горация Слизнорта о том, что происходит с волшебником, который создает больше одного крестража, с волшебником, которому так хочется избежать смерти, что он готов убивать множество раз, рвать и рвать свою душу, лишь бы сохранить её во многих спрятанных по отдельности крестражах. Этих сведений он ни из каких книг почерпнуть не смог бы. Насколько мне известно — насколько, я в этом уверен, известно и Волан-Де-Морту — ни один волшебник ни разу ещё не разрывал свою душу более чем на два куска. — Но, Альбус, сейчас же Гарри не является одним их крестражей, не так ли? Пророчество можно изменить. Или избавиться от крестражей раньше, чем произойдёт то, что должно произойти. Хоть что-то, чёрт возьми! — меня не на шутку начинает разносить, придумывать планы, лишь бы исправить всё. Я не хочу, чтобы Лили и Джеймс погибли, не хочу кошмарного детства для Гарри, не хочу заключения Сириуса в Азкабан, не хочу самобичевания Римуса, даже не хочу предательства Питера. Я не хочу ни одного исхода событий для тех людей, кто как-то касался этой войны. Кроме Пожирателей Смерти. Они достойны всех проклятий. — Я понимаю тебя и то, что ты хочешь сделать ради друзей, милая, и мы все исправим, поверь мне. Скажи мне, ты знакома с историей брата Сириуса, Регулуса? От данного вопроса на мгновение теряюсь, не понимая, при чем здесь он, хлопая ресницами, машинально вспоминая биографию Регулуса Блэка. Чёрт возьми, один из крестражей у него и он может знать местонахождение других. Точнее, в будущем один из них будет у него и знание о других. Но зачем вспоминать об этом сейчас? Эти сведения не пригодны на настоящее. Они не имеют никакого смысла. — Он спрятал поддельный медальон Слизерина в пещере и погиб там, но перед этим дав приказ домовику Кикимеру уничтожить настоящий крестраж, но на сколько я знаю, тот не смог, а когда особняк Блэков опустел, Наземникус Флетчер обокрал их, прихватив медальон, — что-то я знала от отца или ордена феникса, другое из омута памяти. Регулус всё осознал слишком поздно и попытавшись исправить, погиб от того, что Волан-Де-Морт не терпит предателей. — Верно. Знаешь, что тебе нужно сделать? — Альбус посмотрел на меня через очки полумесяца со слишком серьёзным взглядом, — Тебе стоит рассказать ему правду такой, какая она есть. Не стоит лукавить. — А если он выдаст нас Темному Лорду? — хмурюсь, не особо доверяя плану Альбуса. Слишком открыто. — Не стоит недооценивать людей, дитя. Не медли, отправляйся к нему. Сегодня необычайно хорошая погода в такой период, время для прогулки около Чёрного озера как раз кстати, не находишь? — отпив чая, заметил Дамблдор, на что усмехаюсь. — Да, думаю это прекрасная идея. До встречи, — выхожу из его кабинета, быстро направляясь к озеру, осматриваясь, дабы не наткнуться на Мародеров или девочек. Не хотелось бы им объяснять, для чего я иду к младшему Блэку. Не поймут. Особенно Сириус. А вот и он. Такой же красавец как и брат, лишь только волосы цвета угля развивались короткими кудряшками, мягкие черты лица, не такие аристократично заостренные как у Сириуса, прямой, без горбинки, нос, пухлые аккуратные губы и невероятные голубые глаза, в точности как у брата. Слизеринская форма, как же без неё. Сидит, наклонившись спиной об дерево и читает книгу по ЗОТИ. Глубоко вздыхаю, представляя всю сложность предстоящего разговора и подхожу ближе. — Привет, можно сесть рядом? — неловко спрашиваю, пытаясь дружелюбно улыбаться, на что Блэк вначале смотрит мне в глаза, а затем увидев форму и шарф Гриффиндора недоверчиво хмыкает. — Как хочешь, — он освобождает место рядом с собой от сумки с книгами и я поблагодарив, сажусь рядом. — Интересно? — киваю на книгу, продолжая улыбаться, пытаясь снять напряжение. — Да, мне нравится этот предмет, у меня высший балл. А тебе? — Регулус самодовольно улыбается и это уже неплохо, хотя бы немного спадает неловкость. — Я больше по зельям, но Защита от Тёмных Искусств тоже занимательный предмет, — честно отвечаю ему, соображая, как начать разговор о крестражах. — Да, зелья довольно интересны в изучении. — А ты когда-нибудь слышал о крестражах? — в лоб спрашиваю и едва ли не начинаю себя ругать за такую быстроту действий. Регулус чуть напрягся, но продолжал быть непринужденным. — Допустим, — промямлил парень, опустив глаза к книге, но затем Блэк скривил губы, — Ты одна из этих? Орден Феникса, да? — Я могу объяснить, если ты позволишь мне, Регулус, — осторожно беру его руку, смотря парню в глаза, видя его борьбу. — Хорошо, — неуверенно соглашается Блэк, вздохнув. И я говорю, все, без лукавости или недоговоренности. Разом. -…И вот я здесь, с тобой, пытаюсь исправить, если не всё, то часть той истории, что вас всех ждёт, — заканчиваю я, взглянув на Регулуса, который как громом пораженный уставился на озеро, обдумывая всё, что услышал. — Почему я должен верить тебе? — подает он голос, смотря мне в глаза и что-то ищет там для себя. — Не знаю, Рег. Это уже полностью твоё право, но я не хочу такой участи ни для кого из тех, кто сейчас жив, но может умереть уже завтра от рук Пожирателей или Волан-Де-Морта. Я устала видеть смерть всюду. Я даже не знаю, умерла ли я во Второй Магической Войне и это страшно. А ещё страшно видеть всех этих людей живыми и знать смерть каждого из них или смерть их детей. Боюсь в определённый момент просто взорваться от стольких знаний и молчания. Но знаешь, Рег, — усмехаюсь, шмыгнув носом от слез, что текли по щекам, даже не стирая их, оперевшись подбородком об колени согнувших ног, — Мне страшно потерять Сириуса опять и я не смогу спасти его. И в этот раз будет куда больнее, ведь тогда нам дали слишком мало времени и сейчас, когда он вновь рядом и я могу быть немного уверенной в том, что увижу его завтра, то боюсь этой уверенности, ведь завтра всё может быть в точности и наоборот, я потеряю Сириуса. И теперь уже точно навсегда. — Мне жаль, Леони. Я сделаю все, что в моих силах, я откажусь от метки, даже если это будет стоить семьи. Ради Сириуса. Ради вас, — Блэк улыбается мне и я в благодарность сжимаю его руку, — Я помогу достать крестражи, клянусь, — тут он достает из сумки что-то напоминающее дневник и открыв его, начинает писать список крестражей и их местоположение, — Дневник Реддла у Малфоев, будет легко достать, Рождественский приём мы посещаем каждый год в Малфой-Мэноре, они обожают меня, проблем не будет, но тогда придётся ждать до зимы. Кольцо Марволо Мракса. Чёрт, тут сложнее, — рассуждает Регулус, хмурясь, — Что ещё? — Чаша Пенелопы Пуффендуй. Насколько я помню, он в хранилище Лестрейнджей. Они самые верные Лорду и поэтому доверяет им. С этим разберусь вместе с Дамблдором, — отмахиваюсь, смотря на список, — Так, диадема Кандиды Когтевран. Елена что-то может знать, стоит спросить её. Подожди, медальон Слизерина, разве не ты его украл? — напрямую смотря ему в глаза и тот округлил их. — Вообще то, он в нашем поместье, подслушал как-то разговор отца с Тёмным Лордом, думал ерунда, но раз это так важно, то… Я правда его украл? — Рег поднял бровь, затем хмыкнул, стоило мне кивнуть, — Круто. — Это тебя и погубило, Блэк, — фыркаю и парень стушевался, закусив губу. — На то были причины, верно? — тихо спросил Регулус, сильнее укутавшись в теплую мантию от сильного ветра. Осень, как никак. Погода все противнее. Скоро Хэллоуин. Прошедшие два года назад мы с Гарри, Роном и Гермионой перестали праздновать этот праздник, зная какая трагедия произошла в тот день, поэтому просто сидели в гостиной и ели конфеты, играя в настольные игры. Интересно, в этот раз у них все пройдёт так же? — Они были, Рег, поверь мне. Ты поступил верно и выдал бы о них всё, не узнав Тёмный Лорд о твоих действиях раньше, — ободряюще улыбаюсь ему, — Именно поэтому, сейчас у тебя есть шанс все исправить. — Спасибо тебе, — тихо шепчет Регулус. — Пока не за что. Только… Поговори с Сириусом, хорошо? Помиритесь. Вы нуждаетесь в друг друге, — пожимаю плечами и мне становится легче. Я смогла сделать хоть что-то, дабы изменить историю. Впереди ещё много всего, и я клянусь, что сделаю всё возможное, лишь бы уберечь людей от войны.